Стоит ли ненавидеть свою судьбу?

Блэк вылетел, как ошпаренный из класса, ведь Северус сказал ему чистую правду. Всё, что он успел услышать, когда к Снейпу подошли Руквуд с Розье, нужна ли помощь, и это адресовалось явно в общении с ним, с Сириусом, который вообще не мог понять, почему слова какого-то изящного сальноволосого слизеринца полукровки с руками в выступающих венах… Ох! Невозможно себя обмануть! Он знал, почему злился на Северуса, точнее, на себя: Сириус и правда собака Джеймса. Это здорово всю жизнь дружить, вместе работать, но когда у Лили с Джеймсом появятся дети, то и Сириус бы желал к кому-то возвращаться домой с любимой работы в любимые объятия. Он быстренько направился на обед, где по пути его не смогли догнать друзья, и сел за стол, пытаясь понять, чего он хочет. Он анимаг. Он силён в любых чарах и карта Мародёров пусть и групповое, но доказательство. Но что ещё? Бегать всю жизнь за преступниками, буквально вынюхивая их по следам? Так себе перспектива. Вот Регулус был Главой рода Блэк, имел земли, давал людям работу, а ещё собирался в Международный отдел, но Сириус не такой. Права была покойная мать — он бездарь и ничтожество. Позор не просто для Блэков, а для волшебной расы. — Не забивай голову, а то твои мозги с непривычки воспламенятся, — хмыкнул Северус, проходя мимо и присаживаясь возле Регулуса, а возле самого Снейпа снова сел Эван Розье. Барти и Феликс сидели напротив младшего брата Сириуса, у обоих свои планы на жизнь, но вдруг тоже Пожиратели? Их имён никто не знал, оттого у Волдеморта были свои крысы. — Что случилось? — не понимала Лили, присаживаясь напротив Сириуса. — Он заставил меня понять, что я не хочу быть аврором. Этого хотите вы с Джеймсом, а я не знаю, чего хочу. — Рад, что ты прозрел, — честно ответил Римус, обижая этим Эванс с Поттером. — Это вы ему внушили. Говорю, как есть. — Давай ещё начни слушать Нюниу… Ай, Лили, — девушка ущипнула Джеймса за руку и тот понимал за что, но никак не признавал неправоту. — В общем, влюбись ещё в него реально! — Но он прав, я не хочу бегать за преступниками, — слова о любви к слизеринцу Сириус решил пропустить мимо ушей. — Я хочу наслаждаться жизнью. — Постоянно летать на своём мотоцикле? — закатила глаза Лили, явно считая Сириуса ребёнком. И все так считали, Блэк это отчётливо понял, оттого Марлин и выбрала его. Есть перехотелось. Питер первым встал из-за стола, говоря, что ему нужно отлучиться в туалет, на что среагировал только Джеймс, шутя, что Хвост как всегда не вовремя вспомнил о физиологических потребностях. После обеда все сидели в гостиной, ведь следующее занятие аж после двух часов дня. Петтигрю влетел злой и перепуганный. — Быстро к нам в спальню! Быстро! Мародёры и Лили не понимали, что такого стряслось с их другом, а Сириусу было так всё равно, что Питера он и не заметил. Римус ухватил его под локоть, ведя в спальню, заставляя проморгаться. Когда все вошли, то Питер пищал, будто мышь, проклиная лесбиянок. Не всех, а конкретно двух. — Мы не можем никому рассказать о том, что играли в «Правду или действие!» Не можем даже заикнуться! Можем говорить только между собой! Я попытался кое-кому рассказать о том, что учудили Маккиннон с Макдональд, а и рта раскрыть не смог. Даже выговорить имён Снейпа или Сириуса! — Значит, в момент произнесения заклинания, было брошено ещё одно заклинание. Браво, суки! — шипела Лили, оседая на кровать Джеймса. — Кому ты попытался всё рассказать? — удивился Джеймс. — Профессору МакГонагалл? — Я ещё в своём уме. Она нас бы по голове не погладила, — закатил глаза Питер, садясь на подоконник, где уже стоял и курил Сириус. — Это очень заботливо, что ты попытался рассказать кому-то из Слизерина, — догадался Сириус и Питер согласно кивнул, не став отрицать очевидного, — но я в этой битве один. А если на нас нападут после, то мы скажем, что не могли и слова молвить. — Сможем перед Пасхой, — заявил Римус. — Или когда я выполню действие, — вздохнул Сириус. — Я заметил, что ты общался со Снейпом спокойно, — заговорил Джеймс. — Ничего не хочешь нам сообщить? Сириус тяжело вздохнул. У него никогда не было секретов от друзей, а сейчас он пристыдит и Лили, и Джеймса, и себя, и Римуса, и Питера. — Я приходил к нему Больничное крыло в день выписки, — о том, что Сириус приходил к Снейпу по ночам, наслаждаясь изящностью рук, губ, скул, кадыка, который хотелось облизать, груди, ног, он не скажет. Наверное, и член бледный, весь в выступающих синих венах, изящно смотрелся бы в его рту. — Бродяга! — Джеймс щёлкнул пальцами перед лицом друга, который ушёл в себя. — Извините, задумался. Так вот, я просил прощения. Не только ты, Джеймс, отличился. Ты спас его, но ты спасал в первую очередь Лунатика, которого я подставил, и перед которым никогда не смогу загладить вины, — Римус закатил глаза, он давно простил друга. — Я пообещал Снейпу, что мои шалости закончились. Что я больше никогда не буду издеваться над ним. И не позволю это делать даже тебе, Джеймс. — Не слишком ли сильное заявление? — негодовал Поттер. — Я иду в авроры, а он — в зельевары. Мы работать будем вместе, так что пошлём друг друга миллион раз, а может и проклянём. — Не пора ли вырасти? — нахмурился Римус. — Он не идёт в Аврорат. Ему сделал предложение Отдел тайн. — Вы же в курсе, какие там заработные платы? — хмыкнул Питер, явно считая сумму денег, которую может заработать Северус. — А ты откуда знаешь? — удивилась Лили, и Питер сразу покраснел, опуская глаза, но косясь на улыбающегося Сириуса. — Ты общаешься с Барти Краучем? — понял Блэк, ведь отец Крауча был главой Отдела правопорядка, и когда дело пахло жаренным, то он общался с главой Отдела тайн, а об этом ему рассказывал с детства Орион. — Или не просто общаешься? Питер покраснел, а Джеймс вспыхнул яростью, понимая, что его друг трахается со слизеринцем. — Ты подставляешь дырку слизеринцу? — в ярости закричал Поттер, резко приближаясь к Питеру, который и бежать куда не знал. — Фу, — прошептала Лили. Сириус, который вырос в аристократической до кончиков ушей семье, не мог позволить оскорблять геев. Чистокровные семьи любили полиаморию и никогда не брезговали однополым сексом. Несмотря на то, что ещё год назад закон был против таких отношений, всё больше говорилось об официальном принятии однополых отношений, и если верить Тёмному лорду, который был помолвлен с парнем, то закон уже принят. Кажется, его приняли в декабре. — Не смей! — Сириус закрыл собой Питера. — Я и сам бисексуал, и что ты мне сделаешь? Лили удивлённо уставилась на Сириуса, который никогда не говорил, что спал с парнями. О его девушках знали все, но не о парнях. О парнях только шутили, а Сириус поддакивал, чтобы никто не узнал правды. — Мой брат — жених Тёмного лорда. Закон принят, если я помню правильно. — Шестого декабря, — прошептал Питер, побаиваясь Джеймса. — Я никогда не предавал нашу дружбу. Мы начали общаться с Барти после отборочных по квиддичу. И вместе мы всего два месяца… — Ты не обязан отчитываться, — заявил Сириус. — Слизеринец! — напомнил Джеймс. — Или ты так хочешь карьеру сделать? — Отец Барти плохо к нему относится, и даже ему не поможет в карьере, — прошептал Питер. — Да не оправдывайся, — снова вспыхнул Сириус. Блэк не был готов поведать о своих тайных и оргазменных желаниях, но и Петтигрю не даст в обиду. Хоть один из них двоих выбрал счастье. — Между прочим, Барти Крауч — лучший друг Регулуса, — напомнил Римус. — С которым Сириус не общается уже два с половиной года, — не осталась в долгу Лили. — А ты, Эванс, — Сириус впервые назвал её не по имени с тех пор, как они с Джеймсом начали в мае встречаться, — гомофобка? Девчонок ты легко приняла. — Ты в курсе, что выходит из заднего прохода? — рыкнула девушка. — И в мире магглов такие отношения пока запрещены. — Но о них ходит молва, — заявил недовольный Римус. — А ты в курсе, что мужчинам простату стимулируют для силы члена? — рычал Сириус. — Питер — гей, я… мне тоже больше парни нравятся! Если мы друзья, то примите наш выбор! — Твой брат — жених Волдеморта, где гарантия, что Крауч не Пожиратель смерти? — закричал Джеймс, будто боялся, что его не слышит друг. — И? — тут уже Питер заговорил. — Разве это проблема? Война окончена! — Он Пожиратель? — ужаснулась Лили, и Питер от ярости закатил левый рукав свитера. Сириус хмыкнул на такой риск, метка и правда выглядела красиво, чтобы о ней не говорили. Римус подошёл поближе, чтобы осмотреть метку, которой награждали только Ближний круг, как было известно со слов Дамблдора. — Эйвери тебе улыбался на занятии, — подметила Лили. — Да, мы общаемся, — Питер спрятал метку обратно под рукав рубашки, а после тяжело вздохнул. — Ты принял метку из-за любви? — не понимал такого отчаянного поступка Джеймс. — Нет. Мама очень болела, и я вышел на Тёмного лорда после пятого курса через Регулуса. Тот как раз собирался принять метку через год, но Блэки всегда общались с Лордом, а я пообещал найти способ заставить Дамблдора отступить. Когда Тёмный лорд сам стал вменяемым и не таким жутким, а поверьте, он был змееподобным, это Регулус его собрал по кусочкам, то я пришёл к Дамблдору честно. И таким образом произошли переговоры о мире, — Питеру с одной стороны было больно, что он не сказал об этом друзьям, а с другой не жалел. — Пожиратели в курсе твоего поступка, — понял Джеймс. — Восхищаются тобой, да, крыса ты поганая!? — Джеймс! — Римуса уже и самого била ярость. — Нам ничего не светило, пока шла война. Я бы умер за Дамблдора, но теперь я хотя бы имею шанс на нормальную жизнь и работу! — Ты желаешь пойти работать с оборотнями и это нормально, — закатил глаза Джеймс. — Да, но при Министре Гонте меня хотя бы на порог пустят, а до него я считался отребьям! — кричал Римус. — Тебе легко говорить, ведь ты чистокровный и богат. Я нищий полукровка. Отец сразу заявил, что больше мне помогать не станет после семнадцатилетия, я для него монстр. Сириус чистокровный, но сбежавший из семьи! Он живёт на последние деньги, которые родители бросали ему в его личный сейф до шестнадцати лет, — Сириус проигнорировал слова о себе, будто не всё правда. — Питер чистокровный, но нищий! Отец умер, когда ему было два, а мать едва концы с концами сводит, ведь папаша проиграл почти всё в карты! Тёмный лорд выплатил долги? — Да, — честно ответил Питер. — Я ведь помог ему победить. — Не всем везёт в жизни, как тебе, Джеймс, — заявил Сириус. — Я магглорождённая, но для меня это не проблема, чтобы принимать метку! — Ты с богатой семьи, — напомнил Сириус. — Твои родители дипломаты! Значит так, хватит пилить нас за наш выбор. Вам хорошо вдвоём, и каждый из нас желает обрести те объятия, в которых можно найти утешение и заботу! Питер нашёл! Красавчик, вообще, ведь Крауч секси. — Спасибо, — улыбнулся Питер, толкаясь по-дружески головой в спину Сириуса, который всё ещё закрывал его собой. — Никаких гомофобов в нашей компании! Никаких предрассудков касательно слизеринцев и Пожирателей! У нас свободная страна, имеющая право выбора! Отец Крауча поддонок, но мои родители хотя бы заботились о детях, а не создавали видимость. Драккл всех дери, Крауч сдавал двенадцать С.О.В., и будет сдавать все Ж.А.Б.А., если верить довольному Слизнорту, но это будет через год. Он шестикурсник с мозгами гения и он достался Питеру. — Ещё секреты остались? — виновато шептала Лили. — Один, — честно ответил Сириус. — Расскажу как-то потом. Не готов даже себе признаться. Кстати, как Регулус? — Радуется предстоящему браку, — улыбнулся Питер. — Помирись с ним, он классный. — Все Блэки классные, — гордился Сириус, а Джеймс молча буравил дыру в друзьях. Раньше все поступали, как желал Поттер, но ребята выросли, у каждого были свои проблемы и виденья на мир, поэтому не нужно указывать кому и как поступать, кого любить и в какой позе. Это личное дело. — Я могу теперь подходить к Барти при вас? — Да не спрашивай ты, — злился Сириус. — Твоя жизнь! Твой парень! — Сириус, если ты выберешь мужика, твой Род вымрет, — напомнила Лили, отчего анимаг закатил глаза, ненавистно глядя на рыжую. — У Андромеды есть дочь. Она всегда может стать Блэк или её ребёнок. Не важна фамилия, важно наследие. А Нимфадора пока единственная наследница. — Твой брат чистокровный и почти женат на чистокровном, он в жизни не признает полукровку наследницей! — закричал Джеймс. — А чего вы лезете в мою семью? — яростно шипел Сириус. — Не перегибайте палку! Так, сейчас Маггловедение. Пойдёмте, — Сириус желал передохнуть от разговора или точно ударит друга, а когда Римус наколдовал Темпус, ухватился за время. Лили шла на Нумерологию, оттого Джеймсу предстояло сесть возле друзей. На Маггловедение слизеринцы вообще не ходили, что заставило Поттера немного успокоиться, но сидел он сегодня возле Римуса, пусть и молча. На Питера с Сириусом жуть, как обижался. А Сириус восхищался Хвостом, оттого решил поболтать с ним перед ужином, ведь у Римуса были дела, как старосты школы, а Лили и Джеймс были заняты поцелуями на кровати и явно трахались. Сириус выхватил Питера в гостиной, и предложил пройтись перед ужином. — Как ты себе признался, что тебе нравится Крауч? Вы же такие разные. — Я страшненький для него? — Что? Нет! — Сириус не хотел обидеть друга, но видя, что тот смеётся, выдохнул. Его подкололи. — Я знаю, что Барти идеальный во всём. И я нравлюсь его маме. Она умирает от проклятия Гринграссов, но очень милая женщина. Его отец чуть не убил меня, когда застал нас целующихся. — Они знают о вас? — удивился Сириус. — Помнишь первое января, я сказал, что мне нужно в обед сходить в Мунго. Я не был в Мунго, — виновато произнёс Питер. — Его отец пока ворчит, но жену любит и принимает выбор Барти, а когда он закончит школу, то пошлёт отца куда подальше, и мы будем жить у меня в Коукворте. Я неплохо выслужился и заслужил на свой дом, — гордился Питер. — Но Коукворт не магический квартал, это маггловский город, — заявил Сириус, — где живут Эвансы. — Есть бедный район Паучий Тупик. Там живёт Снейп. Именно поэтому выбор Лорда пал на этот район. Он пустой и там уже есть волшебник. Дом Северусу перестроят. Он работает над крутым зельем. — Лунным. — Он тебе сказал? — удивился Питер, но не придал этому значение, ведь если Сириус просил прощение и обещал не нападать на слизеринца, значит, у них были неплохие нейтральные отношения. — Снейп меня потом убьёт. И будет прав. Знаешь, почему Марлин выбрала меня? А она выбрала, это не случай, — Питер отрицательно покачал головой. — Потому что я безбашенный. Я шут. Проказник. Мародёр! Моя репутация сыграла со мной в злую шутку. И я никогда не смогу вымолить прощение. Но я попрошу тебя потом передать ему наш сегодняшний разговор. Я не хотел этой игры. — Знаю, Сириус. Ты не виноват. Он поймёт. — И убьёт. Пусть будет так. — Ты так принимаешь свою участь, будто любимого человека предаёшь. Сириус истерически засмеялся. Его реакцию раскусил Питер, потому что был влюблён и знал, как ведут себя влюблённые. Сириус остановился у двери в Большой зал и так мучительно заглянул своими цвета ноябрьского неба глазами в глаза друга, что Питер всё понял. — Давно? — С апреля. — Так зачем ты его послал к Римусу? — не понимал поведения друга Хвост. — Это случилось уже в Больничном крыле. И поскольку я запал на изящное тело, то подумал, что мне нужен секс. Я был после с одной девушкой, а перед ней и каникулами трахнул нескольких парней, но мой голод они не утолили. Я не знаю, что со мной. Я поклялся себе не думать о Снейпе, и не потому что он враг Джеймса, а потому что я его враг. И мы такие разные. Я буллил его, а тут чувства… Мазохизм какой-то. Он заслуживает кого-то получше. — А тут случай с игрой. Ты же выиграешь, Сириус. — Думаешь? — Ты влюблён, а значит, для тебя это не игра, оттого ты такой злой, — понял Питер. — Он тебя убьёт. — И правильно сделает. Сириус заметил, что Регулус, Феликс и Барти шли на ужин. Блэк не смог скрыть улыбки при виде брата, который первым и затормозил. — Что? — Регулус давно не видел такой прямой взгляд брата на него. — Ничего. Питер всё рассказал. И о метке, и о Барти. Сириус оставил друга одного, а Барти на радостях сразу утащил гриффиндорца в страстный поцелуй, который видела половина школы, а значит, о вражде между Слизерином и Гриффиндором можно закрывать проект. Здесь отныне царит любовь. Сириус обернулся, чтобы увидеть счастливого Питера и увидел. Его небесного цвета глаза сияли, а Барти не мог остановиться, чтобы перестать целовать лицо Хвоста. Даже самые недоступные желают любви, даже самые незаметные могут подарить истинную. Сириус тяжело вздохнул, замечая Северуса в компании Эвана Розье, который потрепал Барти по голове что-то говоря, вызывая всеобщий смех. Вот Питер и стал первым мостом между двумя враждующими факультетами. Римус смущённо прошёл мимо, а Лили и Джеймс на мгновение затормозили, заставляя напрячься Питера, отчего Барти сразу что-то им сказал. Явно спрашивал, ищут ли те проблемы. Возле Сириуса присел Римус, а напротив них сели Лили с Джеймсом. Мэри и Марлин в ужасе смотрели на Сириуса. — Питер обещал всё потом рассказать Барти с остальными. Вы ответите за это действие, — шептал Блэк. Хвост сел возле Римуса, немного виновато глядя на Джеймса, который что-то обдумывал. — Не забудь потом рассказать Регулусу в подробностях об этих двух, — попросил Поттер. — Расскажу. И не только это, и не только Регулусу. Сириус улыбнулся, ведь если он отдасться полностью Северусу и после их сердца временно будут разбиты, Питер останется мостом. Он поможет. Он уже знает, что Сириус будет всё делать от чистого сердца. — Только о Выручай-комнате слизеринцам не рассказывай, — попросил Джеймс. — Оу, тут такое дело, Снейп её нашёл ещё в прошлом году, и их компания в курсе. Но больше никто. — А их компания — это кто? — решила уточнить Лили. — Братья Розье, Барти, Регулус и Снейп, — ответил Питер. — У Снейпа там хоть один настоящий друг имеется? — задала волнующий вопрос Эванс. — Разве они с ним общались до того, как он опубликовал свои заслуги? — Регулус общался, — ответил Питер. Сириус тепло улыбнулся, не оборачиваясь к брату, но надеясь, что тот и правда не такой как родители. Он спас Тёмного лорда, что бы это не означало, он подружился с Северусом, может и для Сириуса там найдётся место? Блэк всё-таки оглянулся и сразу встретился с довольной физиономией брата, будто Сириус такой предсказуемый. Блэк показал младшему язык, отчего Барти прыснул, а Северус легонько поднял уголки губ. Регулус в долгу не остался и не по-лордовски показал, что он кое-чему научился, откуда — неизвестно, но фак был крутым. Сириус прыснул и вернулся к трапезе, пока Лили с Джеймсом офигевали от поведения Сириуса, а Римус и Питер одобрительно улыбались. Джеймсу показалось, что друг очень много не договаривает, и собирается выяснить всё более детально.