Не словами, так мечом

Мастер Кеноби замолкает, и внезапно это то, что привлекает внимание. Люди привыкли, что Переговорщик будет использовать слова, что означает, что по большей части никто не слушал, что этот человек говорит. Он мог привлечь внимание аудитории, они могли смотреть на него, очарованные его харизмой, человеком на сцене, они могли даже цитировать его, если бы кто-то их спросил, но его слова пролетают мимо их ушей. Мастер Кеноби замолкает, с его лица исчезает выражение безупречной вежливости, и под ним они видят что-то слишком расчётливое слишком холодное и злое, как для мастера-джедая, слишком спокойное, как для того, кто, кажется, на самом деле испытывает гнев. Это ошеломляет, потому что они привыкли к другому. Они привыкли к тёплой атмосфере вокруг этого человека, они привыкли к улыбкам и ухмылкам, они привыкли к дерзким замечаниям, и когда всё это стекает с него, как вода, где-то в глубине глотки собирается ужас, а по спине ползёт предательский холодок. Мастер Кеноби исчезает, и вместо него остаётся только Генерал, и это неожиданно страшно. Шёпот прекращается, пространство погружается в торжественную тишину, спины выпрямляются так сильно, что на это больно смотреть. — Что же, — говорит Генерал Кеноби, и в такой тишине это оглушительно. — Меня предупреждали, что слова не сработают. Никто не смеет ничего говорить, слова застревают в горле, и все с опаской и страхом следят за хищником в комнате. Его движения отточенные, скупые, в них нет места ничему лишнему, и таким эффектным жестом Генерал поправляет меч на поясе. Это угроза, и её невозможно игнорировать.