Until It Overflows

За всю свою жизнь Уен был уверен только в одном. Он любил Есана. Кан Есан был самой яркой звездой в его вселенной с тех пор, как они были детьми, и до сегодняшнего дня, когда им исполнилось по семнадцать лет, и они сидели за круглым столом в библиотеке и готовились к выпуску из Хогвартса. Уен смотрел на блондина, склонившегося над учебником зельеварения и делающего подробные записи, практически касаясь носом страницы. Перед Уеном тоже лежал учебник, но он не обращал на него внимания. Он предпочитал наблюдать за своим парнем. В любом случае, Уену не нужно было учиться. Его уже пригласили играть за «Сеульских саламандр», корейскую команду по квиддичу. Он сдавал ТРИТОН только для получения квалификации по травологии, так как был уверен, что это единственный предмет, который он сдаст, так что у него будет запасной вариант на всякий случай. К тому же, он просто хотел учиться с Есаном. Несмотря на то, что Есан был в некотором роде «плохишом», он был увлечен своим будущим. Он хотел заняться исследованиями в области зелий, и Уен не мог не думать, что это было абсолютно невероятно. Он знал, что Есан достаточно умен, чтобы заниматься чем угодно, и его способом продемонстрировать поддержку было заниматься с парнем, когда ему захочется. — Ууу, перестань пялиться на меня, — пробормотал светловолосый парень, на щеках которого появился легкий румянец. Уен ухмыльнулся. — Извини, просто ты выглядишь очень красивым, когда занимаешься. Есан усмехнулся, прервав свои записи, чтобы взглянуть на Уена, приподняв бровь. Увидев, что Уен улыбается ему, он только еще больше покраснел и быстро вернулся к своим заметкам. — Ты должен заниматься, — небрежно сказал он. — Я занимаюсь, — ответил Уен. — Ты даже в учебник не смотришь. Уен ухмыльнулся и наклонился к другу, чтобы прошептать ему на ухо. — Я изучаю Есанологию, — сказал он, прежде чем быстро отклониться назад, чтобы увернуться от руки Есана. Слизеринец слегка коснулся его руки, но это стоило того, чтобы увидеть его ярко-красные щеки и сверкающие глаза. — Я ненавижу тебя. — Ну, это, конечно, проблема, учитывая, что я люблю тебя. Бинго. Уен практически видел, как из ушей Есана повалил пар. Блондин захлопнул книгу, сгреб все свои вещи в охапку и ушел, оставив хихикающего Уена собирать свои вещи и бежать за ним.

~*~

С каждым днем Уен с трудом мог поверить, что они встречаются уже два года. Пятый год обучения был тяжелым. Сложный. Подавляющий. Уен принимал глупые решения, Есан принимал глупые решения. Но, в конце концов, все получилось. Уен все еще иногда боялся, что однажды проснется и обнаружит, что все это был сон, что он войдет в Большой зал и увидит Есана в объятиях Сонхва, а не в своих. У него не было никаких неприязненных чувств к Сонхва. Все, что сделал тот парень, это полюбил Есана, и, Уен считал, что просто невозможно не полюбить Есана. Кроме того, это было давно в прошлом. Сонхва и Хонджун сошлись примерно через год, и теперь они оба закончили Хогвартс и вместе пошли работать в Министерство магии. И Есан принадлежал ему. Больше никаких розыгрышей, чтобы привлечь хоть немного его внимания. Больше никаких бессмысленных ссор. Больше никаких фальшивых предлогов для свиданий. Сказать, что их родители были в восторге, когда они, держась за руки, вернулись домой летом после пятого курса, было бы преуменьшением. Оказывается, они планировали их свадьбу с младенчества, к большому неудовольствию Есана. Уену не хватило смелости сказать ему, что он тоже планировал их свадьбу.

~*~

Завтрак за слизеринским столом всегда был увлекательным занятием. После выпуска Сонхва единственным голосом разума в их маленькой группе был Чонхо, который все еще замыкался в себе каждый раз, когда оказывался в присутствии Сана, несмотря на то, что в середине шестого курса Сан заявил, что они с Чонхо теперь встречаются. Все были уверены, что Чонхо не имел права голоса в этом вопросе — Сан просто провозгласил, и, вот так это стало правдой. Слизеринец в данный момент спал лицом вниз на столе, а Чонхо аккуратно подложил стопку салфеток ему под голову, чтобы ему было удобнее. Сам Чонхо запихивал в рот чудовищную порцию мяса и яиц, обсуждая тактику игры в квиддич с Юнхо, который стал капитаном гриффиндорской команды. Минги положил голову на плечо Юнхо, лениво потягивая клубничный смузи, не обращая внимания на разговор своего парня и вместо этого пристально разглядывая Есана и Уена. Они в данный момент не разговаривали, Уен не слишком заботливо накладывал сосиски на тарелку Есана, пытаясь успокоить его, что слизеринец полностью игнорировал, настолько, что смахнул сосиски с тарелки вилкой. Если он и задел кого-то, никто ничего не сказал. Есан, возможно, и был «приручен» Уеном, но это не мешало ему быть вспыльчивым и немного пугающим. И он явно был не в духе. — Уен, что ты сделал? — спросил Минги, прищурив глаза. — Ничего, — заскулил Уен. — Ты явно что-то натворил, — настаивал Минги. — Я ничего не творил. Есан усмехнулся. — Очевидно, что натворил, — продолжил Минги. К этому моменту Юнхо и Чонхо потеряли интерес к своему разговору, внимательно наблюдая за парой. — Есан-и, — заскулил Уен, хватая того за руку. — Почему ты злишься на меня? Есан смерил его взглядом, который мог убить, прежде чем стряхнуть его с себя и встать, хлопнув при этом ладонями по столу, и уйти, не сказав ни слова. Сан резко проснулся от шума. — Что за хрень? — сонно произнес он, протирая глаза. — Блин, Ву, что ты наделал? — обеспокоенно спросил Юнхо. — Я не знаю, — ответил младший, обеспокоенно прикусив губу. Он повернулся к другому слизеринцу. — Сан? Он что-нибудь говорил сегодня утром? Сан поджал губы, что было для него нехарактерно. Он молчал. — Не знаю, стоит ли мне говорить. — Да ладно, пожалуйста! Я правда не понимаю! Сан вздохнул. — Хорошо, я дам тебе подсказку. Чем ты занимался вчера вечером? — Ничем? Мы с Есаном занимались в гриффиндорской гостиной. — И там что-нибудь случилось? — Нет? Нас несколько раз прерывали, это всегда раздражало Есана, но это нормально. Не было ничего необычного. — Ты уверен? — Д… да? — неуверенно ответил Уен. — Подумай об этом, — сказал Сан, заканчивая разговор, и потянулся за едой прямо с тарелки Чонхо, младший с покрасневшими щеками незаметно придвинул свою тарелку поближе к Сану. Уен нахмурился, но медленно собрал свои книги и побрел в том направлении, куда ушел Есан.

~*~

Есан игнорировал его весь день, и к концу Уен превратился в комок беспокойства. Что он мог натворить? Уен буквально делал все, о чем Есан его просил. Не зашел ли он слишком далеко в своих поддразниваниях прошлой ночью? Он напряг мозги, пытаясь вспомнить, что именно он сказал. Но ничего не мог придумать. Он был опустошен. Конечно, Есан в шутку игнорировал его, когда расстраивался, но не на весь день. Уен был близок к тому, чтобы сойти с ума, беспокоясь, что Есан каким-то образом снова начал его ненавидеть. Тем не менее, он по-прежнему сидел рядом с ним на их общих занятиях, несмотря на то, что молчал. Это был хороший знак. Уен сидел один в гриффиндорской гостиной, когда, к его удивлению, дверь открылась и вошел Есан. Уен всегда говорил ему пароль, и Полная дама была счастлива впустить его, ведь она была их «шиппером» номер один (по ее словам) еще с их первых лет в Хогвартсе. К тому же, на пятом курсе Есан, по-видимому, помог ей выиграть какое-то нелепое пари у Финнеаса. Он все еще отказывался рассказывать Уену, что это было. Уен вытаращился на своего парня, пока тот шел к мягким креслам, на которых он сидел, и бесцеремонно бросил свою сумку с книгами на пол. — Есан? — неуверенно спросил он. Нет ответа. Есан просто подошел и начал выкладывать учебники на стол, чтобы начать делать домашнее задание. Значит, он все еще игнорировал его. Но он уже пришел в гостиную, поэтому не мог так сильно злиться. Уен посмотрел, как его парень приступает к выполнению задания, и вздохнул. — Есан-и, ты можешь просто сказать мне, что я сделал? — спросил он, надув губы. — Я думал об этом весь день! Есан взглянул на него. — Подумай хорошенько, — наконец сказал он. — Ха! Ты сейчас разговариваешь со мной, значит, ты не можешь быть таким злым! — Я все еще злюсь, я просто понял, что наказывать тебя бесполезно. — Так почему бы тебе не сказать мне, из-за чего ты злишься? — Хочу, чтобы ты немного помучился. Уен надулся в ответ. — Ты злой. — Я никогда не утверждал обратного, — нахально ответил Есан. Уен лучезарно улыбнулся, положив голову на плечо Есана и прижимаясь к нему. — Я так рад, что ты снова со мной разговариваешь, я так волновался из-за тебя весь день! Я думал, ты собираешься меня бросить, — пробормотал он. — Если бы я собирался тебя бросить, я бы просто сделал это. — Есан, ты должен был сказать мне, что никогда меня не бросишь, — надулся Уен. — Извини, — смущенно сказал Есан, прерывая домашнюю работу. Он немного повертел в руках перо, прежде чем вернуться к записи, стараясь не смотреть на Уена. Уен выпрямился и мягко положил свою руку поверх руки Есана, заставив его прервать запись. — Эй, все в порядке, — тихо сказал Уен. Он почувствовал, как рука Есана дернулась под его рукой, и он снова начал теребить перо. — Я пытаюсь стать лучше, — наконец пробормотал он. — Есан, я уже говорил тебе, что тебе не обязательно быть романтичным. Я люблю тебя таким, какой ты есть, — улыбнулся ему Уен, но Есан по-прежнему избегал его взгляда. — Я просто, — начал он, прежде чем прерваться, облизать губы и сделать глубокий вдох. — Я просто… ты же знаешь… — Поговори со мной, Есан-и. — Я не хочу, чтобы ты уходил от меня, потому что я не могу дать тебе то, чего ты хочешь, — быстро пробормотал Есан, так тихо, что Уену пришлось напрячься, чтобы расслышать. Наконец, Уен поднес руку к лицу Есана, поворачивая его так, чтобы он мог смотреть на него. Есан все еще отказывался встречаться с ним взглядом, на его лице появился легкий румянец. — Чего я хочу, — начал он, — так это тебя. Отсутствие романтики и все такое. Разве я не ясно дал это понять? Есан, наконец, встретился с ним взглядом, всего на мгновение, прежде чем снова опустить глаза. Однако, как только он открыл рот, чтобы ответить, дверь в гостиную открылась, и он отпрянул. Уен знал, что лучше не обижаться, он знал, что Есану не нравится, когда другие видят его личное. Тем не менее, Уен почувствовал невероятное раздражение от того, кто только что вошел. — Уен! — раздался высокий голос, за которым последовало хихиканье. Он изобразил на лице фальшивую улыбку, прежде чем повернуться к выходу. — Привет, Эмма, — сказал он, увидев двух вошедших девочек-гриффиндорок. Обе были одногодками, но со второй он почти не разговаривал. — Я рада, что ты здесь. У меня есть кое-что для тебя, — застенчиво сказала она. Он почувствовал, как Есан напрягся рядом с ним. — Ох? Что это? — спросил он, улыбаясь еще шире. Девочки постоянно дарили ему подарки, и он всегда с нетерпением ждал, что они придумают. Его кислое настроение из-за того, что его прервали, быстро улетучилось. — Я испекла тебе печенье! — застенчиво сказала она, а ее подруга, стоявшая позади, подтолкнула ее к двум парням на диване. Она протянула Уену маленький пакетик. — О, я обожаю печенье! — сказал Уен, потянувшись за ним. — Есан-и смотри. Печенье! Он повернулся к парню с лучезарной улыбкой, но увидел, что Есан сосредоточенно делает домашнее задание. — Я не хочу печенье, — сказал он ледяным тоном. — Да ладно тебе, ты же любишь сладкое! — Я не съем ни штуки, и если ты его съешь, я выйду отсюда прямо сейчас. В комнате внезапно воцарилась тишина. — Есан, не будь таким грубым. Она приготовила их для нас, — возразил Уен. — Не так. Она приготовила их для тебя, и только идиот не догадался бы, что в них добавлено любовное зелье. — Извини? — раздался возмущенный голос подруги Эммы. — Да, это серьезное обвинение, — сказал Уен. Есан медленно отложил перо, прежде чем обратить свой ледяной взгляд на двух девушек. — Если я ошибаюсь, тогда съешь одно, — сказал он. Уен мог только наблюдать, как лицо Эммы стало ярко-красным, и на нем промелькнуло несколько эмоций, прежде чем она убежала, а ее подруга последовала за ней, только после того, как бросила на Есана сердитый взгляд. Есан просто вернулся к своей работе, а Уен уставился на него, разинув рот. — Это было немного грубо, Есан, — тихо сказал он. — Может быть, ты просто слишком хороший, — огрызнулся он в ответ. — Ты мог бы быть помягче. — А что я должен был сделать? Позволить тебе съесть печенье с приворотным зельем? — Нет, но ты не должен был так ее смущать! — Здесь никого нет. Уен вздохнул, понимая, что спор проигран. Он посмотрел на пакет с печеньем в своей руке. — Тогда, наверное, мне лучше пойти и вернуть это, — сказал он, собираясь встать. — Ты, блядь, издеваешься надо мной? Прежде чем Уен понял, что произошло, у него выхватили пакет с печеньем. Он повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Есан швырнул его в пылающий камин. Внезапно комната наполнилась любимыми ароматами Уена. Свежий осенний воздух, свежескошенная трава на квиддичном поле, шампунь Есана и огненный виски. Амортенция. Есан был прав. — Зачем ты это сделал? — слегка раздраженно спросил он. Он решил, что лучше всего было бы хотя бы вернуть печенье. Он был немного менее уверен в своем мнении, когда Есан повернулся и посмотрел на него, его ледяной взгляд казался еще более стальным рядом с пламенем камина. — Ты действительно не понимаешь? — спокойно спросил он. — Нет, Есан-и, я действительно не понимаю. — Отлично. Раз уж ты не можешь этого понять. Я собираюсь рассказать тебе. Ты всегда говоришь, что мне нужно больше говорить о своих чувствах, так что вот оно. Я чувствую, что ты слишком хороший. Ты улыбаешься всем и принимаешь подарки от сокурсниц, но ни одного от своего парня. — Но ты не даришь мне никаких подар… — Заткнись, я еще не закончил. Тебе никогда не приходило в голову, что я пытался сделать тебе подарок, но ты был слишком глуп, чтобы заметить? Что каждый раз, когда я чувствую, что могу что-то сделать, например, сделать тебе подарок или что-то сказать, нас прерывает кто-то с твоего глупого факультета? И ты слишком любезен, чтобы сказать им, чтобы они уходили! Вчера вечером та же самая девушка помешала нам, и ты позволил ей флиртовать с тобой. Ты даже флиртовал в ответ! А сейчас у нас был важный разговор, и ты просто позволил этой девушке войти и попытаться дать тебе приворотное зелье. Ты такой наивный! Что бы случилось, если бы меня здесь не было? Тебе бы дали любовное зелье! Сильное любовное зелье! Есан сделал паузу, чтобы сделать несколько глубоких вдохов, но Уен молчал, все еще переваривая сказанное. Внезапно напряжение Есана спало. Его ледяной взгляд смягчился, и он посмотрел на Уена почти удрученно. Он почти не расслышал, что было сказано дальше. — Как я смогу жить, если ты влюбишься в кого-то другого? — раздался шепот Есана, прежде чем он быстро собрал свои книги и выбежал из гостиной.

~*~

Уену потребовалось всего две минуты, чтобы осмыслить сказанное и выскочить из гостиной вслед за Есаном, но парень уже давно скрылся из виду. — Ты ищешь своего кавалера? — бесцеремонно спросила Полная дама. — Вы знаете, куда он пошел? — Я знаю. — Можете сказать? — Ну, я могла бы, — начала она. Уен внутренне застонал. — На что вы с Финнеасом поспорили на этот раз? — прохныкал он. — Рада, что ты спросил! Хотя мы все знаем, что Есан — самый смелый в ваших отношениях, на этот раз я решила немного повеселиться и поставила на тебя. Ты явно облажался, так что теперь тебе придется загладить свою вину. Уен сглотнул.

~*~

Три мучительные минуты спустя Уен бежал в направлении астрономической башни. Он должен был догадаться, что Есан пойдет туда. Он поднялся так быстро, как только мог, внутренне благодарный своей физподготовке игрока в квиддич, благодаря которой он лишь слегка запыхался от множества ступенек, которые он преодолевал, перепрыгивая через две за раз. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти блондина, который сидел в центре балкона, обхватив руками колени и устремив взгляд в небо. Уен воспользовался моментом, чтобы полюбоваться им. Он всегда знал, что Есан красив, даже с юных лет. Все парни и девушки в Хогвартсе, которые приглашали его на свидания, никогда не могли сравниться с ним. Есан всегда был для него самым красивым человеком. Он не мог поверить, что этот красивый парень все еще встречается с ним. Особенно ему не верилось, что он ревнует. Потому что так оно и было. Есан чувствовал ревность, но, возможно, даже не осознавал этого. Он был недоволен тем, что Есан чувствовал себя неуверенно, но в то же время было приятно получить это небольшое подтверждение его чувств. Он тихо подошел к Есану и сел рядом с ним, тоже обратив свой взгляд к небу. На мгновение воцарилась тишина. — На этом месте, — тихо начал Есан, — находятся все ступеньки наших отношений. Хорошие воспоминания и плохие, все важное произошло здесь. Каким-то образом, это успокаивает меня. Уен протянул руку и взял холодную ладонь в свою. — Я думаю, что это место немного волшебное, — продолжил он. — Независимо от того, насколько сильно я облажался, приход сюда всегда может все исправить. — Он слегка сжал руку Уена. — На этот раз я сам напортачил, — сказал Уен. — Прости, что не заметил, как ты себя чувствовал. — Прости, что не сказал тебе. — Мне нравится думать, что я знаю тебя вдоль и поперек. Что я всегда могу понять, что ты чувствуешь. Я хочу верить, что я тот, кто знает тебя лучше всех, и мне не нужно, чтобы ты рассказывал мне о своих чувствах. — Не дави на себя так сильно. — Если не буду, то почувствую, что давлю на тебя, чтобы ты изменился. Есан повернулся и посмотрел на него, в его больших карих глазах отражались сверкающие звезды. — Я тоже не хочу, чтобы ты менялся. — Ты не хочешь, чтобы я перестал быть милым со всеми? — спросил Уен, выгибая бровь в сторону слизеринца. Есан слегка улыбнулся ему, покачав головой. — Нет. Я бы ничего не стал в тебе менять. — Что, если в следующий раз я буду есть печенье с приворотным зельем? — Тогда я буду рядом с противоядием. Они улыбнулись друг другу, прежде чем Есан снова перевел взгляд на небо. Они сидели в уютном молчании. — Эй, — прошептал Уен в ночь. Есан вопросительно посмотрел на него. — Я не собираюсь влюбляться в кого-то другого. Какое-то время Есан не отвечал. — Я не знаю, что бы я сделал, если бы ты влюбился, — тихо ответил он, все еще глядя в небо. — Есан, если пять лет твоей ненависти ко мне ничего не изменили, то и глупое любовное зелье не сможет разлучить нас. При свете звезд он увидел, как покраснело лицо Есана. — Прости, — повторил он. — Не стоит. Наша история уникальна. На что Есан хмыкнул. — Конечно, уникальность — это прямо то слово. Уен лучезарно улыбнулся ему. — Наконец-то ты смеешься. Есан мягко улыбнулся ему в ответ. — Прости, я чувствовал себя неуверенно. Я сорвался на тебе. Я просто… подслушал, как они с подругой вчера на уроке говорили о приготовлении приворотного зелья. И потом, прошлой ночью и сегодня вечером ты был так дружелюбен с ней, что я не знал, как с этим справиться, — он поморщился. — Ты был прав, любовное зелье — это дерьмовый ход, — ответил Уен. — Тем более, что все знают, что мы с тобой счастливы вместе. — Да, я был немного недоволен тем, что она так легко меня проигнорировала. Неужели так другие воспринимают наши отношения? Неужели так легко представить тебя без меня? — Я никогда не смогу представить себя без тебя. Есан снова покраснел и застенчиво отвел взгляд. Они снова замолчали, не было необходимости произносить ни слова, пока Есан не вздрогнул. — Может, вернемся? — спросил Уен. — Минутку, есть еще одна вещь, которую я хотел бы сделать в первую очередь. Уен едва успел издать вопросительный звук, прежде чем парень поцеловал его, и холодные ладони нежно коснулись его щек. Уен тут же растаял в объятиях парня, не колеблясь, обнял его за талию и усадил к себе на колени. Ему никогда не надоедало целовать Есана. Тепло, похожее на солнечный свет, исходило от того места, где их губы соприкасались, наполняя все тело Уена огненной энергией. Ему казалось, что в его венах расцветают цветы. Как только Есан притянул его ближе к своей груди, он прервал поцелуй и отвернулся. В глубине души Уен хотел быть разочарованным, но когда Есан мягко улыбнулся ему, он не смог найти в своем сердце никаких негативных эмоций. Есан был по-прежнему застенчив, никогда не заходил дальше поцелуев за запертой дверью их комнат во время каникул, но Уену было все равно. Он не возражал, что Есан держал его за руку, только когда они были вдвоем с друзьями. Не возражал, что иногда Есан отталкивал его, если он был слишком навязчивым, когда они находились в людном месте. Все, что имело значение, это то, что Есан любил его, а он любил Есана.

~*~

— Да, кстати, ты бы выкинул свою бутылку с водой. — Почему? — Я, наверное, размешал в нем блевотную пастилу, когда та девушка пыталась угостить тебя своим печеньем. — Что за хрень? — Эй, я хотел, чтобы ты пожалел, что съел это дурацкое печенье! Я не был до конца уверен насчет приворотного зелья и подумал, что если тебя стошнит после того, как ты его съешь, это сработает. — Поверить не могу.