Его мужики

Капабланка Позорные тринадцать лет… Анатолий Евгеньевич сидел в кресле, покачивая ногой и предавался меланхолии — в юности у него было много бурных романов, но началось всё с ночных поллюций. Быть мальчиком — необычайно тонким, бледным, застенчивым с высоким голоском означало получать насмешки от одноклассников. Толя всё больше отдалялся от них, погружаясь в шахматы. И ни одна девочка не интересовала юнца так, как шахматные комбинации, выигрыши и проигрыши. В шахматах присутствовали многочисленные великие игроки, немногочисленные чемпионы. Бородатый Стейниц, ласково улыбающийся в усы Ласкер, хмурый Алехин и очаровательный Капабланка… Были и другие, но Капабланка завораживал, затмивая остальных. Он играл великолепно, всегда был стильным, галантным и вежливым. Толя искренне восхищался им! Восхищался так, что неожиданно для себя проснулся в мокрых трусах. Какие могут быть знания о сексе в тринадцать? Толя помнил ярко, будто всё происходило наяву — Хосе тесно прислонялся к нему и тёрся через одежду о его пах. В тринадцать личико Толи вспыхивало красным при одной только мысли об этом, а сейчас — в далёкие семьдесят вызывало лёгкую улыбку. Толя плыл по реке воспоминаний лениво потягивая белое вино.Такое подают к рыбе. Ах, рыба! Анатолий ухмыльнулся, вспоминая как робко и аккуратно Корчной приглашал его в Ленинград, как бережно забрал первый раз, выветрив из головы образ старого любимого Фурмана, который никак не хотел перейти эту тонкую грань, пока юноше не стукнет восемнадцать. Толя поступил в МГУ при покровительстве Ботвинника. Юноше захотелось попробовать и его. Это было рискованно и опасно, но всё-таки того стоило. Михаил Моисеевич отличался пылким темпом, держал всё под контролем, а особенно Толе понравился его аккуратно обрезанный член. Он бы скакал на нём снова и снова, но, увы, гиперопека со стороны патриарха в повседневной жизни выжимала из Карпова жизненные соки. Поучившись годик в Москве, Толя отчислился и сбежал в Ленинград обратно к Виктору. Отношения между ними теплились и крепли, продевались крючком в дружные петли, приобретая красивый узор, пока не случились отборочные турниры, те, чтобы стать в итоге тем самым — претендентом на мировую корону. Что-то между ними с Виктором тогда треснуло, они разругались. Пока Корчной дулся в Одессе и играл со своим старым любовником — Петросяном, который стал ненавидеть Карпова именно из-за его тёплых отношений с Корчным и колоть его острыми фразами, подначивать и унижать, пока никто не слышал. Толя терпел-терпел да не выдержал — в полуфинале он сошёлся со Спасским. Виктор вдали с бывшим любовником, фантазия рисует разное. Пошлое, грязное, случайных «баб», как называл некоторых Корчной, рассказывая Толе о приключениях юности. Толю ни одна женщина не интересовала и он во время партий поглядывал на Бориса. Симпатичный, тонкие черты лица, пышные волосы, огромные ресницы. Фигура немного не в Толином вкусе, но вот пиджак… Он, определённо хочет его. Пиджак, ну, и, возможно отсосать за вещицу, м? Смешным показался один факт — пиджак оказывается принадлежал изначально Смыслову! И, конечно, вынув чужой блестящий от слюны член изо рта Толя, облизнув тонкие губы, всё-таки не стал спрашивать, как Боря получил пиджак. Он просто продолжил сосать, ведь любил такие солоноватые леденцы. * * * Теперь претендент. Крупная ссора с Корчным привела, кажется, к разрыву. Временному или постоянному покажет время. А пока Толя принял предложение отдохнуть в Алуште у Чёрного моря. Санаторий собрал с стенах разных спортсменов: из лёгкой атлетики, гимнастов, футболистов и даже шашистов. Ни с кем из них Карпов близко знаком не был, но от скуки решил пойти познакомиться с шашистами. Толя с азартом увлекался любыми играми, поэтому выбрал этих парней. Хотя Исера Купермана уже трудновато назвать молодым парнем, а вот тех двоих — Андриса и Толю вполне. Постепенно разыгрываясь, Карпов знакомился ближе. Он положил было взгляд на мягкую улыбку Андриса, но в один вечер заметил, что тот Толя тоже запал на Андриса. Затем он ради интереса посмотрел на Исера и удивился: мужчина сердился, когда тот Толя смотрел на Андриса подолгу. И поэтому Карпов переключился на этого Толю. Тот весьма красивый, модно одетый, высокий. Иногда Карпов приносил шахматы и играл с каждым по очереди, но больше старался теснее заобщаться с Толей. В один из вечеров они пересеклись взглядами, чужие голубые нагловато задерживались на Толином лице, изучая. Карпов вдруг понял, что Гантварг его клиент — тоже играет за голубую команду. В тот же вечер он позволил себе распластаться на простынях и бесстыдно обнимать тело любовника, принимая его член. Такого любовника у Карпова ещё никогда не было: оба любили быть снизу и не могли определиться, кто будет сверху. В итоге Толя исполнил желание своего шашечного любовника и трахнул его, но после того, как вволю испытал его член сам. Их роман длился каждую ночь санаторного сезона, придал свежести обоим и, к сожалению, не вышел на новый уровень, потому что шашист улетел в Минск. А из Москвы в Минск не налетаешься… * * * Впервые Толя встретился с Робертом Фишером в Японии. Казалось, что цель Кампонанеса не только вести переговоры, но и подготовить более тесный контакт, чем их предпологаемый безлимитный матч. Фишер шёл рядом, Толя разглядывал его профиль, но бороды, о которой все вещали, у Бобби не было. Американец любил азиатские страны и предложил сходить в местную массажную с сауной. Толя согласился, их помассажировали щуплые японские девчонки и отправили отмокать в небольшой бассейн. У Бобби внешность оказалась весьма экзотической: полные губы манили, родинки на лице привлекали. Спортивное слегка удлинённое тело просило издалека: «попробуй со мной!» и Карпов сдался подплывая ближе к Фишеру. Тот немного озадачился, но не убрал Толиных ладоней со своих плеч. Бобби смотрел внимательно, с немым вопросом и Карпов слегка коснулся своими губами чужих, коря себя за то, что любит цеплять приключения на свою задницу. Весь дрочить на журнал с красивой картинкой Фишера на обложке это одно, а напрашиваться на секс с едва знакомым иностранцем это другое. Целовался Бобби неумело и Толя сделал выводы для себя. Он расспросил Бобби о его отношениях и тот сказал, что не может полноценно полюбить девушку. Толя предложил попробовать с парнем. Фишер согласился на минет и у него стремительно встал под умелыми ласками Толиного языка. Карпову очень хотелось попробовать в воде, но у него с собой не было смазки. Он довёл Бобби до конца и тот спустил поток спермы на его щёку. Фишер сказал, что не против повторить. Затем они встретились в Испании и потрахались. В ванной плескался Кампонанес, потому что он снимал номер вместе с Бобби и организовывал ему всяческие встречи не только с Карповым. Кампонанес домылся раньше, чем из Карпова вышел Фишеровский член, поэтому стыдливо смотрел в щёлку двери на чужой секс и отчаянно краснел, но всё-таки был очень доволен проведённой работой. Третью встречу с Бобби организовал тот же Кампонанес. Толя готов был расцеловать этого господина и после ужина с Фишером они немного прогулялись. Вернувшись к полуночи Роберт и Толя застали Кампонанеса спящим на большой кровати. Стараясь не шуметь, Бобби достал из тумбочки смазку и мужчины расположились на полу, чтобы выпустить пар. Толя шёпотом пообещал не стонать, чтобы не разбудить спящего господина. Фишер скинул часть одежды и разлёгся на ворсистом ковре голым задом, а Толя, расстягивая себя изнутри, тихонько испустил стон. Он прикусил губу, посчитал, что хорошо смазан изнутри и, убрав широкую ладонь дрочившего себе Роберта, опустился на его длинный прекрасный член. Такого члена в его коллекции ещё не было и Карпов от души развлекался с Робертом перейдя ту тонкую грань — они совокуплялись при другом спящем мужчине. — Включи лампу, я хочу видеть твоё эмоциональное лицо, — велел Фишер. Толя тотчас же послушался, включил настольную лампу и продолжил кататься на чужом члене. Пару раз он испустил неосторожный стон, а вскоре оба почуяли запах сигарет. Кампонанес курил и смотрел на процесс бесстыдства жадно и неприкрыто. — Не хотите присоединиться? — спросил Толя беззастенчиво. — Вы весьма возбудили меня, но нет, — робко ответил Кампонанес. — Тогда я закончу с Робертом и пока он будет полоскаться в душе я вам отсосу, — сказал Толя. А что было делать? Не предлагать же Кампо взятку, чтобы он молчал. А таким вот хитрым отсосом Толя как бы связывал волю к болтливости у своей жертвы. — После того, как я кончу в твою задницу, дружище, — отозвался Фишер и смачно шлёпнул любовника по заднице. * * * Балашов С милым пареньком Юрой Толя захотел немножко поверхностно подрочить друг другу, и, чтобы тот отсосал, а так же попробовать то ощущение с усами которые щекочут. И определённо опыт не стоил повторной пробы. Не стоил, потому что Юре нравился Игорь. Игорю нравились девушки. Карпову нравился Корчной, который напомнил о старых чувствах. Заграничный Виктор изменился внешне, изменился внутренне, но привычки его остались теми же. Толя помнил где погладить, где облизать, чтобы вызвать у любовника реакцию и был прав, когда возобновил с ним отношения. Хотя бы на время. Ближе к концу матча прилетел космонавт Севастьянов. Он любил Толю, но всегда не вовремя: вот у Толи Корчной, потом другие, а теперь снова этот проклятый Корчной. Севастьянов не сердится, понимал, что Толя юн и полон сил. Что держать и настаивать он не в праве. Окружал мальчика заботой и вниманием, да так, что в один из вечеров, когда Толя крупно поссорился со вспыльчивым Корчным… Карпов тогда смягчился и позволил Севастьянову сделать неловкий минет. Даже простонал его имя. Даже позволил стереть с себя сперму салфеткой. И остаться ненадолго, чтобы космонавт смог додрочить себе и отправиться в невесомость. * * * Каспаров Слишком долго играли в турнирах друг против друга. Слишком пылко ненавидели. Совсем спонтанно и страстно наслаждались запретными делами. — Сегодня ты засадишь мне по самые яйца, — диктует условия Толя. — Тогда ты вылизываешь мне зад, — издевается Каспаров. — Тогда будем трахаться в ванной? — уточняет Карпов. — Хм, нет, в спальне. Иди растягивай свою дырку и полоскайся, потом я помоюсь, — командовал Каспаров. Он всегда был властный и самолюбивый, зато точно знает как и что сделать, чтобы Толя под ним дрожал. А Толя после таких встреч частенько лечит задницу, но сексом доволен. Бутылка опустела, Карпов перешёл к последним воспоминаниям о лёгком минете с Эйве, который никак не хотел продолжать безлимитный матч. В итоге так и не продолжил. Толе нравились любовники постарше, и, как ни странно, пылкий Каспаров. Горько усмехнувшись Карпов вспомнил, что нынешний любовник у него посредственный, тоже любит быть снизу, любит власть. Любит подставляться за повышение и признание — Карякин. Хороший был мальчик, когда рос, а потом взял и скомкал свою карьеру и стал послушной собачкой. А жаль. Но самый грязный секрет хранило Толино подсознание. Во снах он извращённо отдавался двоим и многие были похожи на Корчного и кого-то похожего на Корчного. Однажды снился Леонид Штейн, такой высокий мужчина и по типажу напоминающий Виктора. Они что-то обсуждали, пока Толя был связан на кровати, а потом чуть не занялись сексом перед ним. Им что-то помешало… Потом Виктор и Леонид решили по очереди взять Толю. Виктор трахал податливый зад, а его почти что двойник входил в Толин рот. Он всегда просыпался мокрым после таких снов и больше не воздерживался от секса долго — искал новых любовников или звонил старым. Ещё было одно — страшные типажи Корчного, которые отталкивали Карпова. Его и сейчас тошнило от Котова и Тайманова. Стоило подумать о них и ненужное возбуждение мнгновенно оседало. Член успокаивался, а к горлу подступал саднящий комок. Все любовники были разными, интересными и противоречивыми личностями. У всех были разные темпераменты и размеры достоинств. Часто Толя привыкал к неизведанному и часто оставался доволен. Хотел бы он снова в свою юность, даже, чтобы просто поиметь себя резным ферзём.