сталкер

одной глубокой ночью, сидя в своей комнате с открытым окном и умирая от холода, сидел кадзуха, что-то с интересом наблюдая в компе. - блять, че ж ты так ахуенно спишь? - сказал он сам себе и засунул руку в штаны. - холодно, ужас! надо надеть носки. он потянулся за своей любимой парой носков, которые лежали возле его кровати, они были нежно-мятного цвета с маленькими зелёными цветочками, покрытые мелким мусором и чуть-чуть пылью. по ним иногда проезжались колёса его игрового кресла, по ним ходили и пачкали их пылесосом. его любимые носочки подвергались чуть ли не изнасилованию. кадзуха бережно стряхнул с них лишнюю пыль и со всей нежностью и упоением надел их. - мои любимые, мягонькие, - с наслаждением сказал он и продолжил начатое на просторах своего паха. он представлял, как его ненаглядный скара спит вместе с ним, закидывает ногу на него, сопит и храпит ему на ухо, а потом яро отсасывает ему под одеялом. вкусив его достаточно, решается с ним поиграть и потрахаться, снимает с него и с себя штаны, целует, кусает его, не давая сделать лишнего вдоха. медленно, тягуче насаживается на его член и не даёт ему руководить ситуацией, сам наслаждаясь им и заполняя себя до краёв. от таких мыслей кадзуха кончает себе в руку через две минуты, скорострел ссаный, вытирает её салфеткой и продолжает наблюдать за своим любимым. "я так давно этого ждал... сегодня ты будешь моим!" - с этой мыслью он собирает сумку, выходит из квартиры и бредёт через полгорода к своему любимому. *** скара спокойно спит в своей мягкой кроватке, видя двадцатый сон, где он расчленяет каждого урода со своей работы, который когда-либо хотел с ним замутить. а кадзуха тем временем со всей страстью и желанием покрывал столь желанное тело поцелуями, царапал бока и оглаживал его грудь, будто это самое лучшее, что он когда-то трогал. в спешке начал раздевать его до гола, дабы увидеть этот дар Божий наяву, а не через экран монитора в своей комнате. - ты даже тут прекрасен, Боже, как я этого хотел... - шепотом произнёс он, чтобы не разбудить того. кадзуха достал из своей сумки наручники с пушком, лишь бы не натереть сильно запястья своему ненаглядному, и тихонько застегнул их, после нагнулся к его лицу и поцеловал в лоб. - я не могу долго ждать, я столько терпел, что войду в тебя просто так, - штаны у него будто испарились! он решил просто харкнуть на свой хуй и войти чуть ли не насухую. - а че так узко, я не понял? я думал, что ты прям профессиональный гей и тебя долбят все, а оказывается, что я у тебя первый! какая честь, ну держись! - сказал кадзуха и вошёл, точнее попытался, до упора. - пиздец, хуй болит... помогите! он так громко пыхтел, что скара проснулся и слегка прихуел. - ты че, гей что ли??? я не гей, не еби меня, иди отсюда, пидор вонючий! - заорал он на весь дом, но кадзуха закрыл ему рот. - или ты щас заткнёшься, или увидишь бабку свою! - да мне похуй, лучше помереть, чем быть вытраханным! кадзуха рассердился и врезал ему со всей дури, в то же время вдалбливаясь в скару, как похотливое животное. всё было в кровяке и его смазке, кажется, весь подъезд проснулся от его криков. - в тебе так узко, что я готов кончить прям щас на твоё прекрасное лицо. - мечтай, сучара, я тебе член отрежу! - хаха, посмотрим. он вбивался в него с таким упоением, что начал видеть звёздочки в глазах, настолько ему было сасно. - я так хочу попробовать тебя на вкус, мой сладкий... не успел скар ему че-то предъявить, как в руках кадзухи показался проблеск лезвия ножа, начавшего резать ему живот по всему его периметру. - АААААААААААААААААААА! ТЫ ЕБЛАН ТУПОЙ, ТЕБЯ БОГ ПОКАРАЕТ НА ТОМ СВЕТЕ, МРАЗОТА, - скара орал без остановки, как нормальный человек, когда его режут без наркоза. ещё чуть-чуть и кадзуха начал видеть очертания его кишечника, в который сам же вдалбливался до сих пор. - это ещё сексуальнее, чем видеть бугорок из твоего живота, знал? - сказал он, но после взглянул на бездыханное тело, залитое литрами крови, и заплакал. - хера я еблан... ну ладно, зато сделаю шашлычок. я дегенерат? отдам собакам. очень категорично себя осуждая, он продолжал резать столь желанное и уже податливое тело, само скользившее на его члене чисто по инерции, параллельно вылизывая его лицо от крови, которая случайно брызнула туда. в конце концов кадзуха смачно кончил ему в кишку и вышел из него, выдрачивая остатки своего возбуждения на яркие органы бедного скары. - мой прекрасный скара, я так любил тебя, но сейчас ты передо мной в таком беззащитном, безжизненном виде, как бы иронично это ни звучало. я бы не смог видеть тебя с другими людьми ещё хоть немного. я следил за тобой три года и ни о чём не жалею, я останусь рядом с тобой навсегда. даже если бы мы не познакомились, я бы все равно влюбился в тебя до беспамятства. даже если бы ты бросил меня, ничего не сказав, я бы остался прямо там, где ты меня покинул, ведь то место хранило бы наши воспоминания. даже если бы ты нашёл себе кого-то другого, я бы всё равно оставался тем, кто тебе нужен, хоть ты и не знал обо мне, но подхожу тебе именно я. даже если бы я не осквернил тебя сегодня, это было бы единственным доказательством моей любви к тебе, это то, как я любил тебя. я слишком бесстрашен, так что сделал это без тени сомнения. ты всё ещё останешься живым для меня, в моей голове ты всё ещё жив.