Не свидание

             Мировой тур Ateez по Америке в самом разгаре: города меняются один за другим, постоянные репетиции, концерты, отели и так каждый день. Спасает только небольшое время на отдых, что им оставляют в таком забитом расписании и каждый пытается провести его с пользой, выделяя его на себя, на друг друга.       Сегодняшний день такой же. Минги удалось вырваться из бесконечного круга работы лишь вечером, но это ни сколько не расстраивало, ведь они наконец могу провести время вместе.       Конечно, можно было бы запереться в гостиничном номере и «обнимать» Ёсана всю ночь, но хотелось внести хоть какое-то разнообразие в их время препровождение.       Он захотел выйти подышать воздухом, насладиться видами вечернего города, и предложил посмотреть достопримечательности, но как всегда их не отпустили одних. Они гуляли рядом, делали фотографии для фанатов, были так близко, но в то же время так далеко. Вокруг них люди, а их сопровождают менеджеры.       Они — лишь друзья, участники одной группы.       Таковы правила их жизни на публике: быть близко, как друзья — можно, быть близко, как возлюбленные — нет. А вот наедине, где никто не видит, где есть только они вдвоем можно быть собой и не скрывать океаны чувств к друг другу.       Небольшая прогулка подходила к концу, но так не хотелось возвращаться в отель. Можно зайти ещё в ресторан. Вкусная еда, веселые разговоры, сладкое вино, что может быть лучше для вечера не наедине, для не свидания. Максимум что можно себе позволить — это фото друг друга и взгляды, касаться более интимно все еще нельзя.       По всем пунктам этот вечер похож на свидание: прогулка, ресторан, вино, но по содержанию все более печально и сухо. Увы это их цена за успех, они это понимают и не противятся, для них это единственная возможная форма свидания вне общежития, со временем они научились наслаждаться и этим, научились держать себя, научились ждать. Ждать того, что будет после. А после они останутся одни в номере отеля, и наконец смогут отпустить себя, смогут позволить себе прикосновения, поцелуи, крепкие не дружеские объятия, и такие сладкие стоны.

***

      Да, какие же у Ёсана были сладкие стоны. И им было все равно на соседей, на мемберов через стенку или стафф. Они были полностью отданы друг другу и наслаждались.       Все начиналось так невинно, с легких поцелуев, но это быстро переросло во что-то большее, в хаотичные блуждания рук по разгоряченным телам, в развязные поцелуи с языком, в резкие срывания одежды и горящие желанием поскорее соединится в единое целое телам.       Минги толкнул обнаженного Ёсана животом на кровать, звонко шлёпнул по упругим ягодицам и только довольно растянул губы в улыбке подмечая, как на бледной коже проступает легкий красный след.       Ёсан издал лёгкий писк, когда по его ягодицам ударили ещё раз. Он жалобно заскулил и выпятил бедра назад, тем самым зазывая к себе. — Не тяни, Ги, я так соскучился, хочу тебя всего и сразу.       Эх, знали бы только фанаты, каким манящим голоском он сейчас говорил, как маняще зовёт к себе, как соблазняет и двигает бедрами.       На сцене Ёсан всегда мягкий и сдержанный, пусть и оголяет свои накаченные руки и пресс, он все равно смущается, прячет глаза, улыбается, но стоит им с Минги остаться наедине — все его демоны выходят наружу. Каждый стон отзывается в ушах Минги приятным гулом. Ёсан не сдерживается и стонет все громче с каждым толчком. Член Кана трется о простынь и это вызывает легкий дискомфорт, но он практически не замечает этого, наслаждаясь долгожданной близостью.       Минги наращивает скорость, сам уже не может держаться, крепкой хваткой держит упругие бедра, сжимает их руками до красных отметин и вбивается сильнее. — Ах, так хорошо, Минги ты такой…       Репер резко останавливается, выходит, подхватывает Кана за бедра, переворачивает на спину и встречается с его удивленным туманным взглядом. — Хочу видеть твое лицо, когда ты будешь кончать с моим членом в себе.       Ёсан довольно улыбается на сказанное, глазами шарит по красивому лицу, по широким плечам с лёгкой испариной, какой же Минги горячий во всех смыслах этого слова. — Тогда может, чуть придушишь меня? Мы давно хотели попробовать? — Ёсан сам берет руку Сона и кладет на свое горло, а бедрами двигается ближе, широко расставляя ноги, касаясь дырочкой горячего стоячего члена. — Уверен? Могут остаться следы. — Уверен, Ги, хочу почувствовать твою хватку, знаешь сколько я залипаю на твои ладони.       Минги на это широко улыбается, наклоняется, чтобы снова поцеловать, нелегко чмокнуть, а развязно, мокро и горячо поцеловать, кусая легко губы и ловя сладкое мычание.       Он входит в него сразу, как будто с разбегу и начинает активные движения бедрами. Ёсан громко стонет от каждого толчка и ждёт, прислушивается к чувствам, рука Минги на его шее, когда же? Репер в этот момент наращивает движения ещё, чувствует, что разрядка уже скоро, внутри Ёсана так узко и горячо. Он переносил вес на другую руку и сжимает пальцы на бледной шее, пальцами хватая по бокам.       Звонкий стон, который только что хотел выйти, преобразился в хриплый выдох, Ёсан закрыл глаза, воздуха стало меньше, а сердце забилось быстрее, выбрасывая в кровь адреналин. Все чувства как будто одновременно усилились, это было до жути страшно, но так приятно. Он почувствовал, как Минги замедлился, видимо испугался, но Ёсан резко открыл глаза, схватил парня за локоть, и чуть потянул на себя, показывая, что все нормально.       После этого все было как в тумане, они оба не могли продержаться долго. Активные, резкие толчки, доводили до предела. Комната наполнилась громкими глухими вздохами и стонами. Ещё несколько движений и Ёсан бурно кончил, закатывая глаза от удовольствия и выпуская из гола последний глухой стон.       Минги закончил сразу за ним, изливая все вовнутрь, он ослабил хватку на горле, позволяя вдохнуть. Оргазм оглушает, пробивает тело крупной дрожью, Минги опирается на руки чтобы не рухнуть на тело под собой совсем. Он осторожно выходит из тела Ёсана и внимательно смотрит, все ли в порядке?       Певец тяжело дышит, хватает руками простыни, пытаясь вернуться к реальности, пытаясь отойти от настолько бурной разрядки. — Все нормально? — Да, это было лучшее из всего того, что у нас было, — Кан говорит тихо, тянет репера на себя, укладывая его на свою грудь и крепко обнимает. — Удушение настолько приятное? — Да, мне понравилось, попробуем ещё раз сейчас в душе?