Я сделала ей больно

Идёт четвертая неделя бешеного марафона на двух работах. Виола устало плетётся в сторону метро, на ходу вливая в себя пятый стакан кофе за этот день. Она подозревает, что в её организме уже совсем не осталось крови и по венам циркулирует только этот чертов кофе. Кажется, за эти последние три дня она спала от силы часов десять. Ну,может быть одиннадцать. Вчера она перед клубом забежала домой переодеться и недоуменно застыла на пороге,когда услышала музыку, игравшую в полутёмной квартире. И смех. Она на цыпочках подкралась к двери и заглянула в щёлку. О том, что её мама в школе серьёзно занималась танцами и даже выступала на чемпионатах она знала давно,но не разу при этом не видела,как она танцует. А сейчас она впервые увидела,как пластична Елена и как она кружится в ритме танго. То,что это танго Ви уверена,а роза в губах Ивана только это подтверждает. Пышный букет из алых цветов стоит в вазе на столе. «Не буду им мешать,-решает Виолетта и на цыпочках выходит из квартиры.-Просто сегодня пойду в клуб пораньше и попробую парк часов поспать там». .. в клубе ожидаемо выспаться не удалось, но пару часов Виолетта всё таки урвала. После подремала дома около часа, потом собралась, побежала на работу в кафе, подремала там ещё час вместо своего обеденного перерыва и к шести часам, почти ничего не соображая, на автопилоте добралась до больницы. Как же она ненавидит это место. -Выглядишь ужасно, Виолет,-в своей обычной манере поприветствовала её Людмила Петровна, столкнувшись с ней у входа в палате Лины. -Ты вообще знаешь, что такое сон?  -Спасибо,-натянуто улыбнулась девушка, пропустив вопрос мимо ушей. -Как она сегодня? - Да всё так же молчи и не хочет показываться,- качает головой хирург и почти дружке хлопает Виолетту по плечу. - Попробуй вытащить её из этой раковины, Виолетта. Ты сейчас единственная, с кем она разговаривает. После того, как сняли все бинты, Лина сново замкнулась в себе. Опять. А ведь она только начала возвращаться потихоньку к нормальному общению... Виолетта заторможено кивает,ощущая неприятное чувство груди. «Она не с кем не разговаривает, кроме тебя». Было время, когда Виолетта желала этого, как никто другой. Желала того, чтобы Лина осталась одна. Чтобы она общалась только с ней. И улыбалась только ей. Но это было давно. Кажется, что совсем в другой жизни. Глядя на себя со стороны, по прошествии почти пяти месяцев с их первой встречи единственное, что Виолетта хочется сказать тебе прошлой это: «ИДИОТКА» Ну, и ударить может быть, как следует. Что выбить из своей тогдашней глупой головы весь эгоизм. Тогда ей до жути хотелось оградить Лину от всех, чтобы она общалась только с ней. Сейчас же одним из самых сокровенных желаний Виолетты стало то, чтобы Лина просто с кем-нибудь поговорила. Хоть с кем-нибудь. -Ты можешь обрадовать её тем, что завтра с утра мы будем делать снимки костей, и, если всё в порядке, то вечером мы снимем гипс с обеих ног, сообщает хирург и настроение Виолетты немного подскакивает вверх: - это же здорово! Значит Скоро начнёт реабилитацию и для ног,- радуется Виолетта. - Спасибо за новость,обязательно передам! Она прощается с Людмилой Петровной, заходит в палату и, как и обещала, воодушевлённо сообщает это Лине. Одеяло на кровати шевелится, из-под него сначала показывается растрёпанная неровная макушка, потом высокой лоб и последними появляются, воспалённые красные, глаза. Ниже она ткать одеяла теперь не опускает никогда. И рук из-под него старается не показывать. -Ты опять не спала?-легонько хмурится Виолетта, подвигая стул ближе к кровати и опираясь на неё локтями для придания себе дополнительную устойчивость.   Её штормит так, что она с трудом фокусируется на книге, которую держит в руках -Ты тоже,- тихо отвечает Лина. -У меня другая ситуация,-отмахивается Ви, медленно листая страницы. -Так, на чём мы вчера остановились? Предпоследняя глава вроде бы?.. Лина кивает и смотрит на истощённую Виолетту из-под одеяла. Как та долго ищет нужную страницу, устало разглядывая плывущие буквы и сонно вполголоса начинает бубнить текст. Лина видит, что она очень старается и знает, что Виола сейчас работает на износ сразу в двух местах. Она догадывается почему. Вместо этого она очень осторожно тянет книгу на себя, вытаскивая из-под спящую мертвецким сном девушку. Замечает, как та зябко дёргает плечами и, секунду поколебавшись, стягивает с себя одеяло и накидывает на спящую зеленоглазую. Ей не холодно. Ви хотя бы пару часов удастся нормально поспать. Потом раскрывает книгу на первой попавшейся странице и углубляется в чтение. Примерно через пол часа в палату заглядывает Людмила Петровна, удивленно смотрит на закутанную Виолетту и не закутанную Лину, прикрывшуюся книжкой, выслушивает её тихую просьбу не будит Виолу и бесшумно закрывает за собой дверь. «Мы столько времени пытались вытащить её из-под одеяла и заставить произнести хотя бы слово, а Виолетта сделала это за двадцать минут, вот же молодец...»-улыбается женщина и продолжает обход палат. Весь следующий день Виолетта находилась в радостном предвкушении, как будто в ожидании подарка. Это чувство греет её изнутри, и она почти не замечает усталости, которая стала её постоянной спутницей. Она даже улыбается посетителя в кафе. «Лине сегодня снимут гипс ног! И ещё на шаг ближе к выздоровлению, остался только бандаж на рёбрах и всё!» Вечером она пулей взлетает на седьмой этаж, распахивает дверь и... улыбка почти сразу сползает с её лица, когда она видит сколько людей в белых халатах собралось вокруг Лины. Здесь терапевт, хирург, невропатолог, ревматолог и ещё пара незнакомых лиц, которые Виолетта видит впервые. Они о чём-то спорят между собой, окружив Лину плотной стеной, и Виолетта не видит её. Нехорошее предчувствие воет внутри дурной сиреной и Виолетта бросается вперёд: -Пропустите!- она расталкивает людей локтями и протискивается ближе к Лине. И пугается ещё больше, когда выражение её лица. Лина в панике. Её ноги открыты на всеобщее обозрение, гипса на них уже нет. Верхняя половина её тела закутана в одеяло так, что видны только глаза. И в этих глазах отражается такой ужас, что у Виолетты всё холодеет внутри. Примерно так на на неё и смотрела Лина во время приступа панической атаки. Виола смотрит на её судорожно вцепившиеся в одеяло трясущиеся руки и понимает, что она уже на грани. А врачи, как будто не замечая этого, продолжают рассматривать, трогать и поворачивать её ноги, переговариваясь между собой: -... надо повторно взять все анализы на цианокобаламин. -Да, согласна, Маша, и давай ещё раз сделаем МРТ головного мозга и поясничного отдела позвоночника, может мы что-то пропустили при последнем осмотре? -Может психосоматическое? Чувствительность ведь есть... -Что здесь происходит вообще?!-взрывается Виолетта и разговор резко обрывается. -Вы же её пугаете! Врачи наконец-то замечают Лины и как-то одновременно стыдливо отводят взгляды. -Коллеги, предлагая перейти в мой кабинет для дальнейшего обсуждения,-предлагает Людмила Петровна и все стремительно покидают палату. В помещении остаются только они втроем -Лина, Виолетта и Мария Сергеевна. -Так что случилось?-ещё раз спрашивает Виола, чувствуя дрожь в голосе. Лина дрожит.Мария Сергеевна подавленно молчит. Ви накрывает ужасное ощущение неминуемой беды. Атмосфера в палате жутко давит на голову. -Мы не знаем в чем дело, Виолет,-терапевт покаянно качает головой и избегает смотреть ей в лицо. -Мы не знаем... -Лин...-срывающимся голосом тянет Виола.-Всё в порядке? Давай сюда одеяло, я прикрою тебя. У тебя же ноги голые, замёрзнешь ещё... Она легонько тянет ткань на себя, стаскивает её с дрожащей Лины. И потом резко замирает, как от удара в солнечное сплетение, вышибающего из лёгких воздух, когда та внезапно вскидывает на Виолу взгляд. И улыбается. В её глазах скользит отчаяние, а в улыбке-безумие. -Какая разница. Я их всё равно не чувствую... -...