Ведьма

Это были самые быстрые четыре месяца моей жизни. Всё свободное время (а с наступлением каникул вообще всё время) я проводила, зубря книги и справочники. Они были похожи на одну безумно интересную книгу в нескольких томах. Попутно я зачитывалась дополнительной литературой, но даже её казалось мало. Я хотела знать больше. Намного больше. Поэтому, когда седьмого июля ко мне наконец прилетела сова со списком нужных книг, я была счастлива. Профессор МакГонагалл велела мне не привлекать в переулке лишнего внимания, ибо из всех студентов я единственная, кто получил список литературы так рано. Опекуны, естественно, были недовольны тем, что я куда-то отправляюсь без них, но когда речь зашла о летучем порохе, быстро растеряли свой пыл. У меня ещё оставалось некоторое количество денег с прошлого раза, но их было недостаточно для приобритения всех книг из списка и мне пришлось ещё раз зайти в банк. Помимо обязательной литературы я ещё купила парочку книг для «внеклассного чтения» и конечно же перья с чернилами! И я вновь принялась читать, изучать, сравнивать, записывать. Я никак не могла остановиться. Школьные учебники никогда не вызывали во мне такой бурный интерес, но разве обычная школа могла сравниться с волшебной? В этих книгах было интересно всё: от восстаний тролей в пятнадцатом веке до самого директора Хогвартса, которому, если верить справочникам, в этом году исполняется 111 лет! Но даже это всё не шло ни в какое с тем, что я вычитала в одной из книг. Оказывается, совсем недавно в мире волшебников состоялась война. И её начал некий великий тёмный волшебник со странным именем «Тот-кого-нельзя-называть». Интересно, чем думали его родители, когда давали ребёнку такое имя? Но самым поразительным было то, что совсем недавно, тридцать первого октября тысяча девятьсот восемьдесят первого года он был повержен обычным младенцем. И якобы, одно из его заклинаний оставило на лбу мальчика (Гарри Поттера, как я выяснила) причудлтвый шрам ввиде молнии! Правда, мне не очень-то верилось в это, но ладно. Быстро управившись с изучением дисциплин первого курса, я пошла дальше. Конечно, эту информацию я уже не заучивала и уверена, что когда я дойду до нужного года обучения, всё это уже забуду, но мне было слишком интересно и слишком нечем заняться. На кухне я стала появляться всё реже и к концу июля два моих килограмма канули в небытие. У меня оставался ещё целый месяц, но я уже знала, что существуют четыре разных факультета, что распределяет на них шляпа и что в волшебном мире есть деление по чистоте крови (я относилась к числу магглорожденных, или, как их ещё называли, «грязнокровок»). Так или иначе, волшебный мир заинтересовывал меня всё больше и больше и я с нетерпением ждала поездки в Хогвартс…

***

— Итак, мистер Редтоп, вы согласны на подписание этого договора? — я тяжело вздохнула и перенесла очередную фразу мужчины на бумагу. Ну почему он не может не говорить так много слов? Не спрашивайте меня ни о чём. Я сама не до конца понимаю, как я оказалась в этом доме. Часа два назад взбудораженный Майкл влетел ко мне на чердак и, бессовестно оторвав от чтения справочника зельевара, потянул вниз, говоря, что ему срочно нужен ассистент-писарь и я должна немедленно куда-то с ним уехать. И вот я здесь, в этом доме с аккуратным садиком. Как я успела понять, моему опекуну предложил сотрудничать один весьма амбициозный толстяк, владеющий фирмой по производству свëрл. Каким боком свëрла связаны с кулинарией я так и не поняла, но мужчина продолжал нести какую-то ахинею про то, как полезно всегда иметь под рукой свëрла фирмы «Граннингс» и почему мой отчим обязан согласиться на договор о сотрудничестве. Честно, я даже восхищена его умением убежать. Я бы посмеялась, но моя бедная рука, которой пришлось в быстром темпе записывать всю эту нескончаемую белиберду, ужасно ныла и не способствовала веселью. — Не знаю, мистер Дурсль. Мне кажется, что пользы эта сделка не принесёт. — Да вы что?! — возмутился мужчина, — Вы просто не понимаете всей выгоды этого предложения! Представьте: вам срочно нужны свёрла и вы в спешке бежите в ближайший магазин, где покупаете не пойми что! Во первых, — мужчина начал загибать пальцы, — не факт, что они окажутся надёжными, во-вторых, может быть производственный брак, в-третьих, это обойдётся вам гораздо дороже, чем при заключении сделки, ведь если вы примете наши условия, то для вас будет сделана эксклюзивная скидка двадцать процентов на все товары! — мужчина подмигнул, а его жена, сидевшая рядом, ободряюще улыбнулась. Лицо Майкла однако, выражало полное недоумение. Было видно, что он пытается принять решение и, судя по всему, оно будет не в пользу толстяка. Жена мужчины, заметив это, быстро приняла самый что ни на есть равнодушный вид и с напускным холодом заявила: — Не упустите свой шанс, мистер Редтоп. Через неделю у нас будут ещё одни переговоры о сотрудничестве… — женщина отпила воды из стакана и многозначительно посмотрела на моего опекуна. Майклу, кажется, совсем стало плохо: его лицо побледнело, на лбу выступили капельки пота. — Мне нужно подумать об этом… — пробормотал он и поспешно поднялся с дивана. Я встала следом. Наконец-то, а то меня уже начали терзать сомнения, что ещё немного — и я останусь без руки. — Мистер Редтоп! — окликнула женщина. — Позвольте пригласить вас с семьёй на ужин завтра в шесть вечера. — она обворожительно улыбнулась. — Я… — мужчина глянул на меня, но моё лицо не выражало абсолютно ничего. — Мы обязательно прийдëм! Майкл попрощался с мистером и миссис Дурсль и мы наконец-то вышли из этого дома. Почему-то сразу стало легче дышать. Их дом вызывал у меня очень странное ощущение. Он давил своей идеальностью, но при этом я чувствовала что-то очень странное и неуловимое… Надеюсь, на ужин меня не возьмут.

***

О, как же я ошибалась! Майкл заявил, что если снова начнутся переговоры, ему может понадобиться человек, который записывал бы каждое слово. Ох, клянусь, если бы я могла, то давно запустила бы в него каким-нибудь заклятием. — Добрый вечер, мистер Редтоп, — нас встретила жена владельца фирмы. Майкл прошевствовал внутрь и мы прошли вслед за ним. — Миссис Редтоп, — женщина обратилась к Марии, — добро пожаловать! Мачеха хмыкнула и приподняла подбородок. — Мисс Редтоп? — обратилась хозяйка дома к Авроре. — Да, это я! — Аврора скопировала жест матери. — Благодарю за приглашение! На секунду вежливая улыбка сошла с лица женщины, но тут же вернулась назад. — Мне очень приятно со всеми вами познакомиться! Я Петуния Дурсль, жена вашего будущего делового партнёра. Прошу вас… — женщина осеклась, заметив меня за спиной Авроры и в замешательстве посмотрела на Майкла. Однако, мой отчим проблемы не понял и я решила взять всё в свои руки. — Добрый вечер, миссис Дурсль! — я сделала книксен. — Я тоже мисс Редтоп. — Замечательно! Чтож, прошу всех к столу… Мы прошли в комнату, где уже был накрыт большой стол. У входа стоял сам мистер Дурсль с каким-то мальчиком в парадном костюме. — Добро пожаловать, мистер Редтоп, миссис Редтоп, мисс Редтоп и мисс Редтоп! — поприветствовал нас мальчишка. Судя по всему он был либо моего возраста, либо чуть старше. — А это наш сын Дадли! — улыбнулась миссис Дурсль. — Очень хороший мальчик! Когда мы сели за стол и начали трапезу, мистер Дурсль попытался завести разговор с Майклом, но затея успехом не увенчалась и миссис Дурсль попыталась спасти положение, заговорив с Марией. — Миссис Редтоп, какая у вас прелестная кофточка! — Благодарю! — мачеха ещё выше задрала подбородок. — Я всегда стараюсь подбирать под свою ангельскую внешность вещи, достойные меня. — Одежду нам шьют на заказ! — вставила довольная Аврора. Ну да, на заказ. Жаль, что у меня из вещей, сшитых на заказ только мантия, остальное мне покупают в обычных магазинах. Например, сейчас на мне простой белый сарафан, который в спешке купили именно к этому ужину, чтобы я не шла в джинсах. Миссис Дурсль немного стушевслась, но предприняла ещё одну попытку разбавить тишину. И на этот раз она обратилась ко мне: — Мисс Редтоп, я видела вас здесь в прошлый раз вместе с вашим отцом. Вы стажируетесь у него или просто помогаете? На сколько же ей было нечего у меня спросить, если она решила вернуться к прошлой встрече? Спасибо, что хотя бы не про альбинизм вопрос. Вообще, я была удивлена выдержке этих людей. Обычно на меня все пялятся, а они ведут себя вполне нормально. Правда, их сын частенько на меня поглядывает, но всё же это нормально, не думаю, что он встречал когда-либо мне подобных. Да и взгляды эти не такие нагло изучающие, как у большинства людей. Видно, родители предупредили его. Молодцы. — Я просто помогаю. — улыбнулась я женщине. — Руководительство — сложное бремя. Папе (на этом слове я старательно пыталась не скривиться) иногда требуется моя помощь. — я старалась, чтобы мой голос звучал как можно дружелюбнее. Какой же всë-таки контраст с надменным тоном мачехи! Миссис Дурсль чуть расслабилась, но атмосфера всё ещё оставалась напряжённой и я уже хотела сама завести разговор, но в этот момент сверху раздался скрип половиц, а затем знакомое уханье. Мои глаза расширились от удивления. Источник звука явно находился в доме. Миссис Дурсль многозначительно глянула на мужа и тот, извинившись, встал из-за стола и направился на второй этаж. Когда звух его тяжелых шагов затих, раздалось какое-то бормотание, а затем снова уханье и звон чего-то металлического. — Что это там у вас? — задала вопрос Мария. — Где? — наигранно не поняла миссис Дурсль. — Сверху. — Ах, это… Это… — Это наш кот. — заявил вернувшийся мистер Дурсль. Что за чушь? — Кот? — поразилась Аврора. — У меня аллергия на шерсть... — Это сфинкс. — Сфинкс? А можно мне посмотреть? — Я не думаю, он… Немного нервный. — Она только посмотрит! — вступилась за дочь Мария. Миссис Дурсль бросила испуганный взгляд на мужа и пробормотала что-то про острые когти и скверный характер. Аврора пожала плечами и вернулась к трапезе, но мачеха продолжала сверлить Дурслей настороженным взглядом. — Кто там? — наконец произнесла она. — Не морочьте нам голову, у вас нет кота. Я поджала губы: какой бы глупой моя мачеха ни казалась, она всегда умело отличала ложь от правды и, надо сказать, была весьма проницательна. — Это наш племянник, Гарри… — Племянник? — поразился Майкл. — Но почему он не с нами, а на верху? — Он у нас немного шалит и мы… Решили, что будет лучше, если он останется наверху. Ха! Да, да, Гарри такие! У меня в школе было два паренька с таким именем. Ужасные хулиганы! — Да что вы? — удивилась мачеха. — А я наивно полагала, что это семейный ужин... — в её голосе слышалось разочарование. Миссис Дурсль вздохнула. — Поттер, спускайся! Поттер? Знакомая фамилия… Послышались шаги и в комнату вошёл худой темноволосый мальчишка в очках, который тут же подошёл к своим дяде и тёте. — Поттер… — начал было мистер Дурсль, но жена его перебила. Поттер… Что-то очень знакомое. — Поужинай с нами, Гарри. — женщина натянуто улыбнулась. Было понятно, что отношения у них не очень хорошие. Правильный ответ так и маячит в голове, но поймать его никак не удаётся. Мальчик хотел было возразить, но мистер Дурсль злобно зыркнул на него и парень притих. Поттер… Гарри… Стоп. ЧТО?! — Гарри Поттер?! — воскликнула я. Мальчик обернулся и я столкнулась с его ярко-зелёными глазами. Затем мой взгляд поднялся выше… Я поражённо вздохнула: под взъерошенной чёлкой виднелся шрам. Тот самый шрам! Всё как в книге! Не может быть! Мы так и смотрели друг на друга: я на него, как на приведение и он на меня, со смесью удивления и непонимания. У него на лбу так и было написано: «Ты меня знаешь?». Но если его удивление ещё можно было списать на то, что он впервые видит альбиноса, то мой шокированный взгляд оправдать было нельзя… — Кхе-кхем… — напомнила о себе миссис Дурсль. Чëрт. Опять я забылась. — Прошу прощения. — извинилась я, вернув себе самообладание и, приняв самый непринуждённый вид, продолжила есть. Во время ужина я то и дело замечала на себе изучающий взгляд Гарри Поттера. Но я старалась делать вид, что ничего не происходит и улыбалась в ответ на рассказы мистера и миссис Дурсль, которые теперь поглядывали на меня с подозрением. А в машине меня ждал разнос… — И что это было, Диана? — сурово спросила Мария, как только автомобиль сдвинулся с места. — Вы о чём? — попыталась состроить дурочку. — Не прикидывайся! Что это были за переглядки с племянником Дурслей? — Это были не переглядки. Он просто никогда не видел альбиносов, вот и удивился. — Ну да, как же! Все мы видели, как ты на него пялилась, как на восьмое чудо света! — возразила Аврора. — Извините… Просто… Имя у него странное очень. — У нас же в школе полно мальчиков с таким именем! — В отличие от тебя, я всё время провожу одна. Мне некогда знакомиться. — огрызнулась я. — Да как ты смеешь, обращаться ко мне на «ты»?! — завизжала Аврора. Ненавижу. — Аврора! — осадил её Майкл. — Не отвлекайте меня, я за дорогой слежу.

***

1 сентября, 1992 Этот день просто великолепен! С утра я собрала все свои вещи в новый чемодан (в мой маленький рюкзачок это всё не поместилось бы) и отправилась на вокзал. Моя приёмная семейка вызвалась меня проводить. Аврора, так и вовсе намеревалась со мной прямо до платформы топать, но мачеха ей не позволила. Слишком людно сегодня. И вот теперь, они стоят у стенки возле входа и прожигают меня взглядами. Эх, мне бы ещё платформу эту найти. Слишком уж у неё номер чудной. Хорошо, что я быстро отделалась от любимого семейства, а то, чувствую, искать мне придётся долго… Вот и платформа номер 9. А номера 9¾ здесь я что-то не наблюдаю. Я подошла к десятой платформе. Странно. Очень странно. Я вернулась к платформам 7 и 8. Нет, ну должна же она где-то быть. Мы же уже выяснили, что волшебный мир существует! Сзади меня раздалось уханье. Я обернулась. По направлению к платформам 9 и 10 шагала бежала какая-то девочка лет десяти — одиннадцати. Она подошла подбежала к стене между платформами и… Ох, Боже, она же сейчас удариться! Я кинулась было вперёд, чтобы помочь бедолаге, но девочка будто растворилась в стене, будто… ПРОШЛА ВНУТРЬ?! Я с опаской потянулась пальцами к стене и (не может быть!) моя рука провалилась вглубь. Не особо соображая что к чему, я шагнула в (как-бы абсурдно это не звучало) стену. Шаг, второй. И я вышла на оживлённую платформу. Всюду было полно людей в странной одежде. Всюду бегали дети с вокзальными тележками. Пару раз я даже заметила сов в клетках! Это что, домашние животные такие?! Из размышлений меня вырвал гудок поезда, который я не заметила. На нём была надпись: «Хогвартс экспресс». Теперь сомнений в том, что я в правильном месте у меня не оставалось. Я подошла к поезду и зашла в один из вагонов. Справа были двери купе. Я как завороженная подошла к окнам в коридоре. Это моя первая поездка на поезде! Не могу поверить! Я ущипнула себя за руку. Больно — значит, не сплю. В вагон ввалилась кучка студентов. Толкаясь и смеясь, они прошли вперёд, ко входу в следующий вагон. За ними зашли ещё студенты. Пора бы поторопиться, а то свободных мест не останется. Я вздохнула и пошла дальше по коридору. В первых трёх вагонах все купе были заняты. В четвёртом было слишком много людей и пришлось привалившись к стенке ждать, пока все пройдут, ибо я боялась, что меня просто-напросто затопчут. Однако поток студентов не хотел заканчиваться и я всё же попробовала протиснуться вперёд. Сначала у меня очень даже неплохо получалось, но на третьем или четвёртом шаге мне кто-то наступил на ногу. Я с трудом сдержала крик. Всё-таки это не самое приятное ощущение… — Эй, смотри куда идёшь! — кинула мне какая-то рыжеволосая девочка, пытаясь протиснуться дальше. Не поняла. Это ведь она мне на ногу наступила! — Я то смотрю, а вот ты, видимо, в облаках летаешь. Девочка резко развернулась и одарила меня холодным взглядом оливковых глаз. Ха! Меня таким не напугаешь! Мой взгляд был не менее холодным. — Я вижу, ты у нас очень смелая. — ну ничего себе. Ставлю все свои сбережения, что она на Слизерине. — Допустим. И что с того? — нет, ну хороша. Сама наступила, сама наехала. — Да ты хоть знаешь, кто я? — ого, а это уже интересно. — И кто же? — я одарила хамку скептическим взглядом прозрачных глаз. Было видно, что девчонка немного стушевалась, однако, она в ту же секунду вернула себе оскорблëнный вид. — Я Фелина Сандер! — И что? — усмехнулась я. — Да хоть сама королева, хамить ты мне не смеешь. Хотя нет, — я картинно задумалась, — королева бы так не поступила. — Ах ты мелкая… — это почему это я мелкая? Ну да, я её немного ниже, и что? Рыжая схватила меня за руку и подтянула ближе к себе. — Да как ты смеешь так со мной разговаривать? — прошипела девчонка. — Эй, вы! Не загораживайте проход! — какой-то старшекурсник небрежно оттолкнул Фелину. Рыжеволосая навалилась на меня, а я тем временем, врезалась спиной в дверцу купе, чудом не выронив чемодан. Но на этом эпическое падение не закончилось. Дверь купе, не выдержав давления, отъехала в сторону и мы с Фелиной повалились на пол. Точнее, я упала на пол и стукнулась затылком, а моя «новая знакомая» вместе со своим чемоданом навалилась сверху. Ох, бедная моя головушка. Кажется, она сейчас взорвётся… — Кхм… Может, ты уже слезешь с меня? — прокряхтела я, пытаясь подняться. Девчонка тут же вскочила и принялась отряхиваться. — Как будто мне так уж сильно хочется лежать с тобой в обнимку… — проворчала она. — Ты кто вообще? Я тебя раньше здесь не видела. Я с трудом поднялась и села на диван. К моему изумлению, купе было полностью свободно. — Я Диана. — А фамилия? — Редтоп. — Хм… Я не слышала такую… — Фелина закрыла дверь в купе и, сев на диван, уставилась на меня. — Ты на каком факультете, белобрысая? — Я… Я ещё не знаю. — призналась я. Видимо, падение её отрезвило и она успокоилась. — Как это не знаешь? — девчонка нахмурилась. — Ах, так ты новенькая! Ха! А по тебе и не скажешь, что ты на год младше меня! Первокурсница, ты почему старших не уважаешь? — А при чëм тут возраст? — удивилась я. — Ты ведь сама мне на ногу наступила, а потом ещё и наехала просто так. К тому же, — я внимательно оглядела собеседницу, — по тебе тоже не скажешь, что тебе тринадцать лет! — Разумеется, — фыркнула она, — потому что мне двенадцать! Очень интересно. И почему это я тогда её младше? — Но ты же сама сказала, что я тебя на год младше! — Конечно, ты же идёшь на первый курс. А на первый курс поступают ровно в одиннадцать лет… Или у тебя сегодня день рождения? — Да нет… Мой день рождения был двадцатого марта. А твой? — непонятно зачем спросила я. — Двадцать девятого августа тысяча девятьсот восьмидесятого года. — гордо заявила девчонка. — Ну вот, говоришь, что старше меня, а на самом деле младше почти на пол года! — я усмехнулась. — И кто это теперь не уважает старших? — Погоди-ка… Ничего не понимаю! В каком году ты родилась? — В тысяча девятьсот восьмидесятом. — Ну да, так я тебе и поверила! Как же ты можешь быть старше меня, если идёшь на первый курс! — А кто тебе сказал, что я иду на первый курс? — Ты сама и сказала. Ага, конечно. Лучше слушать надо. — Нет, я такого не говорила. Я лишь сказала, что не знаю на каком я буду факультете. — Ну да, но разве… О, так ты новенькая? — её глаза округлились. Ага, дошло наконец. — Тогда давай познакомимся как полагается. — собеседница протянула мне руку. — Я Фелина Сандер, второй курс, Слизерин, полукровка. — интересненько, минут десять назад она хотела меня убить, а теперь руку протягивает? И вообще-то я старше, а значит, руку протягивать должна я. Ну да ладно. — Диана Редтоп, судя по всему, тоже иду на второй курс, факульт не знаю какой, грязнокровка. — Я осторожно пожала протянутую руку, опасаясь, что Фелина может отдëрнуть её, узнав о чистоте моей крови. Однако этого не произошло. — Впервые вижу маглорождëнного волшебника, без стеснения называющего себя грязнокровкой. — поражённо вздохнула она. — А чего стесняться? Я ведь такая же волшебница, как и ты. Знаю, некоторые топят за чистоту крови, но ведь это не повод хуже относится к людям. Да и слово «грязнокровка» проще и короче, чем слово «маглорождëнная». — Ну-ну, ты бы это ещё Драко попробовала рассказать… Мне теперь даже интересно, чем бы это закончилось! — рассмеялась Фелина. Ой, а мы типо уже подружились? — Кто такая Драко? — Во-первых не «такая», а «такой». Это парень. Я говорю о Драко Малфое. — пояснила рыжая. — Малфой? Где-то я уже слышала эту фамилию… — я усердно пыталась вспомнить при каких обстоятельствах я могла её слышать, но никак не могла ухватиться за воспоминание. — Конечно ты слышала! Он ведь наследник чистокровного рода и принц Слизерина! Род Малфоев входит в священные двадцать восемь! — Принц Слизерина? Это у вас ежегодное голосование такое? — Да ты что? — возмутилась Сандер. — Он же из такой влиятельной семьи, с таким безупречным характером! Конечно он стал принцем нашего факультета! Пэнси говорила, что… — Так, стоп, стоп, стоп! Я не хочу слушать ни о каких принцах! Я конечно очень рада за этого парня со странным именем, но мне это не интересно. — Да ты послушай! Потом сама меня расспрашивать будешь! Он ведь такой… — Фелина мечтательно закатила глаза. — Одни его остроумные подколы чего стоят! Я вопросительно посмотрела на собеседницу. Сдаётся мне, она по уши влюбилась в этого Малфоя. — Я просто восхищаюсь им, как настоящим слизеринцем. — немного смущённо пояснила рыжая. — Шляпа даже не успела ещё коснуться его волос, а уже отправила на наш факультет! Но раз тебе не интересно, то как хочешь. Тогда расскажи мне о себе. Откуда ты? Из какой школы перевелась? — Ни из какой. — Как это? — поразилась Фелина. — Как же ты тогда программу догонишь? — У меня было время, чтобы изучить теорию, а на догон программы мне выделят два месяца. — пояснила я. — Я недавно переехала сюда из России, профессор МакГонагалл сказала, что я должна была учиться в Колдовстворце, но мне от туда не приходило никаких приглашений… — А, да, я знаю! Русская школа волшебства ещё в позапрошлом году перестала рассылать письма. Теперь маглорождëнным волшебникам сложно попасть туда! Но я уверена, что Хогвартс в сто раз лучше! Так, на какой факультет ты хочешь попасть? — В целом мне всё равно, — я задумалась, — главное, чтобы не Слизерин. — Эй! Чем это тебе мой факультет не угодил? — с вызовом спросила Фелина. — Дело не в самом факультете… Точнее не совсем. Я просто не приживусь там. Я прочитала всё про факультеты Хогвартса. Мне очень нравится атмосфера Слизерина, но люди, которые там учаться, отталкивают. И нет, — поспешила возразить я, — к тебе это никак не относится. Я вообще поражаюсь тому, что ты не облила меня грязью, когда узнала о моëм происхождении! Собеседница вздохнула. — Мой отец маглорождëнный… Я просто не могу ненавидеть грязнокровок и всё, что с ними связано. — она улыбнулась. — Лучше ты расскажи о своей семье! И я принялась рассказывать. О детском доме, о моей семейке и даже о том, как меня профессор МакГонагалл в курс волшебных дел вводила. — Но почему ты называешь своих опекунов «мачеха и отчим»? Это ведь неправильно. — Не знаю… Просто так проще. — А эта Аврора, как ты только терпишь её?! Будь я на твоëм месте, я бы врезала ей! — Но ты не на моëм месте. Я не хочу лишний раз провоцировать конфликт, вот и всё. — Эх, добрая ты душа, Ди. — Ди?! Это что ещё за дурацкое сокращение???? — Я уверена, ты попадёшь на Пуффендуй! — Может быть. Главное, чтобы коллектив хорошим и доброжелательным был. — Ну тогда точно Пуффендуй! Поверь, Ди… — Извини, но ты можешь не называть меня «Ди»? — Тебе не нравится? Ну хорошо, тогда я буду звать тебя Дианкой или Диашкой. Так нормально? — Д-да, спасибо… Фелина. — я немного смутилась от такой отзывчивости. Будь на её месте Аврора, она бы специально называла бы меня так, как мне не нравится. — Фели. — Что? — Ты можешь звать меня «Фели». Моё имя многие сокращают как «Лина», но мне не очень нравится такое сокращение, так что я тебя понимаю. — дружелюбно улыбнулась мне… Фели… Мда, а по нам и не скажешь, что всего-то около двух часов назад мы чуть ли не поубивали друг друга. Хах. Дальше диалог не зашёл. Я удобно устроилась на диванчике и с интересом рассматривала вид за окном, а моя новая знакомая что-то рисовала в блокноте. Не знаю точно, сколько прошло времени, но за окном уже стемнело, когда Фелина вдруг засуетилась. — Ох, нам уже пора переодеваться. — пояснила мне Сандер, доставая из чемодана одежду. — Переодеваться? — я нахмурилась. — Да, в школьную форму. — ответила мне Фели и принялась расчёсывать свои рыжие, подстриженные под каре волосы. Я решила не задавать лишних вопросов и просто поверить ей на слово, поэтому вскоре мы обе были одеты в форму. Она — в Слизеринскую и я — в нейтральную. Спустя минут десять поезд затормозил. Я схватила чемодан, но Фелина сказала, что их потом отдельно доставят в школу и мы должны ехать без них. Холодный вечерний воздух ударил в лицо. Мы спустились на платформу и я увидела большое небо, усеянное миллионами звёзд. Вскоре над головами студентов появился фонарь, а вместе с ним и чей-то голос: — Пер’курсники! Пер’курсники, сюда! — огромных размеров мужчина сзывал к себе детей. — Иди! — подтолкнула меня Фелина. — Ты здесь впервые, поэтому тебе можно вместе с первокурсниками. Я неуверенно глянула на неё. Что-то этот мужчина не вызывает у меня доверия. Но слизеринка заверила меня, что всё будет лучше некуда и я, выпрямив и так прямую спину, подошла к мужчине. Когда все собрались, мужчина повёл нас вниз по узкой, почти отвесной тропе. Толком никто не разговаривал. Рядом со мной шла девочка с очень длинными грязными, нечëсаными светлыми волосами. Её лица не было видно из-за темноты, но она напевала себе под нос какую-то чудоковатую песенку. Не знаю как, но её расслабленое состояние передалось и мне. — Сейчас увидите Хогвартс, — через плечо объявил мужчина. — Вот тут, за поворотом. И раздались восхищённые вздохи. Узкая тропинка привела нас на берег большого чёрного озера. На другом берегу, на вершине скалы, сияя окнами против звёздного неба, высился огромный замок с бесчисленными башнями и башенками. У меня слов не хватит, чтобы описать то ощущение, которое я испытала при виде новой школы. Она была похожа на замок из сказки. Я чувствовала себя Золушкой, которой удалось вырваться из плена злой мачехи и попасть на бал. Нас рассадили в лодки — не больше четырёх человек в каждую. Со мной в одной лодке оказалась та девочка с нечëсанными волосами и ещё две первокурсницы: одна черноволосая, другая рыжая. Вскоре лодки вошли в широкую пещеру. Мы проплыли по тёмному тоннелю и в конце концов достигли подземного причала, где высадились на каменистый берег. Затем мы поднялись, спотыкаясь, по узкому проходу в скале, следуя за фонарём, и вышли на ровный росистый газон прямо перед замком. Взойдя на каменное крыльцо, мужчина развернулся и оглядел нас. — Все на месте? Никто не потерялся? Мужчина поднял гигантский кулак и трижды постучал. Двери распахнулись. На пороге в изумительном изумрудном плаще стояла профессор МакГонагалл с невероятно суровым лицом. Намного суровее, чем при нашей встрече. — Пер’курсники, профессор МакГонагалл, — доложил великан. — Спасибо, Хагрид. Дальше я сама. — так вот как его зовут… Профессор широко распахнула створки. Вестибюль был огромен. На каменных стенах пылали факелы, потолок терялся где-то в вышине, а наверх вела роскошная мраморная лестница. Вслед за профессором МакГонагалл мы пошли по каменным плитам. Из-за дверей справа слышался гул сотен голосов — очевидно, там и должно проходить распределение. На глазах у всей школы. Мне стало не по себе от мысли, что все на меня будут смотреть. Женщина завела нас в пустую комнатушку по соседству с теми дверьми. Все сбились в кучку — слишком тесно для незнакомых людей — и растерянно озирались. Я же старалась сохранить спокойствие и не выдать своего волнения. — Добро пожаловать в Хогвартс, — заговорила профессор МакГонагалл. — Скоро начнётся пир, посвящённый началу учебного года, но, прежде чем вы сядете за стол в Большом зале, вас распределят по факультетам. Распределение — очень важная церемония, потому что, пока вы учитесь, факультет вам — дом родной, — ну всё, теперь мне страшно. — Вы будете заниматься вместе с другими учениками своего факультета, спать в одном дортуаре и проводить свободное время в общей гостинной… Факультетов у нас четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого факультета своя благородная история, на каждом учились выдающиеся волшебники. Пока вы в школе, за любой ваш успех факультету будут начисляться баллы, за любую провинность — вычитаться. В конце года факультет, заработавший больше всего баллов, награждается кубком — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас станет гордостью своего факультета… Церемония Распределения начнётся через несколько минут в присутствии остальных учащихся. Советую не тратить времени даром и привести себя в порядок. Я вернусь, когда всё будет готово, — сказала профессор МакГонагалл. — Будьте добры не шуметь. Женщина вышла из комнаты в вестибюль и я кинулась за ней. — Профессор МакГонагалл! — я остановила её уже у входа в тот Большой зал. Женщина обернулась. Судя по её лицу, я зря её отвлекла. — Мисс Редтоп? Я сделала книксен. — Простите, мэм, но я ведь не на первый курс иду. — Да, но вы всё равно обязаны пройти распределение. О вас объявят позже. После общего распределения. До этого момента оставайтесь в комнате. — Т-то есть я пойду отдельно? — Всё верно. А сейчас, прошу вас пройти в комнату. Я очень спешу. — о нет, нет, нет. Я не хочу одна! — Из-звините, но разве мне не нужно сначала к директору? — Директор сидит в зале. Я не смогла скрыть разочарование. Профессор, увидив мой поникший вид, немного смягчилась. — Вам не стоит бояться. Диана, через это проходят все, это не страшно. Всё будет хорошо! — попыталась приободрить меня женщина. — Но можно вы не будете объявлять обо мне, как о новой ученице, что перевелась на второй курс? Можно я пройду распределение вместе с первокурсниками? — Вы не хотите, чтобы я как-то выделяла ваше имя? — я кивнула. — Хорошо. — Благодарю, мэм! — честное слово, я бы обняла её, но навряд ли ей это понравилось бы, поэтому я сдержалась. Женщина ушла, а я вернулась в комнатку. Моего отсутствия никто не заметил. Все были увлечены разговорами о будущем. Я быстро собрала распущенные волосы в пучок и накинула сверху капюшон. Руки скрылись под руковами мантии. Я не хотела привлекать лишнее внимание. — Пойдёмте! — это вернулась профессор МакГонагалл. — Церемония начинается. Я встала в строй за темноволосой девочкой. Мы снова пошли через вестибюль. Я шла, опустив голову вниз, чтобы никто не мог увидеть моего лица. Наверное со стороны это выглядело очень смешно, но мне было не до смеха. Уж очень я боялась. Мы вошли в Большой зал и около меня раздались восторженные вздохи. Мне было очень интересно, что же из себя представляет этот Большой зал, но я слишком боялась привлечь к себе внимание. Вскоре нас построили лицом к ученикам и я услышала чьи-то голоса, шепчущиеся о красоте зала. Из разговоров я узнала, что зал очень большой и что его потолок заколдован так, что всегда выглядит, как небо снаружи. Вдруг откуда-то сзади раздалось пение. Как я поняла, пела распределительная шляпа. Она пела что-то про факультеты и школу, но я её не слушала. Все мои мысли были заняты предстоящим распределением. Когда песня закончилась, профессор МакГонагалл вышла вперёд с огромным свитком пергамента и начала называть учеников. — Арморс, Аарон. — Слизерин! — Брейкл, Дорати. — Пуффендуй! — Криви, Колин. — Гриффиндор! — Кримкинс, Роза. — Слизизерин! Я пыталась унять дрожь в руках, но у меня никак не выходило. А что, если я попаду в Слизерин? Меня же там загнобят! Ой, зачем я только подумала об этом??? Я рефлекторно сжала свой кулон, находящийся под одеждой. Мамочка, папочка, помогите мне! Всё будет хорошо! Всё будет… — Редтоп, Диана. Всё будет плохо. Я так разволновалась, что в глазах потемнело. Замечательно! Не хватало только в обморок при всех грохнуться! Я на негнущихся ногах подошла к табурету и села на него. На мою голову надели шляпу, которая оказалась слишком велика мне. — Хмм… — сказали мне прямо в ухо. — И куда же мне тебя определить? Что скажешь, красавица? Ой, да не бойся ты. Никто не видит твоего лица. — что?! — Да, я читаю твои мысли. Должна же я понять, куда тебя определить. Что? Не хочешь в Слизерин? Ещё одна! А ведь такой факультет хороший… Эх, ну раз не Слизерин, тогда пусть будет… ГРИФФИНДОР! Последнее слово шляпа выкрикнула на весь зал. Где-то слева зааплодировали. Я, на каком-то интуитивном уровне понимая, что там и находится гриффиндорский стол, пошла в ту сторону, откуда раздавались апплодисменты. Сердце отбивало чечётку. Меня разрывало от нахлынувших эмоций. Мысли путались. Одна моя сторона прыгала от счастья и кричала: «Гриффиндор! Гриффиндор! Не Слизерин!», вторая же твердила: «Рано радоваться, Диана. Ты ещё никого здесь не знаешь». Я не помню, как села за стол, не помню, как директор произнёс речь и на столах появилась еда. Все начали есть, а мне кусок в горло не лез. Я так и сидела, тупо уставившись в свои колени. Рядом раздался смех, явно принадлежавший девушке. — Эй, ты в порядке? — какой-то парень попытался стянуть капюшон. Я испуганно натянула его ещё ниже. Сама не знаю, чего я испугалась. Почему-то вдруг вспомнила, как в детдоме меня гнобили из-за альбинизма. Ух, что-то я совсем перенервничала. — Фред, не лезь. Не видишь что-ли? Испугалась она! — мне показалось, или голос второго парня был практически идентичен первому? — Пф, тоже мне. Не так уж это и страшно. — фыркнула дувушка, ранее смеявшаяся. — Хиония! — в один голос крикнули парни. У меня не осталось сомнений, что они близнецы. — Что? Я себя так не вела. — Ну да, все помнят, как ты профессора МакГонагалл поправила… — Не Хиони́я, а Хиóния! — передразнивали девушку близнецы. — Ой, да ладно вам. Джинни вот тоже не испугалась. Она вообще молодец! — Ну да, Джинни такая. Вон она, рядом с Перси. Надо будет её поздравить как следует. — согласился первый парень. — Но ведь все разные. А значит и реакция у всех разная. — это был второй парень. Студенты продолжили спорить, а я слушала этот спор, так как делать мне было нечего. Через минут пятнадцать я научилась различать голоса. У одного из братьев голос был чуть ниже. Осталось только понять, кто есть кто. — Нет, Джордж, этого не было! — ага, значит у Фреда более низкий голос. Отлично. Следующие десять минут я провела, слушая всё те же голоса. Нужно было закрепить результат. Затем директор объявил о том, что пир окончен и нам пора спать. Какой-то рыжий парень (да-да, я всё же чуть приподняла капюшон) звал к себе первокурсников. Не долго думая, я пошла к нему. Но сзади вдруг появилась профессор МакГонагалл. — Мисс Редтоп! Я обернулась. — Пойдёмте со мной! — Куда мы идём? — К директору. Он сообщит вам о вашем расписании. И мы пошли по многочисленным коридорам школы. Волнение ушло на второй план и уступило место восхищению этой красотой. В конце концов мы остановились у каменной горгульи. — Лимонные дольки! — произнесла профессор. Горгулья повернулась и открыла нам лестницу. Вот это да. Наверху была открыта дверь. Когда мы прошли в неё, моему взору открылось большое помещение. Здесь были и стеллажи с множеством книг и глобус и телескоп и ещё какие-то неизвестные мне приборы. Стены были увешаны портретами прежних директоров и директрис, которые мирно дремали в красивых рамах. В центре стоял громадный письменный стол на когтистых лапах. — Добрый вечер, мисс Редтоп! — с верхнего этажа к нам по лестнице спустился сам директор Хогвартса. Должна сказать, так я и представляла колдунов. Расшитый звёздами плащ и в тон ему остроконечная шляпа. Длинная серебристая борода спускалась к самым его ступням. — Добрый вечер, сэр! — я поспешно сделала книксен. Директор захихикал. — Итак, давайте познакомимся с вами. — мужчина протянул руку. — Я Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, директор этой школы. — его лицо озарила озорная улыбка. — Я Диана Редтоп. Рада знакомству, сэр! — я пожала протянутую руку. — Замечательно! Пройдëмте к столу, мисс Редтоп! Мы подошли к письменному столу. Директор сел и с интересом уставился на меня поверх очков половинок. — Итак, мисс Редтоп. Вы будете заниматься во второй половине дня. На догон программы вам отведено два месяца. Надеюсь, что вы справитесь. Дальше директор завёл длинный разговор о правилах школы, о мерах предосторожности, о предметах и экзаменах, которые мне предстоит сдать. В общей сложности я провела в кабинете директора два часа. Потом профессор МакГонагалл проводила меня до гостинной и показала мне мою комнату. Было уже за полночь и все гриффиндорцы спали. Затем профессор ушла и я осталась наедине со своими мыслями. Мой чемодан уже был возле моей кровати. На нём появились мои имя и фамилия. У меня было пять соседок по комнате. Моя кровать была самая ближняя к двери. Счастливо вздохнув, я хотела уже лечь спать, но вдруг вспомнила про то, что в школе можно колдовать и быстро достала из чемодана свою палочку. Вспомнив самое простое по моему мнению заклинание, я сосредоточилась. — Люмос! — на кончике палочки появился шар света. Я прикрыла рот рукой, чтобы не завизжать от счастья. Получилось! Я сотворила волшебство! Сама! У моих соседок по комнате не был задëрнут полог кровати и я смогла рассмотреть их лица, запоминая имена, выгравированные на чемоданах. У стены спала девочка с длинными чёрными волосами и смуглой кожей — «Парвати Патил», далее девочка с золотисто-русыми волосами — «Лаванда Браун», за ней гриффиндорка с пепельными волосами до плеч — «Демельза Фулл», далее девочка со светло-русыми волосами — «Фэй Данбар», и самая ближняя ко мне — с невероятно кудрявыми каштановыми волосами — «Гермиона Грейнджер». Я разобрала чемодан и переоделась. Ой, как же хорошо! Здесь даже ванная есть! — Нокс! — шарик света потух. Чтобы ещё проверить? Хм… — Вингардиум Левиоса! — я направила палочку на справочник зельевара. Ничего не произошло. Где же я ошиблась? Ладно, попробуем ещё раз. Рассечь воздух и взмахнуть… — Вингардиум Левиоса! — книга взлетела вверх. От нахлынувшей радости, я опустила палочку и книга с грохотом упала на пол. Упс. Я подняла справочник и положила его обратно на полку. Кто-то зашевелился. Боясь, что кого-то разбудила, я отложила палочку и легла на кровать, задëрнув полог. Я вырубилась почти моментально. Мне снилось Чёрное озеро и замок, сияющий во тьме.

***

Мои занятия начинались в 15:00 с заклинаний. Профессор Флитвик похвалил меня за подготовку. Почти каждое заклинание получалось у меня с первого раза. Ещё бы, я до дыр изучала учебники. Этот маленький профессор оказался очень милым и добрым. Чего нельзя сказать о профессоре Снейпе, чьи уроки стояли у меня после заклинаний. Я осторожно постучалась в кабинет зельеварения. — Войдите. — послышалось изнутри. — Добрый вечер, сэр! — я сделала книксен. Зельевар скривился. — Мисс Редтоп, это школа, а не дворец. Кланяться вы будете на приёмах, а здесь… — он хмуро глянул на меня и я всё поняла без слов. — Вы та и будете стоять на месте? Я прошла к началу кабинета и села за первую парту. — Итак, директор сообщил мне, что вы изучили теорию дома. В таком случае, будьте добры, приготовьте мне раздувающий раствор. Я замерла. Вот так сразу? — Что вы застыли, мисс? Не знаете рецепта? — на лице профессора застыла садистская улыбка. — В таком случае… — Я всё знаю, сэр. Можете не волноваться. Я начала приготовление зелья. Оно изучалось только на втором курсе, но, к моему счастью, было занесено в справочник зельевара, как одно из самых лёгких. На протяжении всего рабочего процесса я чувствовала на себе прожигающий взгляд. Мне очень хотелось сжаться, забиться в угол, разрыдаться от такого холодного и пренебрежительного отношения. Я ведь поняла, что он хотел унизить меня. Хотел, чтобы я с самого первого дня усомнилась в своих способностях. Но я слишком хорошо знала таких людей, как профессор Снейп. Они только и ждут малейшего проявления слабости, чтобы уколоть побольнее. И поэтому, я не позволила себе сгорбиться. Пока моё зелье настаивалось, я успела сходить поесть и позаниматься в библиотеке. Профессор Снейп, вроде как, был не против. Когда время истекло, профессор подлетел ко мне, размахивая своей чёрной мантией, как летучая мышь. — И это по-вашему раздувающий раствор? Я посмотрела в котёл. Зелье имело жёлтый цвет. Ошибки быть не должно. — Да, сэр. Профессор усмехнулся. — Назовите мне все этапы его приготовления. Что? Зачем ему это? Я же всё сделала правильно… Да же? — Сначала нужно положить в ступку две меры сушёной крапивы, затем добавить три глаза рыбы-собаки. Затем измельчить содержимое ступки до почти однородного порошка. После этого следует положить две меры порошка в котёл и нагревать двадцать секунд на среднем огне. Потом требуется взмахнуть палочкой и оставить зелье настаиваться два-три часа, после чего добавить в котёл одну селезёнку летучей мыши, помешать зелье четыре раза против часовой стрелки и нагревать тридцать секунд на слабом огне. Потом нужно лишь взмахнуть палочкой и voilà — зелье готово. Тишина. Он вообще слушал меня? — Вы можете идти. Это значит, что всё хорошо? Допустим… Я вышла из кабинета и направилась на трансфигурацию. Странный он какой-то.

***

Вот с трансфигурацией у меня как раз и возникли проблемы. Практика сильно отличалась от теории. Пришлось повозиться. Очень не хотелось разочаровывать профессора МакГонагалл, но как-бы я не старалась, превращения получались тяжело. Если так пойдёт и дальше, экзамен я не сдам. Как-никак прошло уже больше месяца обучения. Кроме трансфигурации проблем пока-что не возникло ни с чем. Профессор травологии, Помона Стебль, очень хвалила мои познания в ботанике. Профессор истории магии, Катберт Бинс, сразу же на первом занятии посадил меня писать экзамен за первый курс и отпустил меня с оценкой «Превосходно». Правда, когда дело дошло до изучения материала второго курса, я поняла, что учить этот предмет по учебнику самостоятельно гораздо легче, поэтому стала засиживаться до утра, изучая учебник. Больше всех меня смущал профессор Локонс, на чьих занятиях я не выучила ни одного заклятия. Он часто давал проверочные, но в них не было ни намёка на его предмет. Всё было о его книгах и о нём самом. Я начинала подозревать, что Защиту от Тёмных Исскуств я так и не выучу. Со Снейпом пока что ещё ничего не было понятно. На втором занятии он велел мне приготовить сразу два зелья, а на третьем дал годовой экзамен. После этого пошло изучение того, что я пропустила, догоняя программу. Я очень старалась и у меня вроде не плохо выходило. Я надеюсь. По профессору было сложно это понять. Вроде больше не придирался так, как в первый день, но мне всё ещё хотелось забиться в угол каждый раз на его занятиях. С соседками по комнате я не пересекалась: уходила, когда все уже были на занятиях, а когда приходила, было уже глубоко за полночь. Я вообще ни с кем почти не пересекалась. Выходной у меня был только во вторник, а в субботу и воскресенье занятия начинались в семь утра и их было даже больше, чем в остальные дни, потому как нужно было срочно догнать программу и сделать это не абы-как, а наилучшим образом. Поэтому в дни, когда вся школа отдыхала, я тоже ни с кем не пересекалась. На общие трапезы я не ходила. Профессор Стебль подсказала, что недалеко от входа в Пуффендуйскую гостинную находится вход на школьную кухню. Честно говоря, мне не очень нравился такой плотный график, но это было единственное возможное решение проблемы и я прикладывала максимум усилий к учёбе. Надо сказать, всё было очень хорошо, пока одна из моих соседок не решила взяться за моё «воспитание»... — Проснись! Проснись же! Ты сейчас опоздаешь на урок зельеварения! Что? Когда сон окончательно ушёл и до меня дошёл смысл слов, я испуганно подскочила на кровати. Как хорошо, что меня кто-то разбудил… Хотя, погодите-ка… У меня ведь нет сегодня зельеварения! У меня вообще выходной! Я обернулась и увидела у своей кровати девочку с пышными каштановыми волосами и карими глазами. Кажется, её зовут Гермионой. — Что случилось? — Ты совсем забросила учёбу и это никуда не годится! — Что? — не поняла я. — О какой заброшенной учёбе ты говоришь? — Думаешь, я не замечаю, что ты прогуливаешь все утренние занятия? За эти уже почти шесть недель учёбы я ни разу не видела тебя в учебных классах! Нет, я конечно понимаю, что это не моё дело и ты вообще на другом курсе, но это уже слишком! — никогда не видела людей, которых бы реально волновала посещаемость кем-то занятий. — Но я хожу на занятия! — Ну да, так я тебе и поверила! А ну-ка, быстро вставай! — девочка с силой дёрнула меня за руку и подняла меня с кровати. Ничего себе, какая сильная. В глазах тут же потемнело, а головная боль напомнила о том, что легла я всего четыре часа назад. Пытаясь удержаться, я облокотилась о спинку кровати. — Ты почему стоишь?! У нас осталось меньше десяти минут! А ну-ка быстро собирайся! — неужели её так волнуют мои «прогулы»? Мне бы даже смешно было, если бы не было так грустно. Не понятно как, но Гермиона какими-то чарами пригладила мои волосы, а затем прямо на пижаму нацепила мантию. В таком виде она меня и выпихнула из спальни. Босую, со всё ещё не очень опрятной причёской и в одной только мантии, которую я поспешно застегнула на ходу. Не хочу знать, как я выглядела со стороны. И так понятно, что ужасно. И тёмные круги по глазами на белой коже шарма мне не прибавляли. Я пыталась сопротивляться, но что может сделать только проснувшаяся уставшая девчонка против моей, полной решимости меня перевоспитать, соседки? Вот и я ничего не смогла сделать. Гермиона вела меня по коридору, держа за локоть. Когда она впихнула меня в класс зельеварения, я чуть не споткнулась. Мы опоздали ровно на одну минуту и сейчас взоры всех в классе были обращены на нас. На лицах каждого читался шок. Пара пуффендуйцев даже привстало, чтобы лучше меня разглядеть. — Минус пять очков гриффиндор за опоздание. — обьявил профессор Снейп. — Вы, Грейнджер, не перестаëте неприятно меня удивлять. Живо садитесь на своё место. — меня он, кажется, так и не заметил. — Извините, профессор. — отозвалась Гермиона. Она также под локоть повела меня к одной из парт, усадила на стул, а сама села рядом. — Итак, если ни у кого из вас нет вопросов, мы можем начинать. Гермиона на удивление быстро разузнала у какого-то рыжего парня, что именно мы должны сделать и спустя пару минут я уже активно помешивала зелье в моëм котле. Удивительно, но то, что сегодня сказал приготовить профессор Снейп, мы с ним проходили на прошлой неделе и с тех пор уже довольно далеко ушли по программе. Я закончила самая первая. Профессор глянул в мой котёл и сразу же пошёл проверять других учеников. Думаю, это значит, что всё отлично. Снейп придрался к какому-то мальчику с взъерошенными волосами, затем подошёл к девочке блондинке, а тот лохматый мальчик обернулся. Меня как будто током ударило. Опять я столкнулась с этими ярко-зелёными глазами. Гарри Поттер, по всей видимости, тоже меня узнал и его челюсть отвисла. Даже приятно как-то. Тем временем, профессор объявил об окончании урока и мои одноклассники начали собирать вещи. — Мисс Редтоп, останьтесь. Я обернулась. В классе оставалось только два пуффендуйца, но и они быстро ушли. — Что вы здесь делаете? Разве время вашего дополнительного обучения закончилось? Я надеюсь, вы сделали всё, что я вам задавал? — профессор угрожающе навис надо мной. Я на секунду растерялась. Утренний инцидент уже успел забыться. Когда я вспомнила злую Гермиону, усердно пытающуюся поднять меня с кровати, я невольно хихикнула. — Небольшое недоразумение. — Снейп вопросительно поднял бровь. — Одна из моих соседок, мисс Грейнджер, заметила, что я всё это время прогуливала уроки и решила заняться моим воспитанием. — я не смогла сдержать смешка. Уж очень это было смешно, хоть и грустно. Профессор хмыкнул и скривился. — Пять очков гриффиндору. Я не ослышалась? Мне ещё никто из учителей не присваивал баллов! Это же мои первые заработанные баллы! Но за что? Наверное, на моëм лице застыл немой вопрос, поэтому профессор добавил: — Ваше зелье было неплохим. А теперь, вам пора. Когда я вышла из кабинета зельеварения, то решила заглянуть на кухню. Спать мне уже не хотелось, а вот поесть я была не против. Приветливые эльфы встретили меня как любимую гостью. На столе уже стояла тарелка с оладьями, что я обычно просила. — Это мне? — пораженно вздохнула я. — Да, мисс. Мы знаем, что вам нравится это блюдо, поэтому сегодня приготовили его заранее, — сообщила мне одна из эльфов. — Спасибо вам большое! Вы самые лучшие! И я начала свою утреннюю трапезу. Когда с едой было покончено, я вызвалась помыть посуду. Эльфы были против, но я сказала, что это моё желание и они сдались. Как только я положила мыло в мыльницу и выключила воду, закончив с посудой, со стороны входа послышались чьи-то шаги, а затем голоса, которые я запомнила на ужине в большом зале. Голоса затихли. Видимо меня заметили. — Ты кто? — осторожно начал голос, принадлежащий Джорджу. Ничего не выражающее лицо и прямая спина — наше всё. Я не знаю их, а они не знают меня. Я медленно развернулась. Передо мной стояли два практически индентичных рыжих парня. На их лицах застыло удивление. — Мерлиновы панталоны… — …Ты же вся белая… Ну вот, теперь я знаю, кто из них кто. И что мне с этим делать? Со стороны входа снова раздались шаги. На кухню вошла девушка. Её светлые кудрявые волосы были чуть ниже лопаток, а на носу была россыпь веснушек, что придавали девушке шарма. Сине-зелёные глаза внимательно оглядывали меня. Идеально прямая спина, ухоженный вид, явно дорогие серьги в ушах и непоколебимое выражение лица выдавали в ней аристократку. Хм… Чистокровная? — Ты кто такая? Я не видела тебя здесь раньше… — теперь я её узнала. Этот голос на пиру не очень лестно отзывался обо мне и моей реакции на распределение. — Я Диана Редтоп. А ты? — Хиония Уайт. — девушка протянула руку и я пожала её. — Будем знакомы, — улыбнулась я. — Привет, Хони! — радостно поприветствовали девушку близнецы. Блондинка поморщилась. — Сколько раз вам говорить? Не называйте меня Хони! Рыжики на такое заявление лишь рассмеялись. Потом двое парней развернулись ко мне. — Просим прощения… — …Мы не представились. — Я Джордж Уизли… —… А я Фред Уизли. — наоборот же вроде… Они специально или я что-то путаю? Да нет, по голосу ясно всё. Да и отличия на лицо. Я улыбнулась. — Кажется, вы пытаетесь меня запутать. — Что? — не понял Джордж. — Вы представились мне не правильно. Ты Джордж, а он, — я указала на второго парня, — Фред. — Они так и сказали, — улыбнулась Хиония. — Нет. Они сказали, что Джордж — это Фред, а Фред — это Джордж. Близнецы смотрели на меня ошарашенно. Девушка же улыбалась. — А ты молодец. Со мной они ту же шутку провернуть когда-то пытались… — Но у нас не вышло, — обречённо вздохнул Фред. — Ты же та первокурсница, которая боялась, что её кто-то увидит и поэтому натянула свой капюшон чуть-ли не до колен? — Хиония самодовольно улыбнулась. Я хмыкнула. — Я не первокурсница. Я учусь на втором курсе гриффиндора. — Что?! — удивились близнецы. — Откуда перевелась? — спросила Хиония. — Должна была из Колдовстворца, но я там не училась. Мне пришлось в ускоренном темпе догонять программу. — Магглорождëнная? — брови Хионии чуть поднялись. А она умна. — Да, грязнокровка. — улыбаюсь. Вот этим я и выбила эту гриффиндорку из равновесия. На её лице явно читалось удивление. — И ты так открыто об этом говоришь?! — Ну да. — я пожала плечами. — А что? Чстокровным волшебникам вроде тебя можно, а мне нельзя? — Откуда ты… — У тебя на лбу написано, — усмехнулась я. — Ещё вопросы? — Ты боялась, что ученики будут гнобить тебя за альбинизм, поэтому пряталась? — мне показалось или в голосе девушки звучит сочувствие? — Да… Если вы не против, я пойду… — Всего доброго… — … До встречи! — попрощались близнецы. — Видишь, Хиония? Она должна носить фамилию Уайт, а не ты. — пошутил Фред. — Что за глупости? — возразила я. — Фамилия — не имя, её не выбирают. До встречи, Хиония. — До встречи, Ди. Опять? Я развернулась. Блондинка нагло улыбалась. — Не называй меня так, пожалуйста. — Как скажешь, Ди. — вот же… Нехороший человек. Я хихикнула. Забавно... — Рада, что мы поняли друг друга, Хони. — гриффиндорка перестала улыбаться. Мысленно празднуя победу, я прошла к двери. Уже на выходе меня догнали слова Хионии: — До встречи, Диана.