Навсегда

***

Нова не могла уснуть. Мысли гложили и душили её изнутри, и единственное, что она делала — это ворочалась в постели, откидывая от себя ставшее неуютным одеяло. Ведьма села на краю кровати и устало провела рукой по лицу, тяжело вздыхая. Зажмурила глаза, хлопнув себя по щекам несколько раз, и ступила на пол босыми ногами, сразу же чувствуя привычный холод. Натянув на шёлковую пижаму тёплый махровый халат лилового оттенка, ловчая вышла из комнаты, запирая дверь. Пригладила растрепанные волосы, решая сходить к единственному близкому человеку в Гнезде, чтобы отвлечься от кошмаров.       «И побыть с ним…» — подумала она, спешно шагая по темному коридору в поисках нужной двери. Нова очень надеялась, что Шен сегодня был в Гнезде. И в то же время хотела, чтобы чернокнижника не было, потому что после поцелуя и раскрытия правды о том, кто она такая, они разговаривали только в пол-слова, хотя прошло почти две недели… Встав на сторону Союза и приняв свои чувства окончательно, Нова долго извинялась перед всеми. Перед ним — больше всех. И всё же сейчас, будучи одной, понимала, что отношение к ней изменилось, и причём кардинально. Она молчала, когда видела весь Союз вместе, но печально усмехалась, когда они замолкали при виде неё. Шен не бегал от неё. В полной решимости готов был поговорить обо всем, ждал её около двери, только вот Нова, прошептав очередные извинения, сбегала, словно ей не было важно всё то, что ощущал чернокнижник. Выкинув из головы воспоминания, она остановилась напротив двери мужчины, занеся руку для стука. Но паника, страх и неизвестность окружили её со всех сторон, отчего ловчая, тяжело сглотнув, нерешительно шагнула назад, прикрывая глаза.       «Потом…потом зайду. Быть может, он спит давно, а я…» — нехотя думала она. Только вот мысли оборвались так же быстро, как и появившийся за спиной знакомый басистый голос:       — Нова? Ловчая вздрогнула. Схватилась за сердце, сжимая шелковую майку, и обернулась назад, едва ли не врезаясь в грудь чернокнижника, который ловко поймал её за талию, прижимая к себе. Она боялась поднять на него глаза. Боялась увидеть в его взгляде осуждение, презрение, но больше всего не хотела, чтобы он смотрел на неё так, как в самом начале: безразлично. Знакомый запах кедровой смолы и имбиря вперемешку с привычным запахом излюбленного пальто вбился в нос. Крепкая ладонь едва заметно поглаживала её по боку, и Нова настроилась на это ощущение, совершенно забыв про другие. Её холодные руки забрались под пальто, сцепляясь на спине. Шен ощутимо вздрогнул. Положил свой подбородок на макушку ловчей и слабо выдал:       — Пойдём в комнату. Нова кивнула. Отстранилась от него, не поднимая головы, и развернулась, шагнув назад. Дернула ручку двери, но та была закрыта. Тогда её руку накрыли мужские пальцы, и ловчая поняла, как сильно дрожала, потому что лишь в тёплых, шершавых ладонях ощутила этот зноб. Шен провел заклинание, снимая печать. Открыл и слабо надавил на спину Новы, позволяя ей войти внутрь. И ловчая потерялась. От запаха, в первую очередь, ведь везде, в каждом углу пахло им. Так по-родному, так привычно, будто он обнимал её с каждой стороны, не давая доступа к обычному воздуху. А затем глаза привыкли к темноте, и она, завороженно остановившись, оглядела комнату, на одной из стен которой располагались кирпичи. Лишь скромный шкаф, мягкая кровать, книжная полка, чайный столик и пару ковров на полу находились в помещении. Ровно как и в прошлый раз, когда она приходила к нему совершенно для другого…       — Даже в интерьере недосягаем…— прошептала она. Шен отстраненно хмыкнул, но руку с её спины не убрал.       — Не живу тут часто. Не вижу смысла что-то обустраивать… Она кивнула. Застыла, глазами ища место, куда бы можно было присесть, и, видимо, задумалась об этом слишком сильно, потому что Шен торопливо повёл её за собой, взяв девушку за руку. Он опустил ловчую на кровать. Сел рядом, чуть сильнее сжав её ладонь, и отчаянно, почти прерывисто свистнув через нос, откинул мешающие пряди волос назад, на одном вдохе спрашивая:       — С нами всё? Нова ожидала. Ждала, когда он задаст этот вопрос, и как-то обречённо посмотрела в сторону чернокнижника, даже во тьме различая серебристые вкрапинки, которые отчего-то блестели ещё сильнее.       — А ты хочешь? — сорвавшись на шёпот, спросила она. Шен поймал её взгляд, ответно разглядывая лучистые, заметно потухшие радужки. Пробежался глазами по всему её лицу, отмечая дрогнувшую нижнюю губу, небольшие мешки под глазами и слегка впалые щеки. Не выдержал и сам, сев к ней ближе. Несмело опустил ее ладонь, но Нова тут же вернулась к нему, в отчаяние сжимая руку ещё сильнее. И он позволил, полностью коснувшись её лба своим. Услышал небольшой стук, но сердце так бешено билось, что, казалось, будто это был очередной его удар.       — Нет…совсем не хочу. Нова закусила губу, чувствуя, как в носу начало щипать. Мазнула носом по щеке мага и уткнулась в ямочку между плечом и ключицей, сдерживая рвавшийся наружу всхлип. Опустила его руку только чтобы обвить свои вокруг шеи чернокнижника и плотнее прижаться к мужчине, который не отвернулся от неё. К своему Шену…       — Прости меня…прости.       — Хорошо… И это «Хорошо» было лучше любых «Ты не виновата». Потому что Нова была виновата. Потому что она сама знала это и не нуждалась в том, чтобы кто-то присваивал её грехи другому. Именно «Хорошо» было для неё лучшим словом за эти недели. Ведь оно искренне означало, что чернокнижник, получивший от ловчей времени нож в спину, готов принять её обратно. И эта новость так сильно подействовала на неё, что ведьма настойчиво прижала мужчину к себе сильнее, ощущая грудью его сердцебиение. Или её. Или их общее. Главное, что оно стучало бешено и быстро при виде друг друга. Пальто под её пальцами помялось. Шен будет ворчать, но она пообещает себе постирать и погладить его так, чтобы все выглядело в лучшем свете. А пока… Ей хотелось бы, чтобы все было так. Чтобы шёпот над ухом согревал. Родные ладони скользили по телу, поправляя съехавший халат обратно. Чтобы Шен был рядом. И физически, и духовно. Маг немного отстранился от ведьмы, кончиком пальца подняв её подбородок на себя. Приблизился к лицу, склоняя голову на бок, и прикрыл глаза, ощущая её горячее дыхание на своих устах. Нова плавно пропадала в его ласке. В том, как он дразнил, как намеренно не целовал, словно ждал, пока она скажет нужные слова. И ловчая вымолвила их так тяжело из-за сбившегося дыхания, но так нужно…       — Ты поцелуешь меня?       — Да. — его губы слегка коснулись губ девушки. — И не один раз. Она улыбнулась. Почувствовала первое касание и легкое давление. Нежное, совсем невинное движение, после которого Шен сразу же отстранился, глядя на её реакцию. А затем припал к губам с вожделением и страстью, по которой они оба скучали все эти дни. Растворяясь в запаха, в спешной ласке, которая постепенно становилась тягучей, ведьма и чернокнижник любили друг друга так сильно, как никогда до этого. Нежными, но трепетными, почти боязливыми касаниями, маг в действиях раскрывал свои чувства. Раздвигал её пухлые губы, ласкал язык, и так надолго задерживался на одном месте, чтобы после скользнуть к другому — ещё более приятному. Нова отдавалась ему без вопросов. Забралась с ногами на кровать, разворачиваясь к нему корпусом. Углубила поцелуй, чувствуя жар тел. Вела. Теперь вела она. Шен спешно снял ботинки. Не разрывая поцелуя, перехватил ловчую за талию и уронил на себя, сам падая на подушку. Зарылся свободной рукой в её волосы, лаская слух своим едва слышимым стоном, когда она в очередной раз провела языком по губам. Они замерли, оторвавшись друг от друга, но не выпуская из объятий. Нова ласково гладила его скулы, щетину, кончиками пальцев оглаживая шрам над губой. Стыдливо отводила взгляд всякий раз, когда Шен ловил её взгляд, и, не выдерживая, снова целовала. Быстрыми поцелуями поднималась к носу, от него — ко лбу. И Шен, отвыкший от всякой ласки, так трепетно её принимал. Его руки крепко держали её талию. Изредка большие пальцы позволяли себе скользить по телу, но большего он себе пока не позволял. Да и не хотел прерывать такой момент. Он поймал её губы, когда она оторвалась от его щёк. Оттянул нижнюю, слушая её рваный вздох. Потерялся, когда пальцы ведьмы зарылись в волосы, массируя мужскую кожу. Она смущалась его, но так желала быть ближе. И Шен видел в этом контрасте гораздо больше чувств, чем думал изначально. Потому что все те две недели считал, что их истории пришёл конец. Он прислонился к её лбу, тяжело дыша. Позволил себе обвить руки вокруг её тела и крепко обнять, вполголоса выдав:       — Оставайся, хорошо?       — Сегодня? — уточнила она, не открывая глаз.       — Всегда. И Нова обязательно останется. От него убегать ей совсем не хотелось. Только не от чернокнижника, который так нагло ворвался в её жизнь и из-за которого хотелось, чтобы эта жизнь продолжалась. Он перевернул её на соседнее место. Поднялся, спешно снимая с себя пальто, чтобы убрать его в шкаф. Туда же отправил рубашку, и Нова, зардевшись, отвернулась к окну, надеясь, что её румянец совсем не видно в бликах ночи. Когда матрац рядом с ней прогнулся, ведьма вернула свой взгляд на мага и застыла от того, насколько близко он был. Не ведая, что делает, потянулась к обнаженной груди, мягким касанием проведя по ней пальцами, и почувствовала, как замер Шен, не сводя с неё взгляд. Её ногти невесомо прошлись по татуировкам, добрались до плечей, вызывая у чернокнижника табун мурашек. А затем потянули на себя, заставляя Шена лечь на неё.       — Я тебя раздавлю. — шепнул он ей на ухо, поставив локти с двух сторон, на что Нова качнула головой. Обняв его за шею, заставила лечь на себя. Покрыла поцелуями скулу, висок. Ощутила тяжесть, но она была ей приятна, потому что то был любимый человек. Уткнувшись в ямочку между шеей и плечом, Шен втянул носом её запах и прикрыл глаза, окончательно расслабляясь. Почувствовал, как она медленно стала перебирать его волосы, и улыбнулся.       — Не хочешь спать? Неопределенно хмыкнув, девушка прижалась к магу щекой и прикрыла глаза. Выдохнула, выпуская из себя всю усталость. Облизнула губы и хрипло отозвалась:       — Кошмары снятся. Боюсь уснуть.       — Давно?       — Очень. Это всё из-за переживаний, ну и…ты знаешь. В голосе ведьмы проскользила печаль. Она подняла свои глаза к потолку и поджала губы. Шен в ответ только прижал её к себе крепче, отрывисто целуя в шею.       — Я не умею поддерживать, но обещаю, что сегодня ты будешь спать без кошмаров.       — И что же, — улыбнулась она, чувствуя щекотку. — мой верный чернокнижник защитит меня?       — Твой… Прикусив губу, Нова отвернулась в другую сторону. Понимая, что выдала себя, стыдливо прикрыла глаза, слушая лёгкий звон в ушах. Шен поднял голову. Посмотрел на её лицо и слышимо усмехнулся, отчего Нова запылала ещё больше. Она ещё никогда не признавалась ему так в открытую…       — Шен? — тихо произнесла ведьма, думая пару секунд. Сдавленно выдохнула и повернулась, кончиком носа задевая его.       — Да, горе?       — Кажется, я никого так не любила, как тебя… Его судорожный вдох разнесся по комнате и затаился в стенах, пока ловчая прикусывала щеку изнутри, боясь раскрыть веки. Руки задрожали, медленно отпуская чернокнижника, но он быстро вернул их обратно, припадая поцелуем к её губам. Задержав дыхание, она растерянно распахнула глаза, и уже вскоре поддатливо ответила, обнимая его одной ногой за талию. Чувствовала, как маг плавно заскользил руками по её телу, и издала слабый свист, когда горячие, шершавые руки коснулись обнаженного бедра, слабо сжимая его. Шен оторвался от неё нескоро. Прерывался только ради того, чтобы поймать её смущенный взгляд, и снова целовал, желая свести с ума ведьму. А потом вдруг лёг рядом, прижав её к своему боку, и спрятал ледяное тело под одеяло, словно скрывая девушку от всего негатива. Нова устроилась на его вытянутой руке. Поцелуями прошлась по груди, слушая его частое сердцебиение, и оторвалась, наконец ощущая покалывание на губах. Поймала его туманный взгляд, плавившись под ним, и, услышав ответ, спрятала лицо в его шее:       — Не думал, что когда-либо снова смогу полюбить. И уж точно не думал, что это будет взаимно.       — Как ты понял, что…чувствуешь что-то ко мне? Шен помолчал с минуту прежде, чем неопределенно пожав плечами, тихо, словно открывая одну из тайн, выдал:       — Кажется, когда ты начала угрожать, что в следующий раз выйдешь ко мне раздетая, если я буду так настойчиво бить в дверь.       — Эй! Там не прямо так было, я же сказала «полураздетая»! — наигранно возмутилась она, на что Шен тихо рассмеялся, сильнее прижимая её к себе.       — Ладно. Думаю, это была симпатия. Я бы быстро отогнал её от себя, если бы не боялся за тебя в тот момент. Пуля ещё эта… Потом твоя забота, эта чашка улуна и… Он смолк. Нова не смогла подавить своё любопытство и выжидающе затихла, прислушиваясь к дыханию. Тогда Шен продолжил:       — И просто слова о том, что помощь нужно уметь принимать. Я ведь совсем закрылся. — он прикрыл глаза и устроился удобнее, скрывая своё резко возникшее любопытство. — А ты? Как поняла, что любишь меня? Щеки обоих до сих пор горели от признания, но уже скорее от того, что оно оказалось взаимным, чем от стыда, что они ожидали. Нова смяла край одеяла в ладони и глубоко вздохнула, задерживая дыхание, чтобы нос перестало щипать. Тот момент до сих пор не оставлял её в покое.       — Это было во сне, — тихо начала она. — Чей-то голос звал меня. Говорил о том, что я должна лишиться того, чем дорожу. Почувствовав, как ладонь чернокнижника медленно гладит её по голове, ловчая нервно выдохнула и продолжила:       — Неведомая сила вложила в мою руку кинжал. Впереди меня стоял алтарь, а на нем твоё тело. Умиротворенное, спокойное. Такое, какое полностью доверяло мне и моим действиям…— Нова зажмурилась. — Голос велел закончить грех, который я приняла. Велел убить того, кого я полюбила, и я корила себя за это, извинялась перед Отцом и Богом, а потом и перед тобой за то, что позволила себе чувства. Она замолчала. Шен неторопливо поглаживал её уже по спине и внимательно слушал.       — Я не смогла. Отказалась от своей цели даже во сне, потому что не могла сделать с тобой такое… Оступилась. Извинялась перед Богом, но даже под его взглядом не удавалось совершить такой проступок.       — И что было дальше, горе?.. — шепнув, уточнил он.       — Проснувшись, я поняла, что люблю тебя. Впервые в жизни позволила себе полюбить так, как никогда. А потом ты, твои касания в машине, тот поцелуй. Я осознала, что никогда не смогу вставить тебе нож в спину. Хотела отказаться от миссии, но Веспер узнала все раньше, чем я успела что-либо предпринять… А там уже мои проблемы. Маг покачал головой, выражая несогласие к последней фразе. Укрыл девушку сильнее, чтобы она не мерзла. Сам почувствовал, как её холодные ладони спрятались у него за шеей, и покрылся мурашками.       — Твой отец…он бил тебя? — как-то печально поинтересовался чернокнижник.       — Нет. Никогда. Но я видела его пренебрежение. Считала, что у него просто нет времени, чтобы уделить мне внимание, но сейчас, будучи взрослой, поняла, что это не так. Он просто…не хотел быть рядом. Я ведь тоже Другая.       — Ты тянулась к нему, да?       — Да. — на выдохе произнесла девушка. — Надеялась заслужить хоть частичку его любви.       — А сейчас? Поразмыслив над вопросом, девушка слегка отстранилась от мага и перевернулась на спину, взглядом утыкаясь в расписной потолок. Почесала левую ладонь, которую неожиданно кольнуло, и ощутимо нахмурилась.       — Думаю, осталось, но не сильно. Я желала, чтобы он меня заметил, но была для него невидимой. Ровно до тех самых пор, пока не пришла миссия, — печально улыбнувшись, ловчая скрепила руки на груди. — Представляешь, я думала, что он станет уважать меня как дочь, когда я закончу миссию. Но…       — Но? — повторил чернокнижник, внимательно слушая ведьму.       — Каждому было ясно, что, дойдя до цели, отец снова отвернется от меня. Даже я в глубине души об этом знала. Только хотела, чтобы было всё совсем не так, как думали. Наивная.       — Не наивная. Скорее, лишенная выбора. Её глаза свернули в темноте. Пальцы нашли ладонь Шена и крепко сжали, чувствуя, что он делает то же самое. Нова почти неверяще вымолвила:       — Ты ведь должен меня ненавидеть. Но вместо этого целуешь, обнимаешь. Успокаиваешь. Любишь. Почему?       — А почему ты делаешь всё то же самое, хотя знаешь, что должна была дойти до совершенно другой цели? — спокойно поинтересовалася маг. Ловчая задумалась. Смешно нахмурилась и снова повернулась к Шену, положив ладонь на его щеку. Прикоснулась к губам, чувствуя тёплое дыхание. Немного неловко просунула свою щиколотку через его бедра, сплетая их ноги, и почувствовала, как Шен улыбнулся в поцелуй, не предпринимая попыток отстраниться. Щетина слегка покалывала, но ловчая предпочла не обращать на это внимание. Смелее углубила поцелуй, слушая тяжёлое дыхание чернокнижника, что смело переплетал их языки. Резко сжалась, когда Шен просунул руку под майку, медленно оглаживая низ живота, и тут же расслабилась, позволяя ему эту ласку.       — Ты вся напряжена. — шепнул он прямо в губы. Кивнув, Нова предприняла слабую попытку перехватить инициативу. Перевернула его на спину и медленно оказалась сверху, взяв его руки в свои. Шорох одежды и постельного белья делал момент ещё более интимным, чем взгляд Шена, направленный на покрасневшее лицо ведьмы.       — Что задумала? — нежным шепотом спросил он, поглаживая кожу большими пальцами.       — Ничего. Просто любуюсь.       — М-м…— сделав задумчивый вид, протянул маг. Ведьма слегка стыдливо положила ладони мага на свои бедра, не глядя ему в глаза. Невесомо погладила, прошлась по запястьям и поднялась выше. Ощутимо вздрогнула, когда Шен рефлекторно сжал её кожу и тут же отпустил. Попросила:       — Пожалуйста, ещё… Чернокнижник не ехидничал. Теперь уверенно, но нежно впился пальцами, с нажимом потянувшись выше — к кромке шорт.       — Что задумал? — встретила его той же фразой Нова, не скрывая в голосе усмешку. Шен рассмеялся беззвучно. От его смеха тело слегка тряслось, и Нова заерзала на мужчине, вызвав у него приглушенный вздох через зубы. Замерла. Он прикрыл глаза. Нова видела: в них — темнота, полностью поглотившая его блики. Вожделение. И она замерла, когда маг жадно сглотнул и хрипло спросил:       — Хочешь?.. Ведьма ответила с тем же хрипом и стеснением:       — Хочу. И руки их, ведомые лишь желанием, стали с нескрываемой любовью оглаживать тела, избавляясь от одежды. Нова отворачивалась. Стеснялась, когда осталась без верха. Шен же напротив — смотрел в её глаза, касался груди очень нежно, стараясь не напугать, и тихо шептал:       — Горе моё. Нова. Посмотри на меня. Переведя дыхание, ведьма смотрела на мага. На мгновенье замерла, разглядывая в его глазах лишь чистую, искреннюю любовь, и легла на него, затвердевшими бусинами касаясь горячего тела. Он поймал её губы медленно. Растягивал каждый поцелуй, каждое движение языком, пока руки плавно забирались под шорты, настигая нужной точки девушки. Пока Нова не вильнула бёдрами, погружая их целиком, и не почувствовала, как нечто приятное и давно забытые начало нарастать в геометрической прогрессии. Её тихий стон утонул в губах любимого человека. Пальцы впились в плечи, а ягодицы слабо подмахивали в такт движениям, пока Шен был везде — и в теле, и в мыслях. Напряженное тело взорвалось, распавшись на тысячу частиц. После — напряглось снова. Уже не от пальцев, а от чего-то мощнее и приятнее. Ведьма и сама не заметила, когда успела снять с мага нижнее бельё. Не заметила и тот факт, что погружение в него было совсем безболезненным. Так себя ощущают, когда доверяют партнёру полностью? Никакой боли? И, пусть их страсть была нежной и медленной, в какой-то момент они оба, ускорившись, всеми силами старались заглушить громкие имена друг друга поцелуями. Пальцы их гладили все, до чего дотягивались. Шен был ласков так, как никогда. И эта ласка возбуждала сильнее как его, так и её. Он подмял Нову под себя почти незаметно, ведь она даже не раскрыла глаза, внимая каждому его слову и толчку. Только бездумно шептала его имя и так точно произносила: «Люблю…» А чернокнижник в ответ любил её до беспамятства. Смотрел на лицо своей ведьмы, и плавными, уверенными движениями доводил до истомы. Он не оставлял на её теле ни единой царапины. Ни синяка, ни засоса. Считал, что ломать её — и без того израненную ловчую — не имеет права. Никто не имел. Он удерживал её под поясницей всякий раз, когда Нова выгибалась. Поцелуями покрывал ложбинку, грудь, шею. По её просьбе ускорялся, сжимая подушку над головой Новы, и, слушая шлепки через звенящие звуки в ушах, зажмурил глаза, смахивая упавшие волосы назад. А после напрягся, ощущая, как внутри неё все сжалось… Нова расслабилась, тяжело дыша. Снова потянула на себя мага, открыв глаза, и поцеловала в уголок губ. Внизу живота все приятно тянуло, когда чернокнижник водил носом по оголенной ключице, тихо посмеиваясь от щекотки на боках. Они говорили очень долго и обо всем. Прерывались на поцелуи и на новую ласку. Затем снова обсуждали каждую тему, и так же тех самых пор, пока Нова, убаюкиваясь на плече мага, окончательно не уснула. Кошмары не снились. Как Шен и обещал.

***

Её разбудило тихое пение птиц за окном. Разлепив веки, ловчая потянулась, довольно промычав что-то в подушку, а после повернулась на бок, столкнувшись с внимательным взглядом чернокнижника, глаза которого выражали только нежность и любовь. На переносицу мужчины съехали непривычные очки, и Нова с любопытством посмотрела на них, замечая, что Шен спокойно отложил книгу на подоконник, поднимаясь на ноги.       — Доброе утро. Ещё рано, можешь поспать. — легко ответил он, но Нова видела, как слабый румянец засел на щеках. Он тоже думал об их ночи... Она лишь немного натянула одеяло повыше и мягко улыбнулась ему. Подождала, когда Шен ляжет рядом, и потянулась пальцами к очкам, осторожно снимая их. Маг бы не против.       — Тебе очень идёт, — начала ловчая, перекладывая аксессуар на тумбу возле себя. — Но так неудобно делать то, что я хочу.       — И что же ты хочешь? — смеясь, спросил он. Вместо ответа Нова притянула мага к себе и поцеловала, вкладывая в этот жест столько эмоций, сколько бы не выразила словами. Поцелуи перетекали в ласку. Ласка — в слова. Маг мягко сминал её плечи, делая массаж. Не забывал щекотать кожу своей щетиной, когда наклонялся ближе, чтобы оставить невесомое прикосновение своих губ на молочном теле. Под этими движениями ведьма растворилась полностью. Ловила себя на мысли, что Шен — такой ворчливый поначалу — был невероятно чутким и нежным партнёром. Израненное сердце чернокнижника открылось ловчей времени, которая с удовольствием протянула к нему руку, обещая защитить все чувства, что отныне покажет ей маг. Присев, ведьма потянула к себе Шена, крепко обнимая его. Поцеловала в линию челюсти и ровно, лишь немного смущаясь, проговорила:       — Останься со мной.       — Сегодня? — улыбнулся маг, вспомнив вчерашний диалог.       — Навсегда.       — Больше не собираюсь отпускать тебя. — шепнул он в висок, мягко поцеловав. — Закончится всё — давай уедем. Необязательно далеко от Рима, главное, чтобы вдвоём. Ты и я.       — Я согласна. Кто знал, что их ждало впереди? Однако сейчас, находясь друг с другом, чернокнижник и ловчая времени, пережившие первые трудности, дали себе обещание дойти до самого конца. Вместе.