Улыбнись

Я оттянул воротник своей белоснежной рубашки, чтобы глотнуть свежего воздуха. Июль выпал очень жарким. В такую погоду нужно быть на пляже – плескаться в игривых волнах моря, бегать по горячим пескам и бездельничать весь день. Но свадьба важнее. В загсе почти все были в сборе, и не хватало только виновника торжества. Друзья увлеченно о чем-то разговаривали, не забывая лишний раз упомянуть сегодняшнее мероприятие, а я же смотрел сквозь широкие окна на панорамный вид мегаполиса, стараясь не думать о долине, родных горах и полях… Нет! И мысли не допускай! Теперь тут твой новый… дом. И вот в помещение заходит он – статный, красивый, одетый в элегантный черный костюм, что так идеально скрывал его природную худобу, и с непривычно уложенными волосами «иголками» – прекрасный. Ослепительно улыбнувшись, Ёжик широким шагом устремился вперед. Уже на расстояние мое тело окутало его тепло и свежий запах пихты - вот бы он подошел ближе. И… он прошел мимо. Ёжик заключил в объятия Лили, оставляя на её макушке легкий поцелуй. И снова моим лёгким не хватает воздуха. Я расстегнул верхнюю пуговицу в тщетных попытках глотнуть спасительного кислорода – не помогало. Начался торжественный момент. У кого-то глаза уже были на мокром месте, кто-то не прекращал улыбаться, а я же стоял, словно одна из несущих колон этого помещения, в тягучем ожидании конца. Мои глаза смотрели на что угодно – стеклянная люстра, высокие окна от потолка до пола, большой ворсистый ковёр – куда угодно, только не на жениха и невесту.  Моих ушей коснулся полный счастья голос Ёжика: - Да, - и мой мозг пал в состояние анабиоза. Я не помню, что было дальше, оно и к лучшему. Мгновение, и вот мы все сидим за праздничным столом и слушаем поздравления для молодожёнов от Карыча. Тёплая и уютная атмосфера заполнила банкетный зал, но так изящно, как извилистая река, огибала меня, лишая веселья. Я устремил немигающий взгляд в сторону Ёжика и его жены. Они были такими счастливыми и смотрелись вместе так органично и идеально. Почему она, а не я? Сердце разбилось. Осколки вонзились в душу, оставляя кровоточащие раны на всю жизнь. Это… больно. Я резко поднялся со стола, неприятно скрипнув ножками стула по мраморным плиткам пола. Под удивленные взгляды гостей и взволнованным голосом Ёжика я поспешил в сторону уборной, что-то буркнув про то, что мне поплохело. Залетев в маленькое, заполненное дурным запахом помещение, я открыл кран с холодной водой, чтобы умыть лицо. Освежившись, я посмотрел в зеркало. Мне в ответ смотрел голубоглазый парень с весёлыми веснушками на носу и неглубокими ямочками на щеках. Он чем-то был похож на меня, но в его глазах не плескалась жизнь, а лицо потеряло здоровый цвет, слившись с унылыми стенами уборной. Прищурившись, я присмотрелся в отражение и понял - это моё лицо, глаза и щёки. В голове прозвучал знакомый голос. Голос, что был со мной, сколько я себя помню. И где же солнечный зайчик, что умел поднять настроение окружающим лишь одним своим присутствием? - Его больше нет, - я закрыл глаза, не в силах больше смотреть на себя. И где же он? - Там, где мой дом, моя долина. Там, где мой… Ёжик. А он был твоим? - Нет, - злость на секунду затуманила разум, ища выход наружу. Кулак с острой болью врезался в давно уже не белую раковину, оставляя на ней крапины алой крови. Противно. Тебе больно? - Очень. Улыбнись… И я улыбнулся. Криво, натянуто. С какой-то отчаянной надеждой поверить самому себе, что у меня всё хорошо. Лучше всех. Может, тогда станет легче… За дверью послышалось громкое «Горько!» и счёт продолжительности поцелуя. Первая слеза скатилась по щеке. Потом вторая и третья, и каждая была крупнее предыдущей, но я улыбался. С каждой слезой улыбка становилась шире - как же меня тошнит от своего вида! Стоя в уборной и смотря в покрытое разводами зеркало, я давился самообманом и самовнушением – мне не привыкать. - Маленькие временные трудности, - хриплый, плаксивый голос резал уши. Я с силой вцепился пальцами в край раковины и посмотрел сквозь мутную пелену слез на свое отражение и в мгновение ощутил отвращение и ненависть к самому себе. Тогда улыбнись пошире. И я улыбнулся, чувствуя, как от натянутой улыбки сводит скулы, а нервы рвутся от ярости и непонимания. Неси свой крест с улыбкой… Я кивнул внутреннему голосу и с большим трудом натянул очередную улыбку, словно нарисовал её ножом на своём лице. Поняв, что задержался, я привёл себя в порядок и отправился к гостям исполнять роль солнечного зайчика, который никогда не знал горя и печали и всегда всех веселил. Мне уже и не понятно, что есть игра, а что жизнь. Я захлопнул дверь уборной, оставив за ней сломленного, уничтоженного Кроша, которого никто не увидит. Широкая улыбка идеально скрывает его от посторонних глаз. Такой Крош никому не нужен. Всем нужен весёлый, жизнерадостный Крош. Значит, так тому и быть. Улыбка – это моя личная тюрьма строгого режима. Срок – пожизненное лишение свободы.