ГЛАВА 21.
24 февраля 2026 г., 03:08
Примечания:
Такие вот неожиданные повороты..
***
Проснувшись гораздо позже, чем обычно из-за вчерашней затянувшейся тусовки у друга, Чон решает первым делом проведать девушку, так как дверь в ее комнату была закрыта, а саму девушку он не обнаружил в других комнатах, несмотря на такой поздний час. – Проснулась? Лу, я хотел извиниться за вчера… Я знаю, что обещал не курить, но Чимин он…– он тихонько открывает дверь ее комнаты, но перед глазами встает заправленная постельное белье и пустая комната. Гендиректор распахивает дверь и проверяет шкаф, в котором до этого момента висела вся одежда девушки, а снизу стоял чемодан - но все оказывается пустым. Все тюбики с косметикой в ванной комнате и обувь в прихожей - абсолютно все исчезло, как и сама хозяйка вещей. Чон судорожно хватает свой телефон и сразу же набирает номер девушки, но на том проводе слышит лишь раздражающую фразу «аппарат абонента выключен или находится в не зоны действия сети…» и после этого в его глазах все мутнеет, а сердце начинает отбиваться бешеным ритмом: Где она? Почему она забрала все вещи? Почему не доступен телефон? Она же в чужой стране, так куда же она ушла? Тем временем самолет Лу совершал взлет в международном аэропорте Пусана. Девушка так торопилась покинуть страну, что выбрала самый ближайший рейс с отправлением прямо из Пусана, так как смогла разобраться только в такси до главного аэропорта здесь, без выезда в Сеул.***
За неделей шла вторая, а за ней и месяц, но от француженки не было ни звонков, ни смс – ровно ничего. У гендиректора, после множества попыток выйти на контакт с Лу, опустились руки хоть как-то связаться с ней. Навалившиеся проблемы в отношениях и в компании полностью добили того морально, отчего гендиректор медленно возвращался к предыдущей версии себя – абсолютно равнодушной к окружающим, вечно рассиживающей в своем кабинете с без эмоциональным лицом, переодически докапывавшимся за каждую мелкую оплошность на всех сотрудников. Секретарь Ко также не раз попал под раздачу опустошенного отъездом Луиз гендиректора. Очки и слегка закусанная нижняя губа делали его уставший внешний вид со стороны сексуальным и привлекательным. Расстегнутая верхняя пуговица рубашки и расслабленная ткань галстука подчеркивали ключицы и выпирающий кадык. За окном освещенный миллионами подсветок ночной Сеул, а на последнем этаже здания его компании приглушенный свет виднелся лишь на нескольких этажах, включая этаж гендиректора. Конец рабочего дня был несколько часов назад, но, кажется, что гендиректор Чон сегодня вновь не собирается покидать офис компании, засыпая уже который раз на офисном диване после опустошения бутылки с виски. Это случится позже, ну а пока он лишь усердно перечитывает очередную стопку документов, лежащую на его столе, попутно докуривая сигарету. Кроме того, безостановочные размышления о причине обрыва связи с Лу вставали перед глазами гендиректора как ком в горле. У него был доступ буквально ко всему, кроме ответа на этот вопрос. Навалившиеся серьезные проблемы на работе не дали ему уехать в Париж, хотя он и понимал, что девушка с вероятностью сто один процент находится там. К тому же, он так и не смог выяснить, как Лу узнала о всех встречах с Соной, которые отзывались лишь жуткой ненавистью в памяти парня, но знал лишь одно – он сам виноват, что допустил таким ситуациям произойти, и тем более, подорвать доверие Лу. Его попытки отвлечь себя от паузы в отношениях горой бумаг и постоянным курением прерывает стук в дверь его кабинета: – Гендиректор, к вам можно? – произносит сладкий женский голос. – Кто там? – Входите, – без интереса отвечает тот. – Гендиректор… – симпатичная сотрудница, покручивая прядь волос на своем пальце, подходит ближе, становясь прямо перед сидящим за своим столом Чоном. На ней белая рубашка, на которой несколько расстегнутых пуговиц, открывающих вид на просвечивающийся сквозь светлую ткань черный бюстгальтер с довольно внушительным размером груди и короткая черная юбка, демонстрирующая длинные стройные ноги сотрудницы. Высокие каблуки, от которых каждый ее шаг сопровождался стуком об пол и длинные уложенные волосы каштанового цвета с некой отдающей рыжиной. Образ завершал ярко красный оттенок помады на губах – она точно готовилась к своему представлению. – Что там у вас, кхм… – все также, не взглянув, на явно пытающуюся привлечь внимание гендиректора девушку, спрашивает тот. – Хани… Ким Хани, – сообщает свое имя та. – Я хотела у вас узнать кое-то по поводу отчета… – обходя рабочий стол Чонгука, та подходит прям к нему. – Кажется, я здесь что-то напутала, не могли бы вы взглянуть лично..? – в той же манере продолжает девушка. – С каких пор я занимаюсь проверкой чьих-то сомнений? – наконец поднимает свою голову на нее. – Ну, гендиректор, понимаете, я надеялась, что вы поможете мне с моей трудностью… – все также покручивает прядь своих волос и стоит рядом, и теперь уже наклоняется к нему на стол, открывая вид на свою грудь в том самом черном бюстгалтере, та. – А взамен, я бы могла помочь вам… – прикусывает губу и кладет свою руку с ярко красным маникюром ему на плечо, при этом поглаживая. – Как вам такая идея, мистер Чон? – Пошла вон, Ким Хани, – вскакивает со своего кресла, бросая эти отчеты к двери, грубым тоном отвечает тот. – Пока я не отрезал ленту твоего бейджика вместе с твоими волосами, – сотрудница испытательного срока сильно разозлила и так пребывающего в отвратительном настроении гендиректора. А та еще несколько секунд стоит в полной растерянности, не осознавая, что ее план не сработал, хотя та была уверена, что вновь свободный гендиректор сейчас нуждается в женском внимании по слухам, доносящимся из разных отделов, но сильно ошиблась. – Я сказал проваливай! – кричит тот, а девушка быстро выбегает из кабинета, попутно застегивая пуговицы и опуская юбку настолько, насколько это был возможно. Она выбрала абсолютно не ту жертву для своих соблазнов, и абсолютно не то время, ведь последнее, чего хотелось сейчас сходящему с ума от непоняток в отношениях с француженкой гендиректору – лезть в постель с пышногрудой временной сотрудницей. – Черт, совсем уже охренели там?! – ругается в своем кабинете Чон. На его ругань дверь в его кабинет вновь открывается и из нее заходит Пак Чимин, удивленно реагирующий на состояние своего друга. – Что тут у тебя происходит? На меня в лифте только что влетела пышногрудая красотка в заплаканном виде. – От тебя, по видимости. – Пыталась затащить меня в постель, чтобы не делать свой отчет… – Совсем мозги растеряли уже… – Ого, да я сплю и вижу, чтобы ко мне вломились и «так» захотели показать свой отчет… Где ты берешь таких инициативных сотрудниц, а Чон? – Вот и забирай ее к себе. Все равно больше не смогу ее видеть здесь. – усаживается на диван Чон, потирая свои глаза от усталости. – С радостью, такие «инициативные» нужны в моей команде, – смеется Пак Чимин. – А ты что приперся? Опять похвастаться, что в тройничке был альфой? – А, да нет. Мне Сона звонила. – Хочет всех собрать на свой День Рождения. – И? А я тут причем? – Ну она просила уговорить тебя прийти к ней… – Еще чего. Мне, по-твоему, нехер делать, праздновать ее День Рождения, когда я на сто процентов уверен, что это она что-то наговорила Лу. – откидывается на спинку дивана гендиректор. – Может все же стоит дать ей шанс? Она вроде изменилась… Да и старается загладить свои ошибки в прошлом… Хочет общаться с нами вновь. – Такие люди не меняются, поверь мне, хён. – Ну, как знаешь, Чонгук.***
По возвращении Луиз в Париж ничего не изменилось. Точнее сказать, все стало как прежде – до появления Чонгука. Лишь стоящий в углу прихожей чемодан с оставшимися от парня вещами периодически напоминал ей о том, что все же нужно как-то связаться с его хозяином, чтобы передать чужую вещь, хранящуюся в ее доме. Кажется, она уже все решила для себя. Да, определенно, так будет лучше для нее. Они из разных миров – настолько разных, что удивительно, как они продержались вместе все это время, даже без ссор в их отношениях. Но, как оказалось, этих ссор не было лишь потому, что каждый из них что-то утаил в определенный момент. Это срабатывало лишь некоторое время, а после, накопившись в снежный шар, взорвалось в один миг. – Не знаю Кэт, уже, наверное, на протяжении месяца такое странное состояние. Вот как раз с поездки в Корею началось. Мне стало так плохо на той вечеринке, и с тех пор периодически слабость и подташнивает… – жалуется подруге русоволосая. – А не делала ли ты тест на беременность, подруга? – вдруг выдает свое мнение на жалобы Лу. – Что..? Да нет, быть не мо… – сердце Лу замирает отбивает ритм, а перед глазами прокручиваются тысячи кадров с их совместной с гендиректором жизнью. – Что? – У меня так и не начались эти дни в этом месяце… – Я так и знала… Ты когда свои симптомы перечислила, я сразу по своему опыту поняла… – Не может быть… Что мне теперь делать… Что делать, Кэтрин… – дрожащим голосом в трубку произносит Лу. – Брать звонки от Чонгука и сообщать облажавшемуся по полной папаше последние новости? – Н-нет… Нет… Я не могу, ты же знаешь… – Лу накрывает истерика, что слышит и Кэтрин. – Ну, ну, Лу, успокойся. Я сейчас приеду. А ты пока сходи за тестами в аптеку. И возьми сразу несколько разных, поняла? – раздает указания старшая. – Угу, – мычит в трубку та. Паника и ужасный страх охватили девушку с ног до головы. Она, попутно накидывая толстовку с кепкой и шорты, пытается остановить накрывающую ее истерику, ведь страх увидеть положительный результат целиком и полностью поглощает ее. В ее голове проносится вся их ситуация с Чонгуком месяц назад, их ссора, последний разговор и ее возвращение во Францию одной. Пока мысли девушки были заняты всем этим, она не заметила, как уже подошла к небольшой аптеке, расположенной в нескольких минутах ходьбы от ее дома. Девушка попросила несколько разных тестов на беременность, как ей и посоветовала рыжеволосая, и, расплатившись покинула аптеку. Хоть Кэтрин уже и была в пути и настоятельно просила ту подождать ее прихода, чтобы поддержать перепуганную до смерти подругу, Лу, не выдержав, последовала инструкции на коробках, и три вида разных теста уже лежали на стиральной машинке, пока та ждала проявления результатов на каждом из них. Девушка, не зная куда себя деть, расхаживала из стороны в сторону, но, увидев на часах, что необходимое по инструкции время уже прошло, с бешено стучащим сердцем направилась в ванную смотреть результаты. Секунда, две, и она замирает, как вдруг звонок в дверь, оповещающий о приходе подруги, заставил ее прерваться и на ватных ногах идти открывать дверь гостье. – Лу… Ты как…? – крепко обнимает девушку. – Кэт… – глаза девушки заполняются соленной жидкостью, а рот от нехватки воздуха открывается. У девушки начинает истерика. Предательские две полоски красуются на всех трех купленных тестах. Такое волнительное и радостное для кого-то событие отзывается болью в груди и помутнением рассудка для Лу, которая хоть и планировала иметь ребенка в будущем, но представляла это исключительно в полной, любящей семье, где будут и отец и мать ребенка, которые смогут дать им нормальное будущее. Поток мыслей в ее голове заменила пустота, заполнившая ее полностью. Абсолютная пустота, не понимание, не осознание происходящего в данный момент. Кэт, что сильно прижимает к себе опустошенную подругу, придумывает в голове какие слова подобрать, чтобы успокоить ту. Безусловно, та была на седьмом небе от счастья, когда они с Майклом узнали о ее беременности, но и ситуация, в которой она узнала эту новость кардинально отличалась от ситуации Лу. – Кэт, что мне делать? У меня же даже работы пока нет.. Как я буду его обеспечивать…И ты же знаешь, мне нельзя аборт… – Лу… Может все-таки поговоришь с ним…? У тебя повод, который не требует замедления… – Он предал меня. Так зачем я буду нужна ему, да еще и с ребенком? Ему бы в своей личной жизни разобраться… – Ну как знаешь…
