SECOND CHANCE

Холодным зимним вечером Хёнджин, кутаясь в тёплый шарф и пряча замёрзшие руки в карманы дорогого чёрного пальто, шагал по заснеженному сеульскому асфальту, направляясь в излюбленный отель, где его уже ждал Феликс. Зайдя в просторный светлый холл здания, он быстрым шагом направился к лифту, где сразу же нажал кнопку 9-го этажа. Поднимаясь на нужный этаж, Хван достал телефон и увидел 2 новых сообщения от Феликса, в которых чувствовалась злость. Тяжело вздохнув, Хёнджин оставил сообщения без ответа и вышел из лифта. Идя по длинному коридору, он искал нужный номер. Дойдя до двери с номером 176, мужчина слегка постучал, сразу услышав шаги по ту сторону. — А ещё позже нельзя было прийти? — с укором произнес омега, демонстративно скрестив руки на груди, он оглядывал Хвана с головы до пят. — Скажи спасибо, что пришёл, — проговорил альфа, снимая с себя верхнюю одежду. Старшего абсолютно не удивляло что младший словесно накинулся на него с порога, почему-то после развода супруги выбрали пассивно-агрессивную манеру речи, никто не возражал, а значит всех всё устраивало. Как только Хёнджин зашёл в номер, он почувствовал, что феромон его омеги, уже заполонил всю комнату. Мята приятно оседала на языке, и слегка отдавала цитрусовыми нотками. Альфа прекрасно знал, о чем символизируют разные нотки в запахе мяты, несмотря на то что старший опоздал, он не чувствовал никакой горечи в феромоне, что символизировало бы о злости младшего. — Нахал, — раздражённо произнёс Феликс, разворачиваясь и направляясь в сторону кровати, пока Хван накидывал полотенце на плечо и шёл в сторону ванной комнаты. Пока Ли терпеливо ждал Хёнджина, он чувствовал, что действие подавителей уже сходило на нет. Ждать мужчину долго не пришлось, через каких-то жалких десять минут, в дверном проёме уже появилась высокая подкаченная фигура альфы. Хёнджин был бесподобен, с одним лишь полотенцем на бёдрах и со стекающими каплями воды на кончиках его волос. Подойдя ближе к кровати, альфа увидел на прикроватной тумбочке пачку презервативов. — Вижу, ты подготовился, — с хитрой ухмылкой сказал Хёнджин, открывая пачку и доставая оттуда серебристые пакетики. — Меньше текста, — ответил Феликс и позволил Хвану развязать пояс на его халате. После данных действий, альфе открылся вид на стройное тело омеги. Хван аккуратно провёл рукой по оголённому торсу, невзначай задев затвердевшие соски. От этого действия старшего, тело Феликса покрылось мурашками. Приспустившись на кровать и полностью приняв лежачее положение, он почувствовал, как матрас немного прогнулся под весом альфы. Пояс халата не остался лежать в сторонке, Хван придумал ему применение получше, а именно связывать руки такому дерзкому омеге. Хёнджин знал, что такое вряд ли понравится ему в здравом уме, но в течку предпочтения Феликса немного менялись. Обхватив миниатюрные запястья, Хван сразу повязал махровый пояс халата вокруг его белоснежных рук. На это действие альфы, омега блаженно ухмыльнулся и заёрзал на месте от неутолимого желания почувствовать в себе член или хотя-бы пальцы Хвана. От действий младшего Хёнджин победно улыбнулся и аккуратно раздвинул ноги Феликса, сев между ними. Проведя руками по изгибам прекрасного тела своего омеги. Руки остановились на маленьких розоватых бусинах, а губы старшего уже ласкали утонченную шею Ли, оставляя лёгкие укусы и поцелуи. Дыхание Феликса участилось от ласки старшего. Губы альфы переместились на левый сосок, который он сразу прикусил и услышал не типичный для голоса омеги высокий стон. Правая рука ласкала правый сосок, зажимая его между длинных пальцев, пока язык обводил второй сосок. От этой стимуляции омега был готов взорваться, издавая звуки больше похожие на скулёж. Вид нуждающегося омеги заводил Хёнджина ещё сильнее, и ткань полотенца все больше торчала, выдавая возбуждения альфы. Еще каких-то пару ничтожных действий, старший почувствовал какую-то жидкость на своем подбородке и белое пятно на животе младшего, сам Ли тяжело дышал и периодически подрагивал от недавнего оргазма. — Кончил только от стимуляции сосков? — Хван самодовольно ухмыльнулся, собирая сперму омеги со своего подбородка, — сладко. Феликс ничего не ответил на колкость альфы, лишь метнул недовольный взгляд. Хёнджин знал как младший не любит долгие прелюдии, особенно в течку, но сегодня у Хвана было необъяснимо сильное желание подразнить его. Пухлые губы альфы начали проводить дорожку поцелуев вдоль тела омеги, слегка его щекоча. Феликс бы соврал если бы сказал, что это не доставляло ему удовольствия. Недолго думая, старший решил уделить внимание розоватой дырочке, которая вовсю жаждала к себе внимания. Ловкие пальцы Хвана уже собирали смазку омеги по краям ануса и проникли внутрь, Хёнджин развел их на манер ножниц, ища нужную точку. Когда пальцы нащупали нужную точку и слегка надавили на неё, омега почувствовал сладкое наслаждение, было ощущение что по его телу прошелся электрический заряд тока, от чего младший пытался сильнее насадиться на пальцы, чтобы получить максимум удовольствия, а Хвана лишь забавляла такая реакция. Войдя третьим пальцем, до этого расслабленные стеночки ануса напряглись и почувствовав это Хёнджин на мгновение перестал двигаться, давая привыкнуть к трём пальцам, в это время под поясницей омеги заботливо была подложена подушка. Когда Ли начал сам насаживаться на пальцы, альфа решил резко вытащить их, от чего младший жалобно застонал, ёрзая по белоснежному постельному белью. Но в следующую секунду, пальцы вновь принялись растягивать проход омеги. Взяв одну ногу Феликса, закинул её к себе на плечо, Хёнджин наклонился ближе к соблазнительной голени и оставил на ней множество нежных поцелуев, поднимаясь выше. Внутренней стороне бедра альфа уделил особое внимание, кусая и целуя чувствительный участок кожи, отчего омега выгибался дугой и не мог сдержать стоны. Чем дольше Хван ласкал его и растягивал его проход, тем злее становился младший от неудовлетворенности, в другое время он бы ликовал от такого внимания, и подушка, которая заботливо лежала под его поясницей, грела душу его внутреннему омеги, ведь Хван все еще заботится о нем, но в течку ему хотелось всё и сразу. Поэтому, не выдержав этой пытки, он внезапно подал голос: — Да трахни ты уже меня, урод, — закинув внезапно свободные, от так называемых оков, руки на шею старшему и притянув ближе к себе, омега зло прошипел на него и получил лишь улыбку, Феликс готов был уже сам трахнуть этого непутёвого альфу, как он внезапно почувствовал то самое необходимое ему чувство заполненности, — О да-а. — протяжно простонал и потянулся к Хёнджину за поцелуем. Из-за резкого напора Ли, альфа напрочь забыл о презервативах, которые любезно подготовил младший. — Бля, какой ты узкий, — проговорил Хван, войдя до упора. Поначалу толчки были размеренными и медленными, давая младшему привыкнуть. Через какое-то время альфа сменил темп на более быстрый, иногда доставляя омеге не самые приятные ощущения. Хёнджин читал Феликса как открытую книгу, замечая каждую эмоцию на его лице. За несколько прожитых лет вместе, Хван выучил младшего от и до, так что понять, что Ли было некомфортно не доставляло никакого труда. После того как старший заметил дискомфорт омеги, он решил немного изменить позу. Его руки располагались на сочных ягодицах младшего, тем самым приподнимая его бёдра и меняя угол толчков. А их губы слились в очень мокром и грубом поцелуе, посасывая языки друг друга и кусая губы чуть ли не до крови, они оба получали дикое удовольствие. В этом положении член Хёнджина бился по простате в разы чаще, от чего комната заполнилась прекрасными, для ушей старшего, стонами. Младший успел опять кончить от частой стимуляции той самой точки. Комната отеля заполнилась их феромонами, создавая ядрёную смесь, любой бы кто зашёл вероятнее бы не выдержал такое большое скопление доминантных феромонов. Губы Хвана оцеловывали лицо младшего, проходясь по линии челюсти и поднимаясь выше, добравшись до мочки уха, альфа слегка прикусил её, посылая дрожь по всему телу. Руки младшего держались за крепкую спину Хёнджина, оставляя небольшие следы от ногтей. Им двоим безумно нравилось происходящее. Им доставляло несказанный кайф, осознание что в такие моменты они становились одним целым. Старший почувствовал, что он был близок к пику, его движения стали грубее и резче. Омега слишком сильно сжимал член альфы в себе, чем ускорил оргазм Хвана. Тело альфы напряглось, он издал глубокий рык, когда волна наслаждение захлестнула его с головой. Он плотнее прижался к разгорячённому телу, ощущая как внутри омеги разливалось тепло его семя. Дыхание альфы стали прерывистым и тяжелым. Феликс лежал почти неподвижно, отходя от накатившегося оргазма, лишь тяжело дышав, пальцы на его ногах все ещё были слегка поджаты. Пока они оба были разморенные после оргазма, никто и не обратил внимание на то, что Хван всё ещё не вышел из омеги, спохватились они лишь тогда, когда Ли издал негромкий стон, от того, что член внутри него начал увеличиваться. Выражение лица омеги вдруг изменилось, оно было вне себя от злости. Альфа не успел заметить это, как почувствовал, как небольшие кулачки Феликса ударяли его по подкаченной груди. Омега слишком быстро отошёл от течки и уже был слишком серьёзен и зол на безответственного альфу. — Придурок, ты хоть понимаешь, что ты сделал? — озлобленно проговорил Феликс, — Почему ты не надел презерватив? Что мне с этим теперь делать, у меня только начали идти все вверх! — омега слишком эмоционально жестикулировал руками и он, казалось, был на грани истерики и того, чтобы влепить альфе пощёчину. — Ты хоть думаешь своей голо…. — старший не дал договорить омеге, так как поменял позу на более удобную для них двоих, отчего Ли вновь издал стон. Теперь младший восседал на коленях альфы, смотря ему прямо в глаза. — Детка, давай спокойно обо всем поговорим, — промолвил Хёнджин, заправляя за ушко Феликса мокрую от пота прядь, — тем более нам есть что обсудить и думаю сейчас самое лучшее время. — Ли тяжело вздохнул, пытаясь успокоиться чтобы спокойно всё обсудить, но получалось тяжело. В прошлом они разошлись на плохой ноте, из-за частых ссор и неумения решать проблемы словами.

***

В те времена у них уже были натянутые отношения, и они оба заводились с пол оборота. Даже спали в разных комнатах, чтобы лишний раз не раздражать друг друга. Пересекались они лишь за завтраком и когда Хёнджин отвозил омегу на работу и ехали они в абсолютной тишине. Их последняя ссора, которая была вызвана ревностью младшего стала решающей. Феликс приревновал Хвана к его новому младшему коллеге, которому старший помогал освоиться и обучал того тонкостям их системы на работе. И закатил ему скандал уже в машине. В тот день, омега был в не себя от злости, он был уверен, что этот коллега флиртовал с его альфой. Видите ли тот слишком мило ему улыбался. Он не хотел слушать никаких оправданий, и в принципе что-либо слушать, а альфа слишком устал от упёртости и беспочвенной ревности своего мужа, выпалил «давай разведёмся». Феликс согласился, он тоже устал от этих отношений, где никто друг друга не слышит. Перед судом, супруги много думали об их браке, в начале их отношений — брак казался им чем-то очень прекрасным. Но кто ж знал, что характер двух доминантных далеко не сахар, и при каждой ссоре они пытались задушить друг друга такими убийственно терпкими феромонами, которые сильно раздражали слизистую. Но их это не интересовало. Они оба были по-своему эгоистами, и если старший всегда пытался помириться первым со своим возлюбленным и как-то его утешить, то омежья гордость всегда была как высота 16-ти этажного здания, если не выше. Да и негоже омегам первым извиняться. Потом, когда пара находилась в суде, у младшего в голове всплыло всё то что альфа пытался ему объяснить, то что «новый коллега — тоже альфа», и тот просто хотел отблагодарить старшего за помощь, они оба понимали, что наговорили лишнего в тот день, но были слишком горды чтобы извиниться и так они расторгли брак, ни сказав друг другу ни слова, и даже не посмотрев на друг друга. Они разбежались как в море корабли. После этой ситуации прошло несколько месяцев и только тогда они решили снова встретиться и обговорить всё что накопилось, но нормально поговорить не получилось, они всё ещё были злы и обиженны чтобы обсуждать это. Каждый пытался обвинить друг друга в произошедшем. Чувства остались у обоих, но говорить о них никто не осмелился так что бывшие супруги договорились просто встречаться несколько раз в год для того, чтобы просто утолить свои природные потребности в виде течки и гона.

***

— Что мне теперь с этим делать? — уперевшись на грудь альфы, злобно задал вопрос омега. Почувствовав то, что омега ещё злится, альфа выпустил успокаивающие феромоны, зная, что это поможет младшему. Когда мята перестала так горчить, что означало что Феликс был уже спокойнее, Хван ответил: — Мы не молодеем, Феликс, — поглаживая по спине, проговорил альфа. — Мы истинные в конце концов. И я всё ещё люблю тебя, малыш. — Эти искренние слова подвергли Ли в шок. Все эти два года, что они были разведены, Феликс тешил себя надеждами о том, что альфа всё ещё любил его, ведь младший сам любил его. — Я тоже люблю тебя, милый, — Феликс отстранился от груди альфы и смотрел тому прямо в глаза. После небольшого откровения, у них обоих читалась надежда в глазах. Хван первым потянулся за поцелуем. Этот поцелуй был очень чувственным и впервые за долгое время был наполнен любовью. — Хёнджин, ты готов к воспитанию ребёнка? — Конечно, это же наш с тобой ребёнок! — произнёс альфа с особой теплотой, делая акцент на слове «наш». Его рука уже неосознанно поглаживала живот младшего. Услышав эти слова, омеге стало легче на душе. Теперь он снова чувствовал поддержку такого родного мужчины.

***

С той встречи прошло уже 4 года. Два года назад они снова решили скрепить свои отношения узами брака. Все их друзья и знакомые были очень рады снова видеть их счастливыми вместе. Теперь у них так же подрастал прекрасный альфочка Хёну. Родители не могли налюбоваться этим прелестным ребёнком, и в квартире теперь было много семейных фотографий, в особенности фото Хёну с каких-то мероприятий. Этот прекрасный малыш всегда радовал родителей хорошими успехами в садике и своей лучезарной улыбкой. Теперь на шее Феликса красовалась яркая метка. Омега так же пожертвовал своей карьерой ради семьи, но твёрдо решил снова вернуться к работе, как только Хёну пойдёт в школу. За время их разлуки они осознали всю важность умения говорить и слушать, так что, когда они решили начать всё с чистого листа, их взаимоотношения стали намного более крепкими. Ссор и недопониманий стало намного меньше. Хоть первое время и было сложно, оба пытались идти на уступки и умерять свой доминантный пыл. Перед рождением ребёнка они даже ходили к психологу чтобы узнать, как лучше воспитывать их чадо, и как не травмировать его детскую психику.