someone is watching me die

— пойдем домой? дождь с силой колотит в спину промокшего насквозь Йоста. он ничего не замечает, ничего не слышит и ничего не чувствует. слезы смешиваются с дождем, их не видно, но Август знает, что блондин сейчас готов захлебнуться в своих слезах и горе. сидит сгорбившись над могилой отца,  смотрит в одну точку. не шевелится совсем, хотя явно продрог до костей.  он молчит, но Аггу слышит тысячи «почему?» в его голове. слышит немой крик. физически чувствует его боль, и у самого сердце разрывается.  на кладбище Йост - не тот, кем является в обычной жизни. он не позитивный взрослый парень, привыкший быть для своего окружения и фанатов синонимом слова «сила», привыкший быть для них примером для подражания и ярким светом в самые темные времена.  на кладбище Йост - разбитый маленький мальчик, слишком рано лишившийся всего. мальчик, на плечах которого лежит неподъемный груз, который не снимает время. на его шее петля, с каждым годом все туже затягивающаяся, перекрывающая доступ к кислороду.  Август нерешительно подходит к Кляйну, осторожно касаясь его плеча. тот приходит в себя, оборачиваясь, глядя на немца покрасневшими глазами. поднимается на ноги, утыкается в грудь парня, наконец дает волю эмоциям, рыдает в голос. Аггу - не самый чувствительный человек. не любит плакать, его редко что-то может довести до этого. но сейчас хочется реветь вместе с Йостом, потому что больно.  Йосту больно, и ему тоже больно.  жизнь - подлая, безжалостная, и просто отвратительная вещь. двуличная мразь.  кому-то она дарит счастье, закрывает глаза ладонями, не позволяя смотреть на негативные ее аспекты. а кого-то топит в горе, сыпет несчастья и удары судьбы один за одним на голову, и ей не жаль. наоборот же, видя страдания она лишь добавляет поводов для мучений. Август и Йост - как раз являются ярким примером двух типов людей.  но Август презирает судьбу за то, что она сотворила с Кляйном. он достоин лучшего. достоин счастья, достоин никогда не знать боли, достоин не терять самое ценное. достоин не просыпаться в слезах от кошмаров, связанных с прошлым. Йост молча отстраняется, утирая лицо мокрым рукавом. берет Аггу за руку, тянет к выходу с кладбища. сейчас слова излишни. идут по дорожке, Август переживает, как бы Кляйн не заболел. он худой, ему сейчас холоднее, чем самому немцу.  тучи практически черные, низко висят над промокшим городом, проливают на пустые улицы и редких прохожих литры воды. небо плачет вместе с Йостом.  проезжающие по глубоким лужам машины обливают тротуары брызгами, и Август идет со стороны дороги, пытаясь хоть как-то укрыть блондина от этого, но тому сейчас было бы безразлично даже если бы его из шланга водой окатили. он вновь ушел в себя, в свои невеселые мысли, полностью игнорируя окружающую действительность. лишь Аггу за руку держит крепко-крепко, словно это единственная его связь с реальностью, не позволяющая петле на шее стянуться окончательно.  хотелось бы Августу найти ответ на многочисленные «почему?» Йоста.  если бог есть, хотелось бы взглянуть ему в глаза, узнать, за что он так поступает. или морду набить. за то, что он так поступает.  никогда бы он не подумал, что будет способен любить настолько сильно, чтобы горевать вместе с человеком из-за того, чего сам никогда не ощущал. настолько, чтобы каждой клеточкой себя ощущать его чувства, и чтобы каждое из этих чувств резало сердце словно ножом.  в квартире тепло и уютно. быстро разувшись, Аггу находит сухую одежду для Кляйна, и не успевает сам переодеться, как чувствует нежные объятия со спины. Йосту все равно, что Август промокший и холодный, ему хочется, нет, необходимо быть сейчас рядом. – посиди со мной, пожалуйста. голос подрагивает от вновь подступающих слез и кома в горле.  Август посидит. не станет говорить, что сначала хочет надеть сухие вещи, не станет отказываться.  развернется, прижмет дрожащего уже совсем не от холода Кляйна к себе. усадит его на кровать рядом с собой, мягко и трепетно покрывая его лицо успокаивающими поцелуями. потом вновь прижмет к груди, перебирая пальцами мокрые светлые волосы, чувствуя, как дыхание Йоста постепенно замедляется, становится глубже и спокойнее.  Йоста всегда исцеляет любовь. и Август это знает. так же знает и то, что исцелить его полностью он никогда не сможет, но может помочь залечить самые глубокие раны. они перестанут болеть так сильно. Август будет рядом, всегда будет рядом. даже не нужно об этом просить.