Черные волны несут смерть и покой моему разбитому сердцу

Ши Цинсюань… устал. Он бродил уже… Сколько? Неделю, месяц, год? Время шло, а у него даже нечем было его считать. Да и зачем, верно? Раньше он смеялся времени в лицо, раньше, когда в отражении он видел яркое, молодое и сильное тело. Дело в том… Что он уже далеко не так силен. Все еще молод, он не состарился за ночь, но его силы просто пропали. Пропали, как и духовные силы, как и сама божественность. Лишенный своих сил, он стал тщедушным человеком, над чем он, возможно, даже посмеялся бы в прошлом. Иронично, не правда ли? Ши Цинсюань не просто устал. Он… Сломался. В обоих смыслах этого слова. Кости на ноге и руке были раздроблены на куски — снова — и это было больно. Небеса, как же было больно. Ши Цинсюань никогда не был богом Войны, его тело было хрупким и нежным. Он был родом из богатой семьи, в конце концов, поэтому его так удивила боль. Она была настолько недосягаемой, что он, казалось, был неуязвим к ней. Но… это его судьба, так? Ему предначертаны страдания и одиночество. И никакое проклятие не могло это изменить или снять с его плеч эту ношу. Перед его глазами возникло воспоминание из храма Ветра и Воды. У одной статуи не было руки и ноги, зеркально тем, что были сломаны, а у второй… отсутствовала голова. Его брат пытался спасти его от собственной судьбы. Ши Уду… Он пытался спасти его. Нарушил все правила, чтобы вылечить своего братца, и никому никогда не рассказывал об этом все эти века. И все это привело их к концу. Никто не мог избежать мести Бедствия. Ши Цинсюань был свидетелем. Ши Уду… Не было больше никакого Ши Уду. Его безжизненный труп остался гнить в Логове Черновода, а его голова стала победоносным, унизительным трофеем. Вместе с ним в комнате, наверное, были гнусные существа, танцевавшие на костях падшего бога. Больше не было брата, который бы защитил. Лишь он один. Несчастный, потерянный. Барахтаясь в пучине этих мыслей, Цинсюань и сам не заметил, как пришел на место. Лишь колючие удары соленого морозного ветра заставили его осознать, где он находится. На берегу Восточного моря, ровно в момент, когда солнце зашло за горизонт. Небо было чистым, но от луны не было и следа. Ши Цинсюань любил безлунные ночи, было больше места для звезд на небосводе. Он даже немного обрадовался, что сегодня именно такое небо, за которым он наблюдал, будучи небожителем все эти столетия. Улыбаясь, он начал подходить все ближе и ближе к обжигающе холодной воде. Восточное море холодное и пожирающее. Волны танцевали на берегу, но когда он начал подходить ближе, Цинсюань готов поклясться, они остановились на мгновение, удивленные его решением зайти в пучину моря. Была некая ирония в их отношениях с водными властелинами. Его брат был Водным Тираном, раньше это были его воды. Он был кошмаром всех торговцев, которые осмеливались переплывать моря без молитвы и подношения. Он потопил столько лодок и кораблей, столько людей… И каким-то образом, Небесный Император не показывал недовольства его поведением. Ши Уду был, мягко говоря, беспощаден. И все же, Ши Цинсюань горячо любил его. Ши Уду заполнял половину его сердца. Убийца его брата тоже был своего рода властителем воды. Черная Вода Погибель Кораблей, также известный как Хэ Сюань, был призраком ранга Бедствие. Он затаил обиду на братьев Ши по одной простой причине — давным-давно, его судьбу поменяли с трагичной судьбой Ши Цинсюаня. Новая судьба глубоко въелась в кости, из-за нее он умер очень молодым. Черновод забрал множество жизней, топил каждый корабль, который смел войти в Черные Воды. И все же, в сердце Ши Цинсюаня вторую половину занимал именно Хэ Сюань. Ему стоило бы себя ненавидеть за это. Ши Уду умер от руки Хэ Сюаня — из-за судьбы, которую Цинсюань даже не хотел. Но вместо ненависти к убийце своего брата, последнему кусочку своей семьи, он мог лишь чувствовать больную привязанность и преданность к Великому Бедствию. В конце концов, Ши Цинсюань был несчастным и раненым молодым человеком, который больше не являлся любимчиком всех Трех миров, а его сердце было отдано его мертвому брату и его убийце. Берег был последним местом его странствий. Он остановился на обрыве над водой, смотря вниз. Эти воды… Теперь это личные владения Хэ Сюаня. Логово Черновода встретило его знакомым шепотом. Но это были не успокаивающие шумы — Цинсюань слышал их гнев. На секунду он задумался, может ли хозяин этих вод узнать о его визите? Он задумался… спасут ли его от смерти, которая вот-вот затянет его в свои объятия. Если б Ши Цинсюань знал, что его конец намного ближе, чем ему казалось. В следующее мгновение он поскользнулся. Под его здоровой ногой, вместо мокрой земли он почувствовал пустоту. Не было времени на подготовку, его тело окутали волны и терзали своими голодными лапами. Над его головой вода сомкнулась. Было темно. Вода была черная, будто на глубине океана, ни лучика солнца. Вместе с темнотой пришел холод — о, Небеса, как же холодно. Сердце Цинсюаня почти остановилось от первого соприкосновения с водой. Он попытался выплыть назад, но это было невозможно. Вода держала его, а затем и подталкивала все ниже. В Логове Черной Воды… все тонет. И Ши Цинсюань не исключение. Последние секунды были далеко не такими спокойными, как описывали люди. В его романтических историях описывалось медленное погружение в ощущение спокойствия в голове, принятие факта смерти. Он в какой-то степени ожидал именно этого. Было бы неплохо, правда? Просто… Тихо, медленно опускаться в темноту, будто во сне. Во сне, в котором он упокоится. Происходящее было совсем не похоже на то, что описывали рассказы. Он понял это в ту же секунду, как его тело активировало режим бей-или-беги. Паника схватила за горло и не отпускала. Ему хотелось кричать. Это было главной ошибкой, потому что в ту же секунду, как он открыл рот в немом крике, холодная вода залилась ему в рот. Как будто ждала случая пробраться ему в легкие, что у нее и получилось. Боль, бесконечная боль в груди, пока он кашлял водой. Вместе с кашлем пришло осознание, что это конец. Вот и все. Он действительно вот-вот умрет здесь. Это… Это то, чего он и хотел, так ведь? Это была его цель, когда он пришел на берег, осознавая, что ждало его в этих водах. Это нормально — бояться? Это ведь нормально — жалеть…? Да ведь…? Но… он уже не может вернуться назад. По этой причине он и выбрал Логово Черновода. Не из-за иронии его смерти в этих водах. Только это море может помочь ему сдержать собственное обещание. Обещание, что он не отступится. Правда в том, что человеческое тело было настоящим проклятием для бывшего бога. Проклятие, с которым он жил каждый день, попрошайничая, один. Как грязное посмешище. Он заслуживает смерти. …И он хотел смерти. Этот мир просто был не для его, так что он… Сделал всем одолжение, что избавил всех от себя. В темноте воды, вдруг проклюнулся лучик света. Это его галлюцинации, верно? Он уже так глубоко, что из-за давления болели уши, голова, а все его тело начало извиваться. Не было и шанса, что это свет. Ему точно кажется. Паника нарастала все больше. Но все же был свет. Крохотная, практически незаметная искра. Несмотря на его недоверие, интерес одержал верх. Из последних сил он открыл глаза на несколько секунд. Чтобы увидеть бледное лицо с широко открытыми, черными, полными ужаса глазами, которые смотрели на него. Ши Цинсюань хотел показать, что все понял. Но… Темнота слишком сильна. Он не был богом Войны, не был героем, не был даже человеком, который желал бы жить. Поэтому в ту же секунду, когда демон перед ним появился, он наконец отпустил свое сознание. Он не почувствовал ни руки, которые обняли его тело, ни подъема из воды. Когда его голова снова коснулась поверхности воды, его темные и мокрые пряди были везде. Рука с длинными, тонкими пальцами убрала волосы с его лица. Под ними была лишь бесконечно холодная кожа. Холодная и… бледная. Бесцветная. Безжизненная. Ши Цинсюань… умер. Он не пришел в себя. Ни когда его положили на берег. Ни когда воздух насильно проталкивали ему в легкие. Никакие действия уже не могли заставить маленькое, холодное сердце забиться снова, Ничего не могло снова вдохнуть жизнь в мертвое бледное лицо Ши Цинсюаня. В Логове Черной Воды… Все тонет. Это место было жадным, как акула, пожирало все, что может. Но всегда оставаясь неудовлетворенным, несмотря на все количество пищи. Иногда, даже Великое Бедствие, Черная Вода Погибель Кораблей, Хэ Сюань… не может вовремя помочь.