Пузыри.

Весëлые детские крики разносятся по всей детской площадке. Очереди на горки выстраиваются огромные - кажется, это единственное развлечение тут, где дети собираются толпами. Песочница уже давно стала неинтересной - не так давно прошëл дождь, и в мокром песке не разрешают копаться родители. Другое дело уже подсохшие горки. Там весело (вот только при спуске нужно аккуратно обходить лужицу, чтобы не сесть в неё). Качели, что сильно шатаются и скрипят, отпугивая этим малышей, заняты подростками. Родители детишек заняли скамейки, расположившиеся вдоль невысокого забора. Обсуждение цен на детские пюрешки намного интереснее, чем игры, для них сейчас. Сонхва только-только присел к ним, облегчëнно выдохнув. Они с Хонджуном наконец вывели всё семейство на прогулку. Один он бы точно не справился - дети разбегаются, кто куда. – Мыльные пузыри - наше спасение, – Ким подсаживается к младшему, устало прикрывая глаза. Сонхва кивает, кладя свою ладонь на ладонь мужа. Они оба сильно устали, пока собирали ребят. Чонхо никак не хотел прощаться с любимой игрушкой, что по своим габаритам не смогла бы пойти с ним, Сан потерял кроссовок, оказавшийся по итогу на кухне, а Минги, как только они вышли из квартиры, внезапно приспичило в туалет - пришлось возвращаться. Весело живёт семейство Ким. А во избежание драк и ссор между братьями, по обоюдному решению обоих родителей, по пути на площадку было куплено шесть бутылочек с мыльными пузырями. По одной каждому. Чтобы все были заняты делом. И поначалу действительно было так. Мальчики бегали, смеялись, лопали пузыри друг друга и делились со своими друзьями. Мыльные пузыри завлекают многих ребят. Сонхва и не ожидал, что вскоре около их детей соберëтся целая толпа. Но это и к лучшему - значит, они заняты надолго. И, о боже, как же Пак ошибался. Ведь уже через десять минут к нему с криками и полупустой бутылочкой мыльной воды прибежал Минги. – Пап, пап, они жадничают! – он остановился рядом со скамейкой, едва не падая около неё. – Мы ведь купили пузыри всем, – вздыхает Сонхва, поднимаясь со скамейки - разгорелся новый скандал, а потому просто сидеть и смотреть нельзя, – Что вы опять не поделили? – Чонхо пролил свои на траву! – Минги пальцем указывает папе на младшего брата, слегка посмеиваясь, – И никто не хочет делиться! – А как же ты? –мужчина садится на корточки, укоризненно глядя на сына. – Я тоже, – бубнит Минги, не поднимая взгляда на явно рассерженного Сонхва. – Что за новости? Почему жадничаете? – в некий "спор" вклинивается Хонджун, – Разве так мы вас учили? – они с Сонхва, как бы сложно ни было, никогда не кричали на малышей, зная, как это может повлиять на их психику позднее. И сейчас, даже когда они оба очень устали, крики - не выход из ситуации. Кажется, Чонхо уже плачет. – Ну пожалуйста! – Сонхва поднимает голову, замечая Сана, что прячет свои мыльные пузыри за спиной, и Чонхо, пытающегося их отобрать, – Дай подую! – Ты сам виноват, – Уëн тоже в стороне не остаётся - пытается оттащить ноющего младшего от брата. – Как же с вами сложно, – Сонхва тяжело вздыхает. – Пошли, – строго произносит Хонджун, беря мыльную руку прибежавшего в свою. Он сейчас только обращает внимание на футболку мальчика - видимо, не только Чонхо лишился пузырей, ибо чьи-то сейчас красуются на одежде Минги, – Стоп. Это кто сделал? – он указывает на сырую одежду, и малыш виновато вздыхает. – Сан, – он подносит палец к губам, будто хочет сказать ещё что-то, – А! А ещё Юнхо и Уëни дрались! – Хва, как с ними быть? – Хонджун поднимает беспомощный взгляд на мужа. – Идём разбираться, – Сонхва направляется в сторону толпы, замечая, что там на траве остались лишь их балбесы. Крики потихоньку стихают, когда мальчики замечают папу, быстро идущего к ним. Но вновь возобновляются - оправдать себя нужно до того, как пошли ложные обвинения. – Это не я! – Это всё Чонхо! – Нет, Уëн! – А я вообще был там! – Минги всё врёт! – Так, тихо! – Сонхва и рукой взмахивает для уверенности в том, что сыновья точно успокоятся, – Все по порядку, – он оглядывает мальчиков, считая их - вроде это не нужно, ведь их не пятьдесят, но иногда это действительно бывает важно. Все на месте, можно начинать ругаться, – Что с вами всеми? – он ахает, замечая порванную (и, между прочим, купленную недавно!) футболку Сана, разлитые мыльные пузыри (так и не скажешь, что только Чонхо разлил свои) и - вишенка на торте - разбитые коленки Уëна. Вроде не первый раз гуляют, а такое ощущение, что дети впервые видят улицу и друг друга. С этих мальчишек глаз спускать нельзя. – А Юнхо сказал, что земля на вкус, как шоколад! – ноет Уëн. Кажется, ему - в смысле Юнхо, да, - досталось меньше всего именно из-за этих махинаций. Он всегда любил обманывать младших, и делал это на каждой прогулке. Но чтоб настолько глупо.. – И ты поверил? – мальчик виновато кивает, вздыхая, – Уëн, ну разве так можно? – А что я? Это Юнхо! – А Уëн ещё упал! – Ëсан указывает на разодранные коленки (которые, между прочим, Сонхва уже увидел). Только вот Уëна волнует явно не это. – Господи, дай мне сил, – Хонджун и правда старается не сильно повышать голос, сохраняя статус спокойного и не агрессивного родителя, но, оглядывая детей, он вдруг понимает, что не все они вернутся домой живыми (быть может, у самого Джуна попросту остановится сердце). – Па-а-апа! – Чонхо бежит к старшему отцу, не переставая громко плакать, и Хонджуну приходится присесть, чтобы пожалеть его. Крики оставим на потом - их и так вполне достаточно. – Ну как так получилось? – злость потихоньку уплывает на второй план, и её место занимает сострадание. Это веди его дети, резвящиеся и, зачастую, не знающие меры. Но всё ещё дети. Им многое можно простить. А плачущий Чонхо в его руках и вовсе заставляет Хонджуна представить самого себя маленьким весёлым мальчиком, играющим с братьями. Да, игры не самые безобидные, да и жадность малышей неприятно удивила его - по поводу этого, конечно, нужно будет провести беседу, - но игры. Ах, наверно, Хонджун слишком приукрашивает всё это. – Я.. А они.. А потом я.. – мужчина даёт мальчику немного успокоиться, поглаживая того по голове, пока Сонхва опрашивает остальных. – Тс-с, не плачь. Мы купим вам ещё пузыри, если вы все пообещаете, что больше такого не повторится, хорошо? – Чонхо улыбается, кивая, и Хонджун большими пальцами вытирает с пухлых щëк слëзы. – Вот Чонхо пролил мыльные пузыри, а вы что? – Сонхва принимается за беседу с мальчиками, пока Джун - кажется, успешно, - успокаивает самого младшего, – Почему не поделились своими? Разве он сделал это специально? – Нет! Но мы просто хотели сами поиграть, – пожимает плечами Уëн. – Мы извинимся перед ним, хорошо? – предлагает Минги. – И дадим поиграть ему тоже в следующий раз! – Сана тоже эта идея воодушевляет. Юнхо хлопает в ладоши. – В следующий раз, да, – кивает Сонхва, – А сейчас мы идëм домой! Мальчики не спорят - сами понимают, что поступили неправильно. А потому собирают оставшиеся мыльные пузыри, отдавая все Сонхва, и собираются уходить. – Как твои коленки? – уже по дороге домой интересуется Сонхва у Уëна, а тот лишь рукой машет, мол, ничего страшного. Вкус земли - вот, что было страшно. Весёлая прогулка, ничего не скажешь. Возможно, через время Хонджун пожалеет, что не накричал на сыновей и спустил им всё с рук просто так. Но сейчас он считает своё решение правильным. И надеется, что такого больше не повторится. Мальчики тоже на это надеются.