Берен, король Отсориандэ

             Королева Тиндомэрэль была занята сегодня своей ночной ворожбой, и Берен пошел отдыхать один. Забравшись в прохладную постель, атан лег на спину, положил левую руку под голову и… стал думать о том, как так получилось, что он теперь здесь, в Отсориандэ, король этого народа…       Собственно, после возрождения ему некуда было идти, кроме как в Отсориандэ: хотя Эльвэ и раскаялся в своем отношении к избраннику дочери, порядки Лэстанорэ были не по душе беорингу (да, наверное, и самой Лутиэн)*(1). К кому-либо из Лордов нолдор Берен идти тоже не мог. Из сторонников Нолофинвэ*(2) остался Наркосторондо, куда ни Берен, ни Лутиэн не желали возвращаться. Идти жить к сторонникам Фэанаро*(3), в королевство Финдэкано или земли Первого Дома, значило обрекать Тиндомэрэль жить в прифронтовой полосе. Разве что в лесах у Амбаруссат... Но у Берена были сложные отношения с Первым Домом, и жить в их землях значит все усложнять еще больше.       Вернуться к людям Берен не мог. Знание о том, что происходило в Мандосе, было не для Живущих, но Берен хорошо знал своих соплеменников и понимал, что они будут постоянно будут стараться расспросить его, и обидятся, и даже разозлятся, когда не получат ответа, который, как они посчитают, должен был быть им дан. Ведь он касается их будущего и их судьбы.       Что оставалось тогда? Одиноко жить в диких пустошах, чего Тиндомэрэль не заслуживала, или поселиться в Гаванях Кириамо или лесах Отсориандэ. И тут, в общем-то, выбор особо не стоял: Тиндомэрэль любила леса, а не побережья.       Тем более, что народ Берена имел глубокие связи с народом нандор — еще в свои ранние годы люди встретили авари и нандор, которые помогали им, у которых люди научились речи и многому другому и стали друзьями детей эльдалиэ*(4). При этом, люди, двинувшиеся на Запад были в куда большем союзе с нандор, также покинувшими места своего прихода в Мир, и язык людей находился под сильным влиянием нандор*(5).       Решение было принято, и вот они пришли в Отсориандэ. Берен полагал, что без труда наладит отношения с нандор, так и случилось. Сначала они с Тиндомэрэль бродили по Отсориандэ в поиске места, где хотели бы жить: такую жизнь дочь Мэлйанны не считала подобной жизни в пустошам, блуждания по лесам были привычны для Тиндомэрэль, ведь в Лэстаорэ единственным постоянным жилищем были Хумэфэлйар, Тысячи Пещер, а весь остальной народ Эльвэ жил в лесах и рощах*(6).       В конце концов они остановились на острове посреди реки, и это место показалось им (каждому по своим причинам) наиболее милым или хорошим. Берен приступил к строительству постоянного дома, но тут ему на помощь пришли нандор, хозяева той земли. После того, как в Первой Битве с Врагом погиб Нанэтаро, король нандор, а с ним погиб и весь его Дом, у нандор больше не было Лорда, но… нандор видели, что перед лицом Врага им необходим единый вождь*(7), и быть может. подвиги Берена показались им достойными короля нандор, а быть может, они видели в том некий Замысел, но… эльфы предложили атану стать их правителем. А Берен… Берен был правителем по духу. Он видел, как и что можно улучшить, как организовать, мог дать много разумных советов, да и… Тиндомэрэль была из королевского рода, не лучше ли ей быть королевой, чем просто лесной птицей?       Так все и началось…       На острове был построен большой дом, но все же на советы и ради других государственных дел Берен отправлялся в стоящий отдельно королевский дом. А дел было много — пересчитать всех эльфов, всё оружие и доспехи; решить, что нужно выменять у гномов, узнать, чем, собственно, располагает народ, чтобы выменивать; решить застарелые споры, установить справедливость, примирить, кого удастся; поддерживать связь с Маитимо как организатором этого Союза и соблюдать сроки своей части общей подготовки, чтобы все было сделано вовремя*(8)…       Да, дел было не мало.       С этой мыслью Берен глубоко вздохнул и постарался уснуть. Завтра был очередной долгий день.

Примечания.

*(1) Из текстов (Лэ о Лэйтиан, Лэ о детях Хурина) мы знаем, что в Лэстанорэ (Дориате) существовала смертная казнь, существовала тюрьма, убийство одним эльфом другого случалось достаточно часто, чтобы за такое убийство был установлен обычай платить виру. И это только часть известного нам о Лэстанорэ. *(2) Профессор нигде не использует словосочетание «Младшие Дома» как обозначение чего-то единого. Профессор пишет «Старший Дом» о Доме Фэанаро, но никогда не противопоставляет ему «Младшие Дома». Однако, у Профессора в ряде текстов встречается противопоставление «сторонники Фэанаро» и «сторонники Нолофинвэ». Даже не Старший Дом или Дом Фэанаро, а именно «Сторонники Фэанаро». Из чего становится ясно, что в «сторонники Фэанаро» входит не только Первый Дом, а «сторонниками Нолофинвэ» являются не все Младшие Дома. И более того, согласно Профессору (Профессору, а не Кристоферу) даже нельзя сказать, что большая часть Младших Домов это сторонники Нолофинвэ. В Эндорэ на стороне Нолофинвэ остались Турукано; возможно, народ Аракано, погибшего сына Нолофинвэ; друг Турукано Финдарато; и ненавидящая Фэанаро Налтариэль. Первый же Дом поддерживали Финдэкано(во время Непокоя и Исхода он был на стороне Нолофинвэ, переходил Льды, но в Эндорэ поддерживал Маитимо), Артарэсто, Ангарато и Аиканаро. Подробно об этом можно прочитать в «Квэнта Сильмариллион Энвинйа», «Вступление 3. О Младших Домах и сторонниках Нолофинвэ», а также в самом повествовании «Энвинйа». *(3) Почему Берен мог жить в землях Первого Дома и не имел конфликтов с фэанариони, можно прочесть в «Трактате о Фэанаро и его сыновьях», в главах с «Тйэлкормо и Куруфинвэ в Нарготронде» по «Столкновение в Брэтиле» включительно. *(4) «Анналы Белерианда»: «Люди встретили темных эльфов, которые помогали им, у которых люди научились речи и многому другому и стали друзьями детей эльдалиэ, которые так и не нашли пути в Валинорэ и знали о Валар только по слухам и далекому имени.» *(5) «Ламмас»: «Язык людей находился под сильным влиянием зеленых эльфов (нандор)». Так мы узнаем, что люди в Первой Эпохе, еще до прихода в Нолдолондэ, тесно общались с нандор — настолько тесно, что их собственный язык изменился под влиянием нандорина. «Ламмас»: «В древности язык людей назывался талиска, и этот язык все еще был известен Туору, сыну Хуора, сыну Гумлина, сына Хадора.» Туор был младше Берена, значит талиска знал и Берен. Но неизвестно, откуда Туор узнал талиска, ведь он воспитывался эльфами-митрим — разве что тиндар Миттаринга сами хорошо знали талиска. Либо, что более вероятно, имеется в виду, что люди поколения Туора знали талиска. «Ламмас»: «Однако сам Туор больше не пользовался этим языком, поскольку уже во времена Гумлина люди в Нолдолондэ отказались от повседневного использования своего собственного языка и говорили и даже давали имена своим детям на языке нолдор». Так мы имеем прямое сообщение о том, что люди Нолдолондэ говорили меж собою на квэнйа — на языке нолдор. *(6) «Природа Средиземья. Часть 3: Мир, земли и их обитатели»: «В Дориате единственным большим постоянным жилищем были Мэнэгрот, которые были построены с помощью и советом гномов: выкопаны, а не «построены» и под землей выполнены в манере гномов: мрачные, крепкие, тайные, хотя и сделанные красивыми внутри, благодаря валианскому искусству Мэлйанны.» *(7) Во времена, когда Берен пришел в Отсориандэ, уже вовсю шла подготовка к «Союзу Маэдроса» — то есть вначале к очищению всего Нолдолондэ от Темных тварей, а потом и к Пятой Битве. Нандор участвовали в этом Союзе, и даже на битву от Отсориандэ пришло свое войско, а не несколько нандор, присоединившихся к другим отрядам. *(8) Войско нандор Отсорианндэ входило в Союз Маэдроса и участвовало в Ниэрилтатинва (Нирнаэт Арноэдиад). Но это не могло бы произойти без согласия и участия короля нандор Отсориандэ — Берена.