Одно заклятье на двоих

Вернувшись в квартиру под утро, Люцифер ощутил тревогу не найдя Аластора на привычном месте. В этот время он обычно готовил кофе, слушая музыку на кухне. В данный момент и следа его не было, как и вчерашней потасовки. Всё убрано, ни пятнышка на ковре, ни осколков. Захотел набрать на мобильник, чтобы успокоить себя, однако вовремя вспомнил, телефон был утрачен в момент похищения. Ричард должен был убрать улики. Нашёл ли он мобильник? Не станет ли данный предмет тем, что приведёт к ним правоохранительные органы? Быстро набрал номер парня, убедился, что телефон у охотника, а после решил поискать Радио демона. Если он в агрессивном состоянии из-за него, то может кто-то пострадать. Долго Люциферу мучатся не пришлось, пропажа нашлась в своём кабинете, увлечённая работой. Причина ранней трудовой активности так же прояснилась, сегодня надо идти на радио станцию вести программу, решил всё закончить заранее. Вчерашнюю сцену не вспоминали, и даже близко не поднимали вопрос, избегая острых углов. Утром Аластор обнаружил записку с требованием выкупа. Привлекло внимание не содержание, а почерк, изящный на его вкус и определенно знакомый. Сложив несколько деталей в голове, решил закрыть данный вопрос, поскорее вывести инициатора похищения на чистую воду. Когда Люцифер появился на пороге кабинета, озвучил данную идею. — Знаешь кто? — спросил Морнингстар, перед ним опустили послание. — Догадываюсь, — хмыкнул демон и рядом положил листок с заполненным заявлением о приёме на работу. — Не замечаете сходства? — Те же завитки, — подметил правитель. — Почерк идентичен. Как ты пришёл к выводу, что это кто-то из персонала? — Умею слушать, — довольно произнёс, откидываясь на спинку кресла. — У владельца клуба не было постоянных отношений, часто менялись девушки, и тут одна и на долгий период в его компании, получила работу здесь, живёт вместе с ним, при этом сам он стал куда меньше появляться в обществе старых приятелей. В глазах других картина однозначная — это уже нечто серьёзное. Ещё и вы подпитывали сплетни среди персонала, свидания, букет цветов. Однако достоверно никто не знал, кроме одной, — Аластор указал на фото. — Та официантка из коридора, — вспомнил Люцифер. — Грешил на конкурентов, обиженных друзей, однако слишком уж маленькая сумма для владельца бизнеса и тех кругов, где вращается занятое вами тело, а личная жизнь директора чаще обсуждается среди персонала, — Радио демон выглядел разочарованным. Никакой интриги или загадки, затейщик нашёлся слишком быстро, даже не дав испытать азарт. Как глупо не сменить почерк и сохранить его своеобразный стиль с этими завитками! — Ал, только без резкостей, — предупредил Люцифер, беспокоясь за целостность костей официантки. — Не переживайте, я девушек не бью, — чуть склонил голову на бок, хищно улыбнувшись. — Мы мило побеседуем и решим наш вопрос без кровопролития. — Может лучше мне это сделать? — король занервничал, нехорошая у его собеседника реакция. — Я сам хочу закрыть это дело, — его тон давал понять, возражений не потерпит. Люцифер не мог остаться совсем безучастным, сказал, будет наблюдать со стороны и вмешается, если его подданный перейдёт границы. Аластор дал понять, что король может делать что хочет, только ему не мешать. Мия Коул была приглашена в часов десять к столику, занятым Радио демоном. Со скучающим видом он пил кофе и едва взглянул на девушку, стоило той оказаться рядом. Жестом дал распоряжение сесть, заметив, появление помощницы директора в клубе заставило её нервничать. Мия контролировала эмоции лучше напарника, её тревога была едва заметной. — Вы звали, мисс? — уняв дрожь в голосе, спросила официантка. — Расскажешь, что мне с тобой делать? — кинул перед девушкой записку. — Сдать в полицию или самой убить? — Вы о чём? Это не моё! — испуганно заговорила Коул, активно жестикулируя. — Дорогуша, совет на будущее, пишешь подобные записки от руки, почерк меняй, твои завитки бросаются в глаза, — насмешливо произнёс, опуская подбородок на соединённые пальцы. — Я могла бы сразу избавиться от тебя, но мне любопытно. Зачем? Директор клуба платит щедрые зарплаты, одна задача, оставаться глухим к разговорам посетителей и не обсуждать ничего за пределами клуба. Поверх хорошие чаевые. — Дело не в деньгах, — сдалась Мия. — Я хотела поквитаться с этим ублюдком, — Ал удивился. Месть? — Не рассказывал, да? Милым прикидывается? Это сейчас он по какой-то причине на тебе остановился, до этого бабником был, все знали, однако девушки к нему всё равно в кровать прыгали, если какая-то ему особенно понравилась, мог познакомить с богатыми одинокими друзьями, а там уже лови удачу за хвост. «Вот почему родители так повели себя», — припомнила Тереза, а Аластор осознал причину столь бурной реакции, обвинениях в похищении. Будь бы у него дочь, от такого парня держал бы её как можно дальше. — Я с этой целью тоже с ним флиртовала, но гавнюк обоятельным оказался, ухаживал красиво. Для него это забава, ритуал, перед тем как залезть в трусы, — продолжила рассказ Коул. — Влюбилась, — понял демон. — Женщина с разбитым сердцем бывает опаснее любого чудовища. Почему решила, что со мной не так? И как он тебя на работу взял? — Не узнал, память короткая на быстротечные романы, — хмыкнула. — Ты первая с кем он живёт вместе, стал прежних компаний избегать, ещё я видела как ревнует к другому парню. Сделала выводы, — объяснилась девушка, а Аластор едва сдержался от смеха. Нелепость. — Изначально тебя не было в плане мести, но первый замысел провалился. Моя знакомая сатанистка вовлекла его в оккультные практики, должна была принести в жертву, но гад вернулся живым. «Теперь понятно как его величество занял данный сосуд. Бесполезно опрашивать подругу, король всем память подчистил», — данное заключение разочаровало, а Радио демон надеялся хоть на какую-то зацепку. — Попрактикуйся в стратегии, — сделал заключение Ал. — Тот парень, схвативший меня, кто он? — Знакомый, лёгких денег искал, выбрала того, кто меньше всего со мной связан, — пояснила Мия. — Разумно, — кивнул. — Заявление об увольнении оставишь у меня на столе. Подпишешь бумаги о неразглашении. Зарплату перечислят в течение нескольких дней. — И всё? Увольнение? Не сдашь меня полиции? — удивилась Коул. — Нет, ибо мне надо, чтобы ты помалкивала, поскольку твой друг решил не дышать воздухом этого бренного мира, — на лице официантки отобразился испуг, когда она осознала сказанные слова. — Скажешь лишнего где не надо, пожалеешь, — взгляд демона обещал скорую расправу, если решится впасть вне милость. У Мии не было связей и властных друзей в отличие от хозяина клуба, и она понимала, труп не найдут, если не убоится. — Думаешь он с тобой навсегда? — спросила с агрессией. — Думаю, я взрослый человек и сама со всем разберусь, — хмыкнул Аластор. — Надеюсь больше не увидимся. Спустя несколько дней не без помощи Ричарда демон приобрёл новое мобильное устройство, от старого избавились, чтобы не было и намёка на случившееся похищение. Аластор не радовался возвращению телефона, ему без него было комфортнее, однако так проще поддерживать связь с Финой и Ричем, которые не прекращали поиски. Первыми на устройство позвонили не друзья, а те, от кого Радио демон на время надеялся избавиться. — Добрый вечер, — ответил на незнакомый номер, пытаясь параллельно приготовить ужин, пока Люцифер не вернулся, от его вегетарианской еды заядлого мясоеда начинало уже тошнить. — Здравствуй, милая, — на другом конце прозвучал дрожащий женский голос. — Мама? — едва не выронил нож, которым разделывал птичью тушку. — Я знаю, ты просила не беспокоить, — ощущалась нервозность. — Но мы не можем перестать переживать о тебе, поэтому хотели пригласить на ужин вместе с твоим другом в качестве извинения за тот случай с полицией. Аластор мог отказать. Отношения между родителями и Терезой не его забота, но обрывать связь, потом скидывать восстановление на девушку, угодившую в неприятную историю не по своей воле, не в его натуре. И она сама чуть ли не взмолилась принять приглашение, поэтому демон решил рискнуть. Ожидал, Люцифер его отговорит, но тот наоборот проявил энтузиазм. Родителей необходимо успокоить, поэтому согласился. Дом Терезы Аластор помнил из перехваченных у неё воспоминаний. Небольшой и уютный, недалеко от церкви, где проводились службы. Маленький заборчик, ухоженный садик, приобретший благопристойный вид благодаря стараниям миссис Рид. Беседка в тени разросшегося клёна часто служила для девушки местом уединения. Она изучала Библию, сидя внутри и попивая лимонад приготовленный мамой. Его вкус ощущался на языке, хотя сам демон никогда не дегустировал. Место рождения Теры он мог описать как уютное, идеально подходящее маленькому городку, где все друг друга знают. Возникло ощущение неловкости, когда вышел из дорогой машины, совсем не соответствующей местности. В голове засела мысль, зря они приехали, пока шагали по выстеленной жёлтым камнем дорожке к белой двери, украшенной распятием. Оповестил о приходе зажав кнопку звонка, напоминающего щебетание птиц. Дверь открыла Монник. Идеальный образ матери из головы Терезы, как и всегда. Беспорядочно собранные волосы, фартук с цветами и пятном муки, доброжелательная улыбка и ласковый взгляд. Такой она была дома, на людях строгая женщина. — Милая, — обняла дочь, крепко прижав к себе. — Рада видеть. Как добрались? — Хорошо, — натянуто улыбнулся Аластор, держа себя в рука и мучаясь от вопроса. Имел ли он право получать тепло, предназначенное Терезе? — Проходите, ужин почти готов, — отступила, запуская гостей. — Рад нашей встрече, миссис Рид, жаль первая прошла не совсем гладко, — Люцифер протянул заранее купленный яблочный пирог. Ал глаза закатил, когда увидел его выбор в магазине. — Да, неудобно получилось, — неловко заложила выбившуюся прядь за ухо. — Однако у нас есть шанс сегодня всё исправить. Спасибо, — поблагодарила за угощение. Том не встретил гостей столь воодушевлённо. В памяти Терезы это суровый мужчина, не умеющий признавать неправоту, требовательный. Дочь обожал, но ярко привязанности не выражал, однако всегда был сравним с крепким плечом, на которое можно опереться. Инициатором примирительного ужина была без сомнений мать. Он холодно поздоровался с дочерью. Крепко пожал руку Люциферу. Аластор и Тереза мысленно обменивались шутками относительно того, что священник и дьявол в одном доме. С трудом второй раз удалось подавить хохот, когда приём пищи начался с молитвы Богу. Правитель пнул Радио демона под столом, и тот скрыл лицо за волосами, хотя по игривому блеску в глазах было очевидно, сам сейчас сдерживает себя. «И избавь нас от лукавого», — на этой фразе Аластор прикусил губу, сдерживая порыв, кинул многозначительный взгляд на Люцифера, тот в ответ закатил глаза. Понял ход мыслей поданного. Атмосфера во время ужина царила напряжённая. Затея примириться через совместный приём пищи оказалась провальной. Разговор тянулся вяло. Аластор в какой-то момент с удовольствием был готов отпустить контроль и дать власть Терезе, а самому скрыться в задворках сознания до окончания данного времяпрепровождения. Девушка старательно вынуждала его завязать беседу, да и Люцифер пытался. Рассказ о работе в клубе не произвёл впечатления. Том отметил, что раньше не замечал за дочерью способностей к ведению документации. Обязанности связанные с радио вызвали у мистера Рида негодование. Он посчитал это неуместным и совсем не сопоставимым с ролью, которую до этого возложила на себя дочь. Стать врачом великая честь. — Папа, я ещё достаточно молода, успею связать свою жизнь с благотворительной миссией, а пока мне бы хотелось пожить для себя, — эти мысли озвучил Аластор, но принадлежали они Терезе, у неё не было решимости воспротивиться воле главы семьи, демону же плевать. — Ты никогда не была столь эгоистичной, — недовольно заметил Том. — Да, а ещё никогда не наслаждалась жизнью без обязательств, — парировал в ответ. — Дорогой, — вмешалась Монник, коснувшись руки мужа, — на пару слов. — Что на тебя нашло? — тихо спросил Люцифер, когда семейная пара вышла. — Ты хотел наладить их отношения, а не испортить. — Я озвучиваю мысли Терезы, которые та бы не рискнула произнести, — равнодушно продолжил ужин. — Иногда стремления и взгляды родителей и детей разнятся, вам ли об этом не знать? — с издёвкой глянул на собеседника. — Делай как хочешь, это не моё дело, — покачал головой. Миссис Рид попыталась увести разговор в другое русло, вспоминая истории из детства, рассказывая новости о соседях, с которыми демон делал лишь вид, что был знаком и ему жутко интересно. Завершили трапезу не на позитивной ноте, но и не на минорном аккорде, что радовало. Было поздно и супруги предложили остаться до утра. Люциферу подготовили комнату для гостей, а Аластор направился в ту, которая принадлежала Терезе. В груди заболело, стоило переступить порог. Множество чужих воспоминаний вызвали непрошенные эмоции. Плакат любимой группы на стене. Собрание книг на полке, украшенной статуэтками разной тематики. Письменный стол, заваленный попытками из прошлого найти себя. Недописанный стих, незаконченный рисунок. К глазам подступили слёзы. Ищущие выхода накопившихся чужих чувств. Чьи нервы сдали? Его или Терезы? Неважно. Она тосковала по жизни, боясь не вернуть себе волю. Он ощущал несправедливость, неправильность происходящего. — Аластор, — услышав голос Люцифера, наспех стёр улики с лица, обернулся с обманчиво-счастливой улыбкой. — Не разумно обращаться ко мне по имени в чужом доме, ваше величество, — с укором отметил он. — Рядом никого, — заметил следы влаги на щеках. Стоило бы промолчать, но ему хотелось знать об искренних чувствах, скрытых за маской. — Что случилось? — Задумался, — вздохнул. — Эти люди, она, — ткнул пальцем в грудь. — Они неплохие, со своими тараканами, но не заслужили случившегося. Тереза так точно, у неё чистое сердце. Я убивал, калечил, но никогда не поступал ужасно с добрыми людьми, всегда ценил свет души из-за его редкости. — Ты не виноват в случившемся, — вздохнул, складывая руки на груди. — Плохие вещи случаются и с хорошими людьми, а ты оказался в теле этой девушки лишь по стечению обстоятельств, — сделал шаг, стремясь обнять. — Не надо сантиментов, мне не нужно утешение, — отступил, но ускользнуть не удалось. Король поймал и прижал к себе, бережно гладя по волосам. — Я не могу упустить столь редкий момент твоей искренности, так что даже не мечтай закрыться, — прошептал, перебирая рыжие пряди. Люцифера с трудом удалось выпроводить из комнаты. Его попытки утешить и какой-то виноватый взгляд нашкодившего щенка раздражали. Аластор никогда не был сторонником яркого выражения чувств, в отличие от короля. Он не понимал этих вечных попыток сблизиться, добраться до сути другого. Зачем, когда тебя не просят? Сейчас не те обстоятельства, время, да и он не всегда уверен какие эмоции принадлежат ему, а какие Терезе. Они давно слились воедино. Радио демон старался их отделять, но это сложнее, чем казалось на первый взгляд. Ближе ко сну в комнату зашла мать девушки. Аластор улыбнулся, стараясь быть максимально похожим на свою оболочку. Он не хотел огорчать этих людей, приносить зло в их дом, хоть и являлся его воплощением по мнению большинства. Женщина оставила на столе чашку с какао, сверху украшенным маршмэллоу. Любимый напиток перед сном Терезы. Позволил женщине ласково погладить себя по голове, выразить любовь, поцеловав в лоб и сказать тёплые слова. Он не заслужил подобных проявлений чувств, знал, на несколько мгновений вообразил свою мать. Тоска в сердце не заставила себя ждать. После смерти единственного и родного человека Аластор отталкивал от себя большинство людей, которые пытались быть с ним чуткими и заботливыми, ему претила мысль о каких-либо привязанностях. Называл друзьями лишь тех, кто не лез в душу и порой понимал без необходимости изъясняться словами. Важна была надёжность, умение хранить секреты, те кто слышат, но не говорят. Приход Монник на несколько мгновений вернул в исходную точку, с которой началось обрастание сердца и души острыми шипами. — Спокойной ночи, милая, — женщина ушла, оставляя после себя шлейф аромата бергамота и мяты. Любовь миссис Рид принадлежала не ему, и он не имел права наслаждаться ей. «Ты можешь получить другую, если откроешь сердце для него», — заметила Тереза, и демон ментально ощутил, как нежные маленькие ручки обнимают его. Аластор не хотел спорить или доказывать обратное, и какао пить тоже, слишком сладкое. Дал Терезе чуть больше власти, её напиток детства, пусть наслаждается, он достаточно у неё отнял. Сделал несколько глотков, девушка заликовала, хватая ртом несколько маршмэллоу и проглатывая их особо не жуя. В теле появилась тяжесть. Захотелось спать, мамин напиток был лучше любых снотворных. Освобождал от мыслей и дарил покой. Забрался под одеяло и отключился, едва голова коснулась подушки. Своё пробуждение демон легко мог занести в список топ самых неожиданных в его жизни земной и адской. Очнулся привязанным к стулу в церкви. Горящие свечи, служащие единственным источником освящение. Запах ладана. Монотонный голос, читающий молитву, и тихое рыдание. Прислушался к словам. Не воспевание хвалы Богу, а обряд экзорцизма. Обернулся, увидел за пьедесталом Тома облечённого в рясу. Рассмеялся то ли от глупости этих людей, то ли от происходящего в целом. Голова гудела. Ему подмешали снотворное в какао, поэтому не проснулся, когда перенесли сюда и связали. Как давно поняли, кто перед ними? «Прошу, не надо», — взмолилась Тереза, вспомнив как он поступил с похитителем. «Не переживай, не трону я твоих родителей», — успокоил, наблюдая за тенью, скользнувшей к нему точно верный пёс, ожидающий команды. — Оно очнулось, — встревоженным голосом произнесла Монник, сжав в руке склянку. Подошла на дрожащих ногах и брызнула в лицо, от чего демон нахмурился. Святую воду пить можно, крест носить, это только в людских поверьях данная атрибутика являлась средством защиты. Закатил глаза, мог понять родителей Терезы, но считал лучше разговор, чем подобная ритуальная ерунда, выставляющая их больными на голову фанатиками. Они ведь таковыми не являлись, скорее отчаявшейся парой утратившей дочь. — Помогло? — неуверенно взглянула на Аластора Монник. — Если ожидали эффекта серной кислоты, то промах, а так, любому не понравится, брызни ему водой в глаза, — ехидно подметил Радио демон. — Отойди, мы скоро закончим, — прервал молитву Том, подзывая жену. Миссис Рид спряталась за его спину, а он продолжил. — Возвращайся в Ад, нечистая сила. Священник перекрестился, а Аластор забавы ради изобразил обморок, однако стоило паре подойти к нему, резко поднял голову и расхохотался с их лиц. Неужели всерьёз ожидали, что у них получится? Нет, скорее он надеялся. — Я бы рад вернуться туда, откуда пришёл, но у меня с этим есть некоторые сложности, — завершив потеху, сказал Радио демон, освобождаясь от пут. — И если вы закончили, попробуем конструктивный диалог, вместо варварских ритуалов? — встал со стула, разминая затёкшие запястья, пока мужчина и женщина в ужасе отступали. — Покинь тело нашей дочери! — священник выставил крест вперёд. — Вы меня не расслышали, преподобный? — усмехнулся. — Я сам не против, но все имеющиеся в запасе людей ритуалы не работают, как и данные игрушки, — вырвал из рук мужчины крест. — Надо отдать вам должное, вы хорошие родители, сразу почувствовали неладное за пару встреч, — улыбнулся, пока семья смотрела на него горящими от ненависти глазами. — Что тебе надо? — сурово спросил мистер Рид. — Мне? Ничего, — мотнул головой. — Я и ваша дочь оказались в сие затруднительном положение из-за кучки болванов, решивших поиграть с темной магией. Я не хотел наружу, а она становиться участницей жертвоприношения. — Моя девочка, она жива? — испуганно спросила Монник. — В какой-то мере благодаря моему вселению в неё да, — вздохнул. — Просил же вас, не искать со мной встреч, выяснили бы способ рассоединить нас, и она бы вернулась без вероятности оставить вам психологическую травму и подтверждений существования Ада, — покрутил в руке крест. — Углубите познания, это не работает как защита, — откинул предмет в сторону. — Моя просьба звучит всё так же, дайте время решить проблему, с вашей дочерью будет всё в порядке, даю слово. — Нам верить обещаниям демона? — зло прошипел Том. — У вас есть выбор? — парировал в ответ. — Необдуманными действиями вы навредите ей больше, чем я. — Ты осквернишь её тело, склонишь к греху! — возразил священник. — Во-первых, чтобы я не творил с этим сосудом, души это не касается, во-вторых, спешу вас огорчить, но демоны подобным не занимаются, любые грязные поступки это результат принятых решений самого человека. В-третьих, ваша дочь сидит в моей голове, а я не получаю удовольствия от того, когда за мной подглядывают в моменты близости, — сложил руки на груди. — Будьте любезны, не развивайте этот конфликт дальше. Аластор хотел бы продолжить, но дверь в церковь распахнулась. Олицетворяя статус истинного правителя Ада, в храм влетел разъярённый Люцифер. Эффектно, с пылающими от гнева глазами. Такой король ему нравился без сомнений, чтобы он и среди своих выглядел подобным образом, а не точно малое дитя заваленное резиновыми уточками, может сплетен и насмешек за его спиной стало бы меньше. — Ты как? — он подошёл к демону, взял его подбородок, игнорируя людей, находящихся на грани нервного срыва. — Восхитительно. Руки распускать не обязательно, ваше величество, — отступил на шаг. — Проводил воспитательную беседу, — кивнул в сторону четы Рид. — Что ты с ними сделал? — взглянул на онемевших от страха мужчину и женщину, беспокоясь о последствиях общения с Радио демоном. — Меня ранят ваши слова, и пальцем не тронул, — приложил руку к груди, изображая обиду. — Мистер и миссис Рид узнали кто я и планировали провести обряд экзорцизма, как видите, у них не получилось, — объяснился Аластор, пока король оглядывался, оценивая происходящее вокруг. Стул, с рядом раскиданными веревками, ясно давал понять, происходило всё не на добровольной основе. — Прошу простить меня заранее, — падший взглянул с сожалением на родителей Терезы, коснулся их лба, и оба без чувств рухнули на пол. — Что вы сделали? — демон не скрывая любопытства, выглянул из-за спины мужчины. — Стёр память о встрече с потусторонними силами, — объяснился Люцифер, разворачиваясь всем корпусом к собеседнику. — Не стоит посвящать в них людей. Очнутся через час, словно ничего и не было. — Провалилась попытка наладить семейный связи, — хмыкнул Аластор, мысленно извиняясь перед Терезой. — Ваше величество, вы ко мне в спальню зашли посреди ночи? — укоризненно спросил. — У меня сон плохой после развода с Лилит, — равнодушно пояснил, словно не видел в этом проблемы и нарушения личных границ. — Хотел предложить пройтись. Маленький городок, немного людей, тихо и спокойно. В Аду такое редкость. — Вам приносили какао? — Да, вкусное, — улыбнулся. — Сказали, эта девочка всегда его пила перед сном. — На вас не подействовало снотворное, — в голосе слышны были недовольство и обида. — Как и алкоголь в полной мере из-за ангельской сущности, тело восстанавливается быстро, — увидев разочарование на миленьком личике, хмыкнул. Аластору явно данный факт не по душе, поскольку на него вещества оказывали куда более действенный эффект. — В этом не так много плюсов. Я не могу напиться до забвения, и решить проблему с бессонницей, так что не строй из себя ущемлённого, — закатил глаза. — Оно и к лучшему, так бы не нашёл тебя, — взгляд скользнул по крыше храма, расписанным витражам. — Отцу плевать на подобные места поклонения, это люди придумали данную блажь для собственного удовлетворения, — глаза правителя озорно сверкнули. — Но меня всё равно так и тянет осквернить это место. — Слышу настоящего дьявола или бунтующего сына, — рассмеялся Аластор, откидывая волосы назад. — Что ж, мне такое по душе, позволю вам маленькую дерзость ради столь грандиозного оскорбления, — сделал шаг к королю, давая понять, чего ожидает от него. Люцифер не стал выпрашивать повторного приглашения, от этого демона подобное и так редкость. Широкая ладонь легла на тонкую талию, притягивая к себе, а губы завладели чужим ртом, проскальзывая языком между рядами зубов. Владыка желал сделать этот жест как можно более пошлым и вульгарным. — Без рук, — недовольно скинул ладони со своей талии. — Губами можно, а руками нельзя? — с насмешкой спросил правитель бездны, сжимая пальцы на ягодицах партнёра, приподнимая. — Так не пойдет, чертёнок, сделаем всё филигранно, — усадил на алтарь, возвращаясь к куда более интересному процессу. Быть уложенным на спину в подобном месте и данной интерпретации демон никак не ожидал. Сожалел ли он, что дал волю королю? Сложно сказать, но ощущал дрожь во всём теле, когда шершавые губы скользили по нежной коже, оставляя влажные следы на обнажённых участках, и это не было связанно с привычным страхом близости. Предвкушение. Настоящий змей искуситель, даже Ал не смог ему противиться, а ведь телесная истома прежде казалась неимоверно далёким понятием. Однако всё же он не был готов к соитию в подобном месте и при подобных обстоятельствах. — Ваше величество, нам бы остановиться, — обхватил голову Люцифера, вынуждая взглянуть на него. Смутился, ощущая неловкость от того, что надо говорить о таких вещах прямо. Тема секса всегда вызывала отторжение и прежде не обсуждалась из-за отсутствия контактов. — Хорошо, — падшему ангелу не требовалось пояснение. Он всё понял по одному взгляду. Данную черту будет сложно преодолеть в их непонятных взаимоотношениях, и это точно не то место для перехода на новый этап. — Не будем больше здесь задерживаться, — помог подняться. Несколько дней Аластор мог бы назвать затишьем и разрастающейся всеобщей меланхолией. Он систематизировано занимался документами, радио передачами, поздно возвращался в квартиру после вечеринок. Фина и Ричард продолжали изучать книги, поскольку не было иных зацепок. Ал помогал, используя остатки свободного времени с пользой, и иногда с подозрением поглядывал в сторону Люцифера, который не проявлял столь бурной активности в поисках. У Радио демона закрадывалась смутные сомнения, и всё же он пока гнал их прочь, стараясь сосредоточиться на чём-то более понятном, чем поведение короля. От скуки демон стал искать себе развлечения, и вечно крутящийся вокруг правитель, испытывающий к тебе интерес, идеально мог разбавить атмосферу. Зная преимущества своего сосуда и его красоту, стал выбирать обтягивающие майки и более откровенные пижамы, не демонстрирующие все на обозрев конечно, но оставляющие место воображению. Помогала ему в этом Фина, решившая не поднимать вопрос о сцене, с которой столкнулась в момент похищения. Ей оказалось только в сласть пошутить над Люцифером и полюбоваться самой притягательным девичьим телом, пока они примеряли одежду. — Это чистой воды садизм, дорогой, — рассмеялась экстрасенс, обняв демона в кабинке для переодевания, наигранно случайно задевая грудь. — Как дразнить сладкоежку кусочком торта, при этом не дать даже надкусить. — Назовём это испытанием выдержки, — посмеялся Аластор. Радио демон не ожидал, что подобные трюки могут сработать на существе чей рубеж перешагнул за тысячу лет. Ошибся. Люцифер стал часто кидать взгляд в его сторону, стоило выйти не в привычном строгом облике, а прилегающей к телу майке и коротких шортах. В одно утро владыка едва не поперхнулся чаем, когда демон пришёл на кухню в столь откровенном облике, потягиваясь как кот после сна. Казалось король кинется к нему сейчас, но его пригвоздили к месту строгим взглядом, дающим понять, не стоит этого делать. Хотя внутри Аластора всё содрогалось от смеха. Как высшее существо может вести себя точно подросток в пубертатный период? Выдержки правителя хватило на пару дней подобных игр. Люцифер проснулся рано и скользнул взглядом по соседней половине кровати, где беспечно спал его подданный. Выглядел невинно, лёжа на животе и обнимая подушку. Привлекательно. В откровенной пижаме из атласной майки на бретельках и шортах расшитых кружевом, беспорядочной россыпью волос цвета пламени. Кто распознает за подобным обликом садистскую натуру? Не устоял. Приблизился к спящему Аластору. Стена выросла мгновенно, но правителю не составляло труда её отключить. Знал, его сосед будет недоволен таким грубым нарушением. Король легко мог разрывать сделки, делать их недействительными, придерживался правил, установленных Радио демоном, чтобы расположить и подарить некое ощущение безопасности. Только играть паиньку долго не получилось, особенно когда кто-то выглядел столь соблазнительно. Провёл ладонью между лопаток, скользнул кончиком языка по шее к плечу, продолжил следовать за пальцами к спине, опустил руки на бедра. Тело под ним шевельнулось, издало звук недовольства от испорченного сна и влезания в личное пространство. — Ваше величество, мало того, что вы грубо нарушили правила сделки, — сонным голосом произнёс Аластор, разворачиваясь на спину и недовольно смотря на правителя. — Ещё и сексуальным домогательством решили себя побаловать? — Сложно устоять, когда ты несколько дней специально провоцируешь, — усмехнулся, намереваясь поцеловать, не вышло. Радио демон легко соскользнул с постели, перевернувшись, и упал на пол, избегая дальнейшего взаимодействия с очевидно возбуждённым мужчиной. Совесть совсем не мучила, хоть сам и нарывался. Обиженно взглянул на короля, который выглядел раздосадованным. — Планируете винить жертву в том, что не можете держать свою похоть под контролем? — спросил насмешливо, продолжая лежать боком на ковре, подперев рукой голову. — Такого как ты сложно представить в позиции жертвы, — закатил глаза. Открыл портал, снова занимая положение сверху над ошарашеным демоном, не ждавшим продолжения банкета со стороны владыки. — Скорее игроком, проверяющим нервную систему на прочность, — надавил рукой на губы партнёра. — Чертёнок, неужели ты серьёзно думал, будто я не пойму что ты делаешь? — спросил с издёвкой, проникая двумя пальцами в рот, касаясь языка. — Не хорошо дразниться, за этим могут следовать последствия. Церемониться Аластор не стал, настолько врываться в его пространство без разрешения он точно не позволит, сжал зубы и кулаком стукнул по носу владыку. Хоть силы не равны, но нужного эффекта добился. Смог ускользнуть, встать на ноги, демонстративно стряхивая чужие прикосновения. — Картина не важна, если нет дозволения, — серьёзно произнёс демон. — Ваше величество, не о том думаете, сейчас нам важно вернуться, — ушёл. «Вот же засранец», — мысленно ругнулся Люцифер, прикладывая два влажных пальца к губам. Оставаться в квартире Аластор не стал. Написал Фине с предложением выпить кофе, и та без раздумий согласилась, ибо от количества прочитанных книг у неё болела голова. Девушка показала любимое место на крыше одного из зданий, откуда открывался вид на океанскую гладь, омывающую город. Они сели у самого края, свесив ноги, каждый со своим стаканчиком. Экстрасенс постоянно выбирала ванильный раф, пока Аластор предпочитал эспрессо. Тереза всегда возмущалась относительно его вкусовых приоритетов. — Здесь красиво, — подметил Радио демон, крутя в руках стаканчик с пожеланиями счастливо дня от бариста. Их обслуживал парень, который не упустил возможности пофлиртовать с двумя симпатичными особами, оставил свой номер среди записей. — Должен признать, буду скучать по этим видам. — Возможно этот момент наступит нескоро, — вздохнула Фина, отпив из стаканчика. — Мы уже перебрали сотню книг, вдоль и поперёк изучили редкий экземпляр из коллекции. Ответ может даже не найтись спустя года. Не думал об этом? — серьёзно взглянула на собеседника. — Надеюсь на лучшее, — улыбнулся, хоть на душе кошки скребли, и не только у него. — Ты же не просто так говоришь со мной об этом? — Не хочу подозревать короля, но, — поджала губы. — Не верится мне, будто он совсем уж ничего не знает. Люцифер вроде хороший, совсем не похож на своё описание в Библии, не желаю думать о худшем, только не закрывая глаза и смотря под другим углом, вижу не состыковки. Ты говорил ему важна дочь. Почему же он не тратит все силы на возвращение к ней? Его реакция на происходящее куда спокойнее, чем у тебя, а должна быть ещё более яростная. Зверь загнанный в ловушку так себя не ведёт. Аластор не хотел соглашаться с данными словами, однако в них были отголоски логики. Он мог говорить королю всё что хотел, судить его, но в какой-то мере верил в его благоразумие, в него. Если правда на стороне Фины, то получается Люцифер врал всё это время, а Радио демон был слеп. На него не похоже верить кому-то безоговорочно. Нет, дело не в доверии. Аластор видел, сколько сил правитель прикладывал на восстановление общения с дочерью, и не думал, что просто из-за какого-то каприза мог оставить её. Или чтобы напакостничать самому Алу, загнав его в столь ужасное положение. Вечером, вернувшись в пентхаус, Радио демон решился на серьёзный разговор. Ему надо было убедиться, прежде чем принимать какие-то дальнейшие действия. Если Фина не права, король тут не при делах, ему придётся смириться с тем, что они не скоро вернутся к нормальной для их сущностей жизни. Люцифера застал в гостиной, занял место напротив. Король в этот момент листал новостную ленту, но прекратил своё занятие и отложил телефон, заметив на себе серьезный взгляд демона. — Ваше величество, наш перенос к людям ваших рук дело? — спросил без предисловий, обескуражив собеседника. На несколько мгновений владыка завис, обдумывая слова. Он мог соврать, сделать это убедительно, у его собеседника не осталось бы сомнений. Только растягивая ложь дальше, он грозился потерять доверие и крупицы той близости, которую сумел отвоевать. Не честно говорить неправду, когда сам Аластор всегда использовал правду, временами искажая, недоговаривая, ведя свои безумные игры, но был честен перед Люцифером. — Да, я к этому причастен, — признание сорвалось с губ, заставляя воздух накалиться. Радио демон не изменился в лице, но каждой клеточкой ощущался гнев. Будь бы это его тело, раздался бы статический шум, причиняющий боль слуху. — Что случилось? Вы намеренно это сделали? — спустя пару минут молчания, ровно произнёс, стараясь не переходить на повышенные тона. — Вам показалось забавным закинуть меня сюда? — Это была случайность, я не намеревался причинить тебе вред, — Люцифер поднялся, подошёл к бару, налил бокал вина и стакан виски. Протянул собеседнику предпочитаемый им напиток, после вернулся на место. Ал принял угощение, но пить не стал, в отличие от падшего. — Благодаря суккубам Асмодея мне удалось передать знания по призыву проклятых душ из Ада. — Голос, о котором говорил тот парень, вы? — складывал информацию в голове Радио демон. — Да, — кивнул. — Я не могу покидать Ад стандартным путем, как и грешники. Чарли тоже, — вздохнул. — Она столько говорила о вас, хотела увидеть мир людей. Я решил рискнуть, тем более самому в радость сбежать из этого котла на время. — Забыв о том, что вы его правитель? Мало исчезнувшей королевы, ещё и король решил забросить свои обязанности? — упрекнул владыку Аластор. — Тебе легко говорить, ты не был на моём месте, я не выбирал быть вашим королём, ненавижу это, — крепко сжал бокал, едва не до хруста. — Чарли часть этого мира, я и все кто живёт в отеле. Вы и взаправду ненавидите нас? — голос чуть дрогнул, слова Люцифера ранили, но к счастью твердый панцирь разума спасал от подобного, помогая убеждаться в разочаровании чужой натурой. — Нет! — излишне эмоционально воскликнул. — Ты не можешь отрицать, то, что вы сотворили со свободой воли, ужасно! — Где тогда вы были? Почему не вели, почему не остановили? — парировал в ответ. — Вы не хотели, но могли сделать лучшее из того что имели. В этом у вас был выбор, у других нет и такой роскоши, — вздохнул, переводя взгляд на янтарного цвета жидкость в стакане. — Неважно, мы можем долго спорить на эту тему. Но знайте, я не люблю, когда бегут от ответственности, и не имеет значения по своей воле она легла на плечи или вынужденная. Вы хотели отправиться с Чарли к людям, как же вышло, что вместо этого сюда попал я? — В момент призыва необходимо было думать о том, кого перенести с собой, но в последние минуты в голове всплыл твой образ, и ты занял её место, — объяснился Люцифер, ощутив некоторую неловкость. — Я думал о тебе несколько месяцев слишком часто, и возможно таким образом пытался сбежать от собственных чувств, но встретив тебя здесь, увлёкся окончательно и бесповоротно, — взглянул на собеседника виновато, но с искренним обожанием. — Мне жаль, что всё произошло вот так, нас должны были призвать вместе, и я бы смягчил весь период адаптации. Ничего не скажешь? — увидел, как напряжённо смотрит на него Аластор, очевидно подавляя гнев. — Мне сейчас стоит неимоверных усилий сдерживаться, и при моем характере данный процесс невероятно трудный. Я убивал за меньшее, и вас спасает то, что вы сильнее, а я не настолько глуп, чтобы идти в лобовую атаку на того, кто могущественнее меня, — жадно втянул воздух, старясь смягчить слова, ибо ругаться хотелось нецензурными выражения, но воспитание давало хлёсткие пощёчины за фразы, приходящие на ум. — Вы эгоист, который думает только о себе и своих травмах. Вы на секунду поразмыслили о том, какого будет Чарли оказаться в чужом теле, знать, что ради её прихоти увидеть людей отняли чью-то жизнь? Да она бы вся извелась из-за подобного. А эта девочка? — ткнул в себя пальцем. — В чем её вина? Если мне паршиво от того, что я отнял у неё тело, то что стало бы с Чарли? — Я виноват и перед ней, и перед тобой, — коснулся руки демона, стараясь передать собственное сожаление. — Не знал, что они разделятся и принесут в жертву невинное создание. Таких указаний от меня не получали, но наши сосуды оба живы и вернутся к исходной точке, когда мы уйдём. — Вы не понимаете, что человеческие жизни не игрушка? — вырвал руку, одарив холодным взором. — И моя в том числе, — встал, направился на балкон, но на мгновение обернулся. — Почему, поняв ошибку, не отправили сразу, я бы не задавал вопросов, а вам не пришлось бы рассказывать правду? — Хотел узнать тебя за пределами твоего имени и образа, — ответил, смотря с сожалением. — Ваше величество, мне надо подумать, просьба, не беспокойте, если не желаете услышать от меня слова, которые вас ранят, — скрылся за стеклянной звуконепроницаемой дверью. Оставив стакан на полу, Аластор забрался на ограждение, свесив ноги вниз, совсем не думая о том, насколько это небезопасно. Задумчиво поднял глаза к небу, звёзд не было видно. Он мог винить Люцифера, но это не в его юрисдикции. Сколько сам отнял жизней, разрушил? Счёт явно превышает в пользу Радио демона, и он не прожил столько же сколько падший ангел. Не суди, если не носил его сапог, не натёр тех же мозолей, не прошёл тот же путь. И плевать ему насколько пострадал хозяин клуба от божественного вмешательства, полученная информация не создала для него образа хорошего человека, однако Тереза была иной. Родной. Её можно смело окрестить той, кто стал ближе всех, пусть и не по своей воле. Никто не погружался так глубоко в него, в эту тьму, и готов был принять её, ласково обнимая. Светлая душа. За неё смягчить приговор не смог. «Тера, прости», — сказал в мыслях, точно видел перед собой ту, что сопровождала его на протяжении всего времени. В дурацком свитере связанном мамой, непослушными кудрями и россыпью веснушек. Она сидела рядом, а он предстал перед ней в своём истинном облике. «За что? Ты этого не хотел, — грустно произнесла в ответ девушка. — Обстоятельства нашей встречи неприятные, но я рада была познакомиться с тобой». «Я не должен был приносить тьму в твой мир, ей в нем нет места, — устало прикрыл глаза. — Мне бы хотелось встретить тебя ещё раз в своём теле, однако мы с тобой всегда будем в разных мирах». «Знаю», — ласково улыбнулась.