Мудрость поколений
8 августа 2024 г., 20:16
В светлом дворике, обнесенном невысокой изгородью, было удивительно чисто. Сеть узких, извилистых дорожек, покрытых светлым гравием, пронизывала весь сад, а в самом саду повсюду росли удивительной красоты цветы — ромашки, ликорисы, и, разумеется, любимые всей их семьей белые пушистые астры. Около заборчика вовсю цвели сливы и вишни, под которыми зеленела молодая трава.
Прикрыв калитку — та даже не скрипнула, закрылась так тихо, будто ее никто и не трогал. — Соширо прошел по дорожке вглубь, к одноэтажному домику. Домик казался таким легким, кажется, дунь — и он полетит, как те строения неопытных в строительном деле хрюшек. Там же хрюшки были? Или все-таки козлы? Да все равно, главное, чтобы не нашлось желающего дунуть кайдзю, а то в результате этих действий что угодно может случи…
Додумать Соширо не успел, заверещал не хуже тех хрюшек, потому что его безжалостно схватили за ухо.
— Наконец-то! Явился — не запылился!
— Бабуля, мне же больно! — пропищал Соширо, даже не пытаясь освободиться. Хватка у его бабули была не хуже, чем у некоторых кайдзю.
— Не пищи мне тут! — рявкнула она, но ухо все-таки отпустила. — Ишь ты, работает он, занят он, замком он! А бабуле позвонить раз в неделю тебе что, кайдзю язык откусили? — Соширо пошел вслед за бабулей, слушая ее старое доброе ворчание.
Этот диалог повторялся слово-в-слово каждый его выходной, когда он все-таки приезжал к родственнице. Та выбрала для жизни поселок неподалеку от города, подальше от суматохи, шума, пыли и нападений всяких монстров.
В кухоньке, крохотной, но такой же светлой, как гравий садовых дорожек, уже исходил на свист чайник, на столе дымился и благоухал на весь дом свежий пирог, а фарфоровые чашки казались прозрачными.
— Бабуля, это ты для меня? — Соширо расплылся в широченной улыбке.
Бабуля, невысокая, полноватая, полностью седая, но так и не согнутая годами, кивнула.
— А для кого ж еще, ты ж никого из друзей ко мне не водишь, — добродушно проворчала она. — Садись, такого в ваших ресторанах не готовят, — продолжила она, и любимый внучок сел за низенький столик, отрезал себе сразу половину пирога и засунул в рот. И тут же получил подзатыльник. — Я тебе сколько раз говорила есть аккуратно!
— Вкушно же! — прочавкал Соширо, не выпуская из рук кусок. По пальцам уже тек вишневый сок, но остановить его могло, пожалуй, лишь нападение на их главный офис. Да и тем пришлось бы подождать, пока он доест.
— Негодник! — проворчала бабуля и начала заваривать чай. — Давай прожуй и рассказывай, что там у тебя новенького.
Соширо с трудом проглотил пирог и начал пересказывать события последних дней. Когда он описал свою драку с кайдзю №8, бабуля задумалась.
— Как переваришь, пойдем в додзё, — сообщила она, отпивая чай.
Соширо содрогнулся.
Просторное додзё занимало две трети дома, в оставшейся трети скромно притулились та самая кухонька и спальня, где бабуля проводила большую часть времени. Хотя… Любой бабулин гость в первую очередь задумывался о том, зачем пенсионерке такой тренировочный зал и целая коллекция разнообразного оружия. Если, конечно, попадал сюда. Обычно она принимала гостей на кухне и не пускала никуда дальше. Дом бабули был ее крепостью.
— Показывай свой бой с этим кайдзю как бой с тенью, — скомандовала бабуля, удобно устраиваясь на татами и поправляя очки на носу.
Соширо начал бой, но не успел сделать и третьего шага, как получил по ноге шестом.
— Дурачина, — голос бабули не предвещал ничего хорошего. — Кто тебя учил? Ты ногу не доворачиваешь!
Соширо честно довернул ногу и сделал еще два шага, чтобы тут же отхватить шестом пониже спины.
— Переноси весь вес, балда! — проворчала она.
Через пару часов Соширо весь взмок. Тренироваться без костюма было привычным, но он уже давненько не занимался под пристальным присмотром любимой бабули. Кажется, зря.
Зато в следующий раз, выходя против Кафки в его боевом облике, Соширо уже не сомневался в своей победе.
