Собачья жизнь

Проснувшись перед рассветом Ло Бинхэ, ещё не совсем переваривший прошлые потрясения, осознал ГДЕ он спит. Он чуть не упал на пол, когда увидел что находится в кровати учителя. Щенячье сердце сделало нервный кульбит. Чуть отойдя от шока, юный ученик Ло решил что упустить возможность рассмотреть такого учителя будет грехом. Начал он с ног, находящихся в непосредственно близости и прикрытых только тонкими нижним штанами(во сне учитель сбросил с себя одеяло). Ноги были красивыми, точёными. Нефритово-белая кожа чуть розовела к кончикам пальцев, аккуратные лепестки ногтей были нежно-розового оттенка. Прелесть. Немного подвиснув на созерцании ступней и пальцев, юный герой-исследователь всё же двинулся дальше. У паха учителя он задержался чуть дольше, раздумывая о слухах, говорящий о развратности Шэня, и о том, а не стоит ли, пока есть возможность, кое что отгрызть... Но, всё же решив сначала осмотреть всё, он пошёл дальше. Дальше всё закрывала одежда. Щенок разочарованно вздохнул и пошёл ещё дальше. Дойдя до лица Ло Бинхэ поражённо замер. Обычная маска возвышенности и отстранённости треснула и с грохотом осыпалась. Его брови были болезненно заломленны, губы искусанны в кровь, на лбу выступила испарина, а под ресницами скопились слёзы. Учителю снился кошмар. Бинхэ стоял и поражённо смотрел, как тонкие музыкальные пальцы едва ли не до хруста костей стискивают подушку, как кровь из слишком сильно укушенной губы просерчивает дорожку по подбородку. Она была такая яркая, красная, и сильно выделялась на фоне белоснежной кожи и нежно-розовых, чуть бледноватых, губ. Рваный выдох горного лорда послужил для щенка сигналом к действиям. Повинуясь внезапному порыву ученик Ло подошёл практически в плотную к учителю и лизнул того в подбородок, смакуя алую кровь на кончике своего собачьего языка. Потом лизнул ещё раз, уже в губы, и потом снова, выше. Когда учитель болезненно поморщившись открыл глаза, Бинхэ смотрел на него невиннейшими глазами, вилял хвостиком, и... Сидя на подушке учителя продолжал вылизывать его лицо. Шэнь Цинцю перекосило от гнева и лёгкой брезгливости, он резко поднялся, и возвращая своему лицу холодное выражение сердито посмотрел на щенка. – И как это понимать!? – грозно вопросил он, на что щенок виновато опустил голову и чуть сжался тихонечко заскулив – Что ты себе позволяешь!? Как буд-то твоя хозяйка тебя не воспитывала! Узнаю чей ты, так просто она не отделается! В кудрявую головушку ученика невольно закрались мысли о наказании несколько неприличного рода. Щенок неосознанно тихо зарычал, представил каждую из соучениц этой самой постели. С этим человеком. С ЕГО человеком. Осознав последнюю мысль Ло поражённо замер, пытаясь понять что это такое и откуда оно выползло. – Вчера от страха шевельнуться не мог, а сегодня уже рычать смеешь!? А ну брысь с кровати наглое животное! – Раздражённый учитель спихнул озадаченного своими же мыслями зверя с кровати на пол. Больно стукнувшись об пол, Бинхэ издал невольный скулёж, прозвучавший до того жалобно, что даже учителя в некоторой степени проняло. Тот глянул в сторону щенка и Бинхэ тут же поймал его взгляд, состроив самую виноватую морду и жалобно поджав хвост. Учитель фыркнул и отвернулся. Бинхэ снова заскулил.