Белая тюль

Прошло уже так много времени с тех пор, как Сакура в последний раз зажимал в руках тонкую сигарету в своей старой жизни, но в последнее время он стал прикладываться к ней все чаще и чаще. Он думал, что бросил это дело, но табак манил его каждый раз, когда сердце начинало стучать быстрее, а голова забивалась мыслями, которые тянули его за человеком, которым восхищался и, кажется, всем сердцем любил. За этот небольшой промежуток времени, Харука довольно быстро привык к смене обстановки, ведь по сути это совершенно не отличалось от того, что было на его старом месте жительства. Изменениям подверглись только окружающие его люди. Было столько непривычно от того, что его, чудовище с половинчатой головой, приняли в этом городке с таким огромным радушием. Даже назначили его капитаном класса. Эта быстрая смена отношений его дурманила и заставляла бояться. Как кот, всеми преданный и побитый, он шипел и огрызался, хотя, в самом деле, не желал совершать этого. Достаточно долго Сакура не вспоминал о пачке сигарет, которые купил еще в своем старом доме и в старой жизни и перевез в эту. Но только его эмоциональный диапазон сломался, так сразу же он вспомнил о каждой сигарете, которую выкурил и каждую, которую мог бы. Одна за другой сжигалась до тла, пока его сердце медленно тлело от всей бури чувств в своей молодости и первой любви в этой жизни. Правду говорили все дурацкие паблики со странными цитатами, которые писали бывалые задроты в жизнь: “наша любовь как ветер: ты ее не видишь, но чувствуешь” К бледным щекам Сакуры припадает румянец, как только он вспоминает одну из таких глупых цитат, которую почему-то прочувствовал, когда сам столкнулся с такой вредностью как любовь. Хаято Суо вызывал внутри его груди и головы столь множество чувств, что стоит только заикнуться о его имени, вспомнить его присутствие и сразу на щеках у невинного капитана выступает смущение. В груди пылко что-то тянет к Хаято, желая думать о нем как можно больше и как можно страстней. Мелко онемевшие руки прокручивают колесико в зажигалке, давая огню разжечь конец дьявольской привычке из прошлого. Припадает губами к краю сигареты и вдыхает дым, который должен его успокоить под шквалом непонятным чувств, которые ему от А до Я, четко разъяснил сам Суо, когда точка кипения Сакуры достигла пика, и, эту игру в кошки-мышки, он прекратил пылким признанием и непониманием всей ситуации. Суо всегда такой насмешливо чуткий, смотрит на всех с приторной улыбочкой, которая играет всеми нотками перца и сладости. От его взгляда по коже расползаются мурашки, которые Сакура предотвратить не в силах. Руки изящно сложены во время боя, а движения элегантно остры и опасны. Так и хочется невольно восхищаться этим парнем, но восхищение, увы, зашло слишком далеко. -Сакура-кун – растягивая его имя на слоги, проговаривает парень из соседней комнаты, подходя ближе к тому самому Сакуре с двумя кружками в руках. От чужого голоса руки мельком дернулись, зрачки расширились, а по позвоночнику будто ток прошиб. Уж слишком было непривычно слышать его в собственном доме, но так приятно это звучало. Хаято невольно на мгновение замирает с довольной улыбкой, когда видит своего парня у распахнутого окна, за белоснежными шторами, которые под ветром мельком дрожали и танцевали вокруг его капитана. Харука поворачивает голову в сторону прохода, в котором стоял гость с парой кружек в руках. И тут у Суо точно замирает сердце. -ой-ой, Сакура-кун вновь курит? – юноша подходит к хозяину ближе, вспоминая о рассказе Сакуры о том, что тот раньше курил. Только ему теперь кажется, что ему умолчали о том, что эта привычка возобновилась вновь – неужто что-то случилось, что ты вновь прибегнул к этому? Нежный голос Суо разносится совсем рядом, когда руками он отгоняет в сторону тюль и смотрит на Сакуру такими нежными глазками, не имея ни капли отвращения от факта, что его возлюбленный занимается чем-то таким. Он знает, что Сакура наверняка когда-нибудь решит окончательно бросить это дело, больше никогда не притронется к сигаретам. Наоборот, взглядом Суо проводит по контурам лица Сакуры, который отвел от него свой взгляд и смотрел нахмуренными бровями вдаль на улицу. Глядел на него и не мог налюбоваться тем, какой же был этот парень прекрасным. Даже аромат табака не мог испортить этого вида: помятая белая футболка, ворот которой был растянут от всех драк и нападков; хаос на голове, который придавал для Сакуры самый настоящий домашний вид; нахмуренный от смущения взгляд и розовые щеки, вместе с заалевшими ушами. Такой обворожительно нежный, что губы поджимаются в желании прикоснуться к этому растерзанному судьбой коту. -никак…- будто сбиваются с пути слова, которые ему так хочет сказать Харука. – никак не могу забыть эту привычку. -о как. – с пониманием отзывается Хаято, отпивая из своей кружки чай и смотря на то, как медленно напрягается его возлюбленный. На лице у него расплывается лисья ухмылка, когда в его голову приходит довольно занимательная идея. – хочешь в таком случае я тебе помогу? Звучит глухой стук двух стаканов о тонкий подоконник, на который сам не сядешь, но посуду положить сумеешь. Сакура поворачивается желая посмотреть на лицо Суо, который вновь придумал что-то такое, что может для него обернуться чем-то страшным. Вот только это “страшно’, для него никогда не станет “опасно”. Чуть подумав, сжав губы в тонкую полосу, Сакура чуть заметно кивает, давая добро на то, чтобы Суо мог обналичить свой план действий. Не проходит долгих моментов ожидания, как сразу Сакура чувствует как тело рядом с ним подходит еще ближе, чем было до этого. Сердце замирает от мыслей, что сейчас может произойти. Веки сами по себе журятся, заранее боясь действий Суо. Это у него вызывает лишь приступ неконтролируемого умиления и желания, чтобы этот парень как можно скорее привык к нему, ко всем его жестам и всем порывам стать намного ближе. Сигарета в руках медленно тлеет от собственного жара, но ее держат в пальцах только из-за того, что хозяин квартиры совсем забылся в этом садистском ожидании, когда Хаято сделает что-то такое странное, что для самого Харуки будет даже в каком-то смысле по желанному приятно. Но секунды тянутся дискомфортным и щекотным ожиданием. По коже проходится горячее дыхание, которое побеждает думать и дальше о том, что могло бы произойти в тот момент, когда они оба станут еще ближе друг к другу. На деле Сакура прекрасно знает, что между их лицами ничтожно малое расстояние, которое пугает и завораживает одновременно. Медленно раскрыв веки, он с удивлением замечает на себе довольный взгляд одного глаза, который осматривал его замершее в мгновении лицо. Суо эти пару секунд считал ресницы и выдохи Сакуры, смотрел на то, как подрагивают его веки в ожидании следующего момента. Такой пристальный взгляд не может не смутить такого неумелого парня, что в этот раз бело-розовое личико окрашивается горячий красный. -опять ты смотришь! – недовольно бурчит Сакура, отводя неловкий взгляд на полупрозрачную тюль, которая будто казалась для него белоснежной вьюгой. И в ответ он слышит лишь легкий бесхитростный смех. Суо не говорит ни слова, тянет к лицу Сакуры свои нежные руки с грубой кожей. Обхватывает пальцам теплые и розовые щеки, касается гладких волосы и мажет со всей своей изящной аккуратностью поцелуи по виску. От кожи Сакуры пахнет тонким ароматом сигарет, пахнет шампунем и огромной нежностью, которую парень пытается вложить в эти их неумелые отношения, но совершенно этого не может. Где-то говорят, что поцелуи можно заменить вдохами аромата кожи. Суо делает именно так: наклоняет голову своего Сакуры ниже, ведет кончиком носа по его лбу и чувственно вдыхает как же, в самом деле, пахнет от души этого восьмого чуда. Под собственными пальцами он чувстует, как разгораются чувства на коже, как помидором окрашивается смущение на этом лице, как чужая рука укладываются на его рубашке, будто бы в попытке оттолкнуть. Руки у Сакуры, в самом деле, сильные, но в этот момент у него совершенно нет сил, чтобы прекратить эти сладострастные пытки. Краснеет, только не кричит и не брыкается. Хочет прижаться ближе, чтобы тоже вдохнуть, как же пахнет кожа у Суо, губами прикоснуться к ключицам и челюсти, чтобы в груди затрещало от этого странного чувства. Тлеющая сигарета опадает пеплом на пол, а по пальцам больно обжигает огонь. Рука его тут же отнимается с предплечья Суо, который здорово удивился, когда Сакура резко отошел от него на шаг и зашипел от того, что по его пальцам прошлось огнем. Окурок тут же падает в чай, который ему принесли, но к которому он так и не прикоснулся ни разу. -ты в порядке? – рядом с ухом звучит спокойный голос, который с контрастом шипений и ругательств Сакуры действует как обезболивающее. -подумаешь, обжегся, не стоит даже внимания. – быстрые и короткие выдохи Сакуры на пальцы перебиваются тем, что его ладонь хватают и особенно внимательно осматривают кожу. – в самом деле, говорю же… Договорить парень не может. Над его ладонью навис беспокойный взгляд, а собственный взор оказался заперт на ресницах, который то и дело порхали в воздухе каждый пару секунд. Лицо было слишком беспокойное для того, кто прекрасно видел, как Сакура дрался и не сильно беспокоился обо всех своих ранах. Странное чувство радости формируется внутри, когда в голову, наконец, долетает понимание, что его, в самом деле, в этом месте любят. -хэй Суо. – грубым тоном зовет собеседника Сакура, но на этот тон к нему поворачивается человек с слишком мягким лицом. Брови сами сводятся к переносице, а гетерохромные глаза ведут ниже и зацикливаются на мягких губах, которые еще недавно целовали его виски. -Сакура-кун? Вопрос перебивается небрежным поцелуем, который мучал Сакуру столько времени. Наконец победа, которая позволяет по телу растечься счастью от момента. Неумело пытается взять на себя лидерство, пытается смять сладкие губы и сделать это ровно так же красиво, как он видел в фильмах и вырезках из соц.сетей. Хочет, но получается у него это до милого неуклюже. Суо не может не улыбнуться от такого откровения. Не подхватить нежного и невинного парня за талию и не притянуть к себе ближе, чтобы грудь припала к груди, а воздух между ними стал одним на двоих. Губы у Сакуры все так же пахнут как сигарета, которую он до недавнего момента втягивал в себя, на вкус похожи на серый дым, а радует лучше, чем любая победа. -пф, разве не я должен был сделать это для тебя? – без лишних красок довольный взгляд Суо тянется вслед за смущенным Сакурой, который желал бы от него спрятаться, однако продолжает смотреть на него взглядом грозного воина. -ты слишком медленный. – как отрезал, выпаливает грозный в его руках парень, снова хватается руками за предплечья. – не держи меня как девчонку, раздражает. -как-как? Сакура-кун, откуда ты знаешь, как хватают девчонок? – над ухом разрывается теплый смех, что на душу будто медом мажет. - не держать тебя так? Может, тогда ты меня хочешь так схватить? Озорной смешок совсем рядом с его лицом, который дает Сакуре вспыхнуть как спичка. Пальцы сильнее вжимаются в кожу Хаято, который мог бы продолжать издеваться над ним еще много и много раз, а потом смеяться над ним своим бархатным и слишком красивым смехом, от которого хочется закурить. Сакура даже теряется. Тянется к смешливым губам, чтобы заткнуть их на какое-то мгновение и самому наткнуться на странное спокойствие в этих объятиях. Успокаивает получше всяких привычек из прошлого, когда жизнь казалась для него тем еще проклятием. Может ему стоит заменить ее на что-то другое?