Взгляды на мир от подлеца и хитреца.

      Хотел бы я сказать, что мой образ в мифах нисколечко не переврали, но, к сожалению, написанная рукой Одина история несколько приукрашивает мою скромную личность, гротескно выставляя мои проделки в жутком свете факелов и прочих огней, разжигаемых в их, богов Асгарда, честь. Для восстановления справедливости, думаю, стоит рассказать мою версию событий, которые так бесчестно замарали мое честное (практически) имя.       Меня зовут Локи. На самом деле, имён, кеннингов и хейти у меня в избытке (жители Девяти миров, не говоря об и Асгарде, очень любили давать мне странные прозвища), однако от полного списка я Вас избавлю, предоставлю лишь некоторые из них – Хведрунг, Лодур, Лофт, Трикстер, отец Ванарганда. Впрочем, наверняка вы знаете десятки из них.       В историях, написанных руками богов Асгарда (чаще всего эти занимался Один, как я уже успел упомянуть, и, стоит сказать, что я оскорблен его мнением!) меня часто показывают подлым лжецом и трусом, и, оборачиваясь назад, с высоты своего столетнего опыта я могу заявить, что некоторые слухи действительно не обманывают Вас. В некоторых моментах, каюсь, я действовал не слишком-то честно, но нельзя же от этого так сильно на меня злиться и обзывать предателем! Вообще-то, корни всей этой истории неизбежно ведут нас к образованию мира, но я избавлю вас от бесконечных описаний, лучше сразу обращусь к сути.       Значит, я был бесплотным огнём под властью Лорда Сурта. Сомнительный у меня был начальник, скажу я вам, очень резвый и, по правде говоря, не слишком-то хороший. Его я не виню, сам ведь немногим от него отличаюсь. Как вы знаете, мне присвоена руна Каер (позже её назовут Кауназ), что означает «греческий огонь» и вполне подходит как моему происхождению, нраву и неуправляемости, но об этом я расскажу после. Мое чрезмерное любопытство свело меня с Одином – тогда он только назначил себя богом. Он желал присвоить себе мои навыки и умения, взамен предлагая мне место в пантеоне Богов. Не знаю, что для меня было хуже – то, что я впервые обрел тело (между прочим, в будущем оно мне полюбилось, особенно мои огненно-рыжие волосы и глазки, блестящие, как змеиные чешуйки) и начал ощущать в себе странные чувства; то, что я был совершенно наг – эта особенность преследовала все мои обращения и весьма удручала; или то, что я впервые осмыслял что-то, идя наперекор хаотичной сущности. Ну, пока я думал, Старик действовал более решительно, и оставил на мне руну – помните, я упоминал её совсем недавно?       От такого я впервые ощутил боль. Мне не понравилось.       Более того, во мне смешалась магия Порядка, принадлежавшая Генералу, и мой собственный Хаос, что тоже было неприятным ощущением. Из-за этого я не мог вернуться в царство Лорда Сурта – все стражи и духи тут же увидят на мне магические следы Одина, а это означало неминуемую гибель. Я согласился отправиться со Стариком в небесную цитадель. Стоит ли говорить, что Боги не слишком-то были рады такому родству их обожаемого предводителя… грубо говоря, я был уложен на лопатки через несколько минут после моего появления в Зале. Мне не понравилось.       В тот же день я успел нажить себе врагов. Например, в Хеймдалле проявилась неслыханная ярость, отчего мне даже казалось, что его золотые доспехи и зубы поплавятся – до того он был красный. Не буду вдаваться в подробности, но я вызвал его на своеобразную дуэль – нужно было попасть в цель на другом конце Биврёста. Я не только смог попасть в эту цель, нет – она была отвернута от меня! Это было началом моей вражды со Стражем. В последствие будут говорить, что лучше иметь врагов, а не друзей, ведь первые всегда будут преданно тебя ненавидеть, а от вторых неизвестно что ждать, и я склонен с этим согласиться.       Мои проделки в Асгарде не нравились многим, но женщин очаровывали (по секрету скажу, что даже жена Одина, Фригг, заглядывалась на меня). Я был волен в своем поведении, брал от своего обличья все – пробовал всю еду, напивался до упаду, наслаждался стройными телами и старался (подчеркну – старался!) наладить отношения с новыми коллегами.       Вообще-то, друзей я не получил. Бальдр, смазливый парнишка, прозванный Прекрасным, старался усидеть на двух стульях и угодить всем подряд. Хёнир Молчаливый вызывал во мне желание побыстрее изобрести огнестрельное оружие и убить его на месте. Наверное, не раздражала меня только Идунн, хранящая молодильные золотые яблоки – доступны они были только ей, да и вообще она слепо верила всем…       Вспоминая детали для подробного рассказа я не первый раз удивляюсь тому, что боги не понимали, из-за чего я при Рагнарёке примкну к Хаосу. Серьёзно? После всей их жестокости, о которой я буду рассказывать, они выпучивают глаза, смотря на меня рядом с дочерью, изъявившей желание убить их такое же сильное, как у Сурта! Все же, я считаю, что они были слепы. Особенно Один. Надеюсь, вы ожидали этого глупого каламбура…