Позвони мне

«Спасибо за компанию, классно отдохнули!» – с улыбкой на лице наблюдатель отправил сообщение секретарю. Кавински шел на работу пешком, ведь по привычке все еще парковался в мастерской. Его ноги ужасно болели, но как же Винс был счастлив испытывать эту боль! Сегодня наблюдатель проснулся сильно позже обычного, поэтому шайка уже находилась в автомастерской к тому времени, когда Кавински проходил через открытые гаражные ворота. Полный энтузиазма, он убрал телефон в карман куртки и поприветствовал всех. – Тепло сегодня на улице, скажите? – Винс взъерошил светлые волосы и довольно зажмурился. Ребята не увидели его глаз под стеклами очков, но радость просочилась в улыбке, и она не могла остаться незамеченной. – А ты чего такой веселый? Наблюдатель прошел к загроможденному столу и многозначительно хмыкнул. Как бы он ни старался, глупая ухмылка намертво приклеилась к его лицу. Хэнк, заразившись весельем, толкнул начальника в бок: – Эй, а ну, колись! – Не, колоться не буду, я с наркотиками завязал, – Винс старался спрятать лицо от приятелей, скидывая инструменты со стола в желтый ящик на полу. – А выглядишь как обкуренный! Кавински вздохнул и повернулся к шайке: – Давайте так: у меня есть объективная причина радоваться, – «но вас она не касается», договорил в голове наблюдатель. – Минни, давай лучше ты расскажешь, как вы вчера сходили в ресторан? – О! – Минни хлопнула в ладони, сложив губы в трубочку. Она оперативно подготовилась к долгому рассказу, переставив стул к стене. Девушка расселась и воодушевленно начала до бреда смешную историю. Минни оживленно, но не без ругани, пересказывала все подробности вечера, все приключения компании, отделившейся от начальника. Даже те, кто были тогда вместе с Минни, с интересом слушали ее, лишь иногда добавляя детали к рассказу. Уютная атмосфера располагала к себе. Винс вновь почувствовал родное тепло беседы, вспомнил, почему он до сих пор общается с этими людьми. Вспомнил дурацкий смех Хэнка и его привычку тереть нос, когда его обсуждают. Вспомнил, как приятно пахнет косметика Минни и как смешно топорщатся ее два наивных хвостика. Вспомнил, какими безалаберными, но такими веселыми бывают его друзья. Присев на край стола, наблюдатель смог снова проникнуться бандой. – Потом, короче, когда мы пришли кататься на катерах, Джеффри... После этих слов обстановка, звуки, запахи – все мгновенно изменилось для Кавински. Наблюдатель резко дернулся и настороженно перебил Минни: – Подожди, вы вчера катались на катерах? – А что такого? – Девушка недоуменно нахмурилась. Кавински нервно почесал шею. «Если бы мы с Калебом пришли на пристань в другое время, то могли бы пересечься с шайкой...» Винс сглотнул. Он не хотел знать, что сделал Джеффри, и не хотел осквернять воспоминания о вчерашней прогулке. – Ребят, вот вам не кажется, что мы постоянно по одним и тем же местам шатаемся? Самим не надоело? – Кавински осмотрел приятелей, поправив очки. – Ну, а что еще делать? Предлагаешь съездить куда-то? – Хэнк, стоявший у стены, выгнул бровь. – О, это че, мы в Омен поедем?! – Минни наклонилась вперед и слегка качнулась на двух ножках стула. – Кстати, реально, давненько нормальных сделок не было! – Хэнк с ожиданием посмотрел на начальника. Вместе с ним остальные тоже уставились на наблюдателя. Кавински с сомнением оглядел всех. Он помолчал несколько секунд и сказал на выдохе: – Именно. – Да ну! – Да, давайте. Быстро закончим с заказами, соберем вещи и к обеду отправимся в Омен-сити. В редкие моменты вся банда могла сплотиться для оперативного выполнения заказов. В обычные дни казалось, что команда уже потеряла всякую способность работать сообща, но эти действия говорили об обратном – они вселяли надежду. Такие эпизоды сильно врезаются в память. Спустя два часа вещи были собраны. Отправляться в соседний город решили группами: на машине Винса и на машине Хэнка. В планах не было задерживаться в Омен-сити надолго. Кавински знал проверенного человека, с которым можно было бы заключить выгодную сделку и, выполнив пару поручений, прилично заработать. Была ли необходимость получить деньги? Нет. Сделка помогла бы развитию бизнеса? Навряд ли. Тогда зачем все это? Затем же, зачем люди до сих пор ходят на охоту – ради развлечения. Для Кавински мало было толка ехать в другой город, чтобы нелегально поработать на кого-то. А вот для шайки эти бандитские махинации были весьма увлекательны. Минни, жалуясь, что Хэнк скверно водит, села впереди автомобиля наблюдателя, отряхнув свои сапожки за салоном. Услышав недовольства, Хэнк пообещал подрезать машину Кавински при каждой возможности. Остальные из шайки тоже распределились по пассажирским сиденьям. Выехав на дорогу, Винс начал раздражаться поведением напарников. Минни беспрестанно переключала волны радио, не давая песням проиграть дольше двух секунд. После четвертого круга Кавински в грубой форме сообщил, что ее поведение ему весьма досаждает. В ответ девушка посоветовала начальнику сходить в отдаленное место. Не успел Кавински привыкнуть к своим надоедливым пассажирам, как пересек границу Омен-сити. Этот город был слегка тише Альт-сити, но в нем оставались свои причуды. Омен-сити будто всегда «держался в стороне» от событий. В нем не проходило грандиозных мероприятий и ярких фестивалей, но так же здесь не часто обворовывали торговый центр и не громили площадь в протестах. Этот город был более стабильным, продолжением неокрепшего Альт-сити; в этом была его особенность и одновременно с этим его посредственность. Кавински заехал на забитую парковку. На секунду в его голове задержалась мысль, что было бы весело поставить машину поперек дороги. Об этом думал наблюдатель в цветных очках, красиво отражающих солнечный свет в голубых стеклах. Это предлагал вульгарный и безрассудный образ Кавински, который желал получить одобрение шайки. Но, возможно, Винс стал скучнее и осознаннее, или, может, свободное место подвернулось не вовремя, но Кавински адекватно припарковал автомобиль. Останавливаясь, наблюдатель все еще продолжал смотреть в зеркало заднего вида: – Дверью аккура… – Винс не успел договорить, когда двери синхронно хлопнули. Наблюдатель сжал руки на руле, но с тяжелым выдохом успокоился и вышел из машины. Минни потянулась вверх, поскуливая: – Наконец-то мы выбрались куда-то... Девушка вскрикнула от сигнала проезжающей позади нее машины. – Дебил! – Минни ударила ладонью по капоту Хэнка. Водитель, заливаясь смехом, вышел из автомобиля. Кавински усмехнулся, подходя к Хэнку. – Что-то ты меня не подрезал! – Да меня там урод один... некогда было, короче. Ладно, ща припаркуюсь и пойдем. Винс решил полностью посвятить этот день шайке. Днем приятели посетили немногочисленные достопримечательности Омен-сити: высокие башни, главную площадь, сквер; а вечером они побывали в местах, скрытых от глаз обывателя. Было одно достаточно паршивое, странное заведение, полное подозрительных людей. Кавински не помнил, был ли это последний не вымерший трактир или такой своеобразный бар. Стоит сказать лишь то, что там было очень шумно, темно и грязно. За пару часов до комендантского часа успешно заключилась сделка по обмену жетонов на запчасти. Банда остановилась в гостинице. Наблюдатель, подойдя к стойке регистрации, попросил для себя отдельный одноместный номер. Хэнк негодовал. Он заметил, что Кавински снова пытается отдалиться от друзей, но Винс пообещал, что уйдет в свой номер только спать. Некоторое время друзья сидели в общем номере и обсуждали последние сплетни. Наблюдатель отлично повеселился в этот день: он провел его в обществе старых друзей и смог поностальгировать. Только зайдя в свой номер, Винс почувствовал себя выжатым и уставшим. Возможно, оно того стоило, но что-то подсказывало наблюдателю: «Если эта головная боль будет постоянной после каждой гулянки с шайкой, то надолго меня не хватит». Номер оказался совершенно обычным, очевидно, он был меньше общего. Стандартная спальня, санузел, кухонный уголок. Кавински скинул вещи на кровать, оставил очки на тумбе и вышел на балкон. Пусть Омен-сити и был «правильнее», «организованнее» и, возможно, местами «красивее», чем Альт-сити, но он был скучен. Винс качнулся к перилам и подпер подбородок рукой: «Если бы города стали людьми, то Омен-сити был бы наблюдателем Питером... Да, со всеми его нравоучениями, лицемерием и излишней правильностью. Точно Питер». Кавински кивнул в разговоре с самим собой. Винс закончил оценивать темный вид с балкона и вернулся в спальню. Наблюдатель вспомнил одну вещь (ему хотелось думать, что он ее вспомнил, хотя она не отпускала его весь день, а сейчас просто стала чуть навязчивее). Кавински сел на кровать, не разбирая вещи, и с волнением включил прибереженный для конкретно этого момента телефон. Не раздумывая, наблюдатель выбрал чат. Последним сообщением от Винса было: «Спасибо за компанию, классно отдохнули!» Кавински обновил переписку. Высветилось, что сообщение наблюдателя было прочитано, но никакого ответа за ним не последовало.