Два Солдата.

      Мстители были на задании. Все, как обычно: им поручили, они выполнили. Летя на одну из баз ГИДРЫ, герои непринужденно разговаривали и шутили, словно не были в джете и не направлялись на опасную миссию. Каждый раз, когда они выполняют эти чёртовы задания, каждый из них может погибнуть. Для каждого это задание может стать последним, и неважно, кто ты. Будь ты первоклассной шпионкой, миллиардером в бронированном костюме или столетним супер-солдатом. Даже если ты подвергся гамма-излучением или был самым метким человеком в мире. Без разницы. Смерть неприхотлива, заберёт и святого, и грешного.       Тони поставил квинджет на автопилот и сейчас сидел с командой на сидениях, размещённых в отсеке для отдыха. Листая что-то в телефоне, он не принимал участия в разговоре, который вели между собой Наташа, Клинт, Стив и Беннер. Обсуждая самые разные темы, друзья отпускали шуточки, пытаясь скрыть за этим волнение. По слухам, на базе находился Зимний Солдат. На его счету были десятки убийств, и ни разу его не поймали. Единственное, что о нем известно, у него была металическая рука.       Стив замолк и почему-то вспомнил Баки. Его лучший друг детства, сержант Барнс, который не раз защищал его от очередного драчуна. Они с детства дружили, вместе гуляли по дворам Бруклина, вместе выросли, делясь друг с другом всеми переживаниями. По началу Стив завидовал Баки из-за его внешности. Высокий, стройный и с этой потрясающей улыбкой он всегда мог соблазнить любую девушку. Стив же казался слабой тенью, которая была самой важной и самой первой для Барнса. Вскоре Стив смирился и забил на эту проблему, ожидая свою вторую половинку, пока его друг менял девушек. Найти подругу сердца каждому не получилось: Баки призвали на войну, а его, Стива, отправили металлолом собирать.       Но вот ему удалось попасть в строй, и начался самый важный момент его жизни. Слабый и болезненный от рождения, Роджерс страдал астмой, потому все тренировки давались ему с трудом, и в душе он был добрейшим человеком. Он всегда хотел помочь, старался делать все для страны. И его выбрали для эксперимента. Вкололи сыворотку, и он стал новым символом. Тогда один из отрядов попал в плен, где оказался Баки. Стив долго упрашивал устроить поход и вызволить товарищей, но, получив отказ, сам пошёл туда, со своей командой.       Он и его команда спасли товарищей из плена, где над его другом ставили эксперименты.       Погруженный в воспоминания Стив нахмурился и вспомнил тот самый поезд, с которого сорвался Баки. На котором погиб его Баки.       Стив слишком хорошо все помнил. Помнил, как сильно полюбил его, когда вырвал из лап германцев. Только тогда он понял, какое чувство он испытывал всю их дружбу.       Они прилетели на базу и начали нападение. Из здания вышел Зимний Солдат, держа в руках огнестрельное оружие. Наташа и Клинт зашли внутрь и направились на поиски архива. Остальные боролись с охраной. Стив напал на Солдата, укрываясь щитом от пуль. Маска и длинные волосы скрывали лицо, но не глаза. Взгляд казался Стиву таким знакомым и одновременно таким чужим. Стив смог снять с него маску, и на Капитана Америку смотрел Баки. Только это был не тот Баки. Не его лучший друг.

***

      Стив резко сел на кровати, все ещё одолеваемый сном. Ему часто снились моменты из прошлого, но этот был впервые. По голой груди катилась капля пота, а руки судорожно сжимали одеяло. Стив боялся снова потерять Баки, но тут же вспомнил, что в соседней комнате спит виновник его снов. Этот случай, с заданием и разоблачением, случился пять лет назад, когда только-только появились Мстители.       Вернуть память Баки смогли только полгода назад, но не до конца. Какие-то моменты он не помнил, и поэтому ему приходилось жить в одной квартире со Стивом. Роджерс настоял на этом, аргументируя тем, что у Баки нет жилья, что тот ничего не знает о новом мире и что так тому будет легче вспомнить все.       Стив встал и вышел на кухню в одних штанах. Из соседней комнаты доносились тихие шорохи и скрип кровати. Стив подошел к раковине и налил воды в стакан. Он сел за стол и попивал воду. Привкус у неё был противный. Допив, он ополоснул стакан и пошёл обратно в свою комнату. Вдруг дверь комнаты Барнса открылась, и оттуда вышел хозяин комнаты в одних трусах и футболке. Бионика загадочно блестела в темноте так же, как и голубые глаза мужчины. Его взгяд скользнул по Стиву, задержался на груди, и в следующую секунду Баки скрылся в туалете.       Стив, взгляд которого был прикован к его ногам, тихо вздохнул и пошёл спать. Когда он лёг под одеяло, услышал звук смывания и два хлопка: один — двери туалета, другой — комнаты. Квартира погрузилась в тишину.       На утро Стив проснулся и стал собираться на пробежку. Выходил он на пробежку в четыре утра, а возвращался в семь. Всегда, когда он просыпался, Барнс спал или делал вид, что спит. Проделав утренние процедуры, Стив оделся и вышел на улицу. Только он отошёл на пару метров от дома, как вспомнил, что забыл бутылку с водой на кухне. Он поднялся и тихо проскользнул в квартиру. Ни издав и звука, Стив зашёл на кухню и увидел Баки, который так же был в одной футболке и трусах. Барнс стоял спиной к мужчине, поэтому Стив мог разглядывать ноги и пятую точку друга. Мышцы на ногах, казалось, были напряжены, но на самом деле это было не так. Стив с наслаждением рассматривал ягодицы Солдата, желая их потрогать. После он перевёл вгляд на волосы Баки, а тот обернулся, почувствовав чей-то взгляд на себе.       Глаза Барнса распахнулись, и он рассерженным голосом спросил:       — Что ты здесь делаешь?!       — За водой пришёл, — Стив прошёл к раковине, а Баки отскочил за стол, чтобы не было видно его низа. — Ты меня избегаешь, Бак?       — Нет.       — А почему тогда встал сразу, как я ушёл?       — Потому что.       — Баки…       — Что?! Зачем ты делаешь вот это все? Зачем помогаешь чудовищу?       — Никакое ты не чудовище, — Стив сделал шаг в сторону друга, но тот в мгновение ока скрылся в своей комнате. Стив тяжело выдохнул и понял, что сегодня его друг не готов поговорить. Мужчина взял бутылку и пошёл на пробежку.       Когда Баки скрылся в спальне, то тут же надел штаны и сел на кровать, откинув голову на стену. Его кровать была гораздо меньше, чем у Стива. У Стива могло спокойно поместиться два человека. Баки очень нравилось все, что происходит между ним и Стивом, но эти едва заметные поцелуи и постоянные касания очень напрягали Барнса. Он все не мог привыкнуть к тому, что он кому-то нужен. Он не воспринимал всерьез все эти проявления внимания со стороны Стива, веря в то, что это только для того, чтобы он все вспомнил. Джеймса постоянно мучали мысли о том, что он балласт для Стива, что он возиться с ним только из-за старой дружбы и что, как только он все вспомнит, так сразу останется один.       Взвесив все «за» и «против», Баки достал сумку и собрал все свои вещи, которых было не очень много. Совсем недавно он присмотрел себе маленькую квартирку и купил её. Работая на ЩИТ, он получал регулярную заработную плату. Откладывая, Баки смог накопить сумму, которой хватило бы на несколько месяцев, если его вдруг оставят без зарплаты. Он проверил все документы, деньги, вещи и вышел из комнаты. Подошёл к холодильнику и взял некоторые продукты.       Баки накинул кофту, капюшон и вышел из квартиры. Воровато оглянувшись, Баки пошёл по дороге, постоянно оглядываясь, но делая это с такой профессиональностью, что любой шпион и спецназовец позавидует.       Он шёл и убеждал себя, что делает все правильно, что Стиву будет лучше без него. Каждый раз Баки сдерживал себя, когда видел капитана. Сколько раз он хотел прижать Стива к себе и впиться в его губы. Сколько раз он отдергивал себя, сколько раз он дергался от его прикосновений. Каждое касание, каждый поцелуй на шее, каждое дыхание отзывалось волной мурашек и страхом, что сейчас будет больно. Поэтому он каждый раз убегал от Стива.       Баки ненавидел свое прошлое. Ненавидел ГИДРУ, ненавидел себя. За то, что он причинил боль Стиву, за свою левую руку, за то, что он убивал невинных, и за то, что не мог принять тот факт, что нужен кому-то. Нет, он чудовище, изверг, убийца, он не мог быть нужным кому-то. Нет, это звучит как плохая шутка. Как очень плохая шутка.       Вдруг сильные руки схватили его и прислонили к стене в одном переулке. Это оказался Стив. Он одной рукой зажимал ему рот, а другой нажимал на его грудь. Барнс смотрел на него зло и безнадёжно, ведь знал, что от самого Капитана Америки не так просто слинять.       — Куда собрался? — буднично спросил Стив. Он убрал руку с его рта и переместил её на его металическое плечо.       — Тебе какая разница?!       — Я твой друг, а ты мой друг. А друзья должны многое знать друг о друге.       — Да пошёл ты! — разьяренно прошипел Баки, стараясь этим тоном показать ему свою неприязнь. Но глаза выдавали его, и Стив только хмыкнул.       — Пойду, но только с тобой.       Баки нахмурился и постарался вырваться, но Стив еще сильнее его прижал, и их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. В левой руке Баки держал сумку, а правая касалась стены, стараясь избегать тела Стива. Ему очень нравилось, что Стив касался его груди, но в то же время приносило неимоверную боль, ведь это только ради того, чтобы вернуть память.       — Повторюсь: куда собрался? — вывел из мыслей голос Стива.       — От тебя подальше, — старался как можно пренебрежительней сказать Баки, но Стива это совершенно не тронуло. Его это наоборот только забавило.       — Можешь даже не стараться, я все равно знаю, что ты не зол на меня, — Стив сказал это прямо в губы Баки, едва касаясь их. Он тонул в этих голубых глазах беглеца, его ледяном взгляде. Баки не мог ни пошевелиться, ни ответить, парализованый этим действием. Стив же продолжил издевку.       Его рука сжала правую грудь Барнса, а вторая поползла вниз, останавливаясь на самых нижних кубиках пресса. Стив чуть нагнулся и начал покрывать его шею поцелуями.       — Что ты делаешь?       — Хочу трахнуть тебя, — прошептал на ухо Стив, отчего по телу Баки прошла горячая волна мурашек, а пах напрягся.       — Но здесь люди.       — Не вижу в этом проблемы.       Правая рука Стива соскользнула с пресса и с силой сжала пах Баки, отчего последний застонал, попытавшись проглотить этот стон.       — Либо мы сейчас идём домой, либо я тебя трахну прямо здесь.       — Хорошо.       Стив напоследок укусил мочку уха Баки и зализал выступившую кровь. Идя в сторону дома, Стив не убирал руки с плеча Барнса. Шли молча, каждый был погружен в свои мысли.       Джеймс не мог прийти в себя после того, что случилось в закоулке. Теперь он понял, что все, что делал для него Стив, было намёками на его чувства. А он, дурак, этого не понимал.       Когда они зашли в квартиру, Баки сразу же зашёл в свою комнату, закрывая за собой дверь. Стив снова решил, что он от него сбегают, и поэтому без разрешения зашёл к нему в спальню. Посреди комнаты стоял Баки, без кофты, без футболки, в одних джинсах. Он уставился на Стива, держа в руках футболку. Роджерс, не скрываясь, изучал тело друга, чувствуя, как напрягся его пах и стало приятно покалывать кончики пальцев.       — Мне уже переодеться нельзя? — Баки отвернулся и бросил футболку на стул, после чего отошёл к окну. — Ты что-то хотел спросить, раз заставил меня вернуться?       — Да. — Стив подошел к нему со спины и продолжил: — Почему ты меня избегаешь? Что я тебе сделал?       — Ты-то тут при чем, дурак. Дело во мне. Я балласт, который тяготит тебя, но ты не можешь меня бросить, ведь я твой друг. Но ты уже давно не считаешь меня другом. Даже тогда, когда ты впервые поцеловал меня, сразу как только нашёл у немцев в плену, ты не считал меня своим другом. Сейчас тем более. Я чудовище и не достоин тебя, поэтому просто прошу, оставь меня. Просто скажи, что все, что происходит, между нами только для галочки. Не надо врать мне.       — Я не вру. Да, тогда, в сороковые, я не считал тебя другом. Я считал тебя самым дорогим и любимым человеком на земле, — на это Баки только хмыкнул и опустил голову. Его руки упирались о подоконник, а спина чуть сгорбиламь.       Стив обнял его со спины, прижимаясь всем телом. Зад Баки упирался ровно в пах Стива. Мужчина полностью обнимал Барнса и снова стал целовать шею любимого. Его член встал и упирался в Баки, отчего тот зарычал. Стив опускался дальше, изучая губами спину друга. Тот вздрогнул и пришипел:       — Что ты делаешь? — он расцепил его руки и повернулся к Стиву, едва сжимая его горло металической рукой. — Что ты опять делаешь?!       — Я люблю тебя, Баки. Как ты этого не понимаешь?       — Ты любишь чудовище. Найди себе лучшего.       — Мне никто не нужен, кроме тебя, пойми ты уже. Мне нужен ТЫ.       Стив сделал акцент на последнем слове и с нежностью посмотрел на Баки. Баки сщурил глаза и таким разбитым голосом спросил:       — Правда?       — Правда.       Баки разжал руку, но не убрал, зарываясь ею в волосы. Он положил живую руку на талию Стива и поцеловал его, прижимая к себе. Он сминал его губы, раздвигал, проникал языком в его рот и снова вылизывал красные губы Стива. Роджерс не был против, он наоборот ответил, гуляя руками по его торсу. Когда воздух закончился, Баки прикусил верхнюю губу Стива и сразу зализал её. Баки смотрел в его глаза, стараясь передать все те чувства, что наполняли его. Всю любовь и нежность, что копились долгие годы в нем.       — Так все-таки любишь?       — Люблю, — сказал Баки и начал стягивать с него футболку.       Кровать Барнса была маленькой, поэтому они перебрались в комнату Стива. Прижав того к стене, Баки начал осыпать его губы, шею и грудь поцелуями. Стив тихонько стонал, когда чувствовал горячие губы на своём теле. Резко оторвав Барнса от себя, Стив уложил его на кровать, нависая сверху. Несколько секунд, и Роджерс целовал его губы, переплетаясь языками и глотая стоны партнёра. Его рот перебрался ниже и стал оставлять следы от укусов на шее. Как Стив любил его шею. А главное: шея была слабым местом Баки, поэтому сейчас тот громко стонал, сжимая одной рукой простынь, а другой волосы Стива на затылке.       Стив словно с цепи сорвался, оставляя засосы, и все сильнее и сильнее его кусал, зализывал ранки и вылизывал его самые чувствительные части. Как же долго он этого ждал. Слишком долго он сдерживал себя, поэтому сейчас его руки уже растегивали ремень и переходили к ширинке. Джинсы полетели на пол, обнажая последнюю вещь, которая мешала остаться Баки абсолютно голым. Стив поднял лицо к лицу Баки и оставил лёгкий поцелуй на кончике носа. Баки взял его лицо в свои руки и накрыл его губы своими. Жадный, долгий поцелуй заменял тысячи слов, тысячи касаний и слез.       Баки резко дернулся и перевернулся, подминая его под себя. Продолжая изучать рот другого, Баки сдернул со Стива штаны вместе с трусами. Вставший член касался его задницы, заставляя того тихо скулить и просить о самом желанном. Стив одним движением разорвал трусы возлюбленного и бросил их в сторону. Его губы поползли вниз, оставляя за собой мокрую дорожку и дикие стоны Баки. Его язык начал обсасывать сосок на груди и оставлять засос за засосом. Вся шея и ключицы Барнса покрывали фиолетовые следы и красные рубцы. Дальше пошёл пресс. Находясь под Баки, Роджерс двигался вниз, спускаясь ближе к члену Джеймса, который он начал сжимать рукой. Тихий рык и сильный толчок говорили о желании. О сильнейшем желании. Губы Стива касались каждого кубика на его прессе, каждой впадины.       Стив сполз еще ниже и кончиком языка лизнул головку полового органа Баки.       — Стив… пожалуйста… — взмолился Баки, продолжая стонать.       — С удовольствием, — Стив взял в рот его член и начал посасывать, беря в рот все больше и больше. Он кусал его кожу, стараясь это делать нежно и невесомо. Член Баки уже увеличился во рту Стива, но тот только углублялся, взяв в рот всю длину.       Баки стоял на коленях, упираясь руками о матрас, а между его ног на кровати лежал Стив и сосал так прекрасно, что Баки уже чуть осип от стонов. Он слегка двигался бедрами, устанавливая ритм, долбясь в глотку друга. Когда он укусил одно из его яиц, после чего облизал, Баки не сдержался и кончил ему в рот. До его слуха донеслось, как Стив все проглотил и поднялся к лицу Баки. Тот так и оставался в том же положении. Его волосы спадали вниз, закрывая лицо. Полуприкрытый рот, безумный, томный взгляд, часто поднимающаяся грудь — все это было прекрасно в Барнсе. Стив убрал за уши мешающие волосы и провел по небритой скуле рукой. Взгляд Баки стал осознаным, и тот схватил Стива за ягодицы и, переворачивать, усадил себе на живот. Его руки ласкали бёдра, переходя на пресс и грудь, спускаясь по рукам и снова опускаясь на бёдра. Он взял в руку его член и начал тихонько скользить по нему рукой.       — Ну же, Баки. Не затягивай.       Поняв, чего от него просят, Баки приподнял пятую точку Стива и резко посадил его, вонзая свой уже возбужденный член в него. Он быстро двигался внутри Стива и, когда тот начал прыгать на Джеймсе, стал готовиться к выбросу. Стив громко стонал, издавал такие звуки, которые ещё никто не слышал. Баки на минуту разорвал слияние, на что Стив начал просить о новой близости. Стив снова оказался под ним, и, когда Баки засасывал кожу под самым ухом партнёра, снова начал трахать его. Стив простонал прямо в ухо Джеймса, отчего по его телу прошла волна мурашек, и он только ускорил темп.       После того, как они кончили, они устало упали на кровать, обнимаясь. Пытаясь отдышаться, они смотрели в глаза, щекоча своим дыханием лица друг друга. Их губы снова слились в поцелуе, которому никто и ничто не помешает. Двое влюблённых, два друга, два Солдата.