Эти славные ребята

      Продолжение предыдущей части во имя вечного горения... итак!       Все мы помним красочные сцены в книгах Мартина, связанные с т.н. "испытанием поединком". Это и дуэли короля Джейхейриса с Бисбери, и Дунка с Эйрионом–Новым–Крашем–Фандома–Таргариеном, бой того же Дунка с парнем Осгреев, Оберина с Григором и так далее. Этот обычай был принесен на земли Семи королевств, судя по всему, андалами, и являлся частью практик Семибожия.       Испытание поединком проводится между истцом и ответчиком или их представителями и продолжается до тех пор, пока один из них не сдастся, признав проигрыш и, соответственно, свою неправоту в судебном деле – или не будет убит, а убийство в судебном поединке подсудным не является.       Как и в реальном мире, в мире Вестероса эта процедура называлась "Божьим судом", у нас есть и другое название – ордалии. Ордалии использовались в серьезных уголовных делах – кража, убийство, измена, а вне уголовного права – в сложных земельных спорах.       Они были стандартной процедурой в средневековых королевских и местных судах для разрешения дел в случаях, когда не хватало свидетелей или улик. Важный момент: в реальности, в отличие от Вестероса, божий суд – не "последний аргумент ответчика", которому больше нечем крыть следствие, а способ судей получить необходимые доказательства через обращение к высшим силам напрямую. Согласитесь, в случае, когда с подсудимым все ясно благодаря вполне рациональным доводам, основанным на уликах и свидетельствах, а судья вынес решение, максимально тупо давать этому самому подсудимому – уже совершенно точно виновному – возможность полностью уйти от наказания. Это не право на помилование с обязательным условием ухода в Дозор, а какой-то "позор и осмеяние" суду да и всем законам королевства.       Например, в средневековой Англии Тириону на втором его суде никакие ордалии бы, конечно, не светили: были – пусть и ложные – показания свидетелей, прямо изобличавшие его в убийстве, и эти показания суд принял, как весомые. То же самое относительно Дунка и Эйриона: куча народу видела, как Дунк ударил принца, тем самым нарушив закон. Да, закон нарушил и Эйрион, сломав руку Тансель, и это совершенно отдельное дело, в котором – если бы Тансель и/или ее представители дали бы ход жалобе – среди истцов никакой Дункан бы не значился – и тут, кстати, тоже свидетелей прорва. По мнению Эйриона нарушила закон – очевидно, тут у нас "оскорбление величества" – и Тансель, и это дело с такой же кучей свидетельских показаний точно так же рассматривалось бы отдельно. Почему? Да потому что это, во имя Семерых, три разных дела на три совершенно разные темы!       А еще здесь просто нет никакой необходимости прибегать к ордалии. Можно ли было эту историю все равно свести к поединку? Можно, если бы в случае с Тансель, рассмотренном отдельно, было бы по итогам неясно, имело ли место оскорбление величия или нет – Дунк сотоварищи точно также бы вышли раз на раз с братками Эйриона.       Главная идея испытания поединком заключалась в том, что бог вмешиваеися в суд тогда, когда у людей просто нет возможности найти иной выход для вынесения приговора. Считалось, что именно в этом крайнем случае – естественно, после соответствующих молитв и благословений – высшая сила не позволит невиновному пострадать, прямо вмешается в процесс и выявит правду. Повторяю для одичалых и Таргариенов: сей зрелищный способ разрешения споров применялся только в условиях, когда другие доказательства – свидетели, документы – отсутствовали или были признаны судом ненадежными.       Основные виды ордалий, применявшихся в средневековой Англии, делились на две категории: для знатных и свободных людей и для смоллфолка.       Уже знакомый нам поединок и ордалии огнем предназначались для знатных сословий: обвиняемый должен был пронести в руке благословленный раскаленный докрасна кусок железа на определенное расстояние, после чего его руку забинтовывали и опечатывали. Через три дня повязку снимали в присутствии судьи и священника: если рана чисто заживала, человек считался невиновным, если гноилась — извините. У этой ордалии был и вариант с кипящей водой: достать кольцо или камень со дна котла с кипятком, дальше процедура аналогичная.       Ордалии водой – это уже для простолюдинов, и на парах по СВ все обычно за животики хватаются от описания: обвиняемого, связанного по рукам и ногам, опускали в освященный водоем на веревке. Считалось, что такая вода не примет грешника, так что если человек тонул, его считали невиновным, а если оставался на поверхности — его вытаскивали, а потом казнили или что-нибудь там отрубали. Чтобы немного испортить настроение любителям черного юмора, скажу, что "утонувших" обычно сразу вытаскивали и откачивали.       Были и штуки для всех сословий типа ордалии клятвой: в некоторых случаях обвиняемый мог избежать испытаний с членовредительством, найдя достаточное количество поручителей, которые клятвенно подтверждали его невиновность – это вполне себе считалось божьим судом. Т.е. вы понимаете: тому же Дунку, выступай он не за Тансель, а за себя, по-хорошему вообще не пришлось бы браться за оружие!       А теперь вспоминаем все, что я просила вас запомнить – про андальскую веру и обязательные благословения инструментов испытаний! В нашем с вами средневековье освящение и благословение инструментов было полноценным церковным обрядом, без которого испытание просто не получалось провести – как бы тогда бог смог принять участие в процессе?       Вот как это выглядело: обвиняемый давал клятву в своей невиновности, после чего выдерживал трехдневный пост, как и обвинитель. На четвертый день обвиняемый исповедовался и причащался, чтобы предстать перед испытанием с чистой душой, затем священник проводил специальную службу, благословляя железо, воду, котел или оружие, призывая бога явить свою волю – ключевой момент, мои летние дети.       Далее само действие происходило под контролем светских властей в лице шерифа и/или королевского/окружного судьи, но духовный аспект целиком обеспечивался клириком – без него ни-ку-да. Сразу же после проведения или через несколько дней священник и судья вместе оценивали результат, который интерпретировался как «божий приговор». Кому, как не священнику, в этом разбираться? Если он изучал церковное право, особенно процессуальное, его к этому годами готовили. И вот тут у меня встает вопрос...       ...если это в Вестеросе точно такой же "божий суд", а у Семерых точно такая же церковная иерархия и примерно такие же обряды, то где, ради Неведомого, при каждом судебном поединке прохлаждается септон?! Кто, ради семи добродетелей, обеспечивает связь этого балагана с высшими силами? Кто трактует результаты, кто и что и помогает судьям удостовериться, что все это – не случайность, не результат колдовства, не глюки, а воля Семерых? А если никто, то какого Рглора это вообще "божий суд" и почему он считается законным?       Кстати, если уж говорить о нежно любимом дедом английском средневековье, то и там находились люди, которые в принципе считали судебный поединок как таковой достаточно бессмысленным: нормандские власти относились к ордалиям с подозрением, предпочитая более рациональные процедуры вроде обвинительного жюри, и если уж они совсем никак не справлялись – тогда да, поединок, утопление, каленое железо.       Аргумент типа "ну средневековый человек, он же тупо-о-о-й" у нас в Цитадели не принимают на веру: этот "тупой" уже в нормандскую эпоху просек, что пристрастный священник мог, скажем, недогреть испытательное железо или остудить воду в котле – и где тогда божья воля? "Тупые" англичане 12 века – те, которые посвящали жизнь процессуальному праву, могли вполне себе читать французов из Сорбонны, которые открыто обозвали ордалии формой "искушения господа", ссылаясь на евангельский запрет.       Ладно, может быть, в Вестеросе богословие на том же уровне, на каком и право в целом — почем мне знать? Но куда смотрит целое стадо септонов и Праведных из Звездной септы, армия мейстеров и господа архимейстеры – что вообще все эти люди делают, кроме как проедают Хайтауэровский бюджет, плетут заговор с целью расстроить помолвку Барбри Рисвелл и втайне бегают по борделям Староместа? За что шизоЛейтон им всем зарплату платит, там же в одном только Совете Праведных аж 77 человек!       Англичане были явно поумней: собрались в 13 веке да и отменили эту ерунду. Сначала, конечно, Папа Иннокентий у себя в Италии вышел на Четвертый Латеранский Собор и запретил духовенству принимать участие в проведении ордалий: нет духовенства – нет и божественного участия. Без священника ордалия теряла свой сакральный – и законный – статус, превращаясь просто в очередной акт насилия. Тут английская корона, которая и так хотела усилить светскую судебную власть, быстро отреагировала на церковный запрет и через пару лет подтвердила это дело указом.       Тринадцатый век... если одиннадцатый век с Вильгельмом Завоевателем в Англии – это по-вестеросски первый, с Эйгоном Завоевателем, а наш двенадцатый век с английской Анархией – это вестеросский второй с Танцем драконов, то Дункан Высокий живет где-то на переломе двенадцатого и тринадцатого веков – если на наши деньги. По-хорошему, поколение Дунка и должно быть последним, помнящим ордалию, как часть уголовного процесса... Так что да, Тириону не светит судебный поединок еще и поэтому – Оберину с Горой пришлось бы прилюдно махаться в свободное от работы время, а карлику – сразу отправляться в темницу на стрелку с Джейме.       Так, а что тогда светит Тириону?.. Что такое пришло на смену ордалиям?       Вакуум, образовавшийся после отмены сей процедуры, нужно было чем-то заполнять: средневековые английские суды не могли просто взять и прекратить работу, все-таки Англия – это вам не Вестерос! Это дало пинок развитию других судебных процедур, которые в итоге и сформировали систему общего английсконо права.       Во-первых, появился суд присяжных, "наследник" обвинительного жюри. И если последние решали, "что бог явил", то присяжные концентрировались на рациональной стороне вопроса – "виновен или нет". В присяжные выбирали от 12 человек уважаемых местных жителей, которые знали обстоятельства дела или были знакомы со сторонами. Со временем это все эволюционировало в уже знакомый нам современный вариант.       Во-вторых, в практику вошла "состязательная" модель суда: спор велся не между ответчиком и судьей, но между сторонами, где каждая представляла своих свидетелей и аргументы, а судья и присяжные выступали больше в роли арбитров, чем равного участника.       В-третьих, в церковных процессах задействовался отец-инквизитор, который, в отличие от судьи, все еще мог быть активной стороной следствия – нет, это не любитель сжигать ведьм и говорить с задорным испанским акцентом, а что-то вроде церковного прокурора. Примечательно, что даже в странах, где ордалии после Четвертого Латеранского все еще практиковали – привет, Франция! – их нельзя было применять в инквизиционных процессах, опиравшихся по протоколу на сугубо рациональные вещи.       Инквизиторы, правда, светские, в мире ПЛиО есть, шах и мат, амети...       Погодите! Т.е. у них уже в 12 веке есть действующая светская, Мать ее Небесная, прококурека... прокуратура? Что-что, она работаетв том числе в рамках преследования особ королевской крови за совершенные ими преступления?...       Вот после этого пусть кто скажет, что "это такой мир", "у них магическая стагнация", "слово короля – единственный закон" и "они тупые, что поделать" – дорогие вестеросияне как-то же додумались до этой идеи! Закон у них, очевидно, есть, но все, кроме бедняги Станниса, дружно клали на него огромную валирийскую свечу.       Нет, иногда, они, конечно, очухиваются: всем плевать на беспредел, учиненный с Веларионами, на полностью бесправный смоллфолк, где одна только история Тиши чего стоит, все чихали с высокой колокольни на принцессу Сейру, на практику права первой ночи... но вот когда Лионель Хайтауэр решил жениться на андалке вдове своего отца, по крови ему никак не близкой и не ставшей матерью его сводных братьев и сестер – вот это, твою налево, уже преступление века! Срочно надо собрать с десяток церковных судов, а потом через пень-колоду выбивать индульгенцию на формальное кровосмешение! Очевидно, 77 Праведных, Верховный Септон и толпа легистов Цитадели существуют, чтобы охранять закон и порядок исключительно на территории Башни и Староместа. Кристалльно ясно, что право как таковое существует только на этой же территории, как и городское представительство, банковское дело и т.д. Напомните мне, по какой причине Старомест это все еще часть Вестероса?..       Я понимаю, что Мартин прописал этот расчудесный городок и его обитателей не так давно, и древний общий канон ПЛиО менять было поздновато – но, кажется, никто его об этом не просил. Как-то же Хайты жили в начале саги без миллиона нелогичных баффов, а остальные 7К – без сиров инквизиторов, правда? Как все это влияет на основные истории, которые все ждут в "Ветрах" и во втором томе "Пламени и крови"? Вы удивитесь, но вообще никак.       Все попытки расширить и обустроить мир Планетоса задним числом пока работают ровно в обратном направлении: привлекают внимание к тому, что в основной саге было простой условностью, а потому не прописывалось логично. Теперь оно вызывает одни вопросы и порождает миллиард странных теорий, но ничего на самом деле не объясняет.       А помните ли вы какие-то странные случаи, связанные с действием законов и судебной системы в мире Мартина?