краткое руководство хван хёнджина о том, как закрыть сессию и влюбиться

одиннадцатого января в 3:20 am хван хёнджин заканчивает повторять материал для завтрашнего/сегодняшнего экзамена по гистологии. примерно в 3:21 он закрывает ноутбук, устало потирает глаза у переносицы и встаёт, чтобы размять спину. одиннадцатого января в 3:32 am хёнджин гладит халат в своей комнате и замечает на нём высохшее пятно от зелёнки. и хёнджин пишет чанбину. вы : 03:41 хён прости, что поздно, но надеюсь ты не спишь у тебя наверное тоже завтра какой-то экзамен.. sorry(???) в общем, мне нужно халат отстирать… там зелёнка я не знаю как.. от сонливости и безысходности хочется скулить. он открывает google-поиск и наскоро, с опечатками вбивает в поисковую строку: «как отстиратт пятно от зеленки на халате», ждёт пару секунд пока откроется нужная вкладка и листает вниз. вы : 03:48 в гугле пишут, что нужно в перекиси пятно замочить? ты делал так? блин, ты спишь уже наверное прости спокойной ночи хён пока хёнджин роется в ящиках в своей ванной в поисках перекиси водорода, он мысленно прикидывает, сколько часов ему осталось спать. до восхода солнца ещё четыре, но зимой хёнджин обычно встаёт за два часа до рассвета. простая арифметика. хёнджин ещё раз переставляет тюбики и баночки в аптечке, но отвлекается на вибрацию мобильника в кармане пижамных штанов. чанбин-хён 2 курс лечебное дело : 03:59 да хенджин перекисью нет я не сплю тоже готовлюсь вы : 04:00 спасибо ;) не отвлекаю больше чанбин-хён 2 курс лечебное дело : 04:00 сладких снов замочив пятно и запустив через двадцать минут стиральную машинку, хёнджин отрубается на жёстком раскладном диване, потому что не доходит до спальни. на фоне гудит и трясётся стиральная машина — почти asmr, которое, как и обычные, заканчивается спустя девяносто минут. хёнджин просыпается от пищания и решает больше не ложиться. он развешивает халат на сушилку посреди прохладного балкона, вздрагивает от внезапных мурашек, стекающих по позвоночнику (от холода и недосыпа), и вжимает голову в плечи. в этой голове неприятно гудит, а позвоночник ломит из-за сна на жёстком диване. через пару минут до спящего мозга хёнджина доходит, что халат не успеет высохнуть за 20 минут. паника-паника-паника-паника. спящий мозг хёнджина просыпается без кофе, и хёнджин набирает неспящему чанбину. — алло? — хён, мне нужен будет твой второй халат. — чего? — мой не успевает высохнуть, а у меня через три часа зачет по гисте. у тебя же есть старый? чанбин-хён, пожалуйста, скажи, что у тебя есть старый халат! — о-ох, хёнджин, дай сообразить, — чанбин где-то на другом конце провода звучит растерянно и глухо, потому что скорее всего откладывает телефон на тумбу, пока открывает шкаф-купе в комнате общежития. хёнджин на этом конце нервно кусает заусенец на большом пальце в нетерпении. — нашёл, — звук снова становится нормальным, и хёнджин выдыхает, расслабленно опадая на стул, стоящий на балконе. — боже, хён, спасибо! ты только что спас меня от насильственной смерти от рук этой чокнутой бабки, которая принимает экзамен. она ж мне за халат бы голову откусила! я куплю тебе обед сегодня. кстати, пойдём со мной на обед сегодня? — угу, — чанбин зевает, — пойду поглажу тебе халат. увидимся. хёнджин кивает и забывает, что чанбин его не видит. раздаются короткие гудки и хёнджин откладывает телефон на жёсткий раскладной диван. в голове всё ещё неприятно гудит, и он решает, что кофе в данной ситуации лишним не будет. ___ в сеуле холодает. хёнджин кутается в шёлковый брендовый шарф, пока едет в автобусе номер 4312 из каннамгу в кванакку и думает о том, какой кофе нравится чанбину. хёнджину девятнадцать и ему нравится чанбин уже месяца три, но он всё не может ему признаться. чанбин старше на год и учится на лечебном деле, он носит мешковатую одежду, и в ней его плечи кажутся ещё более широкими, хотя, казалось бы, куда ещё шире? они знакомятся в начале учебного года, сталкиваясь на совместном походе желающих со всех курсов выпить в соседнем пабе. чанбин тогда оказывается единственным, кто не смотрит на хёнджина как на ходячий кошелёк, когда тот говорит, что живет в каннаме. помогает сесть в такси, когда хёнджина уже не держит на ногах, и протягивает напиток от похмелья, когда они садятся рядом в университетской столовой на следующий день. чанбин выглядит как человек, которому нравится чёрный кофе. поэтому хёнджин берёт ему американо, когда заходит в quiznos за веганским сэндвичем. чанбин выглядит как самое чёткое попадание в типаж хёнджина, но его родители, наверняка сочтут, что парень из мокпхо не самая лучшая партия. поэтому хёнджин тушуется, когда на семейных застольях они спрашивают что-то про его личную жизнь. они видятся в главном помещении. хёнджин протягивает кофе и принимает из рук чанбина халат. он пахнет хёном: недорогим, но приятным парфюмом, мятным гелем для душа, белым чаем без сахара. хёнджин прямо тут начинает одеваться, хотя до экзамена ещё примерно сорок минут. чанбин смотрит на него через стекла квадратных очков в толстой чёрной оправе, слабо улыбается одним уголком губ и пробует кофе. — м-м, классика, — выходит удивленно, но в дружелюбном тоне, — но знаешь, я больше люблю у них ванильный латте. ты же в quiznos брал? — хёнджин кивает, но получается как-то энергичнее, чем планировалось. не угадал, значит. — йо, не нервничай, — чанбин красиво смеётся и подбадривающе похлопывает хёнджина по плечу, на котором его старый халат немного висит (но не критично, как подмечает сам чанбин), потому что плечи у хёнджина уже, да и тот — разношен, — всё в порядке, у тебя ещё есть шанс купить мне вкусный кофе на обеде. кстати, халат-то неплохо сел, я думал будет хуже. но я чёт забыл, что ты настолько высокий… ну и погладил я клёво, — он отходит, чтобы еще раз посмотреть, как сидит халат на хёнджине, одобрительно кивает и показывает ему палец вверх пред тем, как его окрикивает однокурсник. снова хёнджин встречает чанбина возле аудитории № 2-115. какой-то парень, вроде тоже с лечебного дела, говорит, что экзамен у них проходит там, а чанбин последний. хёнджин удивляется такому вниманию к деталям, но вопросов на задаёт. — о, ты уже здесь, — чанбин выходит через семнадцать минут, копаясь в сумке, и чуть позже достаёт оттуда мобильник. — уже придумал, куда идём? и хёнджин ведёт его в ресторан на соседней улице, есть жаренную курицу, потому что ничего он на самом деле не придумал. но чанбину нравится. они берут большую порцию острых куриных ножек на двоих. — я не съем столько острого, — говорит чанбин, и хёнджин соглашается, хотя знает, что чанбина так говорит вовсе не из-за остроты, а из-за ценника в 23,000 вон. ___ — хья-а, как я наелся, — сыто потягивается чанбин, отставляя допитый стакан с ванильным латте. хёнджин смущается от его громкого голоса, — фу-ух, та курица — это нечто! чертовски остро, хёнджин, но так вкусно, спасибо тебе. — да не за что, — хёнджин прячет скромную улыбку в салфетке, пока притворяется, что вытирает уже чистые губы, — я же должен. за халат. я его постираю и завтра же верну! — да можешь не торопиться, он старый и мне не нужен. да и завтра неудобно, у меня предпоследний экзамен стоит через пять дней, готовиться надо, — чанбин чешет затылок, что-то прикидывая в голове, и смешно закатывает глаза. — о! слушай, а давай через неделю встретимся. тогда и у тебя и у меня сессия заканчивается, выпьем и прогуляемся по набережной, заодно и халат отдашь. японские бабочки-скаты, комары, осы, пауки-сенокосцы и пчёлы в желудке хёнджина царапаются и щекочут кожу изнутри. хёнджин снова нервно протирает чистый рот салфеткой, комкает её в ладони и пытается как можно более спокойно и непринуждённо говорить: — договорились! спишемся ближе ко вторнику, — выходит даже реалистично, если не считать дрогнувший голос на последнем слоге. всю следующую неделю хёнджин думает только о чанбине экзамене по биохимии для педиатров во вторник. они с чанбином списываются почти каждый день, это что-то от дежурного «как дела?» и «сдал экзамен?» до ночных обсуждений наны и сейлор мун, потому что оказалось, что им обоим нравится сёдзё-аниме. эти ночи хёнджин проводит без кофе, потому что и так не может уснуть. он каждый вечер повторяет: «денатурацию вызывают такие физические факторы, как температура, давление, механические воздействия, ультразвуковые и ионизирующие излучения, под их влиянием происходит изменение вторичной, третичной и четвертичной структур белковой макромолекулы». изменения в структуре мозга хван хёнджина, который размером с макромолекулу, вызывают такие физические факторы, как сообщения в kakaotalk от пользователя «чанбин-хён 2 курс лечебное дело». и хёнджин снова падает лицом в подушку, когда отправляет «🩷» на пожелание сладких снов, потому что чанбин любит розовый цвет, сладкий ванильный латте из quiznos, мешковатую одежду, осень, плюшевую игрушку по имени гю, математику, сёдзё-аниме и рэп партии в k-pop песнях. ___ — хёнджин-аа, ты сказал, что научился пить с того самого момента! понять возмущение чанбина легко, если знать, что они просидели в дешёвой, но популярной закусочной у набережной всего полторачаса, а хёнджина уже размазало по столу с двух кружек пива. хёнджин смотрит вниз на свои ботинки так, словно видит их впервые: чёрные подсбитые в носах челси с пушистой подкладкой внутри. он поднимает взгляд и глупо улыбается, не пытаясь придумать отговорку. — пойдём, тебе стоит выйти на свежий воздух, — чанбин, оставляет на столе оплату за пиво и закуски и подхватывает хёнджина под локоть. но хёнджин всё равно умудряется два раза споткнуться о свои ноги, пока они идут к выходу. — давай-давай, подышишь, может лучше станет. после душной закусочной, в которой пахнет сушёно-вялеными кальмарами, острыми сухариками и дешёвым алкоголем, воздух на набережной ощущается как запах розового мыла, мокрого снега и мятного геля для душа как у чанбина. но на самом деле воздух пахнет двадцать третьим января, 11:25 pm, -2 по цельсию и белым чаем без сахара. мосты горят неоновыми оттенками малинового, зелёного и фиолетового. цвета оставляют химические ожоги на щеках. хёнджин в нелепой куртке и без макияжа, какой-то слегка неловкий и пьяный, с мёрзнущими руками в карманах чёрных skinny-джинсов, расплывчато смотрит на свет. чанбин с холщовой сумкой через плечо, в короткой шапке, которая не прикрывает уши, и без очков в толстой оправе, жующий лимонную карамель за щекой, стоит совсем рядом, и хёнджин слишком громко думает о том «какой сейчас прекрасный момент. а давай-ка, хён, ты возьмёшь меня за руку, поцелуешь or something». после этого чанбин действительно поворачивается к хёнджину: — пойдём на мост? ему хочется взять чанбина за руку. хёнджин незаметно — чанбин пытается не споткнуться — жмётся к боку и чиркает мизинцем по ребру чужой ладони. после второй попытки чанбин переплетает их пальцы и старается скрыть улыбку, прикусив щёку изнутри. хёнджин чувствует, как живот скручивает, когда чанбин, все ещё держит его за руку и подходит почти вплотную, пытаясь поймать взгляд хёнджина. он тянется к нему на мысках грубых ботинок и слегка касается его губ. хёнджина парализует где-то на моменте, когда он тоже начинает чувствовать привкус лимонной карамели на языке и не знает, что ему с этим делать. паника-паника-паника-паника. чанбин отстраняется, замечая остолбеневшего хёнджина со вскинутыми на уровне груди руками, и думает, что сделал что-то не так. — ох.. прости, эм, я должен был спросить разрешения на поцелуй.. господи, я такой пьяный, делаю раньше, чем думаю. извини, хёнджина. — ой, — хёнджин прикрывает рот рукой, — подожди-подожди, всё в порядке, всё окей. просто это был первый раз, я растерялся. — твой первый поцелуй? — чанбин поднимает взгляд и очень ласково улыбается, когда хёнджин застенчиво кивает. — хён, — он натягивает рукава нелепой куртки себе на пальцы, — давай попробуем ещё раз. чанбин смеётся и снова тянется к его лицу, теперь, когда хёнджин немного наклоняет голову, неуклюже цепляется за шею, улыбается в поцелуй, чувствует, как от волос хёнджина пахнет соком манго, кардамоном, йогуртом и чем-то очень нежным. они целуются недолго, потому что за жизнь обоим приходилось целоваться нечасто. поцелуй выходит каким-то неумелым, непонятным, но очень приятным, как в кино. со вкусом лимонной карамели, которую жевал чанбин, чтобы перебить вкус алкоголя. только отрываясь от губ хенджин чувствует себя, как расплавленный брикет шоколадного масла. а потом он вдруг вспоминает: — чёрт! хён, я не принёс тебе халат.