И снова мы в начале

             Лисы очнулись с жуткой головной болью, но её сразу же заменила противная паника. Они не знали где находятся. Эндрю первый вышел из шока, подскочил, достал нож и начал озираться по сторонам в поисках врагов, но когда понял, что в комнате они находятся одни, нервно припал к стене. Найдя взглядом дверь он за несколько шагов пересёк расстояние до неё и с надеждой попытался дёрнуть за ручку. Дверь не то что не поддалась, ручка вообще не отреагировала. Как будто его нет.       - Что за хуйня происходит?! - первым обрёл голос Аарон,- Где мы, блядь?!       - Аарон, успокойся. Пока мы не знаем где находимся лучше не орать и не разводить панику. Лучше осмотреться, - попыталась образумить Миньярда Рене, но была послана далеко и надолго.       Хоть её и послали, одну умную мысль она преподнесла - осмотреться. Они были в комнате сделанной в серых тонах, примерно шестнадцать кв.м, потолок метра три, перед ними кровать чуть меньше двухспальной, слево тумба, ещё левее снова дверь, похоже в ванную, от кровати справа серый шкаф, ещё правее стол со светильником, чистый, видимо все вещи ранее лежащие на столе убрали в шкафчик под ним, в углу какой-то цветок, панорамное окно занимающее всю стену вид которого открывается на сад, видимо, они на втором этаже, и книжный шкаф полностью заполненный книгами. Комнату можно было назвать детской, но никаких доказательств пребывания в ней ребёнка не было. Да, они точно не видели это комнату раньше.       - Ребя-ят, - нервно позвал друзей Ники. Когда на него обратили внимание он немного дрожащим пальцем показал на календарь, который до этого весел у него за спиной. - Какого черта?       И тут замерли остальные. На календаре было написано 23 декабря 1997 года.       - Ха... Я сплю... Это просто сон! Ха! Такого же не может быть в реальности! - начал отрицать реальность Мэтт.       - Дибилойт, не может быть сон у нескольких людей одновременно! - отозвался самый общительный из Мильярдов, хотя и сам уже начал сомневаться о реальности происходящего.       - Не, ну а как ещё обьяснить это?!       Их перепалку прервал звук открывающейся двери. Все уставились на неё в ожидании. Только чего? Под лёгким напором дверь распахнулась и внутрь вбежал мальчик лет девяти закрывая за собой дверь, но не хлопая ей. Слёзы только начали стекать, немного крови шло из виска, на шее синяки, кто-то явно держал за горло, а на щеке только начала расцветать пощечина. Он упал на кровать, поднялся к изголовью, поджал колени к груди, обнял их руками и уронив голову на них тихо захныкал. Он, судя по всему, не видел застывших Лисов. Но их привлекли рыжие, словно огонь, волосы и голубые, как самый чистый лёд, глаза.       - Н-нил, - сказала Элисон, как будто все нуждались в констатации факта.       Конечно все узнали в этом девятилетнем мальчике своего друга. Часть своей семьи, которого, кстати, не было с ними. Когда ребята поняли, что его нет с ними они решили, что это как сторона монеты. С одной стороны - это хорошо. Если его нет - значит его и не "похищали", значит он в условной безопасности. Но с другой стороны - может его тоже похитили, но он проснулся раньше и его увели куда-то, а может и убили. Было много теорий, а мыслей того больше. Но они точно не могли предполагать, что он будет девятилетним ребёнком!       Первым отмер Мэтт. Ну не мог он смотреть как у ребёнка чуть ли не истерика, особенно когда это его ребёнок! Парень подошёл, хотел уже дотронуться, но с криком отшатнулся, ведь его рука прошла сквозь Нила как будто его и не было. Лисы прихренели ещё больше. Ники в панике подбежал к шкафу и попытался открыть его, но вместо этого просто провалился.       Но их панику остановила вновь открывающаяся дверь. В комнату быстрым шагом зашла женщина так же незамечая команду. Мальчик сразу подпрыгнул, вытер слёзы и сел на край кровати.       - Тётя Мэри... - пробормотал Кевин, на что получил вопросительные взгляды. Пришлось обьяснить: - Мать Нила, - Лисы поёжелись, вспоминая из рассказов Нила, что эта женщина тоже причиняла ему боль, хотя он её любил.       Мэри подошла к кровати. Её брови сошлись на переносице, глаза сощурены, а на щеках лёгкий румянец от накатившей ярости, пока во взгляде читалась злость, холод и призрение. Тем не менее она схватила сына за волосы, притягивая чуть ближе и зашипела стараясь не сорваться на крик:       - Натаниэль, какого чёрта?! - но поняв, что ответа не последует она продолжила: - Ты хоть понимаешь, что за твою выходку было мне?! Ты хоть понимаешь?! - она сильнее сжала его волосы из-за чего послышалось болезненное шипение, - Сидел бы и помалкивал, но нет! Тебе, блядь, надо перечить отцу! Но из-за твоей выходки пострадала я! Сидел бы и терпел! Тебе не привыкать! Что молчишь?! Я со стеной разговариваю?!       - Мам, прости! Я не хотел! Правда! - заскулил Нат, из глаз которого уже лилась новая порция слёз. - Я не знал, что тебе будет! Я... Я... Когда тебя не было отец заставил меня расчленить белку... Мама, она же живая! Я не смог... Он меня побил! Кажется, я подвернул ногу... - после этих фраз сердце Лисов, даже Аарона, который не очень то любил Нила, больно сжалось, - Прости меня! Я не хотел, чтобы ты пострадала... - тараторил мальчик, из глаз которого слёзы текли ручьём. Но извинения сына ничуть не удивили мать и она влепила сильную пощёчину по, и без того, больной щеке, и Натаниэль чуть прикрикнул от боли.       - Да как она смеет?! - начали негодовать ребята. Им было больно от такого отношения к их Нилу и от того, что помочь они не чем не могут.       - Урод... Это ты во всём виноват! Натан сделал правильно. Неблагодарный. Лучше бы я не рожала, - бросила Мэри уходя.       - Да пошла на хуй! - крикнула в след уходящей Дэн.       Нат вновь упал на кровать и уткнулся лицом в скомканное одеяло. Истерика брала верх. Он безутешно рыдал захлёбываясь и задыхаясь в слезах. Лисам было тоже больно. Они всё видели, но помочь, ну никак, не могут! Вскоре Нат уснул свернувшись в клубок. Глаза зарёванны, дыхание тяжёлое, но всё же сон.       - Пиздец... - заключила общее мнение Элис, которая сама уже еле сдерживала слёзы.                                                                   

***

      Сейчас Лисы сидели у кровати маленького Нила и просто молчали. Каждый был погружён в свои мысли. Они уже давно разобрались: Они прошлом Нила. Сейчас ему девять лет, значит скоро побег. Их никто не видит, они не могут что-то поднять или дотронуться до кого-то. Но насколько они здесь? Как они сюда попали? На эти вопросы они не смогли ответить. Было много теорий, самые бредовые были от Ники. Хотя, кто знает? В данной ситуации возможно всё.       Самое хреновое для них были две вещи:       1. Они могут слышать мысли Нила. Да, в их времени это был бы дар, но сейчас только от одних его мыслей хотелось плакать. Он думал, что мать права, что он заслужил такое отношение к себе, что без него было бы лучше и из-за него страдает мама.       2. Они всё видят и слышат, но не могут ничем помочь. Они не могут обнять, поддержать, залатать раны, защитить от монстров его мира. Они могут лишь смотреть...       Часы показали восемь утра. За окном было светло и пели птицы. Будильник прозвенел и рыжий мальчик кинул в него тапок. Потянувшись он понял, что зря уснул свернувшись в калачик - всё тело, особенно позвоночник и шея, ломило. Он встал с кровати, чуть не наступил на Рене, благо, она успела отпрыгнуть. Ну чтож... Ещё один мучительный день начался...