Проблема одного водяного матраса

— Напомни, почему я с тобой дружу? — Потому что я сбежала вместе с тобой от твоего отца-психопата на другой континент? — прилетело слева. — Точно, и это случилось не из-за одного заучки ака горы мышц ака твоего папика и нынешнего жениха. — Я вообще-то здесь стою, — прилетело справа. Тэхён — жертва ситуации — резко повернул голову, чуть ли не сворачивая себе шею, и стрельнул в почти-мужа Миён глазами. — Ох, я знаю, и это твоя вина. — Ты преувеличиваешь, Тёни, — подруга закатила глаза. Выслушивать нытьё было выше её сил, но «Тёни» не хотел мириться с несправедливостью этого бренного мира. — Я преуменьшаю, — он сложил руки на груди и демонстративно отвернулся. Миён бесцеремонно схватила его за подбородок и повернула на себя. На лице была добродушная улыбочка, но Тэхён-то знал, что она та ещё змея. Сам был таким же, вот они и сдружились. — Это всего несколько дней. Ты же хочешь помочь лучшей подруге и не испортить свадьбу? — она захлопала глазками и попыталась изобразить щенячий взгляд. Не получилось — такой разрез, как у неё, больше подходил девушкам, которые утаскивали путников на дно морское. Джуён, стоявший рядом и молчаливо наблюдавший за сценой, попался в её сети. Пусть теперь мучается. Тэхён щёлкнул её по лбу, и девушка, ойкнув, принялась тереть пострадавшее место. — Манипуляторша. — Просто ты меня любишь, — хмыкнув и откинув чёрные, как пасмурное небо, волосы с плеча, парировала Миён. — Тогда может и выйдешь за меня? — Вышла бы, не будь ты любителем больших и толстых. — Эй, — Джуён поднял бровь, намекая, что он как бы всё ещё здесь. Тэхён похлопал его по плечу. — Радуйся, что появился у неё до тридцати. Мы обещали друг другу пожениться, если к тому времени никого не найдём. — Не засматривайся на мою невесту, — он притянул её к себе за талию. Миён врезалась щекой в его мускулистую грудь и восторженно и максимально глупо захихикала, получив поцелуй в макушку. Теперь была очередь Тэхёна поднимать бровь. — А у неё есть большой и толстый? — У неё нет, — послышался голос за спиной. — А вот у меня — да. Тэхён оборачивался медленно. Он был заинтригован. В дверях комнаты стоял светловолосый, коротко подстриженный кореец, а значит, явно крашеный. Его широкие плечи обтягивало… ничего. Он был одет в майку, которая не оставляла места воображению, разве что хоть что-то скрывала серая толстовка, повязанная на шее. Татуировки на руках невозможно было разглядеть, они складывались из мелких рисунков, зато легко можно было увидеть чемодан, что стоял рядом. — Нет, — отрезал Тэхён, так и глядя на ухмылку, которая играла на тонких губах. С эстетической точки зрения нельзя было не признать, что его лицу это не подходило. С практической же точки зрения Тэхёну хотелось выть. — Джу, ты не мог прийти на пять минут позже, мы его почти уломали? — отчаянно застонала Миён, и получила испепеляющий взгляд лучшего друга. — Прости, сестричка, не мог не вмешаться, когда меня спровоцировали. Тэхён снова посмотрел на парня, который расслабленно пожал плечами. — Я не с тобой разговаривал, — змеиная натура всё же дала о себе знать, потому что эту фразу Тэхён буквально прошипел. — Тем не менее, я хотел, чтобы ты знал. Всё же сегодня нам придётся делить постель. Он подмигнул? Он только что ему подмигнул? Может, в другой ситуации это и подействовало бы, но Тэхён был слишком, очень сильно расстроен. А ещё любил поистерить. Внимание вновь переключилось на подругу. И у неё ухмылка. Да что они все ухмыляются? — Я не буду делить свой водяной матрас с ним, — он надеялся, что выделил последнее слово достаточно красноречиво. Миён вздохнула. — Тёни, милый, — о нет, только не этот заискивающий тон. Она знала, что недолюбленному ребёнку вроде него это как соль на рану, — знаешь же, что ты наша единственная надежда. Это решилось в последний момент, а я доверяю тебе больше всего. Миён осторожно убрала его отросшую чёлку с глаз и взяла ладони в свои. Тэхён поражённо выдохнул. — Но ты мне обещала, — тихо, чтобы только она услышала. — Я знаю, прости меня, — девушка поджала губы, ей тоже было неудобно. — Предлагаю за это снять тебе домик на побережье Малибу. Хочешь? Она знала, что друг сдался уже на извинении, но всё равно предложила. Тэхён ещё минуту помялся чисто из вредности. — Ладно, — согласился в итоге, за что получил смачный поцелуй в щёку. Джуён ревниво оттаскивал от него свою невесту, пока они, радостные, не скрылись за закрытой дверью. Они остались одни. Одна комната. Два человека. Одна кровать. С чёртовым водяным матрасом. *** Чонгуку удалось выбесить Тэхёна пусть не в первые, но во вторые десять минут совместного проживания — точно. Он не любил делить свою комнату с кем-то. Сказались годы, проведённые в одной спальне с родителями. Можно считать это его психологической травмой. Тэхён любил своё личное пространство. И, судя по всему, Чонгуку его личное пространство тоже полюбилось. Они вдвоём уже двадцать минут ходили по комнате — незваный гость расставлял свои вещи, а хозяин переставлял их так, чтобы они ему не мешали. Чонгук на его поведение только фыркал, а иногда и откровенно смеялся. — Может, и нижнее бельё моё хочешь переложить? Тэхён хотел. И всё же передумал. Он отвернулся и наткнулся на кровать, которая так и манила. — Ты спишь на полу, — выдал он и, собственно, не желал слышать никаких опровержений. Он больше чем уверен, что наглый говнюк читал его мысли. — Нет. — Извини? —  возмущению не было предела. — Можешь не извиняться. Ты же согласился, чтобы я тут пожил. Он говорил серьёзно или издевался? Чонгук, складывающий стопку из маек разного цвета в шкаф, сказал это так спокойно, что понять было невозможно. Но Тэхён склонялся к насмешке. — Я не согласился, у меня не было выбора. Кое-кто не мог вовремя разобраться, может ли он приехать на свадьбу к родному брату. Тот пожал плечами и мельком взглянул на причину скандала. — Некоторые из нас много времени уделяют учёбе. А ещё у некоторых из нас братья, которые запрещают ехать на собственную свадьбу, пока ты не сдашь экзамен по моделированию. У Тэхёна вырвался тихий смешок, и он скрыл его за кашлем. Но его всё же услышали и даже поддержали. — Знаю, я не произвожу впечатления послушного ребёнка-отличника. — Так же, как и твой брат не производит впечатление того ещё плэйбоя. Странная у вас семейка. Они посмотрели друг на друга и вдруг... вместе рассмеялись. Ладно, возможно, с ним всё было не так уж и потеряно. В конце концов, они с Джуёном из одной семьи, а Миён плохого не выбрала бы. Но это не значит, что он не злится. Тэхён знал, что уже через несколько часов будет беситься ещё больше. *** — Подушками огораживаться не собираешься? Тэхён не сразу услышал вопрос. Точнее услышал, но ответить не мог. С ним разговаривали восемь кубиков пресса и соблазнительная мужская грудь. Ориентация просто не позволяла поднять глаза выше шеи. Он преступно не вовремя вспомнил их разговор про большие и толстые. — Оденься, — бросил он и всё же заставил себя перестать пялиться. Вместо этого уткнулся в телефон, на котором уже несколько минут крутился один и тот же тикток, — в таком виде я тебя на этот матрас точно не пущу. — Боишься не сдержаться и опробовать его? Да. — Нет. — Точно? Мы можем легко это устроить, — Чонгук поиграл бровями, но всё равно послушно надел чёрную однотонную футболку, прежде чем лечь в постель. Тэхёна слегка подбросило, но Чонгук бесцеремонно придержал его на месте, перекинув руку через талию. Вода внутри снова идеально подстроилась под его тело. — Ты в курсе, что это считается домогательством? — сказал пострадавший спустя секунды замешательства. — Ох, правда? — тот притворно удивился и вернулся на свою половину, скрестив руки за головой. — Тогда за то, как ты смотрел на меня минуту назад, тебя нужно оградить от общества. Тэхён вспыхнул. — Замолчи. Ты знал, к кому напрашиваешься в комнату. — Кто сказал, что я жалуюсь? Повисла тишина, во время которой Тэхён обдумывал, стоило ли всё же скинуть Чонгука с кровати. На всякий случай, чтобы не искуситься. Он в несколько раз больше полюбил матрас, потому что его прохлада охлаждала тело. — Раз уж напросился ко мне в комнату, чтобы не спать на улице, пользуйся тем, что я так великодушен, и отвали. Завтра свадьба твоего брата. Демонстрируя твёрдость своих слов, Тэхён лёг к нему спиной. Стоило признать, стало ещё хуже. Он буквально всем своим существом чувствовал, как сверлят взглядом его спину. — Спи уже, — буркнул он и услышал смешок, за которым почувствовалось движение. Импульс захватил и Тэхёна. Он ощущал каждый вздох другого человека, поэтому не укрылся от внимания и тот факт, что Чонгук, приглушив свет, лёг в опасной близости. Лишь какие-то десять сантиметров не позволяли сделать ситуацию слишком интимной. Он просто лежал. И молчал. Это нервировало. — Хватит, — Тэхён сжал простынь в кулак, чтобы хоть за что-то зацепиться. — Я ничего не делаю, — раздался сзади приглушённый голос. — Ты сам прекрасно знаешь, что и твоего существования достаточно. — Для чего? — Тэхён не просто услышал, как голос приблизился, он почувствовал, как это сделал Чонгук. — Просто признай, что тебя заводит одна мысль о том, как под наши тела будет подстраиваться вода. Шёпот. Парень смел претендовать на его змеиное звание. Но этот змей был ещё и искусителем. Признаться честно… у него получалось склонить к греху. — Завтра свадьба, — фраза звучала как последняя попытка найти оправдание. — А ты собрался не спать всю ночь? — тёплый воздух пощекотал волосы на затылке. Чонгук не искал ответа на вопрос, его рука скользнула по талии Тэхёна. Медленно и маняще пробралась под тонкую футболку, и пришлось задержать дыхание, когда холодная ладонь соприкоснулась с горячей кожей на животе. Прямо от этого места по всему телу побежали мурашки. Чонгук дразняще водил указательным пальцем вокруг пупка, поднимался вверх к солнечному сплетению и вновь опускался вниз. Но не доходил до места, которое требовало внимания. Тэхён терпеливо ждал продолжения, закусывая нижнюю губу, потому что его тело всегда было ужасно чувствительным. Некоторые партнёры даже были этим недовольны. Мол, слишком остро на всё реагирует. Так что пришлось привыкнуть к сдержанности. — Ты знал, — обольстительно произнёс Чонгук, продолжая свои игры с чужим телом, — что особенностью таких кроватей является бесшумность? Мы можем делать всё, что захотим, и нас никто не услышит. — Я бы так на это не надеялся, — всё же открыл рот Тэхён, и с губ сорвался первый глухой стон. — Любишь быть громким? — ладонь неожиданно быстро юркнула под резинку пижамных шорт. Слава всем макаронным монстрам, что они были свободными. Чонгук сразу же достиг цели, чем вызвал уже более громкий облегчённый стон. В общем-то можно было самому себя коснуться ещё раньше, но стоило признать — почувствовать чужую руку там было намного приятнее. Особенно, когда это сопровождалось короткими поцелуями в заднюю часть шеи. Тэхён желал большего. Его самоконтроль рушился с каждым плавным движением. Лицо впечаталось в подушку, но из-за этого он только задыхался. Или то было влияние Чонгука, чей торс вплотную жался к его спине? Именно так Тэхён узнал, что самоуверенный наглец не врал о своих достоинствах. Даже холодный матрас уже не помогал снизить жар тела. Тэхён изгибался, покрывался потом. Ночной горячий воздух Калифорнии смешивался с прерывистым дыханием одного парня, которого возбуждали медленные скольжения вверх и вниз другого. Они были не знакомы, но Чонгук знал, как доставить удовольствие. Поцеловал за ухом, тем самым угадав эрогенную зону. А когда увидел, как Тэхён из-за этого дрогнул, стал водить там губами чаще. Как будто издевался. — Сделай уже что-нибудь, — потребовал Тэхён, после чего раскрыл рот в немом стоне — Чонгук задел самое чувствительное место. — Чего именно ты хочешь? Тэхён красноречиво крутанул задницей, и вода внутри матраса заставила это действие повториться несколько раз. Чонгук тихо зашипел. А потом вытащил руку из его штанов, и давление его тела исчезло. Какого хрена? Собственно, именно это Тэхён вслух и произнёс, когда обернулся и увидел, как парень лежит ровно с закрытыми глазами. — Хочешь что-то сделать, сделай это сам. Чонгук что, брал его на слабо? Наверное, думал, что он, как в банальных романах про серую мышку, обижено надует губки и сдастся? Только не Тэхён с проблемой, которая возникла в шортах по чужой вине. Он не долго думал, прежде чем самодовольно перекинуть ногу через стальные бёдра. Серьёзно, он их накачал чем-то? На заднице сразу же очутились ладони, которые придерживали его в одном положении. — Не ожидал? — спросил Тэхён, медленно проводя ладонями от объёмной груди до плеч лежащего под ним Чонгука. Тот изобразил на лице святую невинность, но уже секунду спустя оно преобразилось и на него посмотрели глаза, так и говорившие о желании сожрать. — Наоборот — надеялся. Рот не успел выдать очередной колкий ответ. Мокрый язык облизал его губы поперёк, а затем вторгся внутрь. Тэхён не удержался и упал на локти, так, что между грудными клетками не осталось ни одного сантиметра. Так же, как и между тем, что ниже. Пока они остервенело целовались, бёдра покачивались, создавая трение сквозь одежду. Ладони скользнули под шорты и сильнее сжались на мягких половинках. Непонятно было — чтобы замедлить или направить. Дыхания не хватало, но оба получали от этого кайф и останавливаться не хотели. Наоборот, Тэхён попытался схватиться за волосы, но неудавшаяся попытка напомнила, что для таких желаний пряди слишком короткие. Поэтому он просто сцепил пальцы на затылке Чонгука и притянул ближе. Хотя, казалось бы, куда ближе? Он словил ртом чужую усмешку и прикусил его губу в отместку. Пусть прекращает и займётся делом. Его будто услышали. Чонгук толкнулся бёдрами, и тогда Тэхён понял прелесть водяного матраса. Вместо того, чтобы почувствовать толчок своей задницей единожды, он сделал это несколько раз. Вода поддавалась и продолжала действие. Чонгук повторил ещё, но на этот раз более грубо. Тем не менее из-за матраса вышло плавно и до дрожи возбуждающе. Складывалось ощущение, что вода их ведёт. Достаточно было подстроиться под ритм, что вышло не сразу. Но когда получилось, Тэхён уже хотел выть от удовольствия. Он был на грани. Трение их тел, поцелуи и имитация акта превращали его в безвольное нечто. Чонгук направлял каждое его действие, прекрасно осознавая, что творит с ним. Хотя, судя по тому, что Тэхён чувствовал, парень тоже был близко. — Я настолько тебе понравился, да? — он оставил губы Чонгука и горделиво посмотрел сверху вниз. Рука медленно пробиралась вниз между их телами. — Ты уже на пределе, а ведь я тебя даже не касался. До этого момента. Теперь ладонь дразняще провела по всей длине поверх чёрных шорт с пальмами. Чонгук захрипел и выгнулся, подставив шею под поцелуи Тэхёна. Ему стоило неимоверных усилий сдержаться и не оставить на ней засосы. Всё же нужно было помнить, что если они не будут выглядеть на свадьбе идеально, Миён сотрёт их в порошок. Или бросит в Тихий океан, плыть на этом же водяном матрасе. — Как будто сам не знаешь, насколько хорош, — с трудом, но Чонгук всё же ответил, морщась от стимуляции Тэхёна. О да, он знал, что хорош. Но видеть, что такой, как этот парень, стонет под ним, — высшее наслаждение для самооценки. Они друг друга доводили, а ведь даже одежда по-прежнему оставалась на них. Хотелось её скинуть, разорвать к чертям, но был ли смысл, если они и без того влияли друг на друга так? Тэхён поочерёдно трогал рукой то себя, то его и пристально следил, как личина самодовольства Чонгука расплывается. Он и сам, изо всех сил прикусив язык, старался не превратиться в стонущее от оргазма существо. Цеплялся за чёрную дурацкую майку пальцами, сжимал её до побелевших костяшек, но не отводил взгляда. Содрогаясь и умирая от того, как тепло разливается по телу от паха, кончил первый, однако хотел увидеть, как это сделает его партнёр на эту ночь. Руки не держали, и Тэхён упал на локти. Оказался рядом с лицом Чонгука и не смог не поцеловать припухшие губы. Наверняка собственные выглядят так же, разве что без этой мелкой ранки от зубов Тэхёна. Хриплый горловой стон сорвался прямо в его рот. Чонгук с силой обвил руками чужую талию, оргазм настиг и его. Они лежали так несколько минут. Уставшие, вспотевшие и грязные. Только спустя всё те же несколько минут Тэхён осознал всю неловкость ситуации и скатился с твёрдого тела на мягкую кровать. Он переспал с братом мужа своей лучшей подруги за день до свадьбы, на которой точно не сможет этого скрыть. Миён его засмеёт. Так отнекивался, а в итоге… лежит с мокрыми шортами рядом с парнем с такими же мокрыми шортами. Да уж шутки подруги будут преследовать его не один год. — После произошедшего только что я должен сказать что-то вроде: «Что бы ни произошло, я всегда буду любить тебя»? — послышалось рядом, когда Чонгук тоже пришёл в себя. — После того, что произошло, ты должен позвать меня замуж, придурок, — буркнул в ответ. — Не забудь словить букет, — Чонгук звонко чмокнул Тэхёна в щёку и прижался так близко, что вода в матрасе приняла два их тела за одно. — И взять меня с собой в Майами.