Немного о российских буднях

      Рома открывает дверь с самым незаинтересованным выражением лица, которое только может быть. Дурень снова даже не подумал посмотреть в глазок перед тем как повернуть ручку.       Но Захар не может и слова сказать. Парень выглядит так по-домашнему и удивлённо ойкает, находя на пороге друга детства. Пора их конфетно-букетного периода ещё не прошла да и в гостях друг у друга они тоже ещё не были. У каждого свои заморочки на этот счёт, поэтому приходится довольствоваться вписками в Викиной двушке и целоваться в учтиво закрытой ванной комнате.       Ромкины щёки краснеют, когда Захар заинтересованно склоняет голову набок. – И чего ты припёрся? – Как всегда грубо до умопомрачения.       – Сегодня без подарка, прости. – Абсент использует так полюбившийся ему ответ на грубые приветствия, поднимая руки.              Из-за двери высовывается недовольная пушистая кошачья морда. И всё внимание смещается на неё.       – Да блядь. – Рома раздражённо перенаправляет кошку вглубь квартиры, на что получает злобное "мяу!". – Так зачем пришёл? – Складывает руки на груди, закрывается от изучающего взгляда. Захар ещё не видел своего парня таким. Он видел только идеального маминого мальчика, который мечтает поступить на биолога, шарит в химии и любит на спор разбивать окна.       – Тебя увидеть хотел. – Простая истина, чистая правда. – Я, конечно, знаю, что ты готовишься к биологии, все дела... – переводит взгляд в потолок Абсент, давая Роме некого пространства, чтобы не смущать ещё сильнее.       Повисает тишина. Но Захар как самый настоящий джентльмен продолжает рассматривать висящую на потолке лампочку. Кошка вновь предпринимает попытку выбежать на лестничную клетку, за что её вновь останавливают длинные пальцы проходящиеся по шерсти и подхватывающие под лапы. Пару десятков секунд из глубин квартиры доносятся шорохи. Рома появляется, шире открывая дверь и покидая зону временного комфорта. Уже в другой футболке, Захар может точно сказать, пахнущей кондиционером и полевыми цветами.       – Просто так пришёл? – Неверящим шёпотом вопрошает он, не предпринимая попыток приблизиться.       – Ты не соскучился? – Абсент тоже не двигается.       Рома на вопрос хмурится, но в итоге неуверенно машет головой.       – Это да или нет? – Непонимающе уточняет Захар. С таким время от времени неразговорчивым "солнце-парнем" постоянно приходится просчитывать любые свои действия и реакции.       Вопрос заставляет Рому оттолкнуться от стены и сделать "первый шаг" самостоятельно. Он утыкается макушкой в ключицу своего парня, обвивая руками его шею.       – Значит соскучился? – Третий раз подряд задавая вопрос, Захар имеет все шансы получить подзатыльник или захлопнувшуюся перед носом дверь. Но, как и всегда, он испытывает судьбу и укладывает ладони на чужие бёдра.       – Значит, я тебе сейчас въебу, Волконский. – Напротив своих слов притирается ещё ближе Рома, отдаваясь моменту.       – Пошли гулять с нами. – Руки Захара бесцельно водят по атлетично сложенным ногам парня, не переступая их обычных границ тактильного контакта.       – Меня твои кореша если увидят, потом расхуярят. – Салтыков медленно, но верно превращается в лужу в объятиях Волконского.       – За тебя я их сам расхуярю. Нужен ты им больно.       – Пока не доказано, не ебёт, что сказано, Захар. – Звучит намного тише, чем всё сказанное до этого. Это не остаётся незамеченным.       – Эй. Если ты заснёшь, я тебя вообще-то не утащу.       – Не пизди. Ты уже нёс меня. – Рома отодвигается с ухмылкой.       Чёрт. Откуда он узнал?       – Поцелуй? – Отличная смена темы, Абсент. Где-то внутри него довольно мурлычет одна Вика.       – Поцелуй. – Салтыков активно кивает и тянется к чужим губам.       Захару дважды повторять не нужно, он утягивает своего парня в поцелуй, который мог бы продлиться дольше, если бы миловидная бабуля не решила, что лифты для слабаков и не пошла по лестнице с 11 этажа, оставляя мальчишек в лёгком недоумении и с дурацкими улыбками на лицах.