Моя

      Мы выезжаем на узкую, извилистую дорогу, когда в зеркале заднего вида замечаю пару машин. Сердце уходит в пятки. Наёмники. Они нас не отпустят. Логан, стиснув руль, не сводит глаз с дороги, но я вижу, как напрягается каждая мышца его тела.       Адреналин, прокачанный до предела, делает его почти сверхчеловеком. Машина ревёт, колёса визжат по мокрому асфальту, но скорость не ослабевает.       — Держись! — Взревел он, и машина влетает в поворот, я ухожу вниз, ногтями впиваясь в кресло, чтобы удержаться.       Мощь его воли сочится сквозь каждое движение. Для него это не просто погоня — это битва за выживание, и в ней нет места сомнениям.       Сквозь бешеный стук сердца я слышу гул моторов за нами. Преследователи не сдаются. Пули прошивают воздух, ударяются в машину, но Логан ловко маневрирует, уворачиваясь от выстрелов. Он скалится, словно зверь, который не отступит, даже если его загнали в угол.       — Тормози! — Кричу я, едва держась за край двери, когда вижу впереди разваленный мост.       Готовлюсь к удару, когда Логан не слышит меня, резко сворачивая, машина заносится влево, и мы с шумом пролетаем над пропастью. Сердце замерло на миг, когда колёса почти не касаются земли. Приземление жёсткое, но мы на другой стороне.       Фары преследователей гаснут за нами — они не успели. Но впереди нас встречает ещё один отряд. Дорога становится всё более узкой, вокруг сжимаются деревья, и у нас остаётся всё меньше пространства для маневра.       — Чёрт, они не отстают! — Выплёвываю я, сжав зубы. Логан бросает на меня быстрый взгляд, его глаза блестят в тусклом свете фар, но он полон решимости.       Он резко тормозит, заставляя машину крутануться вокруг своей оси, и я чуть не вылетаю из сиденья. Логан выходит, дверь со скрипом открывается, и он срывается с места, бросаясь на преследователей, словно ураган. Его скорость, его мощь — всё в этом моменте обострено до предела. Я тоже не остаюсь в стороне. Мои ноги, казалось, движутся быстрее мысли, а в руках рождается энергия. Каждый мой удар, каждый выброс силы нацелен на их боль.       Мы словно два хищника, действующих в абсолютной синхронизации. Логан справляется с противниками с хладнокровием профессионала, его движения точны и смертоносны. Я же, подпитываемая гневом, бью, не жалея ни себя, ни врагов. Каждая атака отзывается гулким эхом в моих костях, но я не останавливаюсь. Каждый удар отдаётся в воздухе, мои руки и ноги становятся расширенными флюидами ярости.       Противники рассыпаются под моими ударами, их лица и тела ломаются. Они не успевают среагировать, их движения неловки и замедленные, по сравнению с моим бешеным напором. Каждое моё движение — взрыв, разрывающий их плоть и наносящий удары по их слабым местам.       Когда один из противников пытается схватить меня, я вижу, как его рука расплющивается под моим ударом, а его крик глушится. Я не останавливаюсь, не даю себе отдышаться. С каждым ударом, с каждой атакой я испытываю чудовищную смесь силы и облегчения, и в этом моменте всё, что я могу делать, это бороться и уничтожать.       Логан, заведомо справившись с некоторыми противниками, кидается в мою сторону, готовый увести меня к машине. Его руки скользят по талии, дыхание горячее и напряжённое. Мы снова в машине, и он летит по дороге, уходя от преследователей. Я поднимаю взгляд, сжигая их в отражении зеркала. Чёрт возьми, они всё ещё там, но мы уходим, и я вижу, как лес за окном превращается в темное пятно.       — Неплохо. Где тебя так натаскали? Вряд ли в Нью-Йорке тебя учили таким трюкам. — Немного отдышавшись, поворачиваюсь к нему.       — Спасибо. Если хочешь, могу показать больше. Для этого не обязательно использовать только кулаки.       — А я вижу, ты не теряешь времени, чтобы подколоть меня. — Его голос остаётся низким и хриплым, с лёгким оттенком неприязни, который делает его слова ещё более колкими.       Машина мчалась по узкой, извилистой дороге, покрытой тонким слоем воды после недавнего ливня. Дорога казалась бесконечной, окружённой густым лесом, словно пытающейся поглотить нас в своей темени. Логан сосредоточенно вел машину, его взгляд был прикован к дороге, руки крепко сжимали руль, но даже его опыт не может полностью компенсировать все риски.       Всё ещё не оправившись от адреналинового всплеска после недавней драки, пытаюсь успокоиться. Сердце глухо билось, а мысли блуждали между страхом и яростью. В голове крутились обрывки разговора с Логаном, воспоминания о сестре и тот странный, ошеломляющий момент, когда кровь на моей руке словно подчиняется моей воле. Из-за деревьев, с одной стороны дороги, внезапно выскочил джип. Фары прожигали глава, а металлический корпус стремительно приближался, как хищник, нацеленный на жертву.       Логан резко выкрутил руль, пытаясь избежать столкновения, но мокрая дорога сыграла злую шутку. Машина занесло, и она начала скользить, потеряв сцепление с асфальтом. Нас резко бросило в сторону, и всё закружилось. Время словно замедлилось, но паника лишь усилилась. Я инстинктивно схватилась за поручень, пытаясь удержаться, но в следующую секунду нас резко дёрнуло — машина вылетела с дороги, пробив кусты и мелкие деревья.       Оглушительный удар, и перед глазами всё почернело. Ремень безопасности впивается в грудь, не давая вылететь сквозь лобовое стекло. Гул в ушах заглушил всё вокруг, а затем на мгновение наступила пугающая тишина. Логан вылетел через лобовое стекло, потеряв сознание от удара. Боль в каждом сантиметре тела пронизывала до самой души, пыталась собраться с мыслями, понимая, что времени у нас мало. И тут услышала, как где-то неподалёку раздался глухой звук, а затем шаги.       Тяжело дышу, пытаясь справиться с паникой и отцепить ремень, когда слышу приближающиеся шаги. Кто-то из наёмников добрался до нас. Сжимаю амулет на шее, ощущая его тепло, словно он живёт собственной жизнью. Этот чёртов артефакт… Он всегда чувствовал, когда мне нужна сила.       Наёмник вырывает меня из машины, его грубые руки обхватывают меня слишком крепко. Паника переполняет меня, всё кажется размытым, и, внезапно, внутри разгорается что-то тёмное, неконтролируемое. Вытягиваю руки, и я чувствую, как кровь наёмника начинает двигаться по моей воле. Его глаза расширяются от ужаса, когда он осознаёт, что теряет контроль над собственным телом.       Сладостное, ужасающее ощущение, когда в твоих руках чья-то жизнь. Он — моя марионетка, и от этой мысли пробивает дрожь. Беззащитен передо мной, и я впервые по-настоящему осознаю, что этот амулет не просто оружие, он — инструмент абсолютной власти.       Словно вихрем Логан подлетел к нам, вонзив когти наёмнику между рёбрами. Обессиленно опустив руки, наблюдаю за всей его яростью, которая нашла выход в этом едва двигающемся наёмнике, прижимая его к машине.       — Вот теперь я слушаю. — Хрипло заговорил Логан, пока наёмник кричал под ним. — Кто ваш информатор?! — Громче заговорил он.       — Я не знаю! — Закричал наёмник, вцепившись в кисти Логана.       — От куда вы знали о перевозке?       — Думаешь, такой сошке, что-то бы рассказали? — Подошла я чуть ближе к ним, мягко коснувшись плеча Логана. Наёмник с трудом поднимает взгляд, понимая, что выбора у него нет. — Или нам всё же повезло. — Посмотрела я на скрытое за чёрной маской лицо.       — П-правда, я ничего не знаю. Нам сказали, вы украли в-важный и дорогой артефакт из музея.       — Что? — Оглянулась я на Логана. — Кто? — Но наёмник не торопился говорить. Я невольно сжала руку в кулак, и парень вдруг задышал с трудом, словно захлёбываясь. — Говори, или твоя кровь вытечет так же быстро, как и дерьмо.       — Мой… мой начальник! — Заорал наёмник. Слова вырываются из его рта, обрывисто и запуганно. Разжав кулак, когда Логан выпустил его из своих когтей, и он тут же начал придерживать бока. Я медленно присела перед наёмником, стянув маску.       — Я могу помочь. — Невинное и совсем юное лицо посмотрело на меня. — Заставить твои раны перестать кровоточить, взамен на информацию. Или я могу сейчас же отправить тебя к праотцам. — Конечно я блефую. Откуда мне знать, как можно это сделать, наёмник в любом случае покойник.       На его губах растянулась самодовольная усмешка, опустив руки.       — Пошла в жопу.       Логан моментально воткнул когти ему в шею, лишив дыхания навсегда. Поднимаясь, возвращаюсь к своему сидению, снова пройдясь ладонью по груди и отлепив метал амулета от кожи, ловлю изучающий взгляд Логана, в его глазах нет страха — только суровая решимость.       — Что?       — Знала бы ты сколько у меня к тебе вопросов.       — Начни с простого. — Села я на пассажирское сидение, дожидаясь пока Логан окончательно вытащить лобовое стекло, чтобы продолжить путь.       — Ты правда на это способна? — Сев за руль и сдавая назад, возвращаемся на дорогу. Его голос становится мягче, почти задумчивым. — Отобрать чью-то кровь.       — Не знаю. — Фыркаю я, откидываясь на спинку сиденья и ощущая остатки адреналина. — Я блефовала.       — А как насчёт убийства? — Задумчиво проговорил Логан. — Твой стиль общения, боевая подготовка, и явное безразличие к убийствам. Откуда это всё?       — Для этой истории нужен тёмный бар и крепкое пиво. — Саркастично бросаю я, всё ещё не до конца веря в то, что только что произошло. — А зачем этот амулет нужен тебе?       — Я верил, что он сможет вернуть моё прошлое.       — В смысле?       — По документам, мне сорок. — Его голос хрипит, но в нём слышится явная насторожённость. — А по факту я помню только три года.       — И для этого ты так хотел его заполучить? — Я резко поворачиваюсь к нему, мои глаза блестят. — Вспомнить? Оно того стоит?       Его губы дрожат, когда он открывает рот, словно готовясь ответить, но затем он снова замолкает. На мгновение он кажется мне таким уязвимым, но затем его привычное выражение хладнокровия возвращается.       — Может, и не стоит, — наконец, произносит он тихо. — Но теперь это не важно. Мы оба знаем, что нет пути назад. — По его лицу проходит тень беспокойства, но он не даёт этому пробиться наружу. — Значит, этот амулет не только твоя игрушка. — Вдруг насмешливо хмыкнул он. — Он чертовски опасен, и не только для тех, кто за ним охотится.       — Опасен? — Хмуро произнесла я. — Ещё неизвестно, что страшнее: амулет или моя сестра.       — Клэр.       — А, всё, замолкаю. — Подняла я руки, сдаваясь.

***

      Не доезжая до Медора, на окраине штата, первое, что бросилось в глаза — старый отель, уютно устроившийся среди высоких сосен. На вид он казался тихим, почти забытым временем местечком, но для нас это было именно то, что нужно. Тихое убежище, где можно хоть ненадолго скрыться от погони и восстановить силы.       Логан первым открыл скрипучую дверь, пропуская меня вперёд. Внутри всё выглядело так же старомодно, как и снаружи: потрескавшиеся обои, мягкий ковёр на полу и тихая музыка из старого радио. За стойкой стояла женщина средних лет с приветливой улыбкой, но глаза её оставались настороженными, как у всех местных в таких местах, где незнакомцы всегда вызывают подозрения.       — Добрый вечер, — начал Логан, слегка кивая, его голос был сдержан, но вежлив. — Нам нужны две комнаты, рядом друг с другом, на ночь.       Женщина внимательно осмотрела нас, будто пытаясь понять, кто мы такие и что нас сюда привело. Но затем её лицо смягчилось, и она быстро записала наши имена в старую книгу регистрации.       — У нас осталась только одна свободная комната, с двумя кроватями, — протянула она ключ. — Комната очень просторная, в ней разместится даже большая семья.       — Сойдёт. — Хмыкнул Логан, поджимая губы, но ещё не торопясь уходить.       Я поймала взгляд женщины и, почувствовав себя немного неловко. Логан продолжал смотреть на неё, как будто чувствовал, что она может дать нам какую-то полезную информацию.       — Скажите, а здесь есть что-то, где можно немного расслабиться? — Неожиданно спросил он.       Женщина усмехнулась, словно обрадовавшись, что ей задали этот вопрос.       — Ну, если вы ищете расслабление, то вам стоит посетить наши горячие источники. — Она указала в сторону окна. — Они находятся всего в нескольких милях отсюда, у подножия горы. Вода там горячая круглый год, говорят, что она обладает лечебными свойствами. Особенно хороша для тех, кто нуждается в отдыхе после долгой дороги.       Я почувствовала, как Логан слегка напрягся, обдумывая её слова. Идея отправиться к источникам звучала заманчиво. Мы оба были измучены и измотаны погоней, и горячие воды могли стать идеальным местом для восстановления сил.       — Звучит неплохо, — произнесла я, стараясь казаться более спокойной, чем чувствовала на самом деле. — Как нам туда добраться?       — По этой дороге, прямо через лес, — ответила женщина, указывая направление. — Не заблудитесь. И будьте осторожны, на дорогах тут иногда встречаются дикие животные. Идти пешком недалеко, но лучше взять машину — темнеет быстро, да и места здесь дикие.       Логан поблагодарил её и, получив ключ, мы направились в свою комнату. Я почувствовала лёгкое волнение — мысль о том, что у нас появилось место, где можно хоть ненадолго расслабиться, казалась почти нереальной. Но вместе с тем росло и предчувствие, что даже здесь нас не оставят в покое.       Комната оказалась небольшой, но уютной, с двумя кроватями, разделёнными стареньким ночным столиком. Логан бросил вещи на одну из кроватей и устало присел на краешек, поглядывая на меня. Я уловила в его взгляде ту же мысль, что и меня: мы оба понимали, что горячие источники — это не только возможность отдохнуть, но и место, где можно решить пару вопросов, которые накопились за время нашего бегства.       — Думаю, стоит туда съездить, — сказал он, потирая шею. — Если эта вода действительно так хороша, как говорят, может быть, нам это поможет.       Я кивнула, чувствуя, как усталость понемногу начинает отпускать, заменяясь лёгким предвкушением. Это было первое место за последние дни, которое обещало хоть немного спокойствия. Пока Логан готовил машину к новой поездке, я решила задержаться в ресторане, заказав лишь один бокал виски. Кейт предусмотрительно оставила нам немного денег, и я была несказанно рада, особенно при виде коричневого, опьяняющего напитка на дне стакана. Просто, чтобы расслабиться, снять напряжение после того, что мы пережили.       Алкоголь мягко скользит по горлу, обжигая внутренности приятным теплом, которое быстро разливается по телу. На мгновение я закрываю глаза, позволяя себе насладиться этим ощущением. Это как глоток свободы, как будто все страхи и сомнения растворяются в этом тягучем алкоголе.       Но вот стакан уже пуст, и я, не задумываясь, тянусь за вторым. Кажется, я заслужила это, после всего, что произошло. Второй бокал ощущается ещё приятнее, и я позволяю себе забыть обо всём, погружаясь в это чувство лёгкости и расслабленности. С каждым глотком всё вокруг становится чуть менее острым, чуть более размытым. Я начинаю смеяться над чем-то несмешным, забывая на время о всех проблемах, о погоне, о том, что творится с амулетом.       Алкоголь окутывает меня, словно мягкий плед, унося с собой все тревоги. Я чувствую себя почти счастливой, но это счастье слишком хрупкое, слишком искусственное. Где-то в глубине сознания начинает просыпаться стыд. Стыд за то, что я, несмотря на все свои обещания самой себе, снова срываюсь.       Когда я протягиваю руку для третьей порции этот стыд уже не просто шёпот, а громкий голос, который невозможно игнорировать. Я знаю, что это неправильно. Я знаю, что не должна была. Но остановиться уже сложно — слишком хорошо быть в этом состоянии, слишком приятно забыть обо всём.       Опускаю голову, чувствуя, как моё лицо заливает жар. В голове пульсирует осознание того, что я снова позволила себе слабость, снова выбрала лёгкий путь. Ненавижу себя за это, но в то же время не могу остановиться.       Как только мы добрались до источников, напряжение, накопившееся за последние дни, постепенно начинает отступать. Сняв почти всю одежду, оставаясь в белье, погружаю пальчик ноги в воду. Горячая вода приятно обволакивала тело, помогая забыть о боли и усталости, пусть и ненадолго. Логан молча погрузился в воду рядом, откинув голову на естественный бортик, его мускулы напряжённые, как будто даже здесь он оставался настороже. Взгляд его устремился вдаль, мысли явно были далеко отсюда, возможно, в тех самых утраченных воспоминаниях.       Но я уже не могла так сосредотачиваться. Виски, которое я успела выпить, начало действовать, расслабляя не только тело, но и ум. Постепенно меня накрывает волна пьяного веселья, и вместе с ней странная, смутная энергия амулета на моей шее. Мне смешно и приятно, но в то же время меня терзала жажда… жажда контроля, власти, смешанная с влечением к Логану. Подчинить его, хоть ненадолго, чтобы забыть обо всех этих проблемах, о преследователях, о боли.       На мгновение закрываю глаза, сосредотачиваясь на том, чтобы почувствовать его тело, его кровь. Делаю шаг ближе, ощущая, как сила амулета начинает захватывать не только его тело, но и что-то более интимное. Логан мгновенно напрягается, явно чувствуя странное движение, которое не зависит от его воли. Его лицо темнеет от осознания того, что происходит, но я вижу, как его руки бессильно сжимаются в кулаки. Амулет на моей шее пульсирует мягким светом, играл на свету едва различимым малиновым оттенком, словно дразня. Я едва не рассмеялась вслух, видя, как его губы кривятся в недовольной усмешке.       Взгляд Логана становится острым, но я вижу, как его тело начинает медленно, неохотно отвечать на мои желания. Его грудь вздымается с тяжёлыми вдохами, когда он осознаёт, что именно я заставляю его кровь так реагировать. Губы кривятся в болезненной усмешке, в которой сквозит злость.       — Чего ты добиваешься? — Его голос звучит глухо, сдерживаемая ярость делает его более хриплым и грубым. Он ненавидит это, чувствовать, как контроль ускользает.       Я подхожу ближе, почти касаясь его грудью, наслаждаясь ощущением своей власти. Его тело сопротивляется, но я чувствую, как он медленно, но верно подчиняется амулету, несмотря на все старания. Вода, окружающая нас, кажется холодной по сравнению с тем огнём, который вспыхивает.       — Просто проверяю, кто тут главный, — шепчу я с лукавой улыбкой, видя, как его лицо искажает гримаса сдерживаемой злости. Его тело отвечает на мои команды, несмотря на его внутренний протест.       Логан резко делает шаг вперёд, заставляя меня отступить, но его глаза сверкают гневом. Он сжимает мои плечи так сильно, что я чувствую его силу даже через магическую защиту. Его дыхание обжигает кожу, когда он говорит, стиснув зубы:       — Это игра с огнём, Клэр, — его голос дрожит от напряжения и ярости. — Ты понятия не имеешь, что за этим последует.       — Так покажи. — Едва заметно опускаю голову на бок, рукой дотянувшись до его паха, слегка сжимаю отвердевший член. Даже через ткань всё ощущается словно на коже.       — Клэр. — Произнеся моё имя, его голос становится хриплым, словно из глубины души.       Моментально убрав руки, спиной прижимается к бортику, а я продолжаю приближаться, бесцеремонно водя рукой по его плоти, прикусив нижнюю губу.       — Клэр… — произносит он снова, и в этот раз его голос звучит ещё более низко, едва заметно дрожит, как если бы каждая буква была наполнено таким же желанием, как и его взгляд. Его слова проникают в моё сознание, заставляя мысли рассеиваться и заменяться волной эмоций. — Мать твою, остановись!       Я замерла, когда его голос звучит громче, заставляя меня убрать от него руки.       Крепкая грудь поднимается и опускается, словно в попытке сдержать зверя внутри. Моя смелость начинает таять, когда я осознаю, насколько далеко зашла, но не успеваю раскаяться. Логан резко перехватывает мою руку, прижимает к своей груди, и прежде чем я успеваю осмыслить происходящее, впивается горячими губами в мои, и я мгновенно теряю контроль. Жар от его поцелуя, как волна, захлёстывает меня. Сильная рука скользит по спине, притягивая ближе, лишая возможности дышать, думать, прижимая всем телом к каменистому бортику спиной.       Дыхание становится прерывистым, каждый вздох словно обжигает лёгкие, заставляя меня жадно хватать воздух. Внутри всё дрожит, как струна, готовая порваться. Я чувствую его жар, и моё тело отвечает на него, будто подчиняясь этой неукротимой силе. Глубокое, непреодолимое желание пробегается током во всём теле. Сердце бьётся так быстро, что кажется, оно вот-вот вырвется из груди. Я вся сжимаюсь от напряжения, каждая клетка требует большего, даже когда я знаю, что это опасно. Хочу почувствовать его ближе, ощутить его так, как ещё никогда не удавалось.       Влажный воздух источника накаляется, подстёгивая каждый нерв. Моё тело откликается на его прикосновения. Но этот поцелуй больше чем просто страсть, он наполнен яростью и отчаянием, словно мы оба на грани того, чтобы потеряться друг в друге.       Его рука уже скользит ниже, пока я, захваченная этим моментом, ощущаю, как всё внутри меня дрожит от противоречивых желаний. И всё же, где-то глубоко внутри, понимаю, это не то что должно случиться. Амулет светится ярче, ощущается как пульсирующее предупреждение. Тела — на грани, разум — на грани.       Логан хватает меня за бёдра, и я невольно вздрагиваю. Его сильные руки сжимают мои бёдра так, что я чувствую каждую точку соприкосновения. Пальцы впиваются в кожу, будто он не хочет отпускать, как будто я его единственная якорная точка в этом бурлящем вихре эмоций. Притягивает ближе, заставляя ноги плотнее обвить его торс. Напряжении в его теле никуда не делось, ощутив всю твёрдость. Порывистые движения на грани грубости, но в этой грубости скрывается страсть, которую он уже не может сдерживать. Каждое его движение будто прожигает меня изнутри, и я ловлю себя на том, что жадно хочу большего.       Логан отрывается от моих губ, его дыхание обжигает кожу, всё ещё поддерживая меня на руках, и одной рукой упираясь в каменный бортик. Прерывисто дыша, утыкается лбом в моё плечо.       Власть, которую я чувствую, начинает пугать. Его тело больше не подчиняется мне, но напряжение остаётся, висит в воздухе как невидимое облако.       — Ты что, не понимаешь? — Выдыхает Логан, в его голосе больше нет раздражения, только холодная усталость. — Мы не можем позволить этому амулету контролировать нас. — Его голос, низкий и хриплый, как огонь, прожигает меня насквозь.       Я медленно киваю, стараясь успокоить сбившееся дыхание, возвращаясь в реальность, где игра с амулетом уже не кажется забавной. Мы оба знаем, что эта страсть не только наше, но и чужое, нечто, что подчиняет нас своей воле. Амулет постепенно теряет свой свет, и вместе с ним спадает напряжение. Но даже когда мы отпускаем друг друга, осадок от этого мгновения остаётся.       Вода вокруг нас успокаивается, но я знаю, что в его глазах я перешла черту. Впереди нас ждёт ещё много опасностей, но даже в этот момент я не могу избавиться от чувства, что наши отношения могут разорваться на части из-за моей пьяной головы. Этот амулет, эта сила, как двойное лезвие — оно могло как защитить, так и разрушить нас.       Мы оба погрузились в тишину, и даже горячая вода не могла полностью смыть то напряжение, которое оставалось между нами.