Albino

      …       - Погоди.. стой.. я не успеваю..       - Зачем ты вообще бежишь за мной?..        - Поиграем вместе..       - Нет уходи..       - Не беги в лес.. уже поздно       - Не твое дело.. Отстань, Чонгук.. иди домой..       - Ну и ладно.. чтоб ты ногу сломал и тебя волки съели..       - В этом лесу даже зайцы не водятся.. Ты такой глупый, Чонгук!       - Сам ты глупый.. дурацкая белая голова…       …       - Нет.. стой.. хен.. я пошутил про белую голову.. не дурацкая она..       …       - Юнги-хен!.. где ты?..  хен.. я сейчас домой уйду.. я ухожу..       …        - Отзовись…       …         Писк будильника показался слишком резким. Чонгук открыл глаза, стараясь сосредоточиться и развеять сон. Но липкое ощущение от сновидения не хотело отсупать. Гук не знал с чего бы вдруг сознание опять подкинуло ему воспоминание многолетней давности. То, что это не было просто сном, Чон давно осознал. Когда он был маленьким этот кошмар мучил его каждую ночь, но со временем разум стер картинки прошлого и с каждым разом горькие сновидения стали приходить все реже. Но иногда все же врывались вот таким неожиданным способом.       Гук поднялся и направился в ванную. Мысли про неприятный сон все еще вертелись в голове. И почему человеческий мозг устроен так, что даже пережив не простую ситуацию мы время от времени возвращаемся к ней.        Умывшись, Чонгук переоделся и собрался на работу. Он занимал должность графического дизайнера в одной небольшой фирме. Платили неплохо, но Гук все еще не отделался от кредита за обучение, поэтому с его зарплаты получалось откладывать не так много. Чон копил на машину и пока ездил до работы на метро, которое в его районе частично было наземным.       Забежав за кофе в 7/11 около дома, Чонгук двинулся к станции. Он ездил на работу к десяти, поэтому народа уже было поменьше, но все равно создавалась толпа. Мысли опять вернулись к неприятному сну. Может ему стоит наведаться на выходные в Пусан и навестить родителей. Возможно подсознание таким образом намекает Гуку не забывать про родные места. Хотя они созванивались с матерью пару дней назад, да и почему сознание намекало таким изощренным способом, транслируя Чону его погибшего друга детства.       Оглядев вагон, Чонгук удостоверился, что никто не спешит садиться на парочку свободных мест в конце, поэтому Чон уселся, укладывая небольшой рюкзак на колени. Он достал беспроводные наушники и запустил плейлист на телефоне, но не слишком громко, чтобы не проехать свою станцию. Пялиться в экран смартфона не хотелось, поэтому Гук уткнулся в окошко, рассматривая подземные коммуникации. В голове в очередной раз всплыли картинки прошлого. Его хен, который навсегда останется ребенком. Может Чонгуку изредка сняться эти сны, потому что он так и не получил ответ на вопрос, что на самом деле произошло с Юнги в том дурацком лесу в злополучный вечер.        На самом деле никто не знал, что случилось с мальчиком, так как его тело не было найдено до сих пор. Он считался безвести пропавшим. Хорошо, что Юн не был единственным ребенком в семье, иначе его родители до сих пор жили бы в отчаянии, не сумев даже традиционно похоронить сына. Наверняка они тешили себя тем, что Юнги жив, но просто где-то в другом месте. По крайней мере Чонгук первое время делал так. Он не хотел считать друга погибшим. Хотя становясь старше, Чон стал задавать себе вопрос был ли он на самом деле таким уж другом Юну.        Они жили по соседству. Юн был старше его на четыре года, хотя его конституция тела была куда меньше телосложения крупного Чона. Плюс ко всему Юнги был альбиносом и сильно отличался от других детей. Он почти ни с кем не общался и держался особнячком. Ему единственному в школе разрешали носить очки с затемненными линзами или белую рыбацкую панамку с небольшими полями, чтобы беречь глаза от яркого солнечного света. Чонгук по началу тоже не горел желанием с ним дружить, но так как они жили рядом, то мальчикам приходилось вместе ездить на школьном автобусе, усаживаясь на соседние свободные места. Иногда Гуку везло и он мог пересаживаться от Юнги, но это было слишком редко.       На самом деле Чону нравилась чужая необычная внешность. Парню даже казалось, что остальные дети задирают этого ребенка из зависти, потому что он действительно был белый, как европеец. Хотя глаза у Юнги были светло карими и раскосыми, как у азиата. По началу Чон игнорировал Юна, но однажды у того появился тетрис и у Чонгука сразу возникло желание подружиться со старшим. Так мало по-малу Гук заводил разговор с соседом, обсуждая игрушки или аниме. Юнги был самым обычным ребенком, если исключить альбинизм.       Чон не переставал им в тайне восхищаться. Пару раз он был в гостях у старшего и изумился, что в свои двенадцать лет Юн так хорошо играет на пианино, хотя его ноги едва доставали до педалей. Но больше всего Гуку нравилась детская площадка во дворе соседей и плетеная качель. Чонгуку разрешали приходить на нее поиграть даже в отсутствии хозяев. А еще у Юнги был старший брат, он был куда посговорчивее застенчивого альбиноса, но в силу возраста совершенно не горел желанием тусоваться с младшим братом и уж тем более с сопливым соседом.       В какой-то момент Чонгук все же понял, что странности Юна не заканчиваются на его цвете кожи или интровертном характере. Мин любил сбегать в лес, который распростерся за их улицей. Гук не знал почему старший так любил обретаться там, но когда вырос, то понял, что Юнги просто избегал солнца в густом лесу и конечно же скрывался от детей, которые его дразнили.       Однажды Юн сломал руку и из-за больничного перестал посещать занятия. Тогда мама Чонгука приготовила немного угощений и отправила сына навестить друга и немного развлечь Юнги. Тот конечно же не ожидал такого вторжения, но похоже был рад повидаться с младшим. С того момента их отношения потеплели. Но Чонгук все равно ощущал какую-то недосказанность между ними. Правда в силу возраста, он не умел ничего анализировать, поэтому просто продолжал таскаться за старшим и наблюдать за ним, порой повторяя и перенимая повадки чужого характера.       …       - Хен, ты научишь меня играть на пианино? - спросил Гук, качаясь на чужой качели;       - Я семь лет в музыкалку ходил, а ты захотел просто так взять и научиться, пару раз побрякав? - фыркнул тот, скрываясь под широким пляжным зонтом, воткнутым в центр крохотной песочницы.       Конечно Юнги уже давно не играл в этой песочнице, просто он прятался так от солнце, которое никак не могло склониться за горизонт. Лето в этом году выдалось жарким, темнело все позднее, поэтому Юн все чаще сбегал в лес. Вот и сейчас он поднялся и решил пойти прогуляться, пока совсем не стемнело. Чонгук поплелся за ним, хотя он терпеть не мог ходить в этот жуткий лес. Он пугал его, а еще там были назойливые комары и прочие насекомые.       - Иди домой Чонгук, ты ведь ненавидишь ходить в лес - остановил его Юн, когда увидел хвост за своей спиной;       - Но я хочу с тобой - возразил Гук. Он сам не понимал почему ему так хочется следовать за старшим.       - Я собираюсь дойти до болота - предупредил Юнги, чуть ускоряя шаг и натягивая рукава на кулачки;       - Хочешь чтобы тебя опять укусили в глаз и он опух? - посмеялся Чон, поравнявшись с ним плечом.       Это случилось не так давно. Они с Юнги играли в догонялки. Чонгук выигрывал. Хоть он и был младше, но бегал быстрее. Резвясь в глуши, они случайно наткнулись на болото в чаще. Забавляясь, они бросали туда камни и ветки, находя веселым всплески зеленой жижи. Тина и ряска вздымались и плюхались, а еще вдоль берега смешно квакали лягушки, прыгая то тут то там. Юнги в тот вечер укусил комар прямо в веко под бровью и глаз буквально за десять минут отек, поэтому парням пришлось вернуться домой.       - Хочу чтобы в этот раз комары тебя покусали - хихикнул старший, ускоряя шаг.       В итоге они все же добрались до болота. Юнги сегодня был более тихим, хоть и пытался вести себя, как обычно, но от Чонгука не скрылось подобное поведении. Ему было любопытно, что тревожит старшего, но он не знал, как подступиться к Юну.       …       - Не хочу чтобы ты переходил в старшую школу.. - сознался Гук, когда они порезвились у болота и сидели на кочке, наблюдая, как лягушка пытается безуспешно поймать стрекозу.        - Что же мне теперь дурачком быть и на второй год остаться? - отшутился Юн, поддевая его за нос;       - Одноклассники ко мне не очень хорошо относятся.. - расплывчато произнес Чон, укладывая голову на плечо старшего;       - Из-за меня? - нахмурился Юнги;       - Нет.. говорят я странный.. прилипала и все такое - рассказал Чонгук, потираясь носом о чужую футболку;       - Ну это же правда. Ты постоянно обниматься лезешь и на спину наваливаешься, а потом носом в макушку тычешься - припомнил старший;       - И что? Что в этом странного? У меня дома все друг друга обнимают. Если человек.. если он хороший, почему бы его не обнять! - возмущенно выдал Гук, отрывая голову от плеча;       - Ничего.. просто не всем это нравиться.. - отозвался Юнги, опуская взгляд к своим грязным кедам;       - Но я видел, как старшие мальчики обнимаются и катают друг друга на спине и даже по заднице шлепают! - опять резко выпалил Чонгук;       - Они просто дурачатся. Это все не всерьез -  пояснил Юн;       - Знаю, что не всерьез.. я ведь тоже понарошку.. - тише произнес Гук;       - Не парься Чонгук. Начальная школа это фигня. После выпуска ты может и не увидишься ни с кем из них. Сам подумай, твои родители разве общаются со школьными друзьями? - подбодрил его старший;       - Вроде нет.. отец с коллегами ходит выпить - поразмыслив, пробубнил Чон;       - Ну и все - хмыкнул тот, опять поддев парня за нос;       - А ты тоже.. тоже перестанешь со мной дружить? - помолчав, спросил Чонгук;       - Я уеду в Сеул после старшей школы.. - расплывчато ответил Юнги, поправив свою панамку, чтобы скрыть глаза;       - Но пока ведь ты не уехал. Просто в среднюю школу пойдешь.. и мы всё ещё будем жить рядом - нахмурился Гук.       Вот в чем была его главная проблема. Он не любил делиться. Даже с родным братом Чонгук вечно ссорился, когда тот брал его вещи или игрушки. Чон и друзьями не любил делиться. Поэтому уход Юнги в старшую школу ощущался каким-то болезненным. Вдруг Юн найдет себе друга, который окажется лучше, чем Чонгук. Кто будет лучше восхищаться особенностью чужой кожи и игре на пианино. Кто сможет так же молчаливо следовать за старшим и изредко играть в догонялки по лесу, швырять камни в болото. Чон даже думать об этом не хотел. Юнги должен быть только его другом и точка.        Но как бы по глупому Гук не ревновал, со старшим пришлось распрощаться. В новом учебном году Юн перешел в среднюю школу, а Чон остался в начальной. Больше не было совместных поездок на автобусе. Да и времени на игры у Юнги тоже почти не оставалось. Плюс ко всему в четырнадцать лет совершенно не хотелось дружить с десятилеткой из начальной школы. У Мина был переходный возраст, а в пуберт гормоны зашкаливали, поэтому прилипала Чонгук совершенно не вписывался в эту картину.         …       - Погоди.. стой.. я не успеваю.. - лепетал Чон, который завидев, как старший идет вечером в лес, направился прямиком за ним. Они почти две недели не виделись с соседом и Гук решил хоть немного урвать внимания старшего.       - Зачем ты вообще бежишь за мной?.. - огрызнулся Юнги. Сегодня у него был тяжелый день, хотелось побыть одному и просто развеяться.  - Поиграем вместе.. - попросил Гук, переходя на бег;       - Нет. Уходи! - фыркнул Юн, сильно толкнув его и пока Чон валялся в траве, старший шустро припустил куда-то в чащу.       - Не беги в лес.. уже поздно - предупредил Чонгук, поглядывая, как сумерки опускаются на верхушки деревьев;       - Не твое дело.. Отстань, Чонгук.. иди домой.. - крикнул Юнги, притаившись за деревом;       - Ну и ладно.. чтоб ты ногу сломал и тебя волки съели.. - бросил младший, разглядывая силуэт парня;       - В этом лесу даже зайцы не водятся.. Ты такой глупый, Чонгук! - огрызнулся Юн, опять припустив;       - Сам ты глупый.. дурацкая белая голова… - прокричал младший, но в ответ была тишина, лишь удаляющиеся шаги.       - Нет.. стой.. хен.. я пошутил про белую голову.. не дурацкая она.. - выкрикнул Гук, оглядываясь по сторонам. Шаги становились все дальше и тише.       - Юнги-хен!.. где ты?..  хен.. я сейчас домой уйду.. я ухожу.. - попытался еще раз Чон.       - Отзовись… - жалобно просипел Чонгук и не получив ответа, пошел обратно домой.       …       Это был последний раз, когда они виделись с Юнги. Ночью Гука разбудила мама, так как в их дом пришла полиция. Они опрашивали соседей, потому что Юн так и не вернулся из леса. Весь район подняли на уши. Поисковые отряды с собаками прочесывали лес. Волонтеры присоединились к спасателям. Был найден кроссовок и панамкам старшего и больше ничего. Даже вертолеты подняли для поисков, но спустя неделю ребенка так и не нашли. Чонгук не мог в это поверить. Мальчик был в сильном отчаянии.       Каждый вечер он сбегал в лес и звал своего друга, но это было безрезультатно. Кошмары мучали его по но ночам. Гук все время думал, что он мог спасти старшего. Мог пойти в тот вечер за ним и никуда не отпускать. Неизвестность убивала. Чонгук стал ещё более замкнутым. Из-за сложившейся ситуации его водили к психологу и прочим врачам. Угнетало ещё и то, что буквально каждая деталь на их улице напоминала ему о друге. Особенно дом соседей и детская площадка на которой больше никто не играл.       Со временем Чон смог смириться с утратой, но вот с собственным чувством вины не удалось совладать. Гук лишь сумел приглушить его, но порой подсознание подкидывало ему подобные сны. Их последний разговор он помнил наизусть, так как кучу раз повторял его полиции, а потом ещё столько же видел и слышал в собственных кошмарах.       Юнги и его детское лицо. Белые волосы и ресницы. Веснушки, которые постоянно проявлялись на носу. Его запах бананового шампуня и кондиционера для одежды с ароматом сирени. Чонгук помнил все это до сих пор и ненавидел в той же степени.         …       Вагон немного тряхнуло на стыках и Гук отвлекся от своих тяжелых мыслей. Он окинул взглядом вагон, просто чтобы расфокусировать зрение. На очередной станции зашла пожилая дама, но специальные места для пожилых были занят, поэтому Чон поднялся и уступил свое. Он отошёл к тому месту, где поручень был более удобные для его роста. Взгляд остановился на симпатичной девушке, похожей на одну актрису. Чонгук поймал ее взгляд, но та засмущалась и больше не смотрела в его сторону. Тогда Гук перенаправил взор на пассажира, сидящего в аккурат около поручня за который ухватился Чон. Парень был в широкой куртке и рыбацкой панамке, натянутой на глаза. Сложно было определить возраст, но скорее всего это был студент, раз ехал не в школьной формы. Хотя занятия уже начались, так что возможно незнакомец направлялся на работу. Из под панамки торчали высветленные волосы. Чонгук тяжело вздохнул. Похоже сегодня весь мир поставил себе цель напомнить Гуку о его личной трагедии.       Интересно, как бы сейчас выглядел Юнги, подумал Чон. Ему бы было уже тридцать два в этом году. Наверняка у мужчины уже были бы дети. Маленькие симпатичные альбиносики. Хотя мутации не всегда передавались детям. Скорее всего, опираясь на свое детство, Юн ни за что бы не пожелал детей, подобных себе. Альбиносом быть тяжело. Чонгук много раз думал, сумели бы они сохранить дружбу сквозь годы. Возможно, судьба раскидала бы их по разным концам света. Хотя в детстве Юнги планировал переехать в Сеул. Чонгуку же это вполне удалось. Так что они наверняка бы не потеряли связь. Юну бы определенно понравилось в столице. Сейчас люди относились иначе к особенностям внешности. Старший сто процентов был бы популярен у девушек и не только. Интересно, что бы Юнги сказал, если бы узнал, что Чонгук играет за обе команды. Осудил бы его или наоборот поддержал? По правде говоря Чонгук не мог даже предположить реакцию друга. Он никогда не знал, что конкретно творилось в голове у старшего. Чон мог лишь додумывать, опираясь на свое детское мнение. И все же Юнги навсегда останется в его памяти светлым, но таким болезненным воспоминанием.       Честно говоря, Чон много раз думал о прошлом. Иногда ему казалось, что он все пережил и отпустил, а потом Гук вспоминал, что сколько бы раз он не переезжал, сколько бы квартир и общежитий не менял, он всегда тащит дурацкую маленькую коробку с собой. Это была самая обычная картонная коробка из под керамического чайника. В ней Гук хранил вещи Юнги, которые ему разрешили взять из комнаты старшего на память. Это был брелок в виде пианино, блокнотик с нотами старшего, набор из пяти пластиковых солдатиков в жестяной баночке и фенечка, которую он сам когда-то подарил Юну на 5 мая, в день ребенка. Родители старшего готовы были отдать и другие игрушки, но Гук, взял только это и несколько фотографий, которые хранились в альбоме в доме родителей. Чон не знал зачем он до сих берег весь этот хлам. По хорошему стоило выкинуть это барахло и отпустить прошлое, но Гук не мог. Словно если бы он избавился от коробки с вещами, то Юнги бы окончательно растворился и ушел из его жизни.       ..       Прибыв на работу, Чон занялся рабочими задачами и полностью погрузился в процес. Воспоминания о прошлом понемногу рассеялось и Гук перестал зацикливаться на ночном кошмаре. К тому же это было не впервые, когда мозг вот так будоражил Чона, окуная в прошлое. Поэтому Чонгук попытался просто рассеять липкое ощущение и сосредоточиться на более важных вещах. Что он еще мог сделать. Юнги пропал почти 20 лет назад и вряд ли Гук сможет когда-то найти ответ, что на самом деле произошло в тот злополучный вечер в лесу.