Дьявол с острова Парадиз

К тому моменту, когда излишне впечатлённые товарищи оставили его в покое, Армин уже сто раз пожалел, что не разыграл истерику, а позволил себе ослабить контроль над эмоциями. Накопившийся стресс и усталость выплеснулись в виде небольшого нервного срыва, так что сцена вышла весьма эмоциональная. Шокированные однокурсники постоянно крутились вокруг, минимум пару раз в день спрашивали о самочувствии, неловко пытались поддержать. Это раздражало, но при этом по-своему трогало. Было что-то в этом беспорядке, шуме и много лет назад потерянной беззаботности от возвращения домой. Что-то, по чему Арлерт даже не знал, что скучал. Армин не был удивлён, узнав что отряд Леви практически не пострадал от титанов. Что было неожиданней, так это то, что группа 104 кадетского корпуса была передана под командование капитана как и в прошлый раз, а новым командиром бывшего спецотряда стала Петра Рал. Также, на этот к ним присоединилась Энни, подавшая прошение о переводе сразу после возвращения Разведкорпуса. Её присутствие рядом успокаивало, пусть и преследовавшие их шепотки немного напрягали. Непостижимым для Армина способом известие об их с Энни отношениях стало достоянием общественности мгновенно и необратимо. Каждый счёл уместным выразить Армину своё мнение о его личной жизни. Жан и Конни неуместно шутили, Имир лезла с советами "как сделать девушке очень хорошо". А Эрен начал избегать его. Арлерт понимал, что тот может не очень хорошо воспринять это. Но всё равно чувствовал себя уставшим от такого ребяческого поведения. Эрен отмалчивался, напрашивался на эксперименты к Ханджи, брался за любое поручение капитана. И делал всё , чтобы не оставаться с Армином в одном помещении и на минуту. – Чего завис? – раздался недовольный оклик Жана, – без ужина сейчас останешься. – Идите без меня, – отозвался Армин. Хотелось прекратить чувствовать пробирающий изнутри холод, хотелось спрятаться от прожигающих взглядов, хотелось забыть о будущем. На ужин идти не хотелось. Кирштайн неодобрительно фыркнул, выходя, и спальня опустела. Арлерт устало потёр глаза и растянулся на своей кровати. Солнце, заглядывающее в окно, приятно пригревало, ласково скользило по лицу и шее. В дверь раздался неожиданный стук. – Да? – он сел на постели. Дверь почти неуловимо распахнулась и следом закрылась вновь. В спальню проскользнула Энни. – Привет, – тихо пробормотала она, сминая в кулаках края рукавов. Армин чуть улыбнулся и призывно махнул рукой. Леонхарт подошла ближе и села рядом. Стал заметен её лёгкий румянец и нервозный бегающий взгляд. – Что-то случилось? – тихо спросил Арлерт. Девушка молча мотнула головой и тесно прижалась к нему, пряча лицо на плече и Армина. На секунду он замер, чувствуя себя беспомощным перед этим неловким проявлением чувств. Энни задрожала в его объятиях. Он вздохнул, и медленно опустил ладони на её спину, прижимая ближе. Леонхарт с отчаяньем вцепилась в ткань его белой рубашки и, несколько раз рвано вдохнув, затихла. *** Примерно через минуту она быстро отстранилась. Против ожиданий Арлерта в её глазах не было слёз – только какая-то больная решимость. "Люблю тебя," – отчаянно прошептала Энни, – "я так тебя люблю". Она вдруг глубоко поцеловала Армина, при этом дёргаными движениями начиная расстёгивать на нём рубашку. Он отстранился, перехватывая запястья девушки и внимательно заглянул ей в глаза. – Ты действительно..? – Я уверена, – перебила его Энни, – это единственное, в чём я вообще уверена сейчас. Арлерт тихо вздохнул и поцеловал её, запуская ладони под свитер Энни. Она вздрогнула от неожиданности и слегка прогнулась, когда он остановил свои руки на её пояснице. Армин разорвал поцелуй и потянул кофту наверх, помогая девушке выпутаться из одежды. Когда свитер оказался на кровати, Леонхарт нервно закусила губу. – Ты очень красивая, – Армин мягко улыбнулся девушке. Лицо Энни вспыхнуло румянцем, но его выражение осталось сосредоточенным – она с ещё большим рвением вернулась к рубашке Арлерта, путаясь в пуговицах. Он чуть отстранился и стянул с себя рубашку через голову. Леонхарт неловко обняла его и растерянно замерла. Армин прижался губами к оказавшейся рядом с его лицом острой ключице, провёл по шее дорожку поцелуев до местечка, где дрожал пульс и слегка прикусил. Девушка резко вдохнула и сжала хватку ладоней, лежащих на плечах Арлерта. Он провёл языком по чуть выступающей в этом месте венке и снова царапнул тонкую кожу зубами, скорее даже не кусая, а лишь обозначая укус. Энни вздрогнула, резко втянула воздух и чуть поерзала. Армин пристроил ладонь на поясницу Леонхарт и притянул ту к себе на колени. Она послушно села к нему на колени, приятно тяжёлая, почти лихорадочно горячая. Ощущение под ладонями её обманчиво-хрупкого, но сильного тела кружило голову, и вместе с тем заземляло, успокаивало. Арлерт вплёл одну руку в растрепавшийся пучок волос, распустил его, отбросив резинку на прикроватную тумбочку и за затылок притянул девушку к себе, чтобы снова поцеловать в губы. Этот поцелуй вышел страстным, нетерпеливым – они пытались прижаться друг к другу ближе, неуверенно и торопливо оглаживали плечи и спину партнёра. Никто из них не издавал стонов, но оба часто сбито дышали. Энни приподнялась с его колен, подрагивающими пальцами потянулась к ремню своих брюк, но запуталась в них и смущённо спряталась лицом на плече парня. Армин переложил её руки на свою спину и сам расстегнул ремень и ширинку брюк, стаскивая их на бёдра, и медленно провёл самыми кончиками пальцев по только что обнажившейся коже. Армин разорвал поцелуй, чувствуя, что стало тяжело дышать и вернулся мелкими поцелуями на шею Энни. Свободную руку Армин уложил на её небольшую грудь. Немного погладил бледную кожу, затем мягко потёр напряжённую бусинку соска. Леонхарт издала тихий высокий звук и начала торопливо расстёгивать ширинку на брюках парня. На этот раз у неё вышло справиться с застёжками самостоятельно, но снять брюки в этой позе было бы очень тяжело, так что Арлерт мягко подтолкнул Энни назад, чтобы она легла на кровать. Она откинулась на простыни, горящим взглядом наблюдая, как Армин встал, чтобы стащить с себя штаны и бельё. Под её пристальным взглядом он почувствовал себя слегка неловко. Арлерт быстро разделся, и склонился над лежащей девушкой, чтобы снять с неё остатки её одежды. Леонхарт приподняла бёдра, чтобы парню было удобнее её раздевать и прикрыла глаза. Он скинул всю одежду на тумбочку и наклонился над девушкой, чтобы поцеловать её. Она обхватила его руками за плечи и потянула вниз, почти укладывая на себя. Они сплелись обнажёнными телами и оба резко вздохнули от утопая в непривычных ощущениях. Армин почувствовал, как его изнутри окатило жаром и острым сладким удовольствием. Он почти неслышно простонал, прижимаясь лицом к плечу Леонхарт. Она вздрогнула и потянулась рукой, чтобы приласкать его, но он отстранил её, понимая, что иначе всё закончится слишком быстро. – Люблю тебя, – прошептала девушка, торопливо скользя поцелуями по его щеке, виску, лбу, – хочу тебя, хочу только с тобой. Давай уже... – Не спеши, – тихо сказал Армин, поглаживая её рёбра. Энни шумно выдохнула, прогибаясь в спине. Армин отстранился, садясь на колени между раздвинутых ног девушки. Она растерянно приподнялась на локтях, но он аккуратно толкнул её обратно на кровать. – Надо тебя подготовить, – объяснил он. Она удивлённо распахнула глаза, но легла обратно. Арлерт облизал два своих пальца и осторожно прижал их к входу в её лоно. – Расслабься, – посоветовал он. Энни мелко кивнула. Парень медленно ввёл внутрь один палец, а вторым слегка помассировал клитор, отчего девушка вздрогнула и зажмурилась. Её рот чуть приоткрылся, но стон так и не сорвался с губ. Внутри Леонхарт была тугая, влажная, лихорадочно горячая. Один палец скользил без особых трудностей, но периодически она вздрагивала, сжимая мышцы, и тогда Армин замирал, чтобы не сделать ей больно. – Ещё, – пробормотала Энни, откидывая голову назад и жмуря глаза. – Ты слишком торопишься, – сказал Армин, укладывая себе на плечо её ногу и прижался невесомым поцелуем к коленке. Тем не менее, он осторожно прижал к входу ещё один палец и мягко надавил. Стенки покорно растянулись, пока он вводил второй палец и сразу же крепко сжались. Энни чуть нахмурилась из-за ощущения растяжения, но тут же расслабилась и довольно вздохнула, когда Армин начал покрывать поцелуями и осторожными укусами её бедро. Он некоторое время медленно двигал двумя пальцами, иногда разводя их ножницами, отчего Энни чуть напрягалась, но сразу снова расслаблялась. Арлерт опустил ногу девушки на простынь и наклонился над Леонхарт, чтобы поцеловать её. Она тут же закинула руки ему на плечи, прижимаясь ближе. Одновременно с этим Армин потёр большим пальцем клитор и протолкнул ещё один палец внутрь. Девушка откинула голову назад и тихо простонала. Армин чуть отстранился и посмотрел на Энни. Её щеки покрылись румянцем, а волосы разметались по простыни. Светлые радужки глаз почти полностью были поглощены расширенными зрачками. Губы Леонхарт стали ярче от поцелуев. Он обвёл её зачарованным взглядом и прижался к её лихорадочно горячему телу . – Я так восхищаюсь тобой, – прошептал Армин, после каждого слова оставляя маленький поцелуй на плече, груди или шее девушки, – ты сильная, красивая, искренняя. Если у меня есть сердце, оно принадлежит тебе. Энни издала короткий то ли смешок, то ли всхлип и недовольно простонала. – Хорош уже тянуть, – требовательно протянула она, сверкая глазами и поалевшими от смущения скулами, – я хочу тебя.. Армин нежно улыбнулся и заглянул ей в глаза. Под пеленой нетерпения взгляд Леонхарт был полон нежности, страсти, благодарности. На секунду Арлерту стало интересно, что она видит в его глазах, но он поспешно отбросил эту мысль. – Будет лучше, если ты будешь сверху, – предложил он, – так ты сможешь контролировать скорость и глубину проникновения. – А как? – растерянно воззрилась на него Энни. Парень сел, утягивая Энни к себе на колени. Она удивлённо вздохнула. Армин опёрся одной рукой на кровать за своей спиной, а другую положил на бедро Энни. Девушка смущенно опустила глаза и осторожно опустила ладонь на напряжённый член Армина, медленно поглаживая его от головки к основанию. Арлерт шумно втянул воздух, чувствуя, как разом обрушивается на его нервную систему вал удовольствия. Энни тихо выдохнула, решительно сжала губы, и медленно насадилась на него. Внутри она была мокрой, очень тесной, несмотря на растяжку. Парень почти беззвучно простонал, зажмурив глаза и опустив голову. Ладонью, лежащей на бёдре девушки, он выводил круги на бледной, покрытой испариной коже. Наконец Энни расслабилась, оседая на бёдрах Арлерта. Ее лицо выражало одновременно и лёгкий дискомфорт, и эйфорию, и смущение. Армин подался вперёд, прижимаясь к губам девушки поцелуем, и одновременно с этим подтолкнул её бёдра так, чтобы она чуть привстала. Леонхарт сдвинулась вслед за его прикосновением и в ту же секунду тихо застонала, отвернувшись. Армин начал покрывать поцелуями её шею и лицо, продолжил направлять её движения своей рукой. Энни приподнималась и насаживалась обратно в том ритме, который он задавал, изредка откидывая голову назад в беззвучном стоне, и тогда Арлерт покусывал нежную тонкую кожу на её шее. Он довольно быстро почувствовал, что близок к оргазму. Тогда Армин провёл рукой, лежащей на бедре Энни, вверх, по спине девушки, огладил грудь, чуть подразнил подушечками пальцев напряжённый розовый сосок, потом очертил линии твёрдого пресса и опустил ладонь ниже, к её паху. Он аккуратно прижал большим пальцем напряжённый клитор и начал поглаживать его круговыми движениями. Через пару минут движения Энни стали торопливее и хаотичнее, ритм сбился. Она часто шумно дышала и изгибала брови в выражении почти страдальческом. Арлерт наклонился вперёд, покрывая шею Леонхарт влажными быстрыми поцелуями и вскоре почувствовал, как она задрожала, оперевшись своим весом на него и сильно сжалась изнутри. С её губ сорвался тихий вскрик. Он ласково огладил несколько раз её спину и бедра, успокаивая. Дождавшись, пока Энни перестанет дрожать, он вышел из неё и в пару движений руки закончил сам. Оргазм прошёл по его телу острой, почти болезненной, волной жара. Голова на несколько секунд опустела, будто из неё вынули каждую мысль. Он открыл глаза и заметил, что Леонхарт внимательно смотрит на него и слегка улыбнулся ей. Она снова залилась румянцем, который только что начал сходить с её лица и чуть отвернулась. Армин неожиданно для самого себя хихикнул и погладил её по ноге. – Полежи пока, я полотенце влажное принесу, – сказал он, наспех вытираясь и быстро натягивая длинную пижамную рубашку, чтобы не возиться долго с одеждой. Мужская ванная была почти по соседству со спальней, так что намочить быстро два полотенца не составило ему труда. Но, выходя, Арлерт увидел тень, исчезающую за поворотом. "Ой" – подумалось ему. Дальше всё прошло без происшествий и уже через две минуты он вернулся и отдал одно из полотенец Энни. Они быстро обтёрлись, надели бельё и брюки, накинули рубашки и разгладили постель. Армин открыл окно, чтобы выветрить из помещения пряный солоноватый запах разврата, которому они предавались несколько минут назад. Тем временем девушка закончила приводить себя в порядок и начала застёгивать рубашку Арлерта. *** – Ты не можешь контролировать свою регенерацию? – неожиданно спросила она. Армин удивлённо моргнул. – Наверное могу... А что? – спросил он. – Да так, – тихо ответила Энни. Несколько секунд она молчала, нервого выкручивая пуговицы на уже застегнутой рубашке парня, но потом всё же продолжила, – просто мне непонятно, как ты выдал себя Хуверу... – Я сам не знал, что могу превращаться в титана, – признался Армин. Леонхарт ошарашено уставился на него. Парень сел на кровать, жестом приглашая присоединиться. Она устроилась рядом. – Как можно не знать..? – она недоговорила и опустила взгляд. – Эрен тоже не знал, – пожал плечами Армин, – я тоже не помню ни как стал шифтером, ни от кого получил эту способность. – Бертольд сказал, что ты носитель Прародителя. – Возможно, – пожал плечами Армин. Сейчас на парадизе может находиться минимум три титана, которых не отправляла Марли. Кто знает, какой из них у меня... – Вряд ли у Эрена Прародитель, – предположила Энни, – он себя еле контролирует, не то что других. – Это не так однозначно... Возможно, некоторые особенности его титана могут проявиться только при особых обстоятельствах... Возможно, о чем-то он ещё просто не знает и потому не может применить. Энни вздохнула. В этот момент они чувствовали редкое душевное единение. Внутри черепной коробки каждого бился один вопрос: "и что же теперь делать?".