Духовные близнецы

      Не сорваться вслух на нервный смех оказалось не так сложно – сказалась приобретённая в облике главы Цинцзина привычка переживать потрясения молча. Сначала вообще даже мыслей не было, а потом… потом он просто запретил себе истерить.       Хотя очень хотелось. Проораться с ситуации и пережить факт своего… чего? Попаданства? Противостояния с какой-то неведомой сущностью? Фактическое самоубийство? Да, конечно, оно его и не убило, но по факту-то!       Медитировал он в тот раз вдвое дольше обычного.       Хотелось немедленно сделать что-нибудь такое, чтобы удостовериться в реальности происходящего - и Юань с большим усилием удержал себя, вспомнив о такой вещи, как искажение ци и прочие травмы меридианов. Ведь если есть ци - а она, похоже, действительно есть - то возможно, что реальны и травмы, которые можно получить с ее помощью! А врачей, способных вылечить такое - здесь нет…       В экстренном темпе пришлось вспоминать всё, что прочитал за время проведенное среди бессмертных заклинателей, радуясь, что уделил особенное внимание азам. Детей ведь надо было как-то учить. А ещё основам медицины-сянься и технике безопасности. Сам себе он иглы, не поставит, да и волшебных пилюль и снадобий не приготовит в отсутствии нужных ингредиентов, но уж как отследить начало искажения знал и из записей главы Цинцзина, и от Му Цинфана "повторно" прослушал.       Ему оставалось только следовать рекомендациям и надеяться ничего не испортить. Вряд ли Юаню светило золотое ядро — даже на полноценные духовные вены замахивается не стоило, он всё-таки слишком стар для совершенствования, но возможно, именно духовные практики окажутся той ниточкой, что вытянет его из пропасти.       Или он хотя бы поймет, что не так с его телом. Может быть там, где не помогли современные методы диагностики, волшебно-мистические подскажут выход? Это самонадеянно с его стороны, но он все же рискнёт.       В любом случае, осознание реальности происходящего и привнесение сознательности в упражнения, сдвинуло состояние в лучшую сторону. К исходу второго месяца после молнии, положительная динамика и снижение количества приступов стало очевидно и для врачей. Доктор Мин Хуа радовался больше него, списывая улучшение на новые препараты и методику.       О выздоровлении, конечно, никто не говорил, но повод для маленькой радости действительно был. Вопреки всем просьбам не подвергать себя лишним волнениям, в больницу даже приехала матушка.       - Никогда нельзя сдаваться раньше времени. - Уверенно сказала она, беря его за руку. - Нужно бороться до конца, кто бы что ни говорил. Особенно, если говорят врачи. И им дано ошибаться.       Юань дёрнул губами, стараясь не выглядеть слишком недоверчиво.       Матушка была уже в том возрасте, когда из статной женщины начинают превращаться симпатичных старушек. Это совсем её не портило. Маленькая и хрупкая на первый взгляд, она легко управлялась с огромным поместьем, значительным штатом слуг и всей мужской половиной семьи. Её слушал строгий отец и самостоятельные старшие братья.       Огорчать ее своей смертью Юаню не хотелось больше всего.       - Ну, что ты так смотришь? - насмешливо посмотрела она, пряча в лисьем прищуре смешинки. - Мне вот всю беременность про тебя говорили: будет двойня. И врачи, и гадалки, и даже священник в главном храме, был уверен - близнецы!       Не выдержав патетики в ее голосе, Юань прыснул.       - Мама, тебе не кажется, что приоритеты надо расставлять по-другому? И почему я не слышал этой истории раньше?       - Как хочу, так и расставляю! - с наигранной надменностью ответила она. - Мы даже имена с твоим отцом двоим выбирали! Юань – как стена, и Цзю – как девять, чтобы вам во всём сопутствовала сила.       Надо же, подумал он, как интересно. Ему, и правда, никогда о таком не рассказывали.       - Ну, а зачем говорить о том, что не случилось. - Покачала головой мама.       А Юаню вдруг вспомнилось отражение в крохотном зеркальце в бамбуковом доме на горе. Какие забавные совпадения бывают. Тогда, он тоже подумал, что они похожи, как две капли воды.       Представилось на миг: тот далёкий, бессмертный мастер в этом мире, в его семье. Мысленный глава Цинцзин высокомерно хмыкнул, на попытку втиснуть его в деловой костюм и оказался на чайной церемонии в главном доме семьи, прямо в своих многослойных дорогих одеждах.       ...или в строгом, расшитом бамбуком чонсаме за преподавательской кафедрой в институте литературы...       Возвышенный культиватор с острым взглядом и суровым ликом, вписался и там, и там. Как же его звали, до того как надели корону лорда? Юэ Цинъюань вроде бы называл? Сяо... Цзю? А как писалось? Тоже "девяткой" или "нефритом"? Теперь и не узнаешь.       Он бы понравился отцу и первому старшему брату своим характером и несколько деспотичными взглядами. А уж как бы он смотрелся за сестрой, с которой опять решили познакомиться очередные богатенькие сыночки, было бы пугающе и одновременно уморительно.       От таких совпадений даже страшно делается.       Мама была бы рада ещё одному сыну...       ...если подумать, из него бы вышел намного лучший сын, чем из Шэнь Юаня.       - Не расстраивайся, А-Юань, - сказала матушка, будто поняв, о чём он подумал. - Как случилось, так случилось.       Перед тем как уйти, она вложила в его руку нефритовую подвеску с двумя карпами в круге.       Иногда Юань думал, что все его мысли видны матери, как на ладони...       ...а иногда он был в этом уверен.       Ему оставалось только с удвоенным упорством заниматься совершенствованием, чтобы не расстраивать ее своей смертью.       Несмотря на то, что никто не мешал медитировать и не обращал особого внимания на его зарядку – к ней прибегали многие из тех, кто не был прикован к постели, больница всё-таки была не лучшим местом для культиватора-самоучки. Не считая нескольких холмов, большая часть территории Шанхая плоская и находится на равнине реки Янцзы, тогда как для правильного развития духовной системы, требовались горные пики. Да ещё и пронизанные духовными жилами.       Ничего похожего поблизости не наблюдалось и как должно было сказаться на процессе, Юань не знал.       Впрочем, какое-то время это работало и этого хватало.       К тому же, в один из дней, у него появилось ещё одно занятие. И начало ему положило удивительное знакомство.       Как-то перед обедом, когда он заканчивал уже привычно наигрывать лёгкую мелодию на гуцине, в дверь палаты постучал неожиданный посетитель. Ему было семь лет и звали его Ма Гуанг.       И насколько бы Юань не отстранился от происходящего за стенами больницы, а о трагедии, постигшей его семью, слышал даже он.       Семья Ма являлась довольно известной в кругах "золотого круга", как называли состоятельные семьи, не слишком родовитой, но состоятельной. Они занимались различными перевозками и доставкой. Семья Шэнь часто прибегала к услугам их фирм и насколько было известно Юаню, отец хорошо отзывался об их прошлом главе – Ма И Чень.       Несколько лет назад контроль над бизнесом перешёл к младшему сыну – Ма Ван Шу. О старшем, по какой-то причине предпочитали не говорить, но Юань примерно представлял, из-за чего в их обществе можно попасть в немилость с такими формулировками. История должна была быть не слишком красивой.       Ван Шу был женат и у него было двое детей. С семейным делом, ко всему прочему, он справлялся более чем неплохо и за время во главе компании значительно прибавил своё благосостояние. Фирма успешно развивалась обещала войти в топ. Пока три недели назад не случилось аварии на эстакаде.       Водитель не справился с управлением. Ма Ван Шу и его супруга погибли на месте, дети уцелели чудом и сейчас находились в больнице. Но если младший ребёнок отделался лишь сотрясением и переломом плеча, то его старшая сестра находилась в коме.       Их, вынырнувший, как из небытия, дядя сейчас активно боролся за опеку с родственниками жены брата, на кону стояло очень большое наследство, и до самих детей пока никому не было дела.       Юань детям сочувствовал, но не думал, что столкнется лично с кем-то из них. Однако его палата находилась довольно близко от детского крыла и всё было возможно.       - Здравствуйте. - Неловко поклонившись из-за зафиксированного плеча, мальчик зашёл после разрешающего кивка. - Простите, пожалуйста, за доставленные неудобства, господин Шэнь.       - Приветствую, - вежливо кивнул Юань, улыбнувшись. - Я могу тебе чем-то помочь?       Хотя чем, в самом деле, он бы мог помочь? Судя по тому, как в дверном проеме за спиной его маленького посетителя мелькнула медсестра, дело было не в том, что он потерялся.       Ребёнок с забавно-серьёзным видом, будто подражая кому-то из взрослых, немного неловко кивнул.       - Этот слышал, как господин Шэнь играл.       Ой, мамочки, ещё и устаревшие формы вежливости применил. Интересно, откуда он их взял? Современные дети сейчас таких обращений и знать-то не должны. Юань снова поощрительно кивнул, видя что мальчик замялся. Было интересно зачем к нему вообще мог прийти этот малыш. Обычно слушать его предпочитали из ближайшей рекреации, куда звук доходил почти не искажаясь.       - Этот хотел попросить, не мог бы уважаемый господин Шэнь, сыграть для моей сестры? - Выпалил Ма Гуанг на одном дыхании, словно бросаясь с края обрыва. - Моя сестра спит и не просыпается. Врачи не говорят, когда она проснётся, но Яньмэй очень любит музыку! Может быть, если господин Шэнь сыграет для моей сестры, она быстрее очнётся! Пожалуйста!       И глубоко поклонился, сгибаясь в пояс.       Что ж... такого он не ожидал. Юань удивлённо моргнул и переглянулся с Лин Юй. Дети, конечно, часто удивляют взрослых, но чтобы так...       Ну, и что ему ответить? Явно же просит искренне и от всего сердца. А Юань даже заклинатель не настоящий, чтобы чудеса творить.       - Малыш, - аккуратно начал он. - Мне не сложно сыграть для твоей сестры, но даже если я это сделаю, она может не проснуться.       - Я знаю! Но всё равно... всё равно! Пожалуйста, господин Шэнь!       Лин Юй дисциплинированно не вмешивалась, она слишком хорошо его знала. Юань терпеть не мог шарлатанов, обещавших невозможное, но с другой стороны, Ма Гуанг не просил о чуде, он просил о маленькой милости, которая... в общем-то, ничего не будет стоить.       Сыграть для больной девочки, которой не станет от музыки хуже, да и на его собственном здоровье не скажется. Почему бы и нет?       Юань вздохнул.       - Думаю, нам стоит предупредить врачей, чтобы никому не мешать.