Необдуманный поступок

Иакон. Начало гражданской войны

      Выпускник академии элитной гвардии Смоукскрин скучающе опирался на алебарду. Судьба обошлась с ним несправедливо: отправили охранять Архивы Иакона. Конечно, сторонний наблюдатель мог бы назвать назначение хорошим. Смоукскрин жил здесь с дядей, одним из Тринадцати Праймов, основавших Кибертрон — Альфа Трионом. Следовательно, семья и дом рядом, чего ещё для счастья надо? Но спорткара тянуло в гущу разгорающейся войны.       — Благодари судьбу, мой юный друг, что над шлемом не проносятся, неся ужасную песнь, снаряды, — говорил дядя, слушая жалобы родственника. — Мы далеко от передовой, защищаем тыл. Все эти документы, — архивист обвел манипулятором полки. — обязаны быть сохраненными.       — Дядя, моя судьба — стать героем, — Смоукскрин отчаянно пытался доказать правоту. — Я был создан для великих деяний. Дайте мне оружие, и десептиконам крышка! — алебарда выпала из манипуляторов и звонко ударилась о пол рядом с Праймом. Лезвие пролетело близко к старому меху.       — Молод ты, опыта не хватает, — Трион сокрушенно покачал шлемом. — Терпение, молодой бот, всему своё время.       Смоукскрин любил единственного родственника. Своей семьи юнлинг не знал. Колёсного поднял на ноги старый архивист, да понемногу помогали, если Смоук не ошибался, знакомые. И дани. Во всяком случае, ту фем, что навещала кроху, элитгард звал этим ласковым словом. Она приходила редко, ночью, покрытая тёмным тяжелым плащом. Манипуляторы у неё аккуратные и кобальтовые — Смоук чётко помнил это. Воспоминание о глубоком бэтстве кольнуло искру, вызвав частые пульсации. О, успокаивающий полуночный шёпот… «Твой опи занимает самый высокий пост на Кибертроне. Он Прайм. Издревле Праймы вели за собой народ, будучи нравственным образцом для кибертронцев» — сказала в их последнюю встречу дани, заботливо поправляя изолетик.       Собственно говоря, скудный багаж знаний о семье. Смоукскрин пытался найти что-то в Архивах, но успехом поиски не увенчались. Альфа Трион молчал, избегал разговоров о создателях, прибегал к иносказаниям. Старому архивисту хотелось передать племяннику правду. Зета Прайм, самопровозглашенный правитель Кибертрона, не был столь опасен, сколько угрозы несли в себе сенатор Протеус и Сентинел Прайм. Но сболтни Смоукскрин лишнего о создателях, и беды не миновать. Да и Праксус молчал. Война переметнулась туда.       Альфа Трион ушёл встречать гостя. Старый Прайм общался с сенатором Металхоуком. Смоукскрину джета представили как давнего друга дани. Хоук обеспечил юнцу возможность учиться в академии элитной гвардии. Юнлинга считали бастардом сенатора, и однокурсники из знатных семей подтрунивали над ним. В аристократических кругах о похождениях Металхоука говорили настолько часто, что из сплетен давно составили бы книгу. Сенатор не скрывал своих слабостей и постоянно предавался удовольствиям. Впрочем, обо всех бастардах мех помнил. Джет навещал отпрысков, проводил время с ними, посылал подарки, переводил суммы на содержание.       — Старик, как долго будешь молчать? — спросил Металхоук. Альфа Трион лишь поморщился: лезет не в свое дело. — Слушай, у меня доквинта партнёров, и у половины из них после нашего общения остались спарки.       — Что вас совершенно не красит, сенатор, — проворчал Альфа Трион.       — Не спорю, — Металхоук намеревался сообщить иное. — Но известно ли вам, что бастарды знают, кто их опи? Через пару квартексов Смоукскрин станет официально взрослым, а о семье ни сном ни духом. У юнца внушительная родословная, пора узнать.       — Сенатор Металхоук, мы справимся, — неодобрительно отрезал Трион. — Слава Праймусу, вы не из нашей семьи. Простите, сенатор, покину я вас, — Третий из Тринадцати удалился в свою кварту.       Племянница не выходила на связь уже очень давно. Использовать личный комлинк запрещалось — частоту знали и могли рассекретить. Для связи изобрели запутанную, но надёжную схему. Альфа Трион не знал, что радиста убило разорвавшейся бомбой три цикла назад. Не слышал об этом и Металхоук.       Юнлинга политик отыскал на улице. Смоукскрин, скучая, уселся на перилах и разглядывал плывущие по небу облака. Стоит ли рассказывать расстроенному юнцу будоражащую процессор информацию? А когда, если не сейчас?       — Смоукскрин, ты знаешь, кто твои создатели?       — Дядя Трион говорит, заблудшие искры, которых вынудили пуститься в бега, — колёсный затуманенно взглянул на Хоука и вяло растянул губы в улыбке.       — Слушай же. Твоей дани была сама Антифлоренсен Прайм, Третья Вторая, — снаружи здание Архива украшали небольшие витражи с Тринадцатью и Десятью. Металхоук подвёл юнлинга к одному из них. — Пока она входила в Сенат, Рен Прайм трудилась на благо простого народа. Леди Прайм была далека от идеала, но входила в число редких политиков, кто до последнего помнил об обязанностях перед страной.       Смоукскрин робко поднял оптику. Художник изобразил Третью Вторую величественно. Серебристый фейсплейт прятала ультрамариновая защитная пластина. Янтарные антенны устремились вверх. В правом манипуляторе Антифлоренсен Прайм держала датапады и Перо, артефакт своего дяди и наставника, Альфа Триона. В левом находился посох Праймуса — общий артефакт Десяти. О его силе не знали — Вторым наказали хранить секрет.       — В жизни выглядела более нежно, — прокомментировал Металхоук.       — Дани ещё жива? — в вокалайзере юнлинга теплилась надежда.       — Это нам неизвестно. Политические враги заставили Рен Прайм бежать. По слухам, дани спаслась вместе с Номинусом Праймом, которого короновала. Они залегли на дно в Праксусе, и с тех пор не было новостей. А Номинус…       Смоукскрин испытал прилив восхищения. Создательница, скорее всего, жива, и бывший правитель её спас от врагов. Найдёт дани и от всей искры отблагодарит Номинуса за помощь.       — Праксус значит… Понял-принял!       Колёсный горячо пожал манипулятор сенатору и радостно помчался прочь. Металхоук окликнул юнца, да только без толку.       — Спасибо большое, дядя Металхоук! — Смоукскрин обернулся и на бегу выкрикнул ответ. — Вы мне помогли!       — Остановись ты, горячая голова, — в искру джета закралось плохое предчувствие, и он пожалел о содеянном.       Щитки линз не закрывались. Смоукскрин ворочался, перекатываясь по платформе. Его создательница — Прайм. Да это верный знак, что юнлинга ждёт судьба героя! «Жаль, что дани пришлось скрыться,» — колёсный тешил себя мыслью о встрече с создательницей и истреблении всех её врагов.       Третья Вторая говорила, что опи тоже Прайм. Смоукскрин предположил, что вторым создателем был кто-то из коронованных Вторыми правителей. В биографии Антифлоренсен Прайм юнлинг не встретил упоминаний о союзе искр. Выходит, отношения с опи Леди держала в тайне? Проверка историй Номинуса и Новы Праймов не пролила свет на загадку. Упоминалось лишь об участии Третьей Второй в коронации Номинуса. Смоукскрин вознамерился найти дани в Праксусе и спросить её обо всём.

***

      На заре маленький житель Архивов бесшумно покинул здание, миновав охранные системы и сторожей. Чтобы Альфа Трион не волновался, Смоукскрин записал голографическое сообщение, где коротко описал цель путешествия. В конце юнлинг пообещал, что вернётся с Третьей Второй.       Шаниксов на путешествие до Праксуса хватало. Сбережения элитгард пересчитал раза три. И на деньгах ответственный подход к делу завершался. Смоукскрин не продумал, как будет искать дани, использует ли она маскировку, в какой части Праксуса находится убежище Третьей Второй.       У станции телепортов колесного нагнал Металхоук. Сенатор не исключал, что Смоукскрин отправится на поиски Третьей Второй, и отправил своего слугу следить за Архивами.       — Рехнулся, идиот?! — мех вцепился в наплечники гвардейца. — Кто тебя пустит в зону боевых действий, а?       — Тем более надо в Праксус! Спасём дани и вернёмся.       Металхоук сердито нахмурился и показал юнлингу утреннее сообщение. Праксус на клик вышел на связь. На голографическом экране вспыхнуло изображение Третьей Второй в плаще.       «Металхоук, это срочно. На нас готовится нападение. Мы послали сообщение Оптимусу Прайму, но боюсь, что его отряды прибудут нескоро. Многие защитники Праксуса ранены, и мы вряд ли сдержим оборону города. Передай это дяде и обними его и спарка за меня».       Сообщение пришло с помехами — картинка изредка покрывалась рябью, а вокалайзер Третьей Второй перебивали посторонние шумы. Фем торопилась передать новости. Видимо, связь удалось починить ненадолго.       — Слышал, что творится? — мрачно сказал сенатор. — Десептиконы готовят атаку. Ни ты, ни я не поможем. Остаётся молить Праймуса, чтобы праксианцы и Рен отразили натиск врага или по крайней мере спаслись.       — Я им помогу! — Смоукскрина будоражило: он мог стать героем-защитником и воссоединиться с семьёй. — Какой полис ближе всего?       «И что мне с ним делать?» — Металхоук не хотел отправлять спарка подруги на верную смерть. В бою охваченный желанием прославиться элитгард растеряется и погибнет. Джет поклялся, что искра Смоукскрина будет долго гореть.       — Несколько отрядов находятся в Декагоне, — рассуждал джет. — Если они получат сигнал, то успеют прийти на помощь праксианцам.       — Вот к ним и направимся, — не успел политик и слово сказать, как Смоукскрин рванул к телепорту. Хоук смачно выругался и бросился за ним. Джет ускорился и, трансформировавшись, приземлился, преградив элитгарду дорогу.       — Один и шагу не сделаешь, — проворчал мех. — Я твоей дани обещал тебя, дурня, от Некробота оберегать.       Работник телепорта полюбопытствовал, зачем сенатор в сопровождении элитгарда направляется в прифронтовую территорию. Металхоук уверенно облокотился на стойку кассы и заманчиво звякнул шаниксами. За ним закрепилась слава обольстителя. Политик умело играл предрассудками и слабостями кибертронцев. Отвлекшись на ерунду, работник станции позабыл, что хотел выведать у путешественников, и ввёл координаты Декагона.       — Ловко вы его обработали, — пробормотал пораженный Смоукскрин.       — Пошли, горе-герой, — маска благодушного настроения пропала с фейсплейта.       Декагон встретил их пустынными грязными улицами. Привыкший к комфорту иаконец нервно повёл плечеблоками. Щитки линз сузились, защищая оптику от поднятой ветром пыли. Похоже, полис пустовал давно. Ни одного кибертронца на улице или в здании. «Праймус, скажи, что жителей эвакуировали» — чем глубже дорога заходила в город, тем больше Металхоук желал вернуться.       — А где отряды? — Смоукскрин нетерпеливо описывал круги около спутника. На десятый раз сенатор ущипнул гвардейца за антенну и процедил сквозь дентопластины: «Не знаю». В планы не входило интересоваться расположением баз автоботов. О возможном расположении военных Хоук узнал из разговора с Рен Прайм квартекс назад.       — Вероятно, за время отсутствия связи солдаты сменили дислокацию, — успокаивая себя, джет рассуждал вслух. — Хах, наверное, послание Рен достигло Оптимуса, и он отправил их на выручку праксианцам, — Смоукскрин обернулся от неожиданного хохота аристократа. — Ну конечно, ржавый я двигатель, конечно! И почему только усомнился в хорошем развитии событий…       Хоук повернулся к юнлингу спиной, и элитгард не видел, как дрожат серебристые оптограни, как тревожно мерцала оптика. Мех смеялся, но с каждым кликом Смоукскрину хотелось убежать. Сервоприводы примагнитились к полу. Юнлинг впервые наблюдал, как приходят в отчаяние. Сенатор присел на пустой контейнер. Его молодой спутник непонимающе вертелся рядом, время от времени заглядывая в пустые линзы.       — Сколько до Праксуса? — колёсный протянул манипулятор. Металхоук, не говоря ни слова, встал и, незаметно вздрагивая, позвал за собой.       — Мы возвращаемся, — отрешенно уронил сенатор. — Вряд ли найдутся выжившие.       Фейсплейт Смоукскрина покрылся статикой.       — Что значит «возвращаемся»? Сенатор, вы обещали помочь найти дани! — эхо отскакивало от стен опустевшего Декагона. Гнев вспыхнул в элитгарде подобно огню в кузнечной печи.       — Знать не хочу, каких обещаний ты навешал мне в фантазиях, — боль и тревога колотили джета. — Замолчи и шагай. Если твои создатели узнают, что я приволок тебя на фронт, они меня шарктиконам заживо скормят.       Смоукскрин ошарашенно попятился, медленно двигаясь на другую сторону улицы, а затем трансформировался и резко набрал скорость. Проклятье! Хоук убедился, что совершил ошибку, рассказав об альфах юнлингу. Выбора не осталось. Сенатор взмыл в пасмурное небо и, определив координаты Смоукскрина, последовал за отпрыском двух Праймов.       Создателей! Смоукскрин во что бы то ни стало собрался попасть в Праксус. Не похоже на оговорку. Раз так, его семья жива и находится в окруженном десептиконами городе. Нельзя упускать шанс спасти их! Эмоции закипали в искре. Сейчас или никогда!       Голос разума, призывавший внять Металхоуку и вернуться в столицу, потонул в шуме желаний. Смоуккрином управляло желание прославиться, внести свой вклад в приближение победы автоботов. Семья сможет гордиться наследником. Кибертронцы запомнят его храбрым воином. Элитгардов учили ставить долг превыше личных чувств, но, кажется, принесённая присяга выветрилась из неокрепшего процессора.       Через два джоора путешественники достигли Праксуса. Металхоук дотронулся до левого наплечника Смоука, останавливая юнлинга, и пошел впереди. Напоследок в Декагоне перед погоней мех подобрал бластер. Вряд ли хозяин вернётся за оружием. А в дороге оно не лишнее.       — Кажется, мы поздно… — сенатор болезненно сморщился. Мёртвые тела, изуродованные страшными ранами. Справа валялся солдат обороны Праксуса с прожженым честплейтом. Битва закончилась недавно — края дыры тлели. Под разрушенным зданием Смоукскрин заприметил тело спарка. Крохотный манипулятор выглядывал из-под упавшей стены. Город превратился в кладбище.       На фонарных столбах были насаженные тела солдат автоботов и десептиконов. Смоукскрин содрогнулся. Красочные картинки из грез разбивались о жестокую реальность. Битва за полис разрушила сады Хелекс — достояние праксианцев. Уникальное явление оказалось стёрто в кристальную пыль. Среди руин парка путешественники нашли десятки бэтских корпусов. Даже маленькие кибертронцы схватились за оружие, чтобы защитить дом… Металхоук невольно вспомнил об Аристи — одной из бастардов. Кроха трогательно обняла создателя, прежде чем джет отправился в путь с юнлингом.       — Вот она, война, на которую ты рвешься, — могильным тоном произнёс сенатор.       Пока Смоукскрин оцепенело смотрел по сторонам, Металхоук прошел дальше и нырнул в знакомый переулок. В искре затеплилась надежда. Лифт, ведущий на уровни, сломался, и аристократу пришлось осторожно спускаться на антигравах. Смоукскрин последовал за взрослым, прыгая и шумно приземляясь.       — Что мы ищем? — Металхоук молчал.       Рен Прайм укрывалась здесь. Во всяком случае, до битвы это было так. Здания вокруг не пострадали. «Уже неплохо» — сенатор остановился на четырнадцатом уровне.       — Карауль, — приказал аристократ юнлингу. — Я проверю и вернусь. — Игнорируя вопросы Смоукскрина, джет толкнул дверь в третью от спуска кварту.       Помещение выглядело заброшенным эоны назад. Стоя на пороге, Хоук заприметил свежие царапины у массивного шкафа в глубине комнаты. Должно быть, отступали сюда. Потайные ходы под поверхностью Кибертрона? «Легенда» — презрительно отмахнулся бы сенатор в обычное время, но сейчас Хоук искренне хотел верить, что бэтские сказки оказались былью и спасли праксианцев. Повторный осмотр позволил заметить лазеры, расположенные по периметру отсека.       Разведка удовлетворила джета. Хоук собирался уходить, как внезапно столкнулся лбом с колёсным.       — Вы чего так долго? — сенатор не удержался на сервоприводах.       Падение спровоцировало защитную систему. Следующий вопрос элитгарда оборвался, едва мелькнули лазерные лучи. И вновь Смоукскрин застыл подобно статуе. Опомнившись, юнлинг трансформировал манипулятор в пушку — после академии гвардеец получил разрешение на обновление корпуса. Убедившись, что все лазеры деактивированы выстрелами, колесный бросился к политику.              — Металхоук! Металхоук! — Смоукскрин трясся над мертвым корпусом.       Только сейчас вспомнились многочисленные предупреждения опекунов. Смоукскрин с ужасом осознал, что причастен к дезактиву сенатора. Некробот преследовал их вплоть до порога убежища и забрал Металхоука в послеискрие. Мысли о славе стремительно покинули элитгарда. Смоукскрин дотащил сенатора до платформы и накрыл его потрёпанным изолетиком. В сабспейсе осталось одно устройство для записи послания.       «Здесь покоится сенатор Металхоук из Иакона. Он был верным другом Третьей Второй и её семьи. Да дарует Праймус ему мирную жизнь в своем доме»       Поднимаясь наверх, Смоукскрин не сдерживал омыватель, стекавший по щекам. Невидимые лазеры угрызений совести прожгли корпус. Он остался один в чужом полисе. И помощи ждать было неоткуда…       На поверхности элитгард угодил в гущу новой перестрелки. Помощь пришла! И враги на месте. Однако сражаться отпрыску Третьей Второй расхотелось. Десептиконский снаряд разорвался в десяти метрах от колесного. Смоук ускорился: ему рано умирать! Второй разорвался рядом с ним. Грохот, крики — это последнее, что запомнил Смоукскрин, прежде чем внутренний экран потемнел…       Сколько он провел без сознания, мех не знал. Конечности слабо шевелились — что-то мешало. Юникрон подери, оковы! Голубая оптика ярко вспыхнула, освещая отсек тюремного корабля. Видимо, десептиконы надеялись выбить из пленника стратегически важные сведения. Стоило подумать о враге, как в отсек с заключенными автоботами вошли два дрона-тюремщика. Смоукскрин дождался, когда они снимут его, а затем извернулся и ударил их. Вырубив дронов, автобот покинул камеру.       Исследование транспортной тюрьмы привело колесного к спасательным капсулам. Пленника уже искали, и времени на раздумья не осталось. Смоукскрин прыгнул в первую попавшуюся капсулу и катапультировался. Точные координаты элитгард не ввел. Побег от десептиконов удался, но дальнейшая судьба была покрыта мраком…

***

Длительное время спустя

      Удар о землю вывел Смоукскрина из стазиса. Капсула опустилась на неизвестную планету, покрытую органикой. «Вот так приключение» — озадаченно теребя шлем, колёсный выбрался из аппарата и тотчас юркнул назад: угодил в перестрелку! Вот же десептиконы треклятые! Приглядевшись и увидев отряд автоботов, элитгард бросился им на помощь. Один из выстрелов Смоукскрина угодил в энергоновую лужу. Противники были уничтожены.       — Хороший был план! — колёсный не сдерживал восторг.       — Только это был не план, — упрекнула его двухколёсная автоботка. — Ты нас всех чуть не поджарил.       — Благодарю за поддержку, друг автобот, — обратился к нему большой ало-синий мех. Голубая оптика Смоука округлилась: Оптимус Прайм! Собственной персоной легендарный лидер автоботов! Слухи о командире защитников Кибертрона доходили до Архивов. Элитгард бурно выразил восторг, а команда по-прежнему скептически разглядывала гостя.       За Оптимусом показалась знакомая фемледи. Автоботы расступились перед ней.       — Антифлоренсен Прайм! Дани! — переволновавшийся Смоукскрин отдал честь, а после подбежал к создательнице. Рен Прайм растерянно изучала колёсного. Кобальтовые манипуляторы ласково коснулись наплечников и дверц спарка. Она не надеялась, что Смоукскрин остался жив…       — Дани? — удивлённо выгнула оптогрань колёсная. — Что я пропустила?       Оптимус и Рэтчет переглянулись. Они знали тайну Третьей Второй. Доктор следил за самочувствием Леди Прайм. Орион Пакс, служивший до войны телохранителем фем, знал, куда на время продолжительного отпуска улетала политик.       — Почему ты оказался в спасательной капсуле десептиконов? — спросил медик.       Смоукскрин посерьёзнел. Он вспомнил злополучный цикл, когда бездумно отправился искать славу. Перед оптикой всплыли мертвые тела, руины Праксуса и убитый лазерами Металхоук. Антифлоренсен Прайм скорбно опустила шлем, узнав, что союзник-сенатор погиб. Она активировал защитную систему, опасаясь, что десептиконы быстро обнаружат дорогу жизни, по которой беженцы осажденного Праксуса покидали полис. Смоукскрин умолчал, что нечаянно столкнулся с сенатором.       — Прими наши соболезнования, Смоукскрин, — Прайм опечалился, узнав о случившемся. — С тех пор многое произошло, и наша война, к сожалению, распространилась и на другие миры. Пойдем с нами, — элитгард кивнул. — Бамблби, перенеси нас на базу.       Новичком тотчас заинтересовалась команда. Вопреки обыкновению элитгард неохотно отвечал на вопросы. Стыд сковал системы и прожигал корпус до мельчайших схем.       — Я… я просто хочу конца войны, — признался он позже, когда обеспокоенная создательница навестила спарка в отведенном новичку отсеке. Я не смог защитить тебя в Праксусе, дани, — прошептал Смоукскрин. — Я был глуп. По моей вине погиб Металхоук. Знай, он до последнего оберегал меня. Больше я никого не подведу. Я обязательно защищу нас всех…       — Разумеется, — Третья Вторая не поверила в причастность спарка к гибели друга, посчитав это последствием травмы.       — По крайней мере, наша семья жива. Ты, я, опи, — Смоукскрин ухватился за воссоединение как за последнюю возможность улучшить состояние.       Антифлоренсен Прайм смутилась.       — Опи? Но его нет на базе, он не вернулся с миссии. Оптимус поручил провести диверсию, и он присоединился к отряду.       — Но ведь ты давным-давно говорила, что мой опи — Прайм, — энергонные магистрали свело от мысли, что дани лгала.       — Да, но это не Оптимус, — Третья Вторая помедлила. — Твой опи — Номинус Прайм.       Номинуса Прайма критиковали за безответственное отношение к обязанностям. Первое время правителя едва ли заботили государственные дела. Решение проблем он доверил сенатору Протеусу. Позже Номинус на удивление взялся за ум и действовал в интересах граждан. И свита ответила ему покушениями. Он отрекся от титула и покинул Праксус, чтобы уберечь партнершу. С тяжелыми искрами они оставили Смоукскрина на попечение Альфа Триона.       — Номинус оказался не готов к правлению, — с сожалением произнесла Рен Прайм. — Он пустил всё на самотек, а когда взялся исправлять ошибки, оказалось поздно…       Смоукскрин отвернулся, едва Рен Прайм смолкла. Сравнивая жизнь опи со своей, он пришел к выводу, что пошел по стопам создателя, совершив неисправимые ошибки…