Монолог фенька

Зелёный обрывок ткани. Я дома! Могу определить дорогу с закрытыми глазами, полагаясь на нюх и слух. Сколько воспоминаний! Под тем деревом я провёл целую ночь, а здесь кусты горькой рьябы, а там... — Наставник! — я бежал так быстро как мог. Не передать, какою радостью наполнилась моя душа. Я хотел было поклониться, но меня сжали в объятиях. — Тигнари, где ты пропадал? Я рассказал обо всём, утаив о чувствах. Наставник Нафис когда надо хвалил, бранил, но строгость уступила мягкосердечию. И наказание, сбор ежистых колючек, я понёс достойно. Вернуться к старому образу жизни было резко и непонятно. Я постоянно прислушивался, оглядывался, ожидал. Мне не хватало того, чего я презирал – слухов. Люди ходили, шептались, но не жаловались на свою судьбу. Верно, не слышал ни стонов, ни плача, будто "раб" – клеймо почётное. Или я где-то путаю... — Тигнари, ты снова отвлекаешься. — Простите, наставник, этого не повторится. Он отложил лопату и вздохнул. — Тревожат мысли о дворце? От меня ничего не скроется, рассказывай. — За столь краткое время я привязался к жизни там... Как вы догадались? Наставник поправил стёкла и посмотрел на росток. О своём прошедшем он не говорил, потому я навострил уши и склонился вперёд. — Когда-то я служил при дворе султана в саду. Там же завёл дружбу с алхимиком Сайрусом, который научил меня наставничеству. Славный был человек, но нашли его недыщащим. Обвинили меня и изгнали. — Вы не отстаивали свою честь? — С решением султана не спорят, но за меня заступалась одна девушка. Хватит об этом. Не задумывайся, и время само всё выветрит. Несправедливо получается. Враг до сих пор скрывается во дворце, строя заговоры. Быть может он же и отравлял наложниц... Меня это не касается! Наставник всегда говорит правду. Постепенно я перестал думать о той жизни и вернулся к спокойной и наблюдательной. Увядших трав стало больше, а недуг неизвестен. Воды достаточно, почва выглядит здоровой. Кто здесь? Наёмник? Проклятие, кинжал остался на столе. — Выходи, лис — заметила. Но я не сдамся. Девушка склонилась над сухим бутоном скорбянки и нахмурилась. — Разбираешься в цветах? — я кивнул. Опасность не грозит. — Что с ними? — Давно ищем причину. Известно, что болезнь распространяется, растительность гибнет и таких зон несколько. Голубые глаза смотрели резко и холодно. Это меня не пугает, но настораживает. Девушка поднялась и смахнула с плеча волосы. — Если идти ровно в полдень от солнца, то выйдешь к месту захоронения разбойников. Потребуется помощь – спрашивай Пламенную Гриву. И развернулась. Вопросов много, но ответы не узнаю – она быстро исчезла. Мне много кто доверял с первого взгляда, но не у всех оправдались надежды... Погибшие разбойники, я и не знал. Лес не может быть отравлен телами ушедших, только если к этому не причастны колдуны или зельевары. Проверю предположение и спасу растения. Наставника я предупредил, что отправлюсь следующим днём в экспедицию. — Это следует отложить, завтра прибудет караван.