Цвет Северяны - Красный

      Олени, как и многие другие коренные расы Эквуса, считают своей исторической родиной северную часть материка. Одним из самых удивительных подтверждений этому является тот факт, что самое древнее из известных поселений олений находилось в двадцати трёх километрах к северу от Вракса, одного из самых крупных ульев чейнджлингов. Этот факт, как и многие другие, способствовал напряжённым отношениям между жуками и оленями, которые не исчезли даже на протяжении многих веков.       И если чейнджлинги расселились на обширных равнинах, болотах и в лесах северо-западного Эквуса, то олени полностью населили горы запада. При этом изначально, как и во многих других случаях, расселение шло вдоль береговой линии. Большинство современных крупных городов выросли из небольших деревень во фьордах. И только вместе с объединением государства во втором году до Изгнания Луны внутренние земли начали медленно заселяться.       И то до сих пор население там крайне малочисленное — единственный крупный город Хирвикаупунки был основан выходцами из Цервуса, поднявшимися вверх по реке. Что уж говорить о транспортной связи данной части страны с остальной. Многие северные порты не имеют железных дорог и связаны с остальной страной только посредством морских перевозок.       Фактически государство разделено на две части: крупные города Вейверфронт, Свенхольм, Хьёртланд, Эндрект и Цервус, а также их окрестности и вся остальная страна. Если в этих городах уровень жизни и развития не сильно отличается от той же Эквестрии (в особенности в самом западном городе, где издревле находится главный порт для торговли с государством пони), то в остальных землях создаётся ощущение, что не было никакой промышленной революции.       Такая дихотомия имеет вполне объективные исторические основания. Долгое время единого государства оленей попросту не существовало. Данная территория представляла собой множество независимых королевств, герцогств и ярлств, расположенных вдоль берегов. Основными занятиями местного населения были торговля и набеги, от которых страдало всё западное побережье земель, которые в будущем стали Эквестрией.       Красноречивее всего о том, насколько их набеги были повсеместны, говорит тот факт, что городок Хейстин, самый западный в южной части Эквестрии, был основан именно оленями. Ну и тот факт, что они добрались до Хиндии под руководством хускарла Хоэфа Дериксона и установили там зону своего права — Дирлаг, весьма показателен. Именно за это олени были известны во всём мире.       Но затем во втором году ДИЛ ярл Хьёртланда Харальд Фэйрентлерс смог объединить Олению под своим твёрдым копытом. Жёстко расправляясь с недовольными ярлами, он смог крепко связать все города между собой в единый организм, роль сосудов в котором играли морские перевозки. И в этот период началось медленное угасание традиций налётов. Сам Харальд не отличался от других правителей своего народа того времени — в национальном музее до сих пор хранится корона герцога Кольтифоалнского, которую он выкрал в самую длинную ночь.       Но уже через сто сорок лет набеги, которые и так шли на спад, были полностью прекращены указом Олафа Фэйрентлерса. И это вызвало недовольство воителей и среднего дворянства, которые, объединённые уже упомянутым Дериксоном, отправились на запад через Панталасский океан. Сам же Олаф заключил с пони договор о дружбе, тем самым закончив эпоху викингов для оленей Эквуса.       В последствии государство оленей развивалось крайне медленно. Осваивались берега до тех пор, пока в районе 433 года ПИЛ около городка Гриллоблатод не случилось столкновение между оленями и чейнджлингами Стылого берега. После него была зафиксирована граница по Стылой реке между владениями наследников Харальда и жуками. Границы же в глубине суши устанавливались медленно, вместе с освоением этих территорий оленями, и окончательно сложились только к 900-м годам.       Индустриализация, пришедшая в Олению только в 952 году ПИЛ, не сильно изменила сложившуюся систему, и именно она породила эту самую дихотомию. В крупных городах появлялись первые фабрики, они соединялись дорогами, но в сельскую местность (если изрезанные холмы и горы Олении можно так назвать) они не проникали. Весьма показательным примером стал город Сакара.       Многие саги викингов связаны именно с этим городом, потому как великие налётчики и путешественники были выходцами как раз отсюда. Но сейчас он известен разве что за уникальную деревянную архитектуру. На окраинах появляются первые фабрики, но этому активно противится местное население, которое возглавляется годаром Аллсьеряарго Юрва, главой местного храма Укко, короля богов.       И это разделение в обществе в итоге и привело к тому, что когда в 1001 году ПИЛ король Алдар II умирает при подозрительных обстоятельствах, власть в стране захватывается его бастардом Йоханом Дьявуленом, а законная наследница Вельвет бежит в Эквестрию. Эти события должны были произойти уже совсем скоро.

***

      — Итак, товарищи, я бы хотела предметно обсудить нашу реакцию на будущие события в Олении и то, что мы делаем за кадром — закончив обсуждение о продолжении налаживания торговых контактов с Новой Скайнавией, сказала Альтидия — Планы есть, они в действие приведены или готовятся к этому, но надо в последний раз всё это обрисовать.       — Главная проблема Олении состоит в том, что слоёв, на которые мы обычно опираемся, в виде рабочих и крестьян, там практически нет — начал Витин — Рабочие, как и фабрики, малочисленны, а крестьянство застряло в прошлом, да ещё и излишне религиозно.       — Тем не менее, несмотря на ситуацию, обозначенную товарищем Витиным — продолжил Серов — стоит заметить, что у нас есть и весомые преимущества: проблемы с транспортной доступностью внутренних районов страны, обширная коррупция и вытекающий из этого успех моих пони — они смогли выкупить достаточно большой пакет акций у многих компаний, в том числе и «Локия».       — Они же вроде занимаются пиломатериалами — с сомнением уточнил Василий — Так ли нужна нам эта компания?       — Разумеется — с несвойственной для него энергией, явно довольный успехами своей службы — Судя по информации из будущего, эта компания начнёт разрабатывать радиотехнику, которая будет отличатся своей прочностью. Инженеры, которых мы туда устроили, уже начинают делать шажки в этом направлении.       — Тогда вопросов нет — кивнул Витин, смотря в свои бумаги.       — Как мне кажется, одной из основных проблем будет тот факт, что законную наследницу престола будет поддерживать, хоть и не так активно, Эквестрия, что сразу придаёт ей дополнительной легитимности — отметил Шумов.       — Да ещё и о Кризалис забывать не надо, она явно навострила свои клыки на приграничные земли — добавил Нестор.       — Думаю, жучиная королева сейчас больше занята подготовкой к свадьбе — покачала головой Альтидия — Как там у нас с этим вопросом обстоят дела?       — Всё в работе, но данные и планы пока разглашать не имею права — отрапортовал Синистер, вернув себе своё привычное холодное выражение лица.       — Добро — кивнула фактическая глава государства — Как там у нас обстоят дела с Куллевро?       — Он и его олени, а также наши агенты сейчас работают в горах, устраивая склады для партизанской деятельности — отчитался Серов — Но сами понимаете, что из-за местных ландшафтов с этим будут определённые проблемы.       — Этот фактор мы тоже учитываем — подтвердила Револьтсова — Товарищ Голд Маффин?       — Адаптация снаряжения под оленей завершена — усмехнулся чейнджлинг — С этим всё было намного проще, чем с теми же бизонами. Уж сколько мы намучились с ними… Мало того, что надо было под их габариты переделать, так ещё и задекорировать их под плоды кустарей. С оленями всё проще, они от нас по пропорциям почти не отличаются.       — Ну тогда хорошо — кивнула Альтидия — В общем, наш план — это затягивание конфликта между Вельвет и Йоханом, чтобы наше партизанское движение усилилось, верно?       — Именно, — ответил Серов — Кроме того, в той истории Йохан смог так быстро укрепить свою власть благодаря тому, что смог склонить на свою сторону годаров, назначив Юрве на должность аллшерьяргоди. Ну, то есть главой местной церкви.       — У тебя, как я понимаю, есть план насчёт этого? — уточнил Витин.       — Верно. Уже около года мои агенты льют ему в уши воду, что Йохан хочет окончательно лишить церковь всех её прав. И, судя по донесениям, делают это весьма успешно.       — То бишь, в итоге, у нас в данном конфликте будет четыре стороны? — уточнила пони — Йохан, Вельвет, Церковь и наши партизаны вместе с СПО.       — Я бы всё-таки не исключал возможности того, что Кризалис под предлогом защиты своих границ может и занять некоторые районы на границе — добавил Шумов.       — Это одна из причин, по которой полноценная гражданская война в Олении нам не нужна — кивнул Серов — Кроме того, в этом случае Эквестрия вполне способна, под предлогом поддержки истинного правителя, вмешаться в этот конфликт. Так что мы рассматриваем грядущие события в Олении как смуту, без официальных боевых действий. Борьба за влияния в регионах, не более.       — Хорошо — кивнула Револьтсова — Тогда можете быть свободны. Товарищ Шумов, останьтесь, нам необходимо составить официальное заявление Северяны по поводу грядущих событий.

***

      — Я, как и все вы, скорблю о том, что наш великий король, мой любимый отец, Алдар Второй, погиб — уже немолодой олень выступал перед столпившимся народом в самом центре земель оленей — Хьёртланде. Для него тот факт, что он обращался к своим подданным как их новый король, был моментом его главного триумфа.       Долгие годы он, сын от любовницы, прозябал в тени любимой дочери отца — Вельвет. Именно она должна была стать правительницей после смерти короля. Но Йохан не собирался мириться с такой судьбой. Древнее кредо его предков — судьбу надо брать в свои копыта, стало для него настоящей мантрой. Именно поэтому в 997 году, когда здоровье его отца начало слабеть, олень начал действовать.       Среди двора его отца было много недовольных нынешней политикой. Кто-то плевался на широкие контакты с Эквестрией, что делали Королевство Оленей частью их сферы. Другие жаловались на ослабление традиционной религии. Третьи были недовольны новым законодательством, что ограничивало их. Всем этим пользовался Йохан, заручаясь поддержкой.       И вот буквально неделю назад его любимый отец скончался. Он не хотел этого делать. Как только пришли известия о том, что он перестал дышать, Йохан тут же распорядился ликвидировать исполнителей. Его дорогая сестра в это время была на встрече с чёртовыми пони в Вейверфронте, так что не успела прибыть в столицу. Он объявил себя королём и заручился поддержкой в риксдаге. Он смог добиться того, о чём мечтал.       — Но я могу пообещать вам, что я продолжу его политику! — со всей страстью в голосе продолжал он — Я сделаю Олению сильной! Мы слишком долго прозябали в прошлом. Время стать новой страной, с которой все вынуждены будут считаться! Даже если кто-то попробует вторгнуться и забрать наши земли, мы дадим ему такой отпор, что он не сможет выдержать.       Всем на площади было очевидно, о ком говорил новый король. Чейнджлинги уже давно претендовали на приграничные территории в глубине страны. И тот факт, что правитель в своей первой речи говорит об этом как об угрозе, с которой необходимо бороться, сразу создавал ему поддержку населения столицы.       Вот только сам Йохан был недоволен. Его идеальный план по полному установлению контроля над Оленией трещал по швам. И всё из-за того, что этот глупый жрец, Юрва, с чего-то взял, что правитель будет ограничивать влияние церкви. Такие идеи для Дьявулена были шоком. Как и любой олень, он был ревностным верующим в старых богов. Одним из факторов, благодаря которому его поддержало высшее дворянство, это недовольство распространением культа аликорнов в стране, на которое закрывал глаза его отец.       Но сейчас Юрва, которого он всерьёз рассматривал назначить главой церкви, хоть и не напрямую, говорил о том, что он не есть истинный король. И это в тот момент, когда от поддержки годаров зависит так много! Король был очень зол, но решил до поры до времени не делать опрометчивых решений. В чём нельзя было отказать Йохану, так это в умении выжидать нужного момента.       — Оления будет сильной! — завершал он свою речь — Я обещаю вам это! Клянусь памятью великого основателя Харальда!

***

      — Я искренне сочувствую тебе, моя дорогая Вельвет — величественная, божественная фигура правительницы Эквестрии сейчас стояла рядом с плачущей оленихой и пыталась её утешить — Алдар был моим дорогим другом, и то, что всё так обернулось, очень тревожит меня.       — Йохан… — прошептала законная наследница короны государства оленей, сплетённой из веток — Как он мог… Как мог мой брат так поступить?       — Он желал власти, моя дорогая — выдохнула Селестия, опустившись рядом с ней — Я видела множество примеров того, как это желание приводит к трагедиям.       — Но ведь он никогда не показывал этого! — выкрикнула олениха, чтобы спустя мгновение снова захлебнуться рыданиями — Я… Я… Я хотела править вместе с ним, как брат и сестра! Вместе мы бы обязательно сделали нашу страну ещё лучше и ещё сильнее!       В глазах аликорна на мгновение отразилась тень, но тут же пропала, когда она провела копытом по рогу Вельвет. Что бы она ни думала о прошлом короле и всей этой ситуации, в данное мгновение она искренне сочувствовала изгнанной принцессе, вспоминая своё далёкое прошлое, когда они с сестрой только прибыли в Эквестрию.       — Похоже, он не любил тебя так же, как ты любила его — выдохнула Селестия — И его желание стать королём пересилило.       — Что же мне делать? — взметнула копыта к небу олениха — Принцесса Селестия, может вы знаете? Я не понимаю, что мне делать дальше… Мой трон украли у меня из-под морды. В страну мне возвращаться опасно. Я даже не знаю, есть ли там кто-то, кто хочет вообще меня видеть…       — Уверяю тебя, моя дорогая, там есть твои сторонники — с явным знанием дела ответила правительница Эквестрии — И они желают видеть тебя на троне.       — Правда? — с надеждой в голосе подняла Вельвет заплаканные глаза на величественную фигуру.       — Да, правда — кивнула Селестия, улыбнувшись — Если ты позволишь, я могу помочь тебе вернуть себе твой законный трон.       — Вы действительно сделаете это ради меня? — осторожно поднялась олениха.       — Да, моя дорогая — улыбнулась правительница — Ради тебя, моего дорогого друга Алдара и всех оленей.       — Тогда что мне надо делать? — успокоившись, с решительностью, свойственной всем оленям, спросила изгнанная принцесса.       — Официально заявить свои права на трон и объявить Йохана узурпатором — в голосе аликорна прозвучала сталь, без которой невозможно было бы управлять государством на протяжении тысячи лет — Мы выпустим это заявление в своих газетах и попробуем передать их в Олению.       — Но разве это не приведёт к гражданской войне? — с ужасом спросила Вельвет — Я не хочу, чтобы мои поданные погибали!       — Не беспокойся, моя дорогая — тут же вернула своему голосу мягкость Селестия — Войны не будет. Просто ты должна будешь переманить как можно больше знать на свою сторону и в нужный момент совершить государственный переворот, вернув себе власть.       — А что будет с братом? — казалось, мгновение, и олениха снова заплачет.       — Это решишь уже ты сама — кивнула правительница — Сможешь ли ты его простить и простит ли его ваш народ.       — Спасибо вам, принцесса — Вельвет, ведомая бесконечной благодарностью к Селестии, склонила перед ней голову.

***

      — Дети мои… — олень с чёрной шерстью, красными рогами и традиционным рисунком годаров выше глаз обращался к пастве с алтаря главного храма Сакары — Мне было даровано ведение. Великий Пеллерво видит, что земли входят в эпоху смуты… Чужаки уже давно пытаются проникнуть на наши земли и навязать свою веру… Наблюдая за сотнями оленей, что собрались на его проповедь, Юрве внутренне улыбался. Сейчас, после смерти старого короля, он был самым влиятельным созданием в землях Порола, Валолахти, Пеураметса и Харлигхамна. Все жители этих земель слушали в первую очередь его, а не этого грязного узурпатора. Старый король не сильно нравился Юрве. Он был слабым, да ещё и никак не ограничивал деятельность верующих в сестёр аликорнов, что, по мнению оленя, было настоящим святотатством. Чтобы на землях, где издревле поклонялись Укко, Пеллерво, Юмала, пришли эти двубожники? Не бывать такому! Но этот бастард… Он хотел забрать земли у церкви и официально принять эту веру! Самое настоящее святотатство и клятвопреступление. Совсем молодой олень, сбежавший из двора, рассказал ему об этом. И общаясь с Йоханом, годар находил всё больше подтверждений его словам.       — На трон сел недостойный олень, что хочет извратить нашу страну — выдохнул он, оглядывая собравшихся перед ним созданий. Они все полностью верны ему. И у него есть влияние на других годаров по всей стране. Вера в старых богов была сильна, несмотря ни на что. Если взять этот шанс…       Понятное дело, не прямо сейчас. Сейчас действовать слишком опасно. Надо выжидать. Узнать, что сделает эта Вельвет. Юрве она не нравилась точно так же, как и узурпатор. Она была сторонницей сближений с Эквестрией. А эту страну пони, которая вынудила его народ отказаться от того, чем олени были известны во всём мире, олень ненавидел.       Но если удастся шанс… Он схватит его копытами и не выпустит. Шанс на то, чтобы вернуть Олении её былую славу. Снова наводить ужас на всех, как и во времена Рике! Ни один берег, ни один крупный город не будет в безопасности от длинных кораблей оленей. Придёт час, и с верфей сойдут новые драккары, не из дерева, а из металла, и не будет моря, где от них можно будет спрятаться.       Такие мысли всегда радовали годара. Но он оставлял их только в своей голове. Никто не должен был знать, что мирный служитель Укко является фанатиком, который хочет восстановить старые традиции набегов. Но рано или поздно наступит этот день. А до той поры Юрве будет вести народ в направлении, которое сам определит. И ни один узурпатор или изгнанная принцесса не смогут ему помешать!

***

      — Донесения из Олении, моя королева — чейнджлинг в форме секретной службы склонился перед правительницей всей их расы.       — Отлично — усмехнулась она и махнула копытом — Можешь ступать прочь.       Когда дверь тронного зала заросла, будто её и не было, королева принялась изучать принесённые бумаги. И они радовали её, заставляя стрекотать крыльями. По всем признакам было ясно, что у этих ничтожных рогатых проблемы и поболее тех, что были у омерзительной Эквестрии.       Глупый король наконец-то сдох, и план по его устранению не пришлось реализовывать. Зато его детишки, как и предполагалось, перессорились между собой. Сынок стал правителем без нормальной поддержки, а дочурка сбежала в Эквестрию лизать копыта этой кобыле Селестии.       Кризалис только и оставалось дождаться, пока случится гражданская война, и по праву защитника населения (с этой фразы она искренне хохотала каждый раз) взять прилагающиеся ей приграничные земли, которые эти глупые рогатые давным-давно заняли. Ну ничего, она умеет ждать и обязательно заберёт их себе.       Ну а пока можно через границу отправить парочку отрядов егерей. Ну и разумеется, жуков надо в столицу отправить. Кто знает, может, вообще короля удастся подменить или кого-нибудь такого же важного. Но сначала нужна долгая разведка, чтобы возможно было идеально скопировать весь характер цели подмены.       Эта глупая Каденс… Королева чейнджлингов была сильно раздражена тем, что ей приходилось притворяться именно этим глупейшим созданием. Но иного выхода для проникновения в Кантерлот у неё не было. Ещё пару месяцев, и она проникнет в столицу Эквестрии. А когда придёт время… Селестия даже не поймёт, что произошло!

***

      — Да где этот запас-то? — недоумевал молодой олень, который в компании с взрослым пробирались по тропкам между горами уже третий день.       — Осталось пройти всего два километра — выдохнул старший в их группе.       — Я не представляю, как мы будем тащить то, что там найдём, обратно в лагерь — недовольно покачал головой младший.       Это была одна из многих групп, которые прятали, находили и перепрятывали запасы вооружения в труднодоступных местах по всем горам центральной Олении. Где-то это были лишь прикопанные ящики с парой винтовок и боезапасом к ним. А вот, например, рядом с небольшим городком Сольгуд, который за свою недоступность был выбран штабом СПО, располагался целый город в пещерах с огромным количеством оружия.       Что-то из этого было контрабандой доставлено из Сталлионграда, что-то куплено на границе с чейнджлингами — коррупция есть практически везде, а что-то украдено со складов армии. Было даже несколько миномётов, но использовать их планировалось только в крайнем случае. Да и вообще, прямые боестолкновения были противопоказаны.       Этому очень сильно удивлялся глава СПО Куллерво Сирола, но приставленный к нему советник из Сталлионграда достаточно доходчиво объяснил ему, что в условиях Олении прямая партизанская война, как это было в других странах, а уж тем более революция будет намного более разрушительной и шансов на её победу очень низкие.       Так что партизаны-социалисты должны были постепенно расширять сферу и территорию своих действий, беря под контроль целые районы страны — местность как раз была для этого очень удачной, и готовиться, что когда придёт время, занять города, провозгласив Республику Олению.       И уже тогда, когда Эквестрия будет отвлечена на другие проблемы (о которых советник не говорил), можно будет брать власть в свои руки, и Сталлионград отправит своих добровольцев. А до этого оставалось ждать, наращивать своё влияние, бороться с влиянием других противоборствующих сил и завоёвывать поддержку населения.

Продолжение следует…