Beautiful Boy

Это началось еще до их дебюта, когда Чимина постоянно выгоняли из BTS, а на следующий день его снова туда возвращали. — Мы просто не уверены, соответствуете ли вы образу, — сказали они. Будучи неуверенным в себе подростком, Чимин слышал только слова: «Ты толстый, ты толстый, ты слишком толстый». Он никогда раньше не беспокоился о своей внешности, но теперь казалось, что все его надежды и мечты висели на волоске из-за этого. Он начал ненавидеть свои пухлые щеки, которые так любила его мама. Почему он не может быть высоким, как Намджун, или красивым, как Джин, или худым, как Тэхён? Каким-то чудом его танцевальные навыки, высокий голос и крепкая связь с Тэхёном стали тем, что официально позволило ему войти в группу. Не имея за плечами практически никакой подготовки, Чимин оказался в центре внимания, и так начались годы одержимости своим весом. — — Я не буду есть их, просто дайте мне их понюхать, — смеется Чонгук. Он подходит к большой коробке пончиков, принесенных в комнату для репетиций, широко раскрыв щенячьи глаза, и вдыхает полной грудью сладкий запах. — Да ладно, ты ведь можешь съесть одну, да? — подбадривает Джин. Чонгук выпрямляется и качает головой. — Нет. Мне нужно следить за своим весом для музыкального клипа, — твердо говорит он. Чимин неловко проглатывает свой кусок пончика, внезапно ощущая, как он наждачной бумагой царапает ему горло. Если худой и мускулистый Чонгук следит за своим весом, то Чимин наверняка тоже должен это делать? Он откладывает пончик, его желудок выворачивается. Съемки музыкального клипа «Blood, Sweat and Tears» начинаются через две недели, и Чимин внезапно понимает, насколько он не готов. Концепция должна быть сексуальной, но он чувствует себя совсем не так. Он не может появиться на съемочной площадке в таком виде — над ним будут издеваться, смеяться, возможно, даже ругать. Чимин хмурится, размышляя о своих мыслях. Нет, никто бы так не поступил, конечно же нет. Все в компании добрые и уважительные — только Чимин не такой. Он каждый день терзает себя в голове. «Ты мерзкий, ты отвратительный, ты толстый. Твои ненавистники правы — ты не заслуживаешь быть кумиром. Ты не заслуживаешь есть». Он поспешно покидает репетиционную комнату, не желая, чтобы кто-то видел его слезы. Юнги смотрит ему вслед и смотрит на недоеденный пончик, который он оставил. Легко связать все точки, особенно когда это происходит не в первый раз. — Да, — он указывает на Чонгука, — Ты заставляешь всех чувствовать себя плохо. Младший заставил Чимина почувствовать себя плохо. Юнги это знает. — Извини, хён, — Чонгук смущённо улыбается, пожимая плечами. — Чимин смотрит на себя в зеркало, пока ему обесцвечивают волосы. Он изо всех сил старается не хмуриться из-за собственной внешности. Почему в парикмахерских ты всегда чувствуешь себя самым уродливым троллем на свете? Высокий воротник чёрной водолазки привлекает внимание к его лицу, и все, что Чимин может видеть, — это его пухлые щеки. Ему нужно что-то кардинальное. Он не ел много в последние три дня после инцидента с пончиком, и он постарался тренироваться особенно усердно. Однако этого просто не кажется достаточным. Даже несмотря на то, что его желудок урчит в кресле неловко громко, а руки трясутся от голода и подпитываемого голодом гнева, этого просто недостаточно. Сидя в кресле, пока отбеливатель покалывает его кожу головы, Чимин пытается вспомнить все диеты для похудения, которые он может вспомнить. В наши дни все говорят делать это медленно, медленно уменьшать количество потребляемых калорий и медленно делать больше упражнений. Чимин не может делать это медленно. Он должен сделать это быстро. Сейчас есть крайний срок, и это срочно. Он должен похудеть сейчас. Он хочет, чтобы это было шокирующим. Он помнит дешевые женские журналы, которые его мама читала в 90-х. Чимин любил воровать их из мусорного бака и читать их в одиночестве в своей комнате. (Ему нравилось читать раздел «Агония тети», подайте на него в суд!) Всегда был раздел «здоровье», который обычно состоял из ужасно неточных советов и модных диет. Он помнит диету без углеводов, диету голодания, жидкую диету, диету с капустным супом, все таблетки и порошки для похудения… Безумное дерьмо, на самом деле. Все, что ему нужно сделать, это не есть много, верно? Одна из диет, которую он видел, вспоминается ему сейчас: диета «один прием пищи в день». Если он правильно помнит, она в основном включала употребление 300-500 калорий в день. Однако он не помнит, сколько дней нужно было это делать. Может ли он попробовать это? — Что заставило тебя так глубоко задуматься, Чимин-ши? — улыбается нуна-стилист по волосам, возвращаясь. Она начинает проверять его фольгу. — А, я как раз думал о диете, которой мне придется придерживаться в течение следующих десяти дней перед съемками музыкального клипа, — смущенно смеется он, почесывая пальцами кожу головы. — Не чеши. Парикмахер отмахивается от его руки с игривой улыбкой. — ... Рада слышать, Чимин-ши. Красивые скулы и линия подбородка будут отлично смотреться с белыми волосами. Она тычет пальцем в его мягкую скулу, ухмыляясь. Чимин вежливо смеется, привыкший к тому, что его парикмахерша с ним тактично-чувственно обращается. Он проглатывает свой дискомфорт от того, что она только что оскорбила его, нагло указывая на жир, покрывающий его костную структуру. По его мнению, это еще один стимул придерживаться этой диеты. — Только на второй день десятидневной диеты Чимина Юнги замечает, что что-то не так. Чимин выглядит слабым и измотанным после всего лишь одного прогона хореографии, что удивительно, учитывая, что Чимин обычно обладает большой выносливостью. — Ты в порядке, Чимин-а? - спрашивает Юнги, кладя руку на плечо Чимина. Чимин тяжело вздыхает и кивает, не в силах произнести ни слова, слишком занятый попытками впустить воздух в свои отчаянные легкие. Он выпрямляется и дарит то, что он надеется, ободряющую улыбку Юнги. Хореограф зовет их обратно на позицию, и Юнги вынужден беспомощно наблюдать, как Чимин страдает во время очередного прогона. Час спустя хореограф сжалился над ними, когда увидел, что Чимин начал путать движения. Это так не похоже на танцора, что заставляет всех в комнате беспокоиться. — Ты плохо спал прошлой ночью? — поддразнивает хореограф. Чимин качает головой, нет, на его лице виноватая улыбка. Он тут же падает на стену, его руки трясутся, когда он глотает воду. Юнги идет поговорить с Чимином, но Джин приходит раньше. — У тебя бессонница, Мини? — мягко спрашивает старший. — Нет, нет, я прекрасно сплю, — настаивает Чимин. Джин не выглядит таким уж уверенным. Намджун подходит ближе и складывает руки на груди, глядя на Чимина. — Ты уверен, что сможешь продолжать в течение следующих нескольких часов? Сейчас мы сосредоточены на хореографии музыкального клипа и размещении. — Я в порядке, правда! — Кажется, ты не в порядке. Чимин смотрит на лидера и пытается придумать, что сказать. Намджун хмурится. — Не заставляй себя, Чимин. Ты же знаешь, что тебе это не нужно, да? — Я знаю, — тихо говорит Чимин, опустив взгляд. Джин и Намджун наконец оставляют его в покое, но вскоре Юнги садится рядом с ним. Не говоря ни слова, он достает свой упакованный обед и начинает есть. Они молча наблюдают, как Джин и Чонгук дерутся вдалеке, а Тэхён и Хоби вместе проходят сложные движения в хореографии. — Откуда они берут энергию? — вздыхает Юнги. Чимин с горечью понимает, что это из-за всей еды, которую они едят. — Понятия не имею, — пожимает он плечами. В конце концов все успокаиваются и начинают поглощать свои обеды. В этот момент Чимин таинственно исчезает и не возвращается, пока не закончится перерыв. — Куда ты делся, Чимин? Ты поел? — торопливо шепчет Юнги Чимину, музыка вот-вот включится. — Я поел, хён, — шепчет Чимин в ответ с улыбкой на лице. Он всегда улыбается — Юнги задается вопросом, он ли единственный, кто думает, что это немного тревожный сигнал. Нет времени задавать Чимину дальнейшие вопросы, потому что начинает играть музыка, и наступает время снова и снова делать действительно классную хореографию. — Часы тянутся кропотливо и медленно. Чем лучше у них получается, тем больше раздражающих мелких деталей замечает хореограф. Это было бы своего рода пыткой, если бы они не любили то, что делают, так сильно. Они так сильно потеют и сжигают так много калорий, что Юнги клянется, что ему придется сегодня поесть еще раз. Наконец, наступает последний перерыв дня. Остается всего лишь один прогон, и они могут идти. — Не могу дождаться, чтобы заказать еду на вынос сегодня вечером, — ахает Чонгук, обрызгивая себя водой. — Я думал, ты сидишь на диете? — поддразнивает Хоби. — Это мой день обмана! Все стонут от зависти. Юнги знает, что дома его ждет восхитительный обед из куриной грудки и овощей — не самое захватывающее. — О, что ты собираешься заказать? — спрашивает Тэхён, широко раскрыв глаза от удивления. — Может, пельмени…, — размышляет Чонгук. — А может, соджу и курицу?. — Джин-хён, можешь приготовить нам пулькоги, когда мы придём домой? — спрашивает Намджун, улыбаясь Джину. — Ладно... но только если ты помоешь посуду. Мальчики продолжают обсуждать планы на ужин. И тут Юнги замечает, как тихо ведет себя Чимин. Он прислонился к стене, его глаза устремлены в пол. Его бутылка с водой пуста у его ног. Он честно выглядит так, будто ему больно. — Эй, Мини, что ты будешь есть на ужин? — спрашивает Юнги, и все внимание переключается на Чимина. Тишина затянулась слишком надолго. Наконец, Чимин даёт осторожный ответ. — Может, что-нибудь полезное? — Ах, ты так хорош, Чимини, — хмурится Хоби с улыбкой. — Звучит вкусно, Чимин, — серьезно кивает Тэхен. Все заливаются смехом, включая Чимина. Они слишком долго были заперты в этой танцевальной студии, Юнги не удивился бы, если бы они все немного сходили с ума. Смешное настроение продолжается только в последнем прогоне. Живот Чимина начинает урчать, и я имею в виду урчание на такой высоте, о которой Юнги не знал, что это возможно. Это происходит каждые несколько секунд, и лицо Чимина становится все розовее и розовее от смущения, заставляя всех смеяться. Юнги единственный, кто не находит это слишком смешным. Это звучит болезненно. Как будто... как будто Чимин вообще не ел сегодня. Для Юнги не стало сюрпризом, что Чимин практически потерял сознание по дороге домой в машине.