Welcome to the Thanos World

      Нам Гю не вывозил. Всякое дерьмо в жизни случалось, но это… К подобному он не был готов.       Как и не был готов к тому, что встретит здесь Таноса, своего кумира, на которого он разве что только не дрочил. Его ночные сумбурные поллюции не в счёт: простое стечение обстоятельств, которое он не связывал ни с прослушиванием треков до дыр (чуть ли не до лопающихся перепонок и сорванного голоса); ни с залипанием ленты в инсте, где вид Су Бона больше напоминал образ порно-звезды, нежели того, кто должен читать жёсткий рэп (объективно, он выглядел горячо). И то, что личная жизнь «айдола» волновала его больше собственной – лишь издержка чрезмерной любви к его личности.        Здесь был Су Бон, его разноцветные таблетки – дикий фанатизм по одному и жуткая тяга к другому. Или же это взаимозаменяемые аспекты?       Он мог бы с гордостью сказать, что он очень преданный фэн. И то, что ему стало интересно, чем закидывается его кумир время от времени. В этом нет ничего предосудительного. Су Бону становилось легче, он преображался на глазах, мир в его расширенных зрачках пестрил яркими красками: Нам Гю хотел разделить этот момент вместе с ним, что в этом дурного?              — Не советую ронять мыло, — бросил ему непонятный нпси-чел, которого Нам Гю забудет уже через пару минут. Он перебросил через плечо полотенце, поравнявшись рядом. — Наверняка в дорамах видел. Подобное всегда плохо заканчивается.       — Мы не в дораме, — ответил Нам Гю, не догоняя – к чему вообще этот разговор? — И не в тюрьме, — дополнил он с сомнением.       На последнее умозаключение чувак сально улыбнулся. Тёмные усы, больше напоминающие щётку для чистки обуви, растянулись поверх его рта.       — Это место хуже тюрьмы. Уж я-то знаю.       Охуенно. Он стоял рядом с бывшим уголовником.       Не давая себе ни секунды на промедление, Нам Гю дёрнул ручку двери на себя и услышал, как струи воды бьются о стенки душевой. Его это не остановило.       Зайдя внутрь комнаты, он растерянно заозирался по сторонам. Послышался знакомый голос, и Нам Гю встал как вкопанный, но это промедление длилось недолго – ноги сами понесли его в сторону открытой душевой.       И это было странно, иррационально, словно неведомые потусторонние силы двигали его тело, а он был не властен над собой. Просто следовал зову в голове, отдавая бразды правления в чьи-то уверенные и сильные руки.       Нам Гю искал Су Бона, либо того, кто мог бы подсказать его местонахождение, и натолкнулся (какое совпадение!) как раз на него – удивлённого его наглостью, взбудораженного, мокрого и чертовски злого.       Обнажённого, что не было удивительным, но оказалось впечатляющим. Нам Гю облизывал глазами его красивое, ладное и подтянутое тело. Кажется, он даже успел забыть зачем именно сюда пришёл, растерянный и заворожённый открывшимся ему видом.       — Моё пение в душе было настолько впечатляющим? Или снова пришёл пиздить колёса? — Су Бон окатил своё тело водой, забыв, что Нам Гю стоит рядом, либо же сделав это специально, чтобы насолить. — Тебя Се Ми спалила.       Нам Гю поспешил отойти в сторону, чтобы не промокнуть насквозь, но оступился, чуть не упав. Су Бон обхватил его талию, крепко сжимая – не дал соскользнуть по влажному полу.       Теперь его ноги едва ли дрожали от страха быть опозоренным и покалеченным. В груди громко бухало сердце, разгоняя кровь по венам, и это было вызвано другим, более сложным и глубоким чувством, разрушающим что-то внутри       — Тупая лесбуха, — Нам Гю ядовито улыбнулся, разочарованно покачав головой. — Она наговаривает. Мне тяжело, это правда, но я ни за что не предал бы твоё доверие, Су Бон. Но если ты… Если ты вдруг…       — Ты сам как педик. Целыми днями только и пялишься на меня, — его руки разжались на талии Нам Гю. — Собака должна быть послушной. Слово?       Нам Гю стыдливо сжался от обвиняющего его тона. Крыть было нечем, он проштрафился сполна – но было в его голосе что-то такое, чему Нам Гю не мог найти объяснения. Эмоциональный оттенок последней фразы, произнесённой с нажимом, полу-намёком – неразгаданная тайна, подначивающая найти ответ.       — Слово.       — Good boy.       Задрав голову, Су Бон направил струю воды на торс и вновь отвернулся. Засмотревшись, Нам Гю не сразу нашёлся, что сказать.       — Что мне нужно сделать, чтобы ты поделился этим со мной? Мне кажется, что я схожу с ума. Ты же любишь своих фанатов, я знаю это. Помоги мне, прошу.       Взгляд зацепился за гладкие стены душевой, крючки, на которых болтались одежда и чёртов крест с наркотой. Как красная тряпка на быка.       Су Бон повёл плечом, язвительно ухмыляясь, наслаждаясь его незавидным положением, и, оттолкнувшись от мокрой стены, унизительно похлопал мокрой ладонью по щеке.       — Рот у тебя болтливый. Рабочий. Сам как думаешь, my little slut, — продолжил напирать он, — что ты можешь мне предложить взамен?       Его посветлевшее лицо источало довольство, а злость отошла на второй план. Взгляд стал заинтересованным и испытывающим. Губы растянулись в мягкой, нежной улыбке – Нам Гю растерялся, прижав кулак к груди, прямо на уровне трепещущего сердца.       Окончательно потерявшись под взором тёмных глаз, Нам Гю не был готов испытывать судьбу, но и отвернуться был не в силах, заворожённый его дьявольской красотой.       — Я могу тебе отсосать.       — That's the right answer but — Су Бон угрожающе посмотрел на него. Тень от нависшей чёлки упала на его мрачные глаза, — если ты только попробуешь укусить меня за член…       Выставив руки в защитном жесте, Нам Гю сбивчиво залепетал:       — У меня уже был опыт. За дозу.       Су Бон характерно хмыкнул, совершенно невпечатлённый. Он оглядел его со всех сторон, словно прицениваясь, с какой стороны ему лучше начать. За хлипкими стенами кабинки зазвучали голоса – Су Бон подошёл ближе, увеличив напор воды. Его мокрые пряди волос прилипли ко лбу и шее, капли стекали по торсу, а под кожей перекатывались напряжённые мускулы. Нам Гю сделал шаг назад и упёрся спиной в крест, висевший позади.       Ощущения были такие, словно его распяли на нём – до жути неприятно, даже больно, но лучше так, чем на расстоянии вытянутой руки от Су Бона, препарирующего его взглядом и лишающего возможности ясно мыслить.       Су Бон вытащил язык наружу, на нём мелькнуло розовое колесо. Не дав толком рассмотреть, он спрятал его обратно, сыто улыбнувшись. Тоска и обида во взгляде Нам Гю была красноречивее любых слов; он громко и разочарованно выдохнул, отводя взгляд в сторону.       — Сначала уговор, — надавил Су Бон, буквально и фигурально.       Пригвоздив Нам Гю к стене, он нагнулся чуть ниже и коснулся тёмной пряди. Провёл рукой по остальным волосам, зарывшись в них пятернёй. Пропустил их сквозь пальцы, дразня Нам Гю.       — Я никогда не…       — Никогда не отсасывал на трезвую голову? Всё бывает в первый раз, — прошептал Су Бон, опуская ладонь ниже и сжимая Нам Гю сквозь мокрую одежду. Тот подавил полу-стон, полу-всхлип. Так унизительно… — Be quite. Или ты хочешь, чтобы я тебя заткнул? Я могу. Моим девочкам такое нравится.       Нам Гю не хотел слушать про девочек, которых было у Су Бона с избытком, и которых он менял пачками, как самый лучший стафф; про мальчиков, которые были редкими гостями в его постели, но всё же были…       Более опытные, более гибкие. Более сговорчивые. Которых не приходилось уламывать на секс дважды.       Нам Гю постарался засунуть свою тупую ревность куда подальше. В этом не было смысла. Но таблетка, что мельтешила перед глазами, гладкая и скользкая, у Су Бона на языке. Манила. Манил и сам Су Бон, так что залезть в трусы звезде – не являлось чем-то постыдным. Зашкварным. К слову, белья на Су Боне не было, что нифигово упрощало задачу. В конце концов, тяжело опошлить то, чего нет.       В штанах стало тесно и горячо (вода, что била из лейки, не остужала его мысли), хотя холод, по идее, должен бодрить. Напор хлестал по коже сколами и льдом, как и взгляд напротив, но Нам Гю в ответ – плавился под ним.       — Смелее, babe. В конце тебя ждёт награда. Вся хуйня, что засела в твоей голове, испарится. Ну же, доверься мне.       Чарующий хриплый голос дурманил. Нам Гю видел губы Су Бона, медленно двигающиеся, смакующие каждое слово, и не мог оторвать глаз. Сильные руки очертили тело, все его неровности и изгибы, задрали край футболки и провели по низу живота.       Нам Гю непроизвольно сомкнул ноги, борясь с наваждением – отчаянно протестуя приятным ощущениям, будто до этого никогда не ласкал себя.       Чужие прикосновения ощущались иначе: горячее, трепетнее. Нам Гю был готов раствориться в его объятиях, прирасти ногами к полу, слиться с ним воедино, только бы тот его не отпускал. Запустил руку глубже под резинку нижнего белья, смело коснувшись его там.       Но его ладонь снова поползла выше, закрывшись в волосы. Пальцы заправили тёмные прядки за уши, ласково и аккуратно, затем – надавили на загривок, принуждая сесть. Нам Гю повиновался, плюхаясь коленями на мокрый пол, и посмотрел больше с интересом, нежели страхом на чужой член: крупный и твёрдый, упирающийся ему в подбородок. Это не казалось отвратительным или пугающим. Напротив. Су Бон напоминал одну большую дозу, которую Нам Гю желал поглотить.       — У нас мало времени. Come on, — прозвучало скомкано, нервозно. — Зубы только спрячь. Иначе…       Ладонью он обхватил член у основания, не дав тем самым договорить Су Бону – но Нам Гю помнил угрозу, помнил условие.       — Ты мне ещё с процентами доплатишь за то, как я профессионально сосу. Обещаю, кончишь быстро.       Дешёвое бахвальство. Кого он вообще пытался впечатлить?       Су Бон втянул носом воздух, когда Нам Гю обхватил головку члена губами, и если бы вода не заглушала посторонние звуки, он готов был поставить на что угодно (даже на свою девственную задницу) – звук распространился бы по всей душевой. Он поддался вперёд, вбирая глубже, сильнее – до приятной вибрации в горле. Помогая себе руками так, как если бы он дрочил себе – Су Бон непроизвольно качнул бёдрами и глаза прикрыл.       Нам Гю был доволен собой, он сбил с ублюдка дурацкую спесь.       — This feeling is so good, — простонал Су Бон, впившись в скулы Нам Гю пальцами, и не дав тому отстраниться, грубо сжал. Толкнулся сильнее в распахнутый рот, фиксируя голову: ни слова вставить, язвительного и жёсткого, ни живительного воздуха глотнуть, чтобы не помереть, прямо здесь – в общественной душевой – будучи нанизанным на чужой член. Но было в этом что-то упоительное, чарующее.       Возбуждающее.       Нам Гю не был под веществами, но его вело. Он был трезв, в сознании, протирая коленями пол до дыр – с каменным стояком, что до боли упирался в резинку штанов. Руку просунул – в жадном порыве – даже не сбившись с темпа, прямо себе под бельё.       Обхватил себя свободной ладонью и захрипел с набитым ртом, ощутив предоргазменную судорогу. Свою? Чужую? Он не был уверен – но его ладонь становилась липкой и влажной, быстро смываемой струями воды.       В тот же момент Су Бон оторвал Нам Гю от себя, потянув за руку вверх – прижал к стене теснее, и металлические узоры креста неприятно врезались в лопатки. Не дав себе время на отсрочку, Нам Гю выдохнул в его разомкнутые губы, и воспользовавшись чужим послаблением. Поцеловал.       Страстно, порывисто. В моменте: нежно и пьяняще, кружа голову, делая Су Бона податливым и мягким, как пластилин. Он всё ещё не кончил, потираясь об Нам Гю, хрипло рыча. Таблетка, кислая и сладкая – растворилась на их языках вместе со слюной, но Нам Гю не ощутил особой разницы, словно приход произошёл задолго «до».       Су Бон проявил инициативу. Обхватив их обоих рукой, он довёл себя и Нам Гю до желанной грани – буквально с разницей в пару секунд. Вода продолжала омывать их уставшие и потные тела, а голова гудела так – словно они только собирались кончить. Потолок окрасился неоном, фосфены разъедали радужку глаз. Красиво.       — Мир твоими глазами такой красочный.       Су Бон хмыкнул, кривя в ухмылке рот. Ответил вкрадчиво, красуясь перед Нам Гю:       — Welcome to the Thanos World.