Любовь со второго взгляда

Наташа была старше Лены на 4 года, и поначалу невзлюбила свою сводную сестру, ведь та была дочерью нового мужа ее мамы. Поначалу у них были постоянно мелкие ссоры, стычки. А потом, когда их родители иммигрировали в Америку, пришлось быстро переобуться и пересмотреть отношение к сестре. Разглядев в Лене человека, она перестала ее считать персональным наказанием и стала защищать сестру. А вот с отчимом отношения так и не сложились. А вот Лена, наоборот, подружилась с мамой Наташи, и даже звала ее мамой, в то время как Наташа звала отчима только дядя Джордж и никак иначе. На самом деле его звали Георгий, но так как они долгое время жили в Америке, то он стал просить называть себя на американский манер. После смерти дяди Джорджа мама Наташи вернулась на Родину, а вот Лена и Наташа остались в Америке — они обе на тот момент учились в колледжах. Единственное, что объединяло девочек — их мечта помогать людям. Правда, они выбрали для этого разные стези. Наташа предпочла стать офицером полиции, а сестра — хирургом. Во всем остальном сестры были вообще не похожи. Лена была жаворонком, Наташа — совой. И даже акценты разные. Наташа, будучи старше, озаботилась и избавилась от русского акцента, а вот Лена не стала. Ее и так все устраивало. Ее ведь понимали? А раз так, чего напрягаться? И в отношении парней у девушек были разные взгляды. Наташа не пыталась держаться за кого-то одного. Считала, что жизнь одна и надо от неё брать всё. А вот Лена ждала того самого. Но тут она ошиблась. А ведь сестра ее отговаривала, когда узнала, что сестра собирается за Стрэнджа выходить. — Он тебя намного старше. К тому же, я наводила справки — он встречался с Кристин Палмер и быстро с ней разошелся. Где гарантии, что он не захочет расстаться и с тобой? Поиграется и бросит? Ведь ты ему чуть ли не в рот заглядываешь — тешишь его эго. Лена всегда отмахивалась, но, когда они снова встретились после развода младшей девушки, и Наташа спросила: «Кто ты и что сделала с моей сестрой?» и та ответила с грустью: — Ты была права, он сломал меня. Наташа обняла сестру и позволила ей тогда поплакать на плече. Рассказала о своих неудачных за последние несколько лет отношениях. Она, в отличие от младшенькой, еще ни разу не побывала замужем. Намекала, что хочет кольцо на пальчик, намекала. Но ее партнеры после таких намеков быстро сливались. Зато обрела друга и коллегу. Брюс был ей и жилеткой, и советчиком. И вот прошедшей ночью она познакомилась впервые с мужчиной, который подходил ей как никто другой. И вот она пришла к сестре рассказать, что наконец, ей повернулась удача. Но сестра предпочла отложить разговор на утро. Что ж, до утра Наташа потерпит.

***

Утром, проснувшись от головной боли, Наташа встала с кровати, быстро приняла душ и пошла на кухню. Сестры в квартире не было, но зато на столе лежал стакан с водой, рядом на блюдце лежала таблетка, а рядом с ней – бумажка с написанными по-русски словами: «Выпей меня». Наташа приняла таблетку, а после направилась к кофе-машине, включила её и спустя пять минут уже пила свой напиток. Для неё это уже был ритуал — в тишине сидеть и пить кофе. Это был такой кайф для неё. Лена вернулась в квартиру, когда Наташа уже пила вторую порцию. — Доброе утро! — Доброе, — кивнула Лена и стала раскладывать продукты в холодильник. — А на завтрак что-нибудь будет? — поинтересовалась Наташа. — Я заглядывала в холодильник, а там мышь повесилась. — Как видишь, я поэтому и сходила в магазин, — разгрузив продукты в холодильник, Лена оставила на столе только хлопья и молоко. — Вот, думаю, залить хлопья молоком тебе будет несложно. Наташа закатила глаза. — Чего ты такая бука с утра? Не хочешь готовить, так и скажи. — Не хочу, — подтвердила Лена, скрестив руки на груди, — лучше расскажи, зачем ты ко мне примчалась пьяная в четыре утра. Наташа допила кофе, встала, сполоснула чашку водой. — Мне уже некогда, на работу надо. А то Фулл взбучку даст. Если тебе интересно, ради чего я пришла к тебе, то приходи на ланч рядом с полицейским участком. Там и расскажу. Пока. Наташа, нацепив лодочки и накинув куртку поверх вчерашней одежды, помахала рукой и ушла, захлопнув дверь. Лена же чувствовала себя препаршиво. Вроде она действительно соскучилась по сестре, но иногда просыпавшееся в ней шкодное настроение её бесило. Она понимала, что повела себя неправильно. Просто ей хотелось хоть чуть-чуть отомстить сестре за раннее появление. У самой Лены в школе сейчас летние каникулы, поэтому ей на работу не надо. А посему она вспомнила, как раньше в такие же летние денечки она в больнице оказывала людям помощь. Это не могло не испортить настроение. Чтобы хоть как-то исправить положение, она решила-таки прийти к сестре на ланч, чтобы пообщаться. Ведь не стала же та препираться с ней в такую рань, только чтобы пожаловаться на придурка Фулла. — Куда-то собираешься? — спросил Брюс. — Да, с сестрой на ланч иду, — кивнула Наташа, взяв с собой только сумку с кошельком. — Ты же обещала, что со мной сходишь, типа, поговорим? — Брюс, прости, с тобой я если что смогу и завтра во время ланча поболтать, а вот с сестрой такое случается редко. Так что пользуюсь случаем! Она мило улыбнулась и ушла. На время ланча Наташа пришла в кафе, которое они часто посещали вместе, спустя тридцать минут от начала ланча. — Привет! — Наташа явно обрадовалась появлению сестры. Она плюхнулась на свой стул и, махнув официантке, заказала овощной салат и кофе. — Привет, — ответила Лена, — она уже битые полчаса потягивала чай. Рассказывай, ради чего ты меня звала. — Помнишь, я вчера после неудачной смены пошла в бар, посчитав, что заслужила послабление после идиотских требований начальника? — Ну? — Так вот, я туда вошла и прямиком направилась в туалет, чтобы привести себя в порядок, смыла красную помаду, переодела платье, чтобы выглядеть более пристойно, а то едва оказавшись внутри, мужчины начали свистеть. Мне это не понравилось, поэтому, вернувшись в зал, я направилась прямиком к стойке, рядом с парнем, и заказала мартини. Мне нужен был кто-то для прикрытия, чтобы пьяные придурки не стали ко мне приставать. И я сразу обратилась к парню рядом: «Простите?». Мужчина поднял на меня взгляд: «Да?». И я, кивнув в сторону недавно свистевших мне вслед парней, попросила: «Помогите мне. Вот там мужчины хотят пристать ко мне, но я не ищу себе свиданку на ночь. Притворитесь моим парнем, пожалуйста». Он оценил меня взглядом и ответил: «Ладно, если только вы не будете приставать». Я закивала: «Конечно». Мне принесли мартини, я его потягивала, время от времени поглядывая на своего соседа. Потом попросила еще мартини и спросила его: — А чего вы тут грустите? Вы не похожи на здешних завсегдатаев. Он ответил: — А как вы отличаете, кто тут завсегдатай, а кто мимоходом оказался? В этот момент официантка поставила перед Наташей тарелку с салатом и кофе. — И что ты ответила? — напомнила о себе Лена, как только официантка скрылась из виду. Наташа как раз взяла в руки вилку и нож и попросила: — Подожди, пожалуйста, сейчас утолю голод, и продолжу. Лена кивнула, и Наташа, быстро орудуя вилкой, начала жевать. Как только первый голод был утолен, она спросила: — Так, на чем я прервалась? — Ты спросила парня, завсегдатай он или нет, а он спросил, как ты это определяешь. — Ах да, я ему ответила, что профессия обязывает. Он, конечно же, спросил, кто я по профессии, ну я и обронила: «Офицер полиции». — И он не поверил, — поняла Лена. — Да, но я выудила значок, так, чтобы кроме него никто не видел. Он кивнул и извинился. Я сказала ему, мол, ничего. Люди зачастую не верят, что общаются с полицейским, пока не видят значок. Ведь если значок показывается, значит, что-то случилось. Так вот, после он поинтересовался, чего офицер полиции забыл в баре ночью, ведь сегодня далеко не вечер пятницы и даже не суббота. Я ему сказала, что после глупых поручений начальства имею право себя немного порадовать. Дальше мы сидели молча. Я еще заказала мартини и попросила поделиться мучившими его голову думами. Он, пусть и нехотя, но рассказал. Его зовут Клинт Бартон, он бывший военный, сейчас в отставке, и он пришел в бар напиться, потому что поссорился с другом. Я попросила подробнее рассказать, ну и он объяснил, что друг страдает от несчастной любви. Мол, уже семь лет прошло, а он продолжает страдать. Он на Баки — так зовут его друга — сегодня сорвался, когда, пытаясь его вытащить погулять, застал друга, сидевшего на полу в гостиной, обложившись фотографиями своей погибшей возлюбленной. Наорал на него, сказал, что не будет с ним общаться больше, потому что не хочет больше смотреть на страдания друга. И теперь сидит, напивается, ведь бросать его не хочет. — Ого, — выдохнула Лена. — Ага, — кивнула Наташа, — мне это кое-кого напоминает. — Что? — возмутилась Лена, — я не страдала над фотографиями бывшего! — Ага, только, когда видела газеты с ним, покупала их и читала. — Только чтобы узнать, кто его снова обошел в его стремлениях стать самым лучшим нейрохирургом. — И чтобы узнать о его новых пассиях. — Да… стой, не надо меня подлавливать! — Ты все еще любишь Стивена Стрэнджа? — Нет, — немного подумав, ответила Лена, — я его любила, да. Но после всех совершенных им поступков не хочу его видеть. — Я думаю, что тебе бы пошел на пользу новый роман. — Что? Никаких больше романов. Хватит! — А что в этом такого? — спросила Наташа, недовольно взглянув на сестру. Лена закатила глаза и продолжила: — Сейчас дорасскажу, и ты поймешь мои мысли. Мы с Клинтом немного поговорили, я ему рассказала о твоих злоключениях с бывшим мужем, и меня осенила идея: а что, если мы вас познакомим, и у вас заведется роман? — Видя, что Лена хочет возразить, Наташа поспешила закончить мысль. — Ты послушай, прежде чем возражать. Он так же, как и ты, очень любил свою женщину и по сей день страдает. А что, если новый роман, не обязательно перешедший в брак, поможет ему снова ощутить опору под ногами? Лена смерила сестру очень выразительным взглядом: «А-ля я тебя прибью». — Ну, ты сама посмотри на себя? Ты же была всегда такой жизнерадостной, а сейчас от прежней тебя остались лишь фотографии. У него также. По словам Клинта, Баки до знакомства со своей девушкой был любвеобильным, очень романтичным, а теперь сам не свой. Так вот, я предложила нам вчетвером встретиться в том же баре, вы познакомитесь. Если вы друг другу не понравитесь, никто не собирается вас заставлять жениться друг на друге. Наташа взглянула на часы. — Блин, я опаздываю, — быстро выпив остывший кофе, поднялась и, глядя сестре в глаза, сказала: — Ты, пожалуйста, подумай. Если что, встреча назначена на завтра. Я пошла. Смс с местом встречи напишу завтра утром. Пока. Наташа, бросив деньги за перекус, быстро ушла, оставив сестру грустить за столом. Вошла в свой отдел быстро, и там ее поймала за руку Элизабет Росс. — Чего тебе? — спросила Наташа. — Я хочу успеть занять свой стол до того, как нагрянет Фулл. — Хватит издеваться над Брюсом! — Чего? — не поняла Наташа. — Ты меня слышала, — прошипела Элизабет. — Он за тобой ходит хвостиком, а ты только и можешь, что вертеть им, как тебе хочется... — Брюс — мой друг и коллега, — отчеканила Наташа, — так что я не понимаю твоих претензий! — Все-то ты понимаешь! — прошипела Элизабет. — Он на тебя чуть ли не молится, а ты не даешь ему понять, что между вами ничего не будет никогда! — Мы с тобой об одном Брюсе говорим? — уточнила Наташа. — Потому что тот Брюс, которого я знаю, весьма умный человек, хороший друг и... — Да очнись уже! — шикнула Элизабет. — Весь отдел только и говорит о том, что с тех пор как Брюс перевелся из нашего подразделения в другой, бедный парень уже смотреть не может на твоих ухажеров и ждет, пока ты обратишь на него внимание. Наташа открыла рот, чтобы возразить, но так ничего и не сказала. Она думала, что Брюс перевелся в другой отдел, чтобы больше с Фуллом не общаться. А тут выходит что..? — Тебе какое дело до него? — наконец спросила Наташа. — Я его люблю, но у меня и шанса нет, пока он верит — надеется, что ты обратишь на него внимание. — И об этом тоже весь полицейский участок знает? — Это правда, — из-за ширмы выглянула Кэрол. — Все в курсе об этом треугольнике: Брюс Беннер, сохнущий по Наташе Романофф, и бедная Бетти Росс, надеющаяся, что благодаря помощи ее отца в переводе Брюса в другой отдел, наконец обратит на нее внимание. — Ладно, я поговорю с Брюсом. *** После смены Наташа стала собираться на выход, ей пришла смс от Клинта: «Жду тебя через полчаса во вчерашнем баре. Ты придешь?» Наташа улыбнулась и набрала: «Уже выхожу, буду в течение получаса». — Чего улыбаешься? Наташа подняла голову. Брюс заглянул к ней в помещение. Остальные коллеги уже ушли. — Да так... — ответила Наташа, и убрав мобильник в сумочку. Выключив компьютер, она повесила сумочку на плечо и пошла на выход. Брюс к ней присоединился. — Как день прошел? Фулл не очень ругался? — Конечно, он не мог мне не вынести мозг, потому что из-за прицепившейся «Бетти» я опоздала, и он меня при всех отчитывал как маленькую девочку. — Бетти? — Элизабет Росс. Она еще сохнет по тебе. Брюс сначала замер, а потом покраснел. — Что она тебе сказала? — Чтобы я отпустила тебя с короткого поводка, ведь ты безумно влюблен в меня. И об этом знает весь наш участок, кроме меня. — Правда? Об этом говорят? Наташа хмыкнула и остановилась, посмотрев Брюсу в глаза. Тот тоже замер и сквозь очки смотрел на нее несколько боязненно. — Правда. Брюс опустил взгляд. — Значит, это правда. И ты в меня влюблен? Брюс кивнул. — Почему я об этом узнаю от Бетти, а не от тебя лично? Брюс пожал плечами. — Я надеялся, что ты когда-нибудь нагуляешься и обратишь внимание на того, кто всегда рядом... Наташа погрустнела на глазах. — Брюс, ты прости, конечно, но ты для меня всегда был, есть и будешь хорошим другом. Брюс грустно улыбнулся. — Почему-то я думал, что ты так скажешь... Наташа тоже улыбнулась. — Ты меня хорошо знаешь. — Значит, у меня шансы нулевые? Наташа кивнула. — К сожалению. Лучше своди на свидание Бетти. Она вроде не такая и плохая. Вон как тебя защищала. Брюс покачал головой. — Не-е-е, она не в моем вкусе. Наташа хмыкнула. — Ну, как знаешь... Я уже пойду, меня ждут... — Очередной ухажер на пару раз? Наташа пожала плечами, как раньше Брюс. — Посмотрим, я надеюсь, что на этот раз это тот, кто мне нужен. — Удачи с ним. Если он разобьет тебе сердце, я ему морду разобью. — Брось, Брюс... Это не твой стиль. Ты больше по переговорам... — Люди меняются, — красноречиво ответил Брюс. — Увидим, до завтра! — Пока.