Suddenly, I Was A Lilac Sky || Внезапно Я Обратился Сиреневым Небом

      Соник не понимает, что такого во всяких там «прикосновениях».       Конечно, он понимает, что другим это нравится, и он солжёт, если скажет, что не похлопывал кого-то по плечу или не целовал игриво, но объятия? Долгие объятия, в которых люди как будто плавятся, осторожно ласкают щёки, сцепляют руки и нежно потирают большие пальцы друг друга? Он такое сделать не может. От одной только мысли иглы встают дыбом.       Не то чтобы он ненавидит саму идею об этом, но всякий раз, когда он представляет, как кто-то держит его таким образом или, что ещё хуже, удерживает таким образом, он не может не вздрогнуть. От этого он просто чувствует себя… странно. Неуютно? Это, наверное, подходящее слово. Наверное.       Соник совсем не против более непринуждённых жестов, например «дай пять» или стук кулачками. Они короткие и милые, и после них он не чувствует странного покалывания. Кроме того, героя не интересует близкий физический контакт.       Так было до тех пор, пока он не начал встречаться с Шэдоу.       Уж в чём Соник и убедился, так это в том, что Шэдоу ненавидит, когда его трогают. Он всегда начеку, его руки скрещены, а ноги напряжены, и любой, кто на него посмотрит, сразу поймёт, что он не хочет ни с кем фамильярничать. Тёмный ёжик сдержанный и часто прилагает как можно меньше усилий для общения. Соник часто его дразнит из-за этого, но, если честно, он понимает его. Он тоже не любит быть в центре внимания и потому позволяет своим друзьям говорить вместо него, когда это было нужно.       Вот почему моменты, когда они остаются наедине, так освежают. Соник обычно находит Шэдоу, предлагает ему посоревноваться, и на этом всё. Они носятся по холмам и вокруг деревьев, не тратя время на лишние слова или действия, ведь уже идеально синхронизированы. И не важно, соревнуются они или нет, Сонику просто комфортно рядом с Шэдоу, потому что ему не надо надевать маску. Ему не нужно заставлять себя бороться с усталостью от долгого нахождения в месте большого скопления людей. С Шэдоу он может быть просто самим собой.       Только после того, как они начали официально встречаться, герой понял, что Шэдоу тоже кое-что скрывал.       Началось всё с малого — с редких толчков в плечо, с соприкосновений рук, но со временем Шэдоу становился всё более физически активным. Он мог вдруг взять Соника за руку, обхватить за плечо во время просмотра кино, положить голову ему на грудь, пока они наблюдали за звёздами. Казалось, что гибрид готов использовать любой повод, лишь бы прикоснуться к нему.       И Соник не жалуется. Нет. Вовсе нет. Потому что это же нормально, верно? Они ведь в отношениях, в конце-то концов. В романтических, между прочим. Он должен наслаждаться этим. Он хочет наслаждаться этим. Он будет наслаждаться этим.       Просто, раз уж они в отношениях, ему нужно привыкнуть к этому.

***

      Сначала Шэдоу даже не понимает, что делает это. Только когда он наклоняется, чтобы прижаться к другому, пока они наблюдают за звёздами, он замечает, как сильно напрягается Соник. Гибрид отстраняется так быстро, что едва не падает.       — Что-то не так?       — Ха? — бормочет Соник. — Н-ничего! Я в порядке! Всё круто!       Конечно, Шэдоу знает, что он лжёт, — герой просто отвратительно умеет лгать, — поэтому с тех пор он пытался сдерживать себя. Последнее, что он хочет, — это заставлять своего партнёра чувствовать себя неуютно.       Но это оказалось сложнее, чем он изначально думал.       Шэдоу часто обнимали — побочный эффект от проживания с Руж под боком, и он солгал бы, если бы сказал, что ему не нравится физический контакт время от времени. Это не значит, что он позволит кому угодно с разбегу его обнять, — скорее всего, он их в космос запустит, если они посмеют, — но, если дело касается тех, кого он знает и кому доверяет, внезапный контакт не будет для него странным или пугающим. От таких прикосновений он чувствует… тепло. Комфорт. Безопасность.       Так что он стал искать больше прикосновений. Они варьируются от человека к человеку; он часто клал руку на плечо Руж или подталкивал её локтем, если был в игривом настроении. Эми, наверное, он обнимал чаще, чем кого-либо ещё, и этого трудно избежать, потому что обычно именно она была инициатором объятий. Малышку Крим он часто хлопал по голове или ласково тыкал в нос, получая в ответ смех, сравнимый со звоном колокольчика.       А Соник вот…       Иногда Шэдоу кажется, что герой является магнитом. Он ничего не может с собой поделать. Эксцентричное желание росло в нём годами, и в какой-то момент эта нежность переросла во что-то гораздо более интимное. Осознав свои чувства, Шэдоу обнаруживает, что ему хочется чуть ли не забраться на голову другого ежа и остаться там на весь день. Его руки постоянно чешутся от желания провести пальцами по спутанным синим иглам, разгладить их; руки кажутся пустыми, если он не обнимает другого, а лицо холодным, если он не зарывается в изгиб шеи героя.       Но то, как он вздрогнул… испытал очевидный дискомфорт… этот момент снова и снова проигрывается в его голове в течении нескольких дней. Несмотря на то, как сильно он хочет — как сильно ему нужно — обнимать другого, Шэдоу полностью прекращает свои попытки. Ему тяжело, потому что он чувствует, что он плохой партнёр из-за того, что не выражает никак свою любовь, но если так Сонику спокойней, то не страшно.       Просто, раз уж они в отношениях, ему нужно привыкнуть к этому.

***

      Они сидят в квартире Руж и Шэдоу, пока летучая мышка отдыхает в клубе внизу. Сегодня киновечер, и свет выключен, а на журнальном столике множество закусок. Два ёжика сидят на диване: Соник немного сутулится, положив руки на живот, а Шэдоу прислоняется к подлокотнику, подперев подбородок рукой.       Они… так далеко друг от друга, хоть и делят один диван.       Сонику всё равно на персонажей на экране. Он слишком занят мыслями о тёмном ёжике. Последние несколько недель он обеспокоен его поведением. Он ведь сразу заметил, что Шэдоу внезапно от него отдалился и стал избегать любого физического контакта, кроме необходимого. Даже их поцелуи стали мимолётными, Шэдоу больше не обнимал его за талию и не обхватывал за щёки, и из-за этого герой чувствовал какой-то странный холод.       Соник кусает внутреннюю часть щеки. Он злится? Он сделал что-то, что расстроило Шэдоу? Соник старательно напрягает свои извилины, пытаясь понять, что могло вызвать такие изменения в поведении его парня. «На прошлой неделе во время миссии я был довольно безрассуден… и я случайно оставил еду здесь… может, мне надо душ принять? О Хаос, неужели я плохо пахну?»       Шэдоу тем временем чувствует себя так, будто вот-вот взорвётся. Соник не прекращает ёрзать, и, разумеется, его первым инстинктом становится желание протянуть руку и остановить его дрыгающуюся ногу. Герой в последнее время гораздо более беспокойный (ну, по меркам самого Соника). Он просто не может успокоиться, когда они вместе, как будто ждёт момента, чтобы уйти. Как будто он не хочет быть с ним.       Шэдоу выкидывает эту мысль из головы. «Нет, — думает он, — ты знаешь, что это неправда. Он ясно дал понять, что хочет быть с тобой, это даже слепой бы увидел».       Но он всё равно не может избавиться от волнения. Соник о чём-то не хочет ему говорить? Стоит ли ему спросить? Если он с этим затянет, станет ли слишком поздно?       В момент, когда гибрид как раз собирается заговорить, Соник фыркает, тянется за пультом, ставит фильм на паузу и выпрямляется, повернувшись к своему партнёру.       — Так, я сдаюсь. Что случилось?       Шэдоу глупо моргает и повторяет:       — Что случилось?       — Чувак, ты уже несколько дней меня избегаешь, — объясняет герой, и в холодном свете телевизора очень хорошо видно разочарование на его лице. — Очевидно, тебя что-то гложет, а ты мне не говоришь. Я… я что-то сделал? Ты на меня злишься?       — Злюсь? — бормочет Шэдоу. — С чего бы мне злиться?       — Я не знаю! — Соник всплёскивает руками. — Я же поэтому и спрашиваю!       — Соник, я не злюсь, — отвечает тёмный ёжик, — но что ты имеешь в виду, когда говоришь, что я тебя избегаю? Мы ведь видимся каждый день.       — Ну, да, но… — Соник стонет и закрывает лицо руками. — Ты не… в смысле, ты просто странно себя ведёшь, ясно?       — В смысле?       — Ты… — Соник стонет громче и откидывается на спинку дивана, глядя в потолок. — Ты больше… не прикасаешься… ко мне.       Шэдоу кажется, что у него в мозгах происходит короткое замыкание.       — Прошу прощения, что?       Соник прижимает ушки к голове. Он не хочет снова это повторять.       — Ну, знаешь, ты… не держишь меня за руку или… не обнимаешь, или ещё что-нибудь.       Его голос становится всё тише, пока последние слова не звучат лишь немного громче шёпота. Он чувствует, как Шэдоу смотрит на него, и ему ужасно хочется провалиться сквозь землю и умереть. Он, должно быть, выглядит таким нуждающимся, таким жалким. Он может лишь представить, о чём думает Шэдоу. Ведь его парень сейчас не более, чем неуверенный в себе ёжик, жаждущий внимания.       Шэдоу двигается к нему поближе.       — Ты думаешь, что я злюсь, потому что… не прикасаюсь к тебе?       — Да? Наверное? — Соник пожимает плечами, приняв свою судьбу.       — Я… — рука Шэдоу зависает над рукой Соника, его голос очень мягок. — Я думал, ты этого не хочешь.       Соник наконец поднимает на него взгляд.       — Что…?       — Тебе всегда так неуютно, когда мы слишком близко, — объясняет ему гибрид. — А иногда ты и вовсе вздрагиваешь, когда я прикасаюсь к тебе. Я подумал, что это тебя тревожит… так что я перестал.       Теперь очередь Соника думать, что его мозги закоротило на мгновение.       — Я… правда? — Шэдоу кивает, и Соник раздражённо вздыхает. — Шэдс, я… мне… мне не то чтобы это не нравится, я просто… не привык… ко всем этим касаниям, понимаешь?       — Так… что ты хочешь, чтобы я сделал?       — Я не знаю, ладно?! — рявкает Соник, быстро отстранившись, будто его удивила собственная вспышка эмоций. Он спешно бормочет извинения, наклонившись и закрыв лицо руками, а его колено яростно дёрнулось.       Шэдоу наблюдает, как его партнёр снова ёрзает на месте, отказываясь смотреть ему в глаза. Гибрид вздыхает и легко соскальзывает с дивана, встав на колени перед Соником. Убирает руки от его лица, ловя взгляд. Медленно и осторожно Шэдоу берёт чужие руки в свои, большим пальцем поглаживая взад-вперёд. Он замечает, как Соник слегка ощетинивается, приподняв иглы.       — Всё хорошо? — уточняет он.       Сонику кажется, что его тело подобно камню, только внутри он полый, и миллиард гиперактивных пчёл яростно мечутся, пытаясь вырваться наружу, но не имея возможности сделать это, из-за чего он просто сидит неподвижно, пока его ядро пылает чистой энергией. Это странная аналогия, но синий ёжик не может придумать ничего другого, что лучше бы описало его чувства прямо сейчас. Чёрт, да он вообще едва ли может думать. На вопрос своего парня он выдавливает тихое: «Мм».       Шэдоу кивает, отпускает его руки (пальцы Соника дёргаются, внезапно ощутив одновременно холод и жару), встаёт и снимает перчатки. Оголённые полосатые руки осторожно пробегаются вверх по рукам другого, мягкость подушечек смешивается с нежным царапаньем когтей, из-за чего Соник чувствует пробежавшую по спине дрожь.       — Как насчёт этого?       — …Нормально, — он напрягается. Почему он вообще так взволнован? Не то что бы Шэдоу делает что-то особенное. Соник видел плохую сторону Шэдоу больше раз, чем может сосчитать, они сражались несколько раз, а теперь всё, что делает гибрид, — это касается его, и герою кажется, что он вот-вот умрёт прямо здесь и сейчас.       Шэдоу внимательно следит за каждой реакцией. Соник выглядит потрясённым, и он постоянно задаётся вопросом, правильно ли поступает, но Шэдоу доверяет Сонику. Он верит, что тот даст ему знать, если он зайдёт слишком далеко.       Наконец, Шэдоу проводит руками мимо шеи синего ёжика, ближе к лицу. Соник резко вдыхает через нос и отстраняется назад, его иглы высоко подняты. Шэдоу немедленно пытается убрать руки, но их внезапно перехватывают.       — П-подожди.       Обеспокоенные рубиновые глаза встречаются с изумрудными, когда Соник, двигаясь так медленно, как никогда в жизни, снова поднимает его руки и направляет их по обе стороны от своего лица, не отводя при этом взгляда. И Шэдоу осторожно — ох, очень осторожно — отвечает, обхватив его лицо и слегка надавив. У Соника взгляд трепетный, когда он делает дрожащий вдох, а затем медленный выдох, и его тело внезапно тает от прикосновения другого. Иглы опускаются, ушки лишь легка прижимаются к голове, когда он наклоняется вперёд.       Шэдоу чувствует, как на его морде расцветает улыбка, и он тихонько просит Соника немного отодвинуться, прежде чем он садится на коленки синего ёжика. В этот раз Соник не напрягается, а только льнёт к нему ближе, когда гибрид одной рукой обхватывает его за спину, а другую кладёт на макушку. Соник почти зарывается лицом в мех Шэдоу и поднимает руки, обняв своего парня за талию.       Соник прижимается к своему партнёру, вдыхая запах земли и лаванды, пока наслаждается невероятно уютными объятиями. В тот момент, когда он почувствовал руки Шэдоу на своём лице, внутри как будто что-то щёлкнуло. Тепло распространилось по всему телу, и все мышцы расслабились, когда он позволил себе безвольно упасть в объятия другого. Шэдоу тёплый — очень тёплый — и так близко, его вес давит на него так, как никакое тяжёлое одеяло никогда не сможет.       Затем он чувствует, как Шэдоу двигает рукой, начинает нежно и едва ощутимо царапать когтями его спину, и Соник не может сдержать довольный тихий стон, завибрировавший в горле, и из его груди раздаётся мягкое жужжание.       Шэдоу дёргает ухом, когда улавливает странный звук, вероятно пришедший извне. Но потом он не только слышит, но и чувствует вибрацию на груди, и потому слегка отстраняется, чтобы посмотреть Сонику в глаза, едва не заскулив от потери контакта.       — Это ты?       Соник моргает, его веки кажутся приятно тяжёлыми, и он выглядит так, будто только что проснулся от долгого сна.       — Что я?       — Этот звук.       — Ой, да… Я, наверное, простонал тебе в ухо, а может и нет…       — Не этот звук, — Шэдоу краснеет, — другой. Как будто жужжание или типа того.       — Ты… про моё мурлыканье? — Соник приподнимает бровь.       — Ты умеешь мурлыкать? — Шэдоу моргает по-совиному.       — Да, — фыркает герой, снова прильнув к плечу другого, — все ёжики так делают.       — Я не делаю.       — Спорим, что делаешь.       — Думаю, я бы заметил, если бы делал что-то подобное.       — Ты думаешь, что заметил бы, хм?       Шэдоу усмехается, положив подбородок на макушку своего парня.       — Да помолчи ты.       Соник тихонько смеётся, расслабляясь в его объятиях.       Экран телевизора уже давно померк, но двух ежей это едва ли волнует. Они куда более увлечены тем, что просто сидят и обнимают друг друга. Шэдоу продолжает водить когтями по спине Соника вверх-вниз, гордясь теми звуками, которые герой издаёт из-за него. Тёмный ёжик закрывает глаза, чувствуя Соника рядом. Он может не позволить держать себя так всё время, и он всё ещё может невольно отпрянуть от неожиданных прикосновений, но теперь Шэдоу уверен, что Соник доверяет ему так сильно, что позволяет себе быть уязвимым сейчас. От этой мысли его сердце трепещет и наполняется любовью.       Мягкое, нарастающее жужжание начинает эхом раздаваться из груди Шэдоу, и Соник улыбается.