Сладких снов
9 августа 2024 г., 09:21
Это самое обычное утро, для не самой обычной пони, началось самым обычным образом.
Сначала открылся глаз.
За ним второй.
Одного взгляда на комнату хватило бы, чтобы понять, кому она принадлежит: например, окна были завешаны голубыми драпированными шторами, на которые слегка заходили бордово-красные занавески, не допуская вторжения наглых солнечных лучей в царство ночи. Ночь будет длиться вечно, по крайней мере пока владелица штор не решит иначе.
Освещением служили стилизованные металлические деревца, на чьих крохотных веточках расположились круглые спрессованные камушки из лунного реголита, что так чутко отзывался на магию одной конкретной принцессы. Одного лишь её желания да небольшой искры магии хватало, чтобы комнату озарил лёгкий серебристый свет.
Стены комнаты украшали колонны с произвольными вырезами, в которых не наблюдалось чёткого узора и которые словно подчёркивали непоследовательность своей хозяйки.
Проснулась эта не самая обычная пони, конечно же, в кровати. Представляла сия мебель собой полумесяц со светло-синим балдахином и лежбищем посредине.
Мягко потянувшись, кобылица вырвалась из плена украшенного россыпью звёзд одеяла и села на край кровати, после чего слегка поболтала ногами, пока не наткнулась на искомое — две пары тапочек, украшенных лунным полумесяцем.
Не слишком ли много лунных мотивов? Повернувшись к зеркалу за прикроватной тумбочкой, на которой поверх книги стоял будильник, украшенный… да-да, ничем иным, как очередной итерацией убывающей луны, весьма растрёпанная принцесса Луна покачала головой. В самый раз. Тем более что её сестра находила сии бархатные накопытники милыми.
Облачившись должным образом для встречи с вышеупомянутой сестрой, а именно надев тапочки и заложив диадему за рог, принцесса направилась в обеденный зал.
Толкнув дверь копытом, Луна отметила, как два фестрала-стража королевской опочивальни слегка вздрогнули, приосанились и навострили уши на случай, если принцесса изволит озвучить свои повеления, но та им лишь кивнула и двинулась дальше.
И вот, этим самым обычным утром, Луна приняла самое обычное решение: возобновить дозор над снами своих поданных. Но для этого требовалось держать совет с сестрой, ведь та, без сомнения, присматривала в её отсутствие за царством грёз и наверняка поможет стряхнуть пыль с порядком подзабытого навыка.
Отмахнувшись по пути от камердинера, принцесса прошла к залам, в которых зияли пустые оконные проёмы, на полу под которыми работники уже собирали витражи на пока непонятную тему, и свернула в личную обеденную старшей сестры, которую с недавних пор они делили на двоих.
— Здравствуй, Тия, — чинно кивнула Луна и уселась на напольные подушки. На столе её уже дожидалась небольшая стопка блинчиков, на самом верхнем из которых смородиновым вареньем была изображена ехидная подмигивающая рожица.
— М-м-мпф! — как и приличествует принцессе ответила Селестия, разбрасывая при этом некоторое количество крема вокруг.
Луна, прикрыв рот копытом, рассмеялась, но затем строго посмотрела на сестру.
— Надеюсь, при придворных ты не забываешь блюсти столовый этикет, сестра моя, — отчитала она, отметив, сколь выгодно природа одарила сего белого аликорна белой шёрсткой, отличная маскировка для крошек. — Нам надобно поговорить.
Селестия замерла, проглотила остаток блинчика и левитировала к себе салфетку. Убрав с мордочки крем, она, слегка склонив голову набок, заговорила:
— Если это насчёт прислуги, то мы уже обсуждали этот вопрос, я сама могу накрыть нам на стол, да и готовка с утра помогает немного отвлечься перед…
— Нет-нет, — младшая принцесса подняла копыто, останавливая сестру. — Мне потребно вернуться к своим обязанностям хозяйки ночи и снова встать на стражу снов наших подданных.
— О! Это же отлично! Я как раз… — Селестия вдруг прижала копыто ко рту и издала звук, похожий то ли на смех, то ли на сдавленный кашель. Справившись с ним, принцесса дня мигом восстановила серьёзный настрой. — Как ты знаешь, общество не стоит на месте и в какой-то момент пони посчитали, что чьё-то присутствие в их снах, пусть и принцессы, нарушает их права на личную жизнь, поэтому…
Рог принцессы вспыхнул, и перед ней на стол опустился официального вида бланк, исписанный мелкими буквами.
— Поэтому перед тем, как войти в чей-то сон, требуется получить от сновидца разрешение в письменном виде.
Всё это время Луна с широко распахнутыми глазами смотрела на сестру, не в силах ей поверить. Как же такое возможно? Кошмары не испрашивают разрешения, чтобы отравлять чужие сны, ужели у созданий, мучающих разум, появился новый союзник — бюрократия?
Вытянув дрожащее копыто, младшая принцесса придвинула бланк к себе и попыталась вчитаться в текст, смысл которого неумолимо ускользал, скрываясь за витиеватыми формулировками.
Подняв взгляд на сестру, Луна прищурилась, зарывшись лицом в передние копыта, Селестия тряслась мелкой дрожью, отчаянно пытаясь подавить приступ смеха.
— Ты… Так ты меня разыгрываешь!
Обличённая принцесса дня перестала сдерживаться и звонко рассмеялась, постукивая копытом по столу, после чего вообще завалилась на спину, тщетно пытаясь отдышаться, когда очередной спазм смеха настигал её.
— Видела бы ты… видела бы ты своё лицо! — Селестия снова зашлась смехом. — Это… это же надо… р-разрешение…
Из глаз принцессы дня заструились слёзы, на нормальный вдох сил не хватало.
Луна не смогла долго хмуриться, да и обижаться на сестру за безобидный розыгрыш было бы незрело. Наблюдая, как царственный аликорн понемногу приходит в себя, ночная принцесса измыслила план. Сейчас она поговорит с Селестией, а ночью… ночью она потренируется на этой белой шутнице.
* * *
Что такое царство грёз? Кто-то мог бы сказать, что это параллельная реальность, но это не совсем так, ведь пони во сне никуда не перемещаются, их тела остаются дома, в тёплых постелях, а их расслабленный разум подхватывают магические потоки, пронизывающие весь Эквус, и уносят в одновременно и близкое, и далёкое место. Видела ли сама принцесса ночи сны? И да, и нет. Она могла расслабиться и плыть по течению, с интересом наблюдая, какой урок подготовили для неё её собственные владения. Но она не переставала осознавать себя во сне, на всём его протяжении. Но сегодня требовалось оседлать поток, взять его под свой контроль. Луна решила одним глазком заглянуть, что на этот раз подготовило для неё Царство. И тут же улыбнулась. Запах моря, солёный ветер. Сегодня ей бы снова снились Pseudocarcinus gigas. Надо, пожалуй, будет навестить их лично. В другой раз. Сверкнув рогом, она переместилась в свой собственный закуток Царства… Вернее сказать, попыталась переместиться, ведь оказалась она явно в чьём-то чужом сне, ибо снов о гигантских грибах за собой принцесса не припоминала. Осмотрев свои грибопыта и оценив в отражении небольшого озерца модную шляпку, она снова сосредоточилась и… И переместилась точно куда и хотела. Место это представляло собой большое поле с крытой мастерской по центру. В углу пристроился котёл, в котором несмотря на отсутствие огня кипело что-то тёмное, периодически побулькивая розовыми пузырями. Туда принцесса складывала найденные обрывки тёмных сожалений, и, возможно, чуть позже, когда будет время, она создаст для себя некое напоминание, чтобы не забывать о своих прошлых ошибках. Выйдя из под крыши, она подобрала брошенную у порога мотыгу, которой пропалывала сорняки, и левитировала её к прочим инструментам. Скоро должен подоспеть урожай звёзд для её застоявшегося ночного полотна. Осмотрев поле и убедившись, что здоровому росту небесных тел в ближайшее время ничего не угрожает, Луна кивнула сама себе. Самое время попробовать отыскать сестру. Сосредоточившись, принцесса ночи почувствовала направление. Очередная вспышка рога, и Луна оказалась перед на удивление открытым проходом во сны Селестии. “Ужели Тия не оставила оберегов?” Навострив ушки, принцесса ночи бережно прощупала границы сна и не обнаружила ничего, что помешало бы ей войти. Довольно улыбнувшись, она сделала так, чтобы её присутствие осталось незамеченным, и вошла в сон. О, и что это был за сон! Луна оказалась на большом поле, заставленном шатрами, между которыми были развешаны нейтральные праздничные украшения, не дающие подсказку о том, что же здесь празднуют, похоже, они ещё слишком далеко от сновидца, чтобы такие мелочи обрастали деталями. Вокруг царила суматоха, земнопони словно водоворот крутились вокруг арены посредине сна, пегасы, казалось, занимали все доступные насесты, чтобы не пропустить происходящее, а единороги чинно расположились на трибунах и обмахивались веерами. “Кажется, сестра моя скучает о былых временах…” Зная, что конструкты сновидений увидеть её не могут, а от самого сновидца она отгородилась, принцесса ночи взлетела над толпой и поискала Селестию взглядом, и верно, та обнаружилась на импровизированном троне, богато украшенным резными изображениями батальных сцен. Опустившись на крышу арены, прямо над троном, Луна решила получше изучить происходящее, чтобы как следует разыграть сестру. А на арене как раз два закованных с копыт до головы рыцаря брали разбег. Один был облачён в тёмные латы с изогнутыми шипами, у второго же наоборот преобладали светлые оттенки и гладкие, скруглённые формы. “Хм-м, сшибка на копьях? Интересно, проводятся ли досель столь чу́дные испытания воинского мастерства? Надо будет справиться у сестры чуть позже”. А рыцари тем временем столкнулись, и копьё тёмного рыцаря сбило шлем с оппонента. Вот только… под ним не обнаружилось головы. Ужели удар был настолько сильным? Белый рыцарь проскакал ещё какое-то время по инерции, а затем опал недвижимой кучей металла. А под Луной раздались восторженные крики Селестии. — Да! Ха-ха! Так его! — принцесса восторженно зацокала передними копытцами, после чего спорхнула с трона вниз и поманила чёрного рыцаря к себе. — Подойди, о достойный, сними шлем и назови своё имя. “Наверное, решила не уделять особого внимания образу под шлемом светлого претендента”. Рыцарь подчинился, однако снимать шлем не спешил. — Моё имя Захер, солнцеликая, но я дал обет, что не сниму шлема, пока не заслужу величайшей из чести: вашего прикосновения и звука своего имени из уст ваших, императрица. Щёки Селестии занялись румянцем, а принцесса ночных шалостей расплылась в коварной, даже хищной улыбке. “Захер, говоришь? Лучшей подсказки мне и не потребно”. Луна сверкнула рогом и довольно улеглась на крыше, свесив мордочку вниз, чтобы ничего не пропустить. А её сестра уже подносила своё едва заметно дрожащее копытце, чтобы снять шлем с рыцаря. — З-Захер, я… — но как только копыто коснулось металла, оно не встретило ожидаемого сопротивления. Потеряв равновесие, Селестия упала на рыцаря, который разлетелся шоколадной глазурью и взбитыми сливками, заляпав белоснежного аликорна. Принцесса завизжала от ужаса и, запутавшись в собственных копытах, начала пятиться, пока не влетела крупом в деревянную балку, поддерживающую крышу арены, балка податливо вмялась, рассыпавшись медовыми крошками и обнажив в сердцевине крем. Крыша рухнула прямо на аликорна, и изнутри тортовой западни послышались крики. Луна стремительно взлетела со своего насеста. “Кажется, перестаралась… Да разве должно винить меня за неуклюжесть сестры?” Решив не испытывать судьбу, Луна поспешила ретироваться и, спешно хлопая крыльями, помчалась к выходу из сна. Если бы не столь большой перерыв в дозоре снов, принцесса ночи наверняка бы сделала всё аккуратнее, чтобы её безобидная шалость не обернулась кошмаром, ну или же заранее на всякий случай подготовила бы пути к отступлению. Разогнавшись, Луна обратила взор к выходу, и тут её глаза округлились, она попыталась затормозить, но было уже поздно, слишком уж высока была скорость. Сон берегло ЭТО.* * *
В царстве грёз был штиль. Может показаться, что там никогда и не было ветра, но это не совсем так, ибо по невольному желанию сновидца погода могла стать любой. Тем не менее ловец снов раскачивался, будто бы листочек в ураган, пока из него пыталась выбраться крайне недовольная и величественная хозяйка ночи. Поняв, что попытки тщетны, она просто повисла беспомощной тряпочкой и начала думать, как выбраться из этой, вне всяких сомнений, скандальной ситуации. Для начала она попробовала резко полягать воздух задними копытами, от чего ловец лишь раскрутился и у Луны закружилась голова. Она попробовала расправить крылья, но те лишь ещё сильнее запутались. Снова обмякла. — Кого я вижу! Из сна вышла Селестия, с ног до головы в креме, обсыпанная песочными крошками и с рядком невесть откуда взявшихся пончиков на роге. — Отдыхаешь, гляжу? Так-то ты решила беречь сны?! Я там чуть не облягалась от страха! — кремовый голем вытянула копыто и остановила плавное раскачивание гигантского ловца. — И что же мне с тобой делать… Луна покраснела, приподняла голову и прижала ушки к голове. — Я ненароком… думала, что ты просто вляпаешься в крем, отдёрнешь копыто, а я выйду и укажу, что стоит поменьше думать о выпечке, раз уж она тебе снится, — младшая принцесса стыдливо улыбнулась. — Твоё подсознание нарекло рыцаря как торт! Разве можно было удержаться?! Селестия устало вздохнула и потёрла переносицу, ещё сильнее размазывая крем. — Ладно, давай подумаем, как тебя оттуда вытаскивать… — она обошла ловушку по кругу и задумчиво хмыкнула. — Как тебе, кстати, моя придумка? Луна недовольно фыркнула. — Уж пожалуйста, поведай, как додумалась ты, сестра моя, обличить охранение снов в столь насмешливый облик! — по началу принцесса-в-беде пыталась следить взглядом за передвижениями белого аликорна, но вскоре от этого замутило, и она решила просто опустить голову и смириться со своей участью. — О, тут-то как раз всё просто, — ответила Селестия, продолжая наворачивать круги, — может, помнишь, в старые времена у племён пони было поверье, что ловец снов запирает плохие сны? Вот я решила немного развить эту идею… Принцесса остановилась, слегка потянула младшую сестру за заднюю ногу, на что та слегка взбрыкнула от неожиданности, что-то пробормотала себе под нос и пошла дальше. — Так вот, да, я наложила несколько пробных зачарований, но без подпитки магией аликорна они просто не работали! Поэтому я прицепила к ним пару своих выпавших перьев, ну, и как видишь, всё получилось! А касательно внешнего вида, то почему бы и нет? Такая форма ничем не хуже любой другой. Луна снова тщетно попыталась пошевелиться. — Сие крайне интересно, но как мне из него выбраться? Селестия слегка, уголками губ, улыбнулась. — Может, поменьше налегать на сладкое? Глядишь, бока были бы поменьше, пролезла бы и так, — улыбка растянулась, и появилось в ней нечто зловеще-довольное. Принцесса ночи возмущённо повернула голову к сестре, возможно, даже слишком возмущённо, поскольку ловец закачался, и, потеряв равновесие, Луна замотала ногами и перевалилась вперёд, повиснув крупом кверху. Закрыв глаза и покраснев от смущения ещё пуще, она услышала знакомый заливистый смех и постепенно расслабилась. Да, может, она и подрастеряла навык, может, немного подзабыла премудрости снохождения, кое-что всё же осталось при ней — любящая сестра, которая поможет и даст время освоиться. А разве нужно что-то ещё? Ну если только, пожалуй, помочь катающейся по земле Селестии прийти в себя, чтобы наконец выбраться из этой тартаровой западни…
Примечания:
Иллюстрация к концу рассказа - https://i.imgur.com/PHhn3tx.png
