утренний рассвет

было тихо. летнее утреннее небо правда очаровательное, как может казаться на первый взгляд. слабый ветерок в лицо мог помочь расслабиться, умиротворительное шуршание листьев заставляло искренне улыбнуться. можно было упасть в пропасть безлюдных мечтаний, где мог находиться лишь ты один, не переживая о чем-либо на свете. именно так считал Канзаки во время прибытия со своим человеком. любимым, ласковым. кажется, он считает, что не сможет больше найти того, кто поймет и сможет принять его таким, какой он есть. ясная улыбка на лице друга была очаровательна, есть ощущение, что мужчина бы смог рассматривать её всю саою жизнь, не жалея ни секунды потраченной на это. легкое прикосновение к чужому запястью заставило отвлечься Сому от погружения в свои мысли, даже несмотря на то, что он не хотел делать что-либо, кроме как мечтать на природе. – при рассвете небо более, чем велколепно. как думаешь? – и правда. пушистые на вид облака оказывали чувство любви и ощущения, что ты не один. нежно-лиловый оттенок придавал собственную атмосферу, надежду на продолжение счастливых моментов в своей жизни, приятные впечатления и доброту. в ответ на вопрос Канаты последовал легкий кивок, на душе стало легче. казалось, только пару часов назад они в спешках собирались, боялись опоздать до рассвета, надеясь, что смогут запечатлить его только вдвоем, без каких-либо ограничений в тишине и наслаждении компанией друг друга. сейчас же они бы не смогли даже издать хоть какой-нибудь громкий звук, казалось, что они стали околдованы. – ах, кстати... – последовала небольшая пауза, кажется, Синкай что-то трепетно искал у себя в карманах, – Сома, посмотри. – в руках мальчика оказался небольшой брелочек. если точнее, он был тематический: украшен блестящими нежно-голубыми вставками в виде морских звездочек и маленьких ракушек, а сам брелок оказывался полупрозрачной рыбкой, переливающаяся с голубого цвета ближе к хвосту в мятно-зеленый, внутри которой, кажется, были блесточки? так чудесно, на свете лучей только просыпавшегося солнца это выглядело в тысячу раз волшебнее, отражаясь на руках бледноватой кожи. – да? что это? – слабое удивление достигло того практически сразу, но понимание чем это является не сильно. похоже, кое-кто всё ещё не проснулся? – брелочек! смотри какой миленький... – Каната повертел небольшой предмет в руках, осматривая его подробнее. руки неосознанно протянули его собеседнику, желая, чтобы тот это взял. – Сома, это тебе подарок! хочу, чтобы у тебя смогли остаться наши воспоминания здесь, чтобы если что, ты мог поднимать себе настроение лишь одним взглядом на эту рыбку, вспоминая наши проведённые моменты вместе. – скромно приняв предмет, фиолетовые глаза стали осматривать чудесный брелок, пока сам Канзаки начал ощущать прилив приятного тепла в груди. он улыбнулся в ответ, слабо заикавшись поблагодарив партнера. ах, как неожиданно, щеки окрасились алой краской, температура в теле, по ощущениям, подскочила под сорок! и все от одного лишь подарка? если припомнить, Соме либо очень редко делал кто угодно подарки, либо их практически и не было. оказывается, ощущения от душевных подарков более приятные, чем тот мог себе представить... последующую минуту парень рассматривал брелок у себя в руках, прокручивая его в разные стороны, наблюдая за яркими блесточками внутри. – хе-хе, он тебе так понравился? – а? да... т-то есть он правда красивый, разве не так?! – на момент Канзаки показалось, что он чуть ли не признался в чем-то очень важным, то, что ему правда хотелось сказать, но страх чего-то не давал это сделать. он вздохнул, стараясь собраться с мыслями, не думая об этом. в это время Каната лишь слабо посмеялся, наблюдая прилив смущения собеседника, отчего становилось еще приятней в каком-либо смысле на душе. – конечно, красивый... я как только его увидел, так сразу о тебе подумал, мне он о-очень понравился. – "понравился"? иногда такое ощущение, что фантазия Сомы слишком обширная. мужчина практически сразу же посчитал, что последние слова оказались намеком на признание в своих чувствах! ах, если так подумать, то это правда бы был неплохой способ намекнуть на симпатию к человеку... мужчине с фиолетовыми глазами понадобилось еще пару секунд, дабы убедиться в своем предположении, прежде чем случайно прикусить собственный язык от нахлынувших эмоций. к счастью, это получилось не так сильно, как могло быть, поэтому боль быстро спала, а сам Канзаки и виду и не повел. спустя некоторое время разговоров между парнями, сидя на мягкой траве с замечательным видом вдаль, Каната, даже сам того не замечая, прильнул к плечу самурая, приобнимая того одной рукой. казалось, что еще немного и второй просто не сможет больше этого выносить, заставив себя что-то предпринять. прошло две минуты, четыре, пять, десять... как тут терпение оборвалось, мужчина от волнения стиснул зубы, резко повернувшись лицом к Синкаю, аккуратно взяв его за левое запястье. спустя мгновение Канзаки заговорил: – К-Каната!.. прости, что так резко, но мне надо тебе кое-что сказать... – он ослабил хватку на запястье, чуть опустив голову вниз. можно было наблюдать яркий румянец в тот момент на его лице, который, кажется, даже не спадал все это время, а лишь становился виднее с каждым мгновением, – честно, я сам еще не уверен, но у меня такое чувство, что... – ком в горле. что-то явно мешало дышать. парень думал, что сейчас может даже начать трястись, если не еще что-то. – гх... я-я люблю тебя, Каната. очень сильно! ты мне... нравишься. –пурпурные глаза осматривали реакцию собеседника, боясь обнаружить злобу или разочарование в ответ. Каната на мгновение остолбенел, не зная что ответить. щеки сразу же подали знак смущения, мысли сбились с толку. мальчик считал это все сном, не веря, что такое может произойти наяву. как только рука освободилась от слабой хватки Канзаки, он тут же прикрыл ей собственное лицо, стараясь придумать что бы ответить.– Сома... – он обратил внимание обратно на лицо того, заметив стеклянные глаза, что пристально смотрят за парнем, пытаясь найти любые признаки на ответ. вместо слов Синкай лишь обнял самурая, обхватив того шею обеими руками, не желая отпускать. кажется... это можно принять как ответ на предыдущие слова? если так, то Канзаки был более чем удовлетворен им. да, даже слишком. он обнял голубоволосого мальчика взаимно, поглаживая по спине двумя руками, не хотев, чтобы это когда-либо заканчивалось. чувство комфорта и ещё большей любви становились все сильнее и крепче, укрепляя в этих моментах привязанность друг к другу, не замечая что-то еще, что могло мешать любить и быть любимыми. – я тебя тоже люблю, Сома. – при этих словах Синкай оторвался от теплых объятий мужчины, легко и неожиданно поцеловав того в мягкие губы, быстро отстранившись.