Полюби океан

      Девочка стояла возле двери, ведущий в спальню родителей, где сейчас лежала уже бледная и тощая женщина с инвалидной коляской рядом — ноги уже не функционировали. Ей оставалось жить совсем немного, поэтому приготовила подарок своей дочери до ухода в иной мир. Сама же девочка побоялась зайти в комнату, где на неё ждёт уже слабая мама, не способна даже обнять свою красавицу.       Причина появления рака в том, что Джульетта несколько недель голодала. Она подозревала своего мужа в измене, и после его отъезда на очередное путешествие женщина перестала что-либо есть, от чего похудела, а желудочный сок повредил её орган. Это и стало причиной появления рака желудка. А после употребления некоторых таблеток, которых её дочка давала ей каждый день, лишилась своих чёрных длинных волос, из-за чего ей приходилось ходить в шапке. Через два месяца после проявления болезни ноги отказались работать.       Девочка боялась даже глазком заглянуть в спальню, где лежит её больная мама. Она боялась увидеть свою маму, которой жить оставалось всего три недели. Стоит ей зайти — и перед ней проявляется картина: Джульетта на кровати, в шапке, прячущий её лысину, с инвалидной коляской и с блистерами от таблеток на тумбе. Как же хочется, чтобы мама вылечилась от этого рака и снова стала на ноги. Но этого больше не случится…       Женщина, словно сквозь стены заметила присутствие своей почти тринадцатилетней дочери, попросила у неё зайти. Нехотя девочка зашла в спальню и застыла в дверном проёме — снова та картина, которая повторяется уже семь месяцев. Ей так хотелось вернутся в те дни, когда мама была здоровой и жизнерадостной.       — Подойди ко мне, солнышко, — ласково позвала Джульетта, нежно улыбаясь своей дочери.       Неуверенными и маленькими шажочками Шелли приблизилась к своей лежащей маме. Как же ей страшно видеть больную лысую маму.       — Ты же знаешь, что мне не так долго осталось жить, — проговаривала женщина, — и поэтому я подготовила тебе подарок. Подай мне вон ту коробочку, — она указала на женский столик с зеркалом, на котором стояла небольшая коробочка.       Девочка взяла коробок в свои маленькие руки и передала своей маме.       — Эта семейная ценность передавалась в нашем роду из поколения в поколение, — рассказывала женщина, доставая из коробка её любимую брошку. — Эту ценность носила твоя прапрапрабабушка. Потом твоя прапрабабушка, затем прабабушка, потом моя мама, и дошла до меня. Теперь эту брошь я передаю тебе, — и протянула это украшение дочери.       — Я не могу, — опешила Шелли. — Это же твоя любимая. И мне даже восемнадцати нет.       — Бери, — настаивала мама. — Это знак того, что моя любовь принадлежит только тебе, и что моя любовь — это как бескрайний океан. Не хватит и одного года, чтобы переплыть её.       Девочка лишь притупила взгляд на эту ценность, лежащей на ладони женщины. Она прекрасно знала, что это было самым любимым украшением в гардеробе матери, и не хотела брать его. Но знала, что мама не доживёт до её дня рождения, потому нехотя взяла брошку и приложила себе к сердцу — показывая, что оно будет занято лишь своей матерью.       И вот начались похороны. Девочка, у которой через два дня день рождение, плакала над могилой своей матери, не желая уходить из кладбища вместе с папой. После того дня, когда Шелли перешла эта брошка, она носила её каждый день, поскольку верила, что даже на том свете её мама всегда рядом…

***

      Ранним утром она чувствовала себя уставшей. Ещё и утренний морской воздух, составляющий укутаться в тёплом одеяле ещё сильнее. Но работа не будет ждать, так что придётся вставать и собираться. Проснувшись, Шелли обнаружила, что она была одна в постели — даже вещи, разбросаны по номеру, принадлежали исключительно ей. Укутавшись в одеяло, девушка встала с кровати и подошла к иллюминатору — всю ночь он был открытым, потому что было жарко после солнечного дня. В добавок ко всему ещё и пот по всему телу после бурной ночи, так что лучше закрыть его.       Та ночь была незабываемой. Шелли и не задумывалась, что будет так приятно. Даже в фильмов такие сцены не вызывали наслаждения и восторга, а тут… Эти касания губ на шее и на плече, эти скользящие пальцы, гладящие по ноге — просто волшебно. Жаль, что сил у обеих быстро закончилась. А так хочется наслаждаться этим до самого утра. Но что поделать? Не у всех сила бесконечна. Даже здесь свой предел.       Закрыв иллюминатор, девушка взялась собирать свои вещи, чтобы переодеться на работу (нижнее бельё, само собой, нужно поменять). Вот только колготки пришлось выкинуть, так как на них откуда-то появилась дырка в районе правого колена. Странно, ведь ничего острого или просто торчащего не попадалось. Да и Кольт спокойно их снимал, а не с резкостью пытался вырвать. Похоже, тайно её появления так и не раскроется. Шелли взялась принять душ — пот хоть и холодный, но его легко можно унюхать и за километр, а оправданий на этот счёт не было.       После приятного и освежающего душа девушка, переодевшись в свою форму и заплетав свои волосы в пучок, собиралась уйти, как вдруг заметила, что на спинке стула висел фартук. Только не от её формы. Кажется, официант забыл собрать его, когда уходил. Кстати, а почему так рано? Да так, что даже дочь капитана не заметила, хоть они и спали в одной кровати. Значит, трусы он собрал, а фартук забыл. Надо бы вернуть его владельцу. Только делать это надо незаметно, а иначе нежеланные вопросы пойдут.       К счастью для Шелли, никого ещё не было на посту, поэтому она без проблем прокралась к каюте, где наверняка сейчас находится её возлюбленный. Она медленно и уверенно постучала.       — Кто там? — доносился с той стороны знакомый голос.       — Ты один? — Странный вопрос.       — Не совсем, — замял официант. — Брок пока в душе. А зачем пришла?       — Просто кое-кто забыл свой фартук у меня в каюте. Не знаешь, кто? — и Шелли иронично улыбнулась.       Дверь в каюту открылась, и на пороге стоял Кольт в своей рабочей форме. Только фартука не было. Увидев недостающую вещь своей формы, на лице парня проявилась растерянность.       — А я думаю, куда я его подевал, — он уже собирался взять фартук, однако Шелли отдалила его от владельца.       — Почему ты так рано ушёл? — жаждала правды девушка. Хотя у неё появилась версия, почему возлюбленный покинул её каюту, не дождавшись её пробуждения.       — Я думал, что твой отец придёт и увидит нас спящими, — оправдывался парень. — Вот я и покинул твой номер… — он глянул на электронный будильник, который стоял на тумбе его соседа по комнате. — …два часа назад.       — Да не приходит он ко мне в номер, — сказала девушка. — И Фэнг тоже, — на всякий случай добавила — вдруг и про него официант будет думать. — Так что они не узнают о нашем… — Шелли глянула в дверь, где была душевая — оттуда доносилось только пение, потому последнее слово она сказала уже тише: — …сексе.       Она вернула Кольту его же фартук и, поцеловав его в щёчку и пожелав удачи сегодня, ушла на работу. И как раз вовремя! Ведь Брок уже выходил из ванной комнаты и застал своего друга у дверного проёма, провожающий свою возлюбленную взглядом.       — Чего застыл? — обратил он на себя внимание официанта.       — Да так, ничего, — вяло ответил тот, и закрыл за собой дверь.       — Твоя девушка приходила? — заподозрил аниматор, однако его друг не обращал на это внимание.       Натянув на себе фартук и спрятав в его карман блокнот с ручкой, Кольт покинул свою каюту и тоже ушёл на работу — впереди ждёт трудный день.