Стихи о наболевшем

Улицы Питера накроет мрак, А ты снова звездой сияешь На полотне непроглядных небес, Ты слышишь меня? Ты знаешь, Ты для людей — единственный свет В черные дни бесконечной печали, Они ведь звали, они молили, Но ответ твой не получали. Ты слышишь, звезда небесная, Как капают слёзы на тёмный гранит, Как внутри рвётся с треском душа, Как сердце беззвучно кричит, Как стираются чьи-то колени в кровь, Как звенит чей-то смех над рекой, Как ломаются чьи-то судьбы, Всё это сделано твоей рукой. Неужели, звезда, ты не видишь, как миг Моей последней горящей надежды Пеплом разнисится вдоль реки. Так почему же ты так безмятежен? Отчего так глядишь, звезда? Отчего неприступен и горд? Почему же не видишь меня? Кто ты здесь — Бог или чёрт? Быть может, ты мнишь себя ангелом, Что способен влиять на судьбы, А может быть демоном, слезшим с плеча, Склоняясь, прошепчешь в самые губы: «Разбейся, останься один и умри, Брось всех тех, кто тебе так дорог, Пойми, ты не нужен даже звезде, Свысока глядящей не город.» Ответь мне звезда, я молю тебя, Не дай мне обжечь свои крылья снова, Позволь коснуться тебя лишь раз, Позволь услышать одно твоё слово. Позволь мне остаться, позволь смотреть, Я верю, в груди твоей бьётся сердце, Я знаю что ты способен любить, Так открой для меня эту дверцу. Я лишь хочу быть одной из немногих, Кому ты подаришь свой свет, Кому свою тёплую руку протянешь, Кому всё же дашь ответ. Звезда в тёмной ночи над площадью, Звезда, что сияет во мгле над рекой, Звезда, что людей словно не замечает, Я знаю, что ты не такой. Доверься, открой мне путь в твою вечность, Покажи мне себя настоящего, Светло-русого, голубоглазого, На крышах домов курящего. Услышь, звезда, я молю тебя, Стань для меня человеком, Спустись с этих мрачных жестоких небес И останься со мной на веки. И однажды, в полночной тиши, Быть может, услышишь мой тихий стон, Обнимешь меня и залечишь раны, Под колокольный ангельский звон, Может, останешься, может, не бросишь И станешь единственным верным другом, Но это всего лишь сон, а пока Я проснусь, на лице с испугом, Выйду на улицу, сяду на край Прибрежной ограды чугунной, Посмотрю на тебя, и в свете твоём Для меня вновь померкнет лунный. Мне не нужны сотни тысяч лун, Миллионы прохожих вокруг, Мне нужна ещё только ночь, Где мы будем вместе, мой друг.