Далёкие слова

Дамиано пристально смотрит в глаза Итана, притягивая за предплечье. Они совсем близко. Губы в считанных сантиметрах друг от друга и можно услышать тяжёлое дыхание друг друга. Давид наклоняется для поцелуя, замирает в считанных миллиметрах. Одно движение и их губы сольются в робком поцелуе. Рука движется с руки на талию и они скрываются за дверью. Сердце Итана стучит как бешеное. Они сделали так уже несколько раз и каждый он краснеет как впервые. Дамиано отпускает его и отстраняется. Итана пробирает дрожь, объект его обожания настолько близко, что сердце начинает стучать в другую сторону. — Нет, всё равно не тот эффект, — доноситься голос режисёра из соседнего зала. Давид выходит и направляется к камерам. — С настоящим поцелуем было бы намного правдоподобнее, — говорит мужчина, демонстрируя снятое вокалисту. Виктория закатывает глаза, она устала ждать хорошего кадра, чтобы наконец-то закончить на сегодня с компом. — Хорошо, я согласен. Надоело мне тут торчать, — беззаботно говорит барабанщик, проходя мимо Давида и похлопывая его по плечу, дабы обратить на себя внимание. В любом случае он останется в выигрыше. Они быстрее закончат и он наконец-то поцелует объект своего обожания. А если что-то пойдёт не по плану, то они поцелуются не один раз. — Хорошо, поехали, — говорит Дамиано, хватая парня за запястье и оттягивая на исходное место. Щёки Итана теперь полыхают с новой силой. Он и не думал, что Дамиано так быстро на это согласиться. Торкио открывает рот, чтобы что-то сказать, но позади слышится противное «мотор» и теперь им предстоит играть свою роль. Дамиано снова сжимает предплечье, на этот раз немного сильнее чем в прошлый, тащит Итана на себя. Парень не сдерживает себя и накрывает раскрытой ладонью, полуобнаженную грудь Давида. Старший что-то шепчет и накрывает губы Итана. Это не похоже на поцелуй, просто соприкосновение, но у Торкио и от этой крохи утекает земля из-под ног. Рука Давида перемещается на талию и он уводит Итана за дверь, закрывая её за собой. Они мгновенно отстраняется будто ничего и не было. Конечно, Дамиано привык вытворять такое и не только на концертах. Но вот Торкио совершенно другое дело. — Снято! Но лучше бы записаться ещё дубль, — говорит оператор. Дамиано тихо, но долго ругается на итальянском, после открывает дверь и они выходят. Несколько гримёров подбегают к ним и поправляют макияж, волосы и одежду. Итан успевает успокоиться и смотрит на невозмутимого Давида, который улыбается рядом стоящей девушке и шепчет ей что-то, вероятнее всего, милое. Девушки отходят и начинается всё по новой. Мягкие прикосновения, скольжение пальцев о голую кожу, неотрывной взгляд глубоких карих глаз. Мягкие губы Дамиано прижимаются к губам Итана. Это снова не поцелуй, но Торкио не может больше терпеть. Он незаметно кладёт руку на затылок Давида, чтобы тот не смог отстраниться, и начинает целовать. Как и ожидалось мужчина дёргается, но руку на затылке заставляет его оставаться на месте. Итан подталкивает Давида к двери, так как оно уже надолго задержались. Дамиано приобнимает барабанщика за талию и они скрываются от камер. Итан ещё несколько секунд удерживает Давида, наслаждаясь этим мгновением. — Снято! — снова доноситься из-за закрытой двери. Торкио скользит поцелуем к уголку губ и отстраняется. Рука Давида почему-то всё ещё остаётся на талии Итана, не позволяя отойти. — Всем спасибо за работу, можете отдыхать, — слышно как съемочная группа начинает собираться. Парень делает попытку отстраниться и на удивление у него это выходит. Он отворачивается от Давида, чтобы тот в тусклом свете не смог заметить его румянец. — Это всё ради клипа, — оправдывается Торкио, касаясь тыльной стороной ладони, разгоряченных щёк. Как же ему стыдно за этот поцелуй. Сейчас, больше всего на свете, он хочет сбежать от этих пристальных карих глаз, скрыться от всего мира в своей комнате и долго-долго думать о Давиде. — Дами, мы за колой, вы с нами? — кричит из-за двери Томми, которого подгоняет уставшая Виктория. Итан отходит в сторону, открывая путь к выходу. Ему будет лучше, если Давид уйдёт первым. Длинные пряди падают на его лицо, удачно скрывая смущение от старшего. — Нет, мы отдохнём немного, после присоединимся, — отвечает Дамиано, чем прилично шокирует Итана. Шумы за дверью постепенно стихают, съемная квартира пустеет и они остаются одни. — И что это было? — спрашивает Давид, вставая к парню в пол оборота. Торкио невольно вздрагивает и делает шаг к стене. — Прости, Дами, я не знаю, что на меня нашло. Просто… — он прислонился спиной к стене, склоняя голову, ещё больше закрывая лицо волосами. Каблуки Давида стучат по полу, заставляя Итана вздрагивать. — Прости… — дрожащий голос, выдаёт все эмоции, которые Торкио пытался скрыть. Дамиано, мягко убирает волосы с красивого, но заплаканного лица Итана. — Не плачь, а то макияж испортиться, — он аккуратно обнял лицо Итана, заставляя его посмотреть на себя. Барабанщик несколько раз хлопнул глазами, не веря, что всё это происходит в действительности. Давид медленно стёр крупную слезинку большим пальцем. Итан тяжело сглотнул. Рука сама собой, ухватилась за запястье Дамиано. Лишь бы удержать ещё на мгновение, ещё на одну секунду в таком положении. Казалось, что всё это плод его возлюбленной фантазии, что он всего лишь бредит. — Я не знаю, как всё это тебе объяснить, — растерянно говорит Торкио. Пальцы продолжают держаться за руки Давида, посылая лёгкую дрожь. Дамиано усмехается и на мгновение отводит взгляд куда-то в сторону. Итан ослабляет хватку, неохотно отпускает изящное запястье. На глазах снова наворачиваются слёзы. Макияж бесспорно уничтожен и все эти красивые девочки старались зря. Дамиано качает головой, убирает руки от лица и берёт парня за руку. Итан беспрекословно следует за ним. Он не сопротивляется, когда Давид усаживает его на небольшую кровать, достаёт из своей сумки пачку влажных салфеток и вытирает чёрные подтёки, а дальше уже и весь остальной макияж. Итан молчит, но его пылающее от смущения лицо говорит намного больше. Давид кидает несколько испачканных салфеток на пол, наклоняет голову, смотрит на Торкио, оценивая свою работу. Итан неотрывно смотрит на него. Их лица почти друг напротив друга. Сердце буквально выпрыгивает из груди. — Ты мне нравишься, — выпаливает Торкио, ожидая реакции со стороны мужчины. Его губы дрожат от волнения. После такого их крепкой дружбе прийдёт конец. Давид молчит какое-то время, пытаясь осмыслить всё. После усмехается и поднимается с пола, становится одним коленом на кровать, нависая над Итаном. Медленно склоняется и целует барабанщика. Первый десяток секунд парень не может прийти в себя. Теперь настало его время бездействовать и пребывать в шоке. Давид отстраняется, так и не получив ответа. — Ты думал, во время съёмки я не ответил, потому что мне не понравилось? — второе колено тоже оказалось на кровати и теперь Дамиано сидел на коленях Итана, удерживаясь за его плечи. — В какой-то степени, ты тоже мне не безразличен, — ласково сказал Давид, зарываясь пальцами в волосы парня. Они были такими мягкими и приятными на ощупь. — Дами, я… Мне так стыдно, — стыдливо сказал Итан, прильнув к груди мужчины. Руки скользнули по спине, останавливаясь в районе лопаток. Давид улыбнулся, наблюдая за тем, как мило Итан смотрит на него снизу вверх, упираясь подбородком ему в грудь. Дамиано аккуратно провёл тыльной стороной ладони по щеке парня. — Пойдём, нас ждут, — сказал он, вставая на ноги. На удивление Торкио не останавливал его. Поправив кофточку, Давид подал руку Итану, помогая встать. Вокалист притянул парня к себе, заглядывая тому в глаза. — Если поцелую, ты мне ответишь? — спросил Давид, приближаясь к лицу Итана. Без лишних слов Торкио двинулся вперёд, впечатываясь в губы напротив. В этот раз он целовал с такой же страстью и таким же желанием, как и в первый. Дамиано отвечал ему тем же, попутно перебирая волосы. Временами старший позволял себе прикусить нежную кожу до крови, но почти сразу же начинал зализывать ранку. Итан нетерпеливо хватался за плечи, предплечья, талию, за всё, до чего мог дотянуться. Давид отстранился, судорожно хватая воздух и сразу же возвращаясь за новым поцелуем. Парень обвил талию Дамиано, утягивая за собой в сторону кровати. Когда Итан упёрся в кровать, Давид оторвался от пухлых губ и толкнул парня в грудь. Торкио приземлился на мягкое покрывало, рассеянно посмотрел на старшего. Дамиано начал быстро снимать корсет и сетчатую футболку под ним. Итан смотрел как заворожённый, разомкнув искусаны и слегка опухшие от поцелуя губы. — Нравится как я выгляжу, у? — поинтересовался Давид, красуясь перед Торкио обнаженным торсом. Итан зарделся и отвернулся, не в силах смотреть на такую красоту. Не то чтобы они не оголялись друг перед другом, просто сейчас в такой ситуации это было слишком откровенно. Всего было слишком. Дамиано забрался на кровать, седлая Итана. Тонкие пальцы быстрыми движениями начали расстёгивать пуговки на рубашке Итана, оголяя каждый сантиметр кожи. Парень мелко дрожал, когда горячие руки касались груди, боков, пресса. Его то руки были заняты, отведя их назад он удерживался в полулежачем положении, открывая таким образом хороший обзор. Когда рубашка отлетела в сторону, Итан покраснел ещё сильнее. Давид наклонился, целуя податливые губы, поглаживая руками напряжённое тело, потираясь пахом о пах. Торкио тихо застонал в рот Дамиано, вздрагивая всем телом и невольно придвигаясь ближе. Итан откинул голову назад, задыхаясь от переизбытка чувств. Давид начал покрывать поцелуями румяные щёки, мускулистую шею, вздрагивающий кадык, острые ключицы. Уложив Итана на спину, Давид обхватил его запястья, начиная водить руками по своему телу. — Дами? — несдержанно взвизгнул Итан, пытаясь отдёрнуть руки, но Дамиано был сильнее и напористее, поэтому барабанщику оставалось только подчиниться. Спустя несколько минут, Итан сам трогал там где ему хотелось и, по всей видимости, где нравилось Давиду, потому что мужчина при каждом прикосновении тяжело вздыхал, закусывал нижнюю губу и всячески старался сдерживать порывы поддаться вперёд. Торкио скользит пальцами по проколотому соску. Не удержавшись, Итан приподнялся на локтях и лизнул пирсинг. Не дожидаясь ответной реакции он взял сосок в рот, легко прикусывая его. Давид в первый раз громко, несдержанно застонал. — Итан, чёрт побери! — Дамиано сильнее сжал ноги парня своими коленями и плотнее вжался пахом в его. Ни у одного из них не оставалось сомнений чем всё закончиться. Сквозь тонкую ткань штанов было отчётливо слышно их возбуждение. Итан вошёл во вкус, он игриво зажал зубами металлическое колечко, слегка оттягивая его и вызывая болезненный вскрик со стороны мужчины. — Пусти… — простонал Давид, сквозь стиснутые зубы, нежно, но ощутимо сжимая пальцы на волосах Торкио. Итан послушно разжал зубы и стал зализывать больное место. — Я и не думал, что ты такой настойчивый, — выдохнул Давид, ослабляя хватку и теперь уже нежно перебирая волосы парня, пока тот продолжал играть с его сосками, теперь уже со вторым. — Прости, Дамиано, но я устал уже скрывать свою любовь, — слова прозвучали слишком резко, но отчего-то в груди у вокалиста на подобное признание что-то ёкнуло. Итан снова покраснел. Его пухлые губки красиво надулись, будто он был обижен, что рассказал всё настолько поздно. Дамиано приподнял его лицо за подбородок, впиваясь жадным взглядом в такие знакомые глаза. — Не извиняйся, если бы я не хотел, то не отвечал бы и уж точно не сидел бы сейчас на тебе же верхом, — он притянул Итана к себе, целуя его горячие губы. Парень придвинулся ближе, скользя кожей по коже. Ощущениями были приятными. Кожа Дамиано была приятной и горячей, что ещё больше заводило. Давид легко потянул подбородок вниз, заставляя Итана открыть рот. Язык быстро проник внутрь, начиная исследовать чужой рот. Торкио глухо простонал, упираясь рукой в плечо, желая немного отстраниться. Руки Давида обвили его хрупкое тело, не давая отодвинуться слишком уж далеко. Давид навалился на Итана, вжимая его всем своим телом матрас. Оборвав поцелуй, он начал осыпать лёгкими прикосновениями голую кожу. Руки беспорядочно бродили по телу: сжимали, мяли, царапали. Дамиано начал прокладывать дорожку поцелуев от подбородка. Когда губы достигли плоского живота, он замер, посмотрел вверх, оценивая реакцию и как бы спрашивая разрешения на дальнейшие действия. Итан сильно запрокинул голову назад, поэтому разглядеть его лицо не представлялось возможным. Давид соскользнул на пол, аккуратно снимая туфли Итана. После он избавился от своих каблуков и с любопытством посмотрел на раскраснешвшегося Торкио. — У меня в сумке есть крем, — как бы невзначай сказал Итан, смущённо прикрывая лицо рукой. Дамиано усмехнулся, подобной реакции. Найдя крем он бросил его на кровать рядом с Итаном и занялся его брюками. Стащив лишнюю одежду, Давид обратил всё своё внимание на возбуждение парня. Поцеловав через ткань трусов твёрдый член, он быстро стащил боксеры и устроился между ног барабанщика. — Я тоже хочу тебя раздеть, — неожиданно сказал Итан, приподнимаясь. Дамиано в общем то и не возражал. Он дождался пока Итан встанет на колени и сам принял такую позу. Торкио быстро справился с пуговицей и, воспользовавшись отвлеченностью вокалиста, впился в его губы страстным поцелуем. Одно ловкое движение и Итан уже нависал над изумленным Давидом. Парень стащил брюки сразу с нижним бельем, оголяя красивые ноги Давида и его возбужденное достоинство. — Ты великолепен, — прошептал Итан, сопровождая слова поглаживаниями по напряжённым бёдрам. Щёки всё ещё горели от смущения, а вот тело просило о большем. Давид тяжело сглотнул, он явно не был готов к такому повороту событий. Но любопытство брало верх, поэтому он продолжал наблюдать за сосредоточенным личиком Итана, каждый раз останавливаясь на его губах. Итан замедлился, почти прекращая движения руками. — Передумал? — немного огорченно спросил Давид. Он приподнялся, прожигая Итана взглядом. — Нет, не передумал, — Торкио демонстративно повернулся к Давиду спиной, садясь на свои ноги. Он пока не готов был переходить к самому главному, хотелось подольше понежиться, почувствовать ласки, касания. Дамиано довольно улыбнулся. Ему нравились обе стороны Итана: так властная, которая только что сменилась кроткой и покорной. — Поцелуй меня, Дами, — попросил Итан, поворачиваясь к мужчине через плечо. В глазах Давида сверкнуло желание. Он прижался грудью к спине Итана, заставляя того судорожно выдохнуть от неожиданности, начал покрывать поцелуями его плечи. Нашарив позади себя тюбик с кремом, Дамиано не отрываясь от поцелуев выдавил немного на пальцы и нырнул вперёд, обхватывая колом стоящий член Торкио. Когда пальцы обхватили плоть, Итан громко застонал, стараясь толкнуть я в руку, чтобы почувствовать большего. На плечах расцветали багровые засосы и следы от зубов. Судорожные вздохи сменялись тихими стонами. Давид спустился поцелуями ниже, медленно наклоняя Итана вперёд. Парень не сопротивлялся, позволяя делать с собой всё что вздумается вокалисту. Почувствовав, что Итан уже на грани, Дамиано убрал руку от члена, на что получил недовольный вздох. — Приподними бёдра, — попросил Давид, дотягиваясь до подушки и подкладывая её под таз. Итан самостоятельно притянул к себе подушку и уткнулся в неё лицом. Дамиано выдавил крем на пальцы, согревая перед проникновением. — Я не сделаю тебе больно, — заверил Давид, наклоняясь к Итану и нежно поглаживая спину, аккуратно вводя первый палец. Парень попытался расслабиться. На удивление проникновение не вызывало сильного дискомфорта. Спустя минуту в него аошёл и второй палец. Это уже было ощутимо и неприятно. — Медленней… Медленней, Давид… — застонал Итан, выгибаясь практически до хруста в позвоночнике. Мужчина сразу же остановился, давая свыкнуться с ощущением наполненности. Попутно он начал покрывать дрожащую спину поцелуями, пытаясь тем самым успокоить Итана, унять дрожь. — Вот я и добился, чтобы ты назвал меня по имени, — прошептал Давид на ухо парня, прикусывая мочку и легко оттягивая её. Пальцы продолжили свой путь внутрь разгоряченного тела. Совсем скоро он начал массировать простату, выбивая из Торкио судорожные стоны. Продолжая покрывать кожу поцелуями Дамиано вынул пальцы и смазав член, подставил его ко входу. — Подожди, я хочу видеть тебя, когда ты… — Итан запнулся. Он и сам точно не знал, что хотел, просто хотел видеть Давида и всё. Дамиано помог ему умоститься поудобнее на подушках, расположил его ноги на своих предплечьях. Итан кивнул, давая понять, что готов. Давид аккуратно начал входить, стараясь не причинять сильной боли. Войдя на всю длину, он становился, давая привыкнуть парню к ощущениям. — Дами, ты прекрасный, — ни с того, ни с сего сказал Торкио, встречаясь взглядом с Давидом. Мужчина тяжело сглотнул, с трудом удерживая себя от того, чтобы не сделать резкого толчка, лишь бы услышать эти слова ещё раз. — Ты тоже красивый, — мягко произнёс Дамиано, упираясь руками в матрас, практически наваливаясь на хрупкое тело Итана. Парень обнял Давида за спину, утыкаясь лбом в изгиб его шеи, ноги он удобно расположил на бедрах Дамиано. — Я начинаю, — предупредил Давид, делая первый пробный толчок. Итан отозвался нежным стоном. Ещё толчок и ещё один. Парень закусил губу, откидывая голову назад на подушку. Давид продолжал подстраиваться под нужный темп и пытался найти нужный угол, чтобы приятно было не только ему. Следующий толчок пришёлся по чувствительному комочку нервов. Итан жалобно заскулил, хватаясь за плечи Давида сильнее, отчаяннее. Повторив это действие ещё несколько раз, мужчина сжал своими тонкими пальцами изнывающий без внимания член Итана, начиная медленно водить по нему. Торкио поперхнулся воздухом. Ощущений для одного раза было слишком много. Всё ощущалось слишком отчётливо. Чтобы заглушить собственные стоны, Итан поймал губы Давида, втягивая его в требовательный поцелуй. Ногти впивались в кожу солиста, по всей вероятности там завтра останутся следы, которые не сойдут несколько дней. Торкио оторвался от мягких губ и ревниво впился зубами в шею, вызывая возбужденный стон. Дамиано ускорился, выбивая из Итана стон. Парень впился ногтями в спину Давида, царапая загорелую кожу. Обязательно все фанатки подумают, что Давид провёл восхитительную ночь с какой-нибудь девушкой. Торкио недовольно застонал, хватаясь за плечи ещё сильнее. — Итан, ослабь хватку, мне больно, — тяжело сказал Давид, сильнее наваливалась на парня. Барабанщик уткнулся носом в плечо мужчины и жалобно заскулил. Было до одури хорошо. Жар чужого тела, трение мокрой кожи, давление на все чувствительные места, тяжёлое дыхание — все это вместе создавало невероятный калейдоскоп ощущений, заставляя обоих мужчин утопать в них. Спустя несколько минут Итан задрожал всем телом, изливаясь себе на живот. Все сомнения и мысли ушли на второй план, растворяясь в новых эмоциях. Дамиано не заставил себя долго ждать, сделав несколько глубоких толчков, и кончил на ягодицы парня. Он с трудом удержался, чтобы не упасть на Итана сверху и не придавить его собой. Торкио притянул Давида к своим губами, тяжёлое дыхание обоих соединилось в медленный, ленивый поцелуй. — Я люблю тебя, Давид, — прошептал Итан ему в губы. Руки медленно закрылись в густые волосы, заставляя удержаться на месте. Давид как-то исхитрился, не разрывая поцелуя, перекатиться на бок. Руки медленно скользили по плечам, груди, рёбрам, вызывая лёгкую дрожь во всем теле. — Я пока не готов сказать тебе то же самое, — прошептал Давид, отрываясь от манящих губ. Итан смущённо улыбнулся и как-то слишком быстро сел. В мгновение пришло осознание того всего содеянного. — Но я определенно что-то к тебе чувствую, — успокаивающие добавил Дамиано, поднимаясь за ним следом и нежно обнимая за плечи. — Полежи ещё немного. После будем собираться, а то Вики и Том нас потеряют, — ласково сказал Дамиано, обнимая Итана и утягивая за собой на подушку. Торкио аккуратно обвил талию Давида, поудобнее устраиваясь на его плече. Удивительно, но на душе стало намного спокойнее.