Снова

Снова. Снова он идёт в ванну и запирается там. Снова набирает в неё ледяную воду. Снова погружается в неё, не раздевшись. Да и раздеваться ему не надо. И всё это повторяется раз за разом. Каждый раз, когда тревожность берёт вверх, не желая отпускать. Лежит неподвижно, полностью погрузившись в свои мысли. Старается не думать о смерти. Получается. Ледяная вода отлично справляется с этой целью. Даже если надо пролежать так больше часа. Лежит пока не перестанет чувствовать собственные пальцы от холода. Хотя... Даже это не может вытащить его из ванны. Пока тревога совсем не отступит — надо лежать. Несколько раз в день погружаться в ледяную воду не очень то и хочется. Он будто выпадает из реальности в эти моменты. В прочем, он этого и добивается, когда снова окунается в холодную воду. Думает обо всем на свете. Особенно о Линче. О-о! Этому человеку всё-таки стоит знать, что происходит с его приятелем. Но не сегодня. Не сейчас. Ты же не тряпка, да, Джон? Конечно. Будто ты сам не справишься со своей проблемой. Не стоит трепать мозги этим. У Линча их не меньше. А сейчас ты со своими? Чтобы твой родной человек постоянно переживал за тебя и жил с паранойей, как ты? Чтобы перестал брать на задания из-за страха потерять тебя? Чтобы также, как и ТЫ жил с постоянной тревогой за ТВОЮ жизнь? Ну уж нет... Молчи. Никому не интересны твои проблемы. Никому. Никому. Никому. НИКОМУ.

***

Резко он пришёл в себя. Будто вышел из комы. Глаза намокли. Вместо отчётливой картины была пелена ещё не скатившихся по щеке слёз. Собственный мысли довели до слёз? Какой же ты жалкий, Джон. Твои мысли довели тебя до слёз. А потом что? Потом будешь реветь, потому что на тебя не так посмотрели? Или ещё что хуже? Будешь так себя вести и всем и вправду будет плевать на твои проблемы.

***

Опять он приходит в себя. Будто реально выпал из реальности. В какой момент он стал так думать про себя? Да плевать. Сейчас уже никакие мысли не пугали. «Ну и бред...» — думает про себя, стараясь понять сколько пролежал в ванне. 20 минут? 30? 40? Час? А может два? Плевать. Руки дрожат и не чувствуются абсолютно. Пальцы красные, как и сама рука. Двигать ими стало проблематично... Ноги совсем не чувствуются из-за холода. — Эй, очкарик, ты че в ванне так долго? — знакомый голос Дейла раздаётся по квартире, заставляя его дрогнуть от неожиданности. — Да выхожу уже, — орёт Джон в ответ. Будто не в своей манере. Будто не своим голосом. Из-за стресса? Тревоги? Холода? Шока? Неважно. После «освежающей» ванны мысли о неминуемой смерти не пугали. В принципе никакие мысли не пугали. Из него будто высосали все эмоции и чувства. Это хорошо. По крайней мере для него. На стиральной машине лежат сухие вещи. Он даже не помнит, как положил их туда. Да в прочем и не хочет знать. Сейчас хочется зарыться в теплое одеяло и молиться, чтобы не заболеть. Или забраться в теплые объятия приятеля... Выбраться из ванны было не просто. Холодными, даже ледяными конечностями было сложно передвигать. Оказавшись на полу, шаткими и дрожащими ногами он подошёл к стиралке. Всего пару метров, но так трудно дались. Еле как он переоделся в сухую одежду, паралельно пытаясь согреть хотя бы пальцы. Безуспешно. Они по прежнему дрожали и не чувствовались от слова совсем. Неконтролируемо дрожащими движениями он открыл дверь и вышел из ванны. Добравшись до комнаты и обессиленно упав на кровать, слышит, как телефон завибрировал от звонка. Трясущимися руками он взял телефон, на котором было написано большими буквами «Линч», а снизу номер. Незамедлительно тот взял трубку. Может хоть звонок согреет его? Душу точно.