Неожиданный гость

Лондон 1980 год. Погода бушует уже как несколько дней, длинные улицы залиты проливным дождём, лишь изредка можно увидеть как по ним мчаться перегруженые повозки или кэбы. От их колес капли дождя разливается в разные стороны, и попадают прямо под двери одного из домов на Бэкер-стрит. Там глухо горит свет, создавая иллюзию тепла и уюта, что сейчас было не характерно. С одним из кресел, где сидели двое, стоял ярко растопленный камин, второе же кресло пустовало. Было тихо, возможно потому что ситуация была неловкой, или же потому, что было бы ещё хуже, находясь здесь хозяйка. Она была так взволнована грядущей встречей с роднёй, что уехала за день до назначеного. Впрочем, это к лучшему, ведь нельзя было бы описать её шок когда на пороге стояла крыса, с широким зонтом. Скорее, следовало бы описать замешательство детектива, но и на это у него не было сил. Сейчас крыс комфортно усидал в кресле, пока на его коленях мирно сидел мышонок. Очень необычная картина, неправда ли? -О мой дорогой, я впервые вижу такие огромные синяки под глазами. В последнее время я весьма тобой обеспокоен. -приговаривал Рэтиган, поглаживая Бэзила по совсем худым ногам. С его стороны последовал тяжелый вздох. -Напомни-ка мне, - спрашивал детектив потирая переносицу - зачем ты сюда явился? -С моей стороны было крайне невежливо так врываться, но, право, в этом есть свои причины. И проведя взглядом в глаза Бэзила он надеялся вызвать хоть что-то, раздражение или замешательство, но этого не было. И вздохнув, он продолжил свою речь: -В последнее время, скорее в моменты моих преступлений, показывалась лишь полиция. Свора этих дураков так громыхает, что мои подчинённые без особых усилий ускользают. Это не единичный случай, я даже тебе на почту отправлял подробности своего следующего плана, в надежде что ты покажешься, но увы. -Поэтому ты заявился ко мне? Из за того что мне нет дела, ты сам решил прийти ко мне? -одна из бровей Бэзила изогнулась в недопонимании, но его лицо не вырожало ничего. Рэтиган хорошо мог читать его мысли, следить за эмоциями, но не в этом случае. Даже в таком положение , в котором они сейчас, Бэзил оставался крайне отстраненным. С недавних пор его мозг требовал перезагрузки, эмоции наплывали одна за другой, голова трещали по швам. Эту боль нельзя было ни с чем сравнить. Уже который день детектив мучался от этих интенсивностей, они парализовали мозг, не давали думать. А со сном дела были еще хуже, глаза плотно замыкались, но сознание не покидало его, лишь продолжало больно бить в виски. Сейчас Бэзил больше походил на мертвеца, глаза стали темно серыми, тело будто вата, добавить воды и точно развалится. Хвост больше не покачивался, или не шустро двигался из стороны в сторону от разгадки очередного преступления, сейчас он легко плёлся за своим обладателем. И все эти изменения не могли ускользнуть от хитрых глаз Рэтигана. -Знаешь... Тебя не было так долго что я уже намеревался зайти к тебе, но вот незадача, на твоё место пришел какой-то сопляк, и пока я думал куда его лучше приструнить он во весь голос рассказывал что поймает меня и моим злодеяниях придет конец. В какой то момент я даже подумал что вы с ним похожи... Но, в отличие от него, твоему появлению в логове я буду очень рад. Даже не представляешь какой азарт я испытываю когда понимаю что ты вновь разрушил всё, и это всё я отстаивают заново, лишь бы вновь ощутить чувство которое пробуждаешь во мне ты. Ровным и четкими голосом излагал свои слова Рэтиган, он наслаждался моментом, именно тем что сейчас Бэзил в его руках. Он сидит на его коленях и его голова по немногу наклоняется к широкой груди. Сон наваливается незаметно. Сам мышонок не знает ответа на все вопросы, но с появлением крысы, ему стало в какой-то степени спокойнее, головной зуд по немногу уменьшался и мысли наполнялись приятной безмятежностью. -Знаешь Рэтиган...я тебя...на дух не переношу. -это были последние приглушенные слова детектива перед тем как он наконец-то погрузился в спокойных сон. -Знаю милый, очень хорошо знаю. - последовал хитрый смешок, и крыс, утопая в приятных объятиях Бэзила, сам не сообразил как уснул.