Два шага назад

– Как-как еще раз? Пожиратели смерти? Звучит как название рок-группы, которую школьники организовали, – криво усмехнулся Гарри, делая глоток отвратительно-крепкого кофе. Драко закатил глаза. Уже в третий раз за их разговор. А ведь прошло не больше десяти минут. Впрочем, выносить эти совершенно маггловские комментарии Поттера получилось все лучше и лучше.  Они сидели друг напротив друга в небольшой террасе у высокого кирпичного штаба Скотланд-Ярд в самом сердце Лондона. По узким тропинкам туда-сюда шныряли туристы, толкая друг друга плечами и едва не врезаясь в сидящих на уличных верандах лондонцев.  По какой-то таинственной причине Поттер обожал сидеть посреди дороги, где каждый прохожий мог сбить тебя со стула. Жизнь испытывала терпение Драко. Он сжимал зубы, закатывал глаза и совершал настоящий подвиг над самим собой, просто продолжая этот разговор. Однако Поттер, сидящий напротив, казалось, совсем не замечал тех титанических усилий, которые проявлял Малфой. Он спокойно пил кофе из большой фирменной кружки, украшенной причудливым зеленоватым рисунком не то ундины, не то гигантского кальмара, обитавшего в озере Хогвартса.  Впервые за много лет Драко видел Поттера таким… беззаботным. Он улыбался легко, без внутреннего надлома, если хмурился, то в его глазах не мелькала холодная жестокость. Это была словно другая версия Гарри Поттера, которая прожила другую жизнь. Жизнь, в которой никогда не было этой страшной войны и ее не менее чудовищных последствий.  – Никакого в тебе уважения, – скорее по привычке, чем из искреннего возмущения, фыркнул Драко. Ему было странно признаваться в этом даже самому себе, но эта версия Гарри Малфою нравилась. Не то, чтобы ему не нравился предыдущий мрачный аврор с его убийственной привычкой закатывать рукава рубашки, обнажая сильные руки. Однако, как оказалось, легкая полуулыбка и ироничное подтрунивание тоже заставляло сердце пропускать удар. Драко мысленно одернул себя. Он прибыл с вполне конкретной миссией и она совершенно точно заключается не в том, чтобы любоваться новой итерацией Гарри Поттера. – Хорошо, – улыбнулся Гарри. – Предположим, дело именно в сбежавших Поедателях Смерти. – Пожирателях, – поправил его Драко и понял, что даже не может на него сердиться. Он вместе с доброй половиной аврората потратил тонну времени, чтобы выследить пропавшего Поттера, изучить его новую жизнь и придумать способ подобраться так, чтобы не вызвать подозрений. И все эти бесконечные месяцы вступать в контакт с Гарри было строжайше запрещено.  Эти месяцы тянулись очень долго. Чертовски долго.  Для человека, который только-то разобрался со своими чувствами относительно Поттера – слишком долго. Настолько, что захотелось куда-то деть это ненужное чувство горечи. – Я закурю? – скорее из вежливости спросил Малфой, вытаскивая смятую полупустую пачку сигарет из кармана брюк. – Здесь запрещено, – пожал плечами Поттер. – Если закуришь, мне придется тебя арестовать. Малфой едва не подавился собственным кофе. В голове всплыли уж слишком живые образы того, как Поттер выворачивает его руку и кладет лицом в стол. Эти картины вызывали столько эмоций, что держать себя в руках было совершенно невозможно. – Не вздумай, – выпалил Драко раньше, чем сообразил, что нужно держать себя в руках. Гарри закинул ногу на ногу и удивленно приподнял бровь. – Просто не кури здесь, ладно? Мы почти под самыми окнами от штаба. Меня неправильно поймут. Ладно, давай к делу. Какой, говоришь, тебя прислал отдел? – Тот, о котором ты не слышал. – МИ-6, значит, – почесал подбородок Гарри. – Я знаю правила, поэтому сделаю вид, что ты ничего не говорил. Считай, я догадался сам, но не сообщил об этом тебе. «Что, нахрен, такое МИ-6?!» Драко никогда не интересовался маггловскими силовыми структурами. И, пардон, Поттер, не планировал начинать.  – Слушай, не сочти меня параноиком, но это странно. Не то, чтобы я не верил в возможности МИ-6, но слишком подозрительно, что мы столкнулись в пекарне, когда я только-только начал расследовать это дело. А тут незнакомец из очереди оказывается тоже работает над ним. Знаешь, пока все выглядит так, что ты замешан в этом деле. Малфою захотелось застонать в голос. Он много раз говорил Тонкс, что эта идея со случайной встречей – паршивая. В конце концов, именно Драко понимал Гарри достаточно хорошо, чтобы понимать, что тот не купиться на такую очевидную ложь. Но кто он такой, чтобы спорить со старшим аврором Тонкс? – Понимаю, это как все это выглядит, – терпеливо начал объяснять Драко. — Признаюсь, наша встреча была не совсем случайна. К черту этот тупой план по медленному внедрению! Если необходимо выяснить, что стряслось с Поттером, нужно идти ва-банк.  – Та-а-ак, – протянул Гарри и сложил руки в замок на столе.  – Эта серия убийств выглядит подозрительно, не так ли, детектив Поттер, – ухмыльнулся Драко. – Каждый раз гибнут люди, которые никак между собой не связаны. У них ничего общего, кроме того факта, что медики не нашли никаких свидетельств насильственной смерти. Жертвы просто падают замертво, словно их тело вдруг решает не жить. Двери в квартиры и кабинеты открыты, никаких следов взлома, словно убийцу встречали как старого друга.  – Весьма подозрительно, – кивнул Гарри.  – Ни одно маггл… человеческое оружие не может убивать так. Даже лучше яды оставляют следы. Но что если это оружие, которое твои коллеги никогда не видели? Или, если видели, то забыли об этом. Поттер нахмурился. Он выпрямил спину и оперся локтями на стол, как делал всегда, когда требовалась особая концентрация. Тишина повисла над столиком, прерываемая веселым гомоном туристов и визжащими тормозами пролетающих мимо машин. Драко дал время Гарри переварить то, что он только что услышал.  – Кто ты? – вдруг спросил Поттер и поднял глаза на Драко. Этим взглядом можно было заморозить преисподнюю. Малфой нервно сглотнул и решился. Решив пойти до конца, следует быть последовательным. Однако просто так вбрасывать информацию было опасно. Поэтому он остановился на золотой середине. – Я работаю на правительство, – не соврал Драко. – Я пришел, чтобы помочь тебе распутать это дело.  – Я спросил, кто ты такой? Поттера было чертовски сложно отвлечь, если он вцепиться зубами в какое-то дело. Он вставал на рельсы и с непоколебимостью тепловоза упорно шел в выбранном направлении. В Аврорате он всегда рыл носом землю, даже когда случались совершенно безнадежные дела.  Со скрипом Малфою пришлось признать, что именно эта черта характера делала Поттера охренеть каким хорошим аврором. – Меня зовут Драко, – скривился Малфой. – Что еще ты хочешь знать? – Хочу знать, могу ли тебе доверять. – О, – Драко не удержался от ухмылки. – Ты даже, нахрен, не представляешь, насколько это сложный вопрос. – Это значит нет? – Это значит, ты должен решить сам. * * * Взрыв оглушительной силы раздался где-то над головами оперативников. Все стекла длинного коридора одновременно рассыпались тысячами осколков, щедро осыпаясь на головы пятерым мужчинам. Все они быстро закрыли руками головы. – Что это, блять, было?! – закричал Поттер, перекрикивая звуки стрельбы.  Его напарники в темно-синих бронежилетах и шлемах уже заняли позиции и открыли огонь по противнику, которого даже не смогли разглядеть.  – Я же говорил, это оружие, которое твои коллеги никогда не видели! – крикнул Драко в ответ, находясь за баррикадой в девяти футах от Гарри. Он оттянул воротник, испытывая сильные неудобства от того, как сильно ткань прижимается к телу. Грудь неприятно сжимал безумно неудобный бронежилет, который Малфоя заставили надеть. В противном случае Поттер категорически отказывался допускать нового знакомого на задание. Поттер знаками одной руки показал троим своим подчиненным прикрыть его, и медленно пошел вперед, держа заряженный пистолет на вытянутых руках. Малфой шумно выдохнул, сжал рукоять собственного оружия. Оно лежало в руке так неудобно, что соблазн потянуться за волшебной палочкой становился все сильнее и сильнее.  «Рано. Слишком рано.» Драко последовал за Гарри, стараясь не отставать. Он так и не увидел противника. Просто оставшиеся за спиной подчиненные Поттера вдруг начали стрелять куда-то в темноту. Драко рванул в сторону, чтобы не оказаться на линии огня. Спустя один удар сердца, к нему присоединился Гарри. – Как ты узнал, что они будут здесь? – голос Поттера звучал спокойно и ровно, словно они продолжали беседу в кафе, а не находились в заброшенном особняке на задворках Вестминстера. – Обязательно скажу, как только захочешь выслушать про Пожирателей смерти! – Немного не та ситуация, чтобы спорить, не находишь? Ответом на стрельбу стали неяркие вспышки в конце коридора. Затем обратно в полицейских и Драко бесшумно полетели красные лучи света. Поттер инстинктивно пригнулся, а вот его подчиненные, искренне не понимающие опасность этих огоньков, даже не пытались уворачиваться. – Ложись! – рявкнул Малфой, но слишком поздно.  Одновременно с его окриком воздух разрезали два нечеловеческих вопля. Круциатус в первый раз всегда кажется настоящей смертью.  Яркие вспышки заполонили весь коридор, совершенно сбивая с толку магглов. Даже Гарри казался растерянным, но ловко уворачивался и даже пытался отстреливаться. Нервы Малфоя не выдержали. Сражаться маггловским оружием против Пожирателей Смерти было настоящим безумием, а так глупо сдохнуть он не планировал. – Протего! – яркий щит засиял прямо перед носом у Гарри. Поттер изумленно оглянулся на Драко и их взгляды встретились. Уже в следующее мгновение они бросились в разные стороны. – Экспеллиармус! Баубиллиус! Протего максима!  Малфой чередовал атакующее заклинание с защитным, недоумевая, куда делась группа поддержки. Его должна была страховать оперативная группа авроров, но они явно опаздывали.  Поттер, уже немного привык к вспышкам и взял себя в руки. Он быстро перемещался между поваленными на пол шкафами и, похоже, разглядел цели. По крайней мере он точно в кого-то целился, это Драко заметил краем глаза.  Комбинация огнестрельного оружия и боевой магии оказалась на удивление удачной идеей. Противник, казалось, был совершенно сбит с толку и не мог одновременно уклоняться от пуль и возводить щиты. Яркие росчерки проклятий отвлекали внимание. Первым это заметил Поттер, который начал корректировать огонь сразу после заклинания Малфоя.  Драко же в пылу боя едва замечал, что происходит. Он никогда не считал себя хорошим бойцом, что не раз подчеркивал на всевозможных совещаниях при планировании этого дела. Аврорат и Кингсли лично уверяли, что до открытого столкновения не дойдет и сражаться будет оперативная группа авроров.  Сердце колотилось где-то в районе горла. Малфою было даже сложно понять, кто побеждает – драка казалась хаотичным действием, в котором смешалось все: выстрелы, взрывы проклятий, врезающихся в щиты, ярко-зеленые глаза Поттера, которые отвлекали даже на линии огня. – Остолбеней! Малфой, уходите, мы закончим, – прогремел голос Скотта где-то совсем близко.  Помощь прибыла! Драко не нужно было повторять дважды. Он рванул к Поттеру, едва не запинаясь о лежащих бесчувственных магглов-полицейских. Гарри резко обернулся, теряя драгоценные секунды, чтобы понять, кто перед ним: друг или враг. Малфой воспользовался этим замешательством и прыгнул вперед, вцепился в бронежилет Поттера и мгновенно трансгрессировал.  * * * Ноги врезались в каменный пол с такой силой, что оба волшебника обрушились на пол. Драко, все еще держащийся за бронежилет Гарри, растянулся прямо на Поттере, которому не повезло рухнуть на спину. – Что за нахрен? – вежливо спросил Поттер, разглядывая макушку Драко. Малфой поспешил опереться на пол и перекатиться вбок. Их плечи соприкоснулись и Драко уставился на потолок.  Он наобум трансгрессировал в собственную съемную квартиру. И все еще размышлял, счесть этот ход идиотским или гениальным. В конце концов, совсем не так он представлял первый визит Гарри в его скромное жилище.  – Теперь ты готов выслушать про Пожирателей Смерти? – не менее вежливо поинтересовался Драко. Они оба лежали на полу и не предпринимали никакой попытки встать. Это казалось ребячеством, но после пережитой передряги не хотелось двигаться. – Только если мне это все не приснилось. – Такая чушь тебе бы точно не приснилась!  – Не факт, мне недавно снились уродливые младенцы которые были корнями растения. Они отвратительно орали. Малфой замер. Он боялся даже сделать вдох. Значит, потерянная память не уничтожена окончательно. Значит, шансы восстановить ее есть!  Окрыленный надеждой, Драко заставил себя сесть. Он потянулся к сумке и вытащил из нее маленькую книжку, которая помещалась на ладони. Ничуть не стесняясь Поттера, Малфой подул на книгу, и она начала стремительно расти. Гарри, завороженный этим зрелищем, тоже сел и во все глаза смотрел, как фолиант медленно превращался в обыкновенную детскую книжку. – Я даже спрашивать не буду, – буркнул Поттер и начал медленно снимать бронежилет. Застежки щелкали одна за одной, Гарри остался в одной черной водолазке и, наконец, перестал держать осанку. Он сел по-турецки и расслаблено уперся локтями в колени.  – Это детская книжка о самых значимых событиях Англии за последние десять лет, – произнес Драко стараясь не думать о том, как сильно он завидует возможности так легко стянуть этот страшно неудобный панцирь. – Тут описано весьма условно, без неприятных моментов. Так что можешь приступать. Он протянул книгу Гарри и тот машинально взял ее в руки. – Почему на этой странной книге мое имя? – настороженно спросил Поттер. – Потому что ты за последние десять лет – самое значимое событие Англии. Просто прочитай ее, тут страниц немного. И потом поговорим. Поттер нахмурился, явно не воспринимая эти слова всерьез. Он с недоверием пролистнул книгу и его взгляд уцепился за одно из изображений. Драко заглянул за его плечо и присвистнул: – Вас троих тут нарисовали достаточно… схематично. – Почему эти рыжие волосы и эта девушка кажутся мне такими знакомыми? – пробормотал Гарри. Малфой удержался от торжествующей улыбки. Где-то в глубине души он боялся момента, когда Поттер узнает правду. Ведь это бы означало, что эта беззаботная улыбка потухнет навсегда.  Вдумчивое чтение закончилось сильно за полночь. За это время Драко успел принять душ, натянуть домашнюю мягкую кофту с тонкими рукавами и штаны для печенья с резинкой на талии. Он бы предпочел более приличную домашнюю одежду, но последние месяцы он ночевал на работе и не занимался стиркой, а заводить домашних эльфов в съемных маггловских квартирах было строжайше запрещено.  Малфой закончил уборку на кухне и только собрался готовить чай, как на пороге возник бледный и мрачный Поттер. Он держал книгу в руках, заложив указательный палец внутри.  – Надо поговорить, – произнес Гарри чуть хриплым голосом. Драко перевел взгляд с Поттера и на чайник в своих руках и обратно. И смог только выдавить из себя: – Виски в чай или без чая? – Без чая. Гарри сел за узкий стол, рассчитанный на двоих, и уронил книгу. С негромким хлопком она шлепнулась на деревянную поверхность. Драко аккуратно разлил виски по стаканам и, закинув в каждый по два камня из холодильника, поставил оба перед Поттером. Тот, не моргая, сделал по большому глотку из каждого.  – Спрашивай, – предложил Малфой, не решаясь отобрать у Гарри его виски. – Ты хочешь сказать, что это все правда? Эта история.  – Ну не все. Я думаю, они знатно преувеличили твою проницательность. – Малфой, я не это спрашивал. – Знаю-знаю, просто это, – замялся Драко, нервно усмехнулся. – Это непросто. Слушай, я не был во всех этих приключениях, не знаю, как оно было на самом деле, только по рассказам. Меня прислали из волшебного мира, чтобы помочь тебе вернуть память и отправить обратно. Но не на все вопросы я могу… – Тогда почему прислали тебя? – перебил его Гарри делая еще один большой глоток. – Тебя не было там, ты не можешь ничего подтвердить, даже не на все вопросы ответить. Убийственная прямолинейность. У Драко был ответ на этот вопрос, но едва ли этого Поттера он убедит.  – Потому я – самый мотивированный, – не удержался от ядовитой насмешки над самим собой Малфой. – А если серьезно? Это личное, правда? Драко вздрогнул. Поттер всегда умел видеть его насквозь. И каждый раз, когда он мог застать врасплох. Малфой любил прятаться за вуалью множества слов, за недосказанностями, за витееватыми фразами, за насмешками и сарказмом. Гарри же никогда даже не делал вид, что пытается играть в эти игры. Потеря памяти ничего не изменила. – Тебе действительно интересно, почему тебя вернуть в волшебный мир попросили  именно меня? – вопросительно приподнял бровь Драко. – Похоже, твое чутье тебя подводит. Именно это сейчас абсолютно не важно. Странно, что ты не спрашиваешь, реальна ли магия. Гарри откинулся на спинку стула и отсалютовал стаканом с виски: – Своими глазами я видел все, что было надо, чтобы поверить в эту твою чушь. То, что написано в этой книге, звучит как сказка на ночь, но игнорировать то, как мы сюда попали – невозможно. А потому, – он зло усмехнулся, – нужно понять, друг ты или враг. Чертов аврор. Злость напополам со странным азартом стремительно потекла по венам.  – Я прикрывал твою спину в Вестминстере несколько часов назад, – припомнил Малфой. Надежда, что кодекс чести маггловских полицейских хоть немного похож на аврорский растаяла быстрее, чем закончился виски в руке Поттера.  – А еще ты орудовал волшебной палочкой и не спас моих ребят. Извини, Малфой, но пока все твои благородные мотивы не тянут даже на закуску к этому виски. Драко не выдержал и вытащил еще один стакан. Он щедро плеснул в него виски и сел на второй стул так, что их колени едва не соприкасались. Кухня в квартире Малфоя была чертовски маленькой, как и во всех квартирах этого чертового города. Два взрослых мужчины едва помещались в ней.  Если раньше Малфою это казалось только плюсом, то теперь, в такой тесноте, запертый наедине с Поттером, он чувствовал себя крайне неуютно. Из текущей точки идея поручить эту миссию именно ему казалась крайне неудачной. Им следовало послать Гермиону, она-то умела разговаривать с Гарри.  – Думай обо мне что хочешь, – не выдержал Драко. – Но твоя память уже прорывается через барьер в твоей голове. Младенцы – корни растения, помнишь? Это все ты действительно видел в Хогвартсе. Поэтому прекращай валять дурака и возвращайся туда, где тебе самое место.  – Куда, в Аврорат? Кстати, что это? В книге об этом ни слова. – Сначала в больницу, разбираться, как тебе вернуть память а потом—  да, в Аврорат. Это своего рода магическая полиция, – было так глупо объяснять одному из главных авроров что такое Аврорат, что Малфой чувствовал себя полным идиотом. – Тебе просто нужно вернуться в свою жизнь. Вот это все, пистолеты, кафе на улице – все это не настоящее. Поттер шумно выдохнул и закрыл лицо руками. Он молчал а затем постучал пальцем по пустому стакану, прося налить еще виски. – Нет. – Что «нет»? – не понял Драко.  – Нет, я не буду заниматься этой ерундой. Если, предположим, я свихнусь и поверю тебе и этой книжке, куда мне возвращаться? В мир, где правительство позволило захватить власть чокнутым радикалам, а разбирались со всем пятнадцатилетние дети? – Семнадцатилетние, – поправил его Малфой, скромно опустивший собственное участие в этой войне. – Да, мир не без недостатков, но тебе он нравился. – Настолько нравился, что я предпочел потерять память и начать жить заново? – Предпочел?..  Это слово больно резануло слух. То, как именно Гарри потерял память – оставалось главным недостающим кусочком пазла. Об этом не знали ни Драко, ни Рон с Гермионой, ни весь Аврорат, ни сам Министр Магии. Просто однажды Поттер пропал и его обнаружили в магловском мире спустя несколько несколько месяцев, работающим в полиции и не догадывающимся, откуда у него на лбу шрам.  – Ну, у меня был сложный период, – смутился Гарри. – И я обнаружил себя после очередной пьянки с запиской, написанной моим почерком. Там я сам себе клялся начать новую жизнь и… и много всего еще. Драко сидел, не в силах от потрясения даже сделать глоток виски. Все мысли словно испарились, осталась лишь одна, что билась пульсом в висках. «Он сделал это сам». Они сидели в оглушительной тишине. Гарри продолжал пить виски и мрачно смотреть куда-то в стену, а Драко пытался вспомнить как дышать. Казалось, что земля разверзлась под ним и он летит в бесконечную пропасть. «Он сделал это сам». Весь мир треснул пополам и разваливался на глазах, рассыпался в песок. «Он сделал это сам». Дыхание ускорялось. Драко не хватало воздуха. Он делал один глубокий вдох за другим, но кислорода казалось все меньше и меньше.  – Но зачем? – выпалил Драко. – Почему ты это сделал? – Не знаю, в записке не было написано, – пожал плечами Гарри. – Хотя эта книжка дает исчерпывающие объяснения. Странно, что ни ты, ни твое правительство не сделало выводы. Все на поверхности. Если я жил там, где у меня с рождения не было выбора, то сбежать оттуда – первый выбор, который я, прежний я, смог сделать. – На поверхности, – повторил за ним Малфой, с трудом понимая слова, сказанные Поттером.  Стало совершенно глупо теперь пытаться объяснять. А ответ на вопрос «почему именно тебя отправили за мной?» теперь казался абсолютно бессмысленным. Вообще все не имело смысла, если события десятилетней давности были причиной, по которой Поттер оставил всех и сбежал в маггловский мир.  Даже их едва-едва начавшаяся связь, эта странная привязанность людей, которые потратили два с половиной десятка лет на испепеляющую ненависть друг к другу, больше не имела значения. Малфой почти видел, как этими простыми и логичными размышлениями Гарри словно толкает его вниз с Астрономической башни, даже не осознавая, что он делает. – Мне жаль, –  губы словно стянул лед и Драко было сложно заставить себя говорить. – Что все это тебя так никогда и не отпустило.  Каждое слово давалось так тяжело, словно Малфой сам в себя загонял ножи. Один за одним от ключицы до живота. – Слушай, ты выглядишь хорошим парнем, Драко. Понимаю, у тебя задание доставить меня куда там вам надо. Но я буду драться. Не уверен, что буду сильнее этой вашей магии, но увечья нанести успею. Давай просто разойдемся миром, а? Малфой смотрел на Поттера и размышлял об иронии момента. Кингсли мог послать Гермиону или Рона. Да ту же Тонкс! Все они бы просто наложили усыпляющие заклинание и отлевитировали его в больницу Святого Мунго. Сейчас, когда он понял, что проблема была не в проклятье, Гарри принял произошедшее и вмешательство не повлияет на его разум разрушительно, это было сделать так легко. Но Кингсли поставил на их странные, непонятные никому отношения. Поставил и проиграл.  «Подумать только, альтруизм». Драко криво ухмыльнулся собственной мысли и одним глотком осушил стакан виски. Горячий напиток обжег горло и устремился вниз. Он молча смотрел на Поттера, ощущая, как алкоголь начинает размывать картину перед его глазами. Приятное тепло растекалось до кончиков пальцев. «Дерьмо». Поттер все еще терпеливо ждал его ответа, сложив руки в замок на столе. Малфой медленно скользил взглядом по его скулам, трехдневной щетине, тонкому носу и золотистой оправе круглых очков.  Выбор был сделан. Но Драко не мог отказать себе в удовольствии. – Я бы мог тебя связать и перенести в больницу так быстро, что ты даже оружие свое не успеешь вытащить. Серьезно, твой пистолет остался там, с остальной экипировкой, верно? – лениво растягивая гласные произнес он. Гарри заметно напрягся. Его рука машинально скользнула к поясу, где обычно покоилась кобура, но он действительно оставил пистолет в коридоре.  – Расслабься, вояка, – махнул рукой Драко, ненавидя себя за каждое произнесенное слово. – Ты свободен. Книгу оставь здесь и не вздумай болтать. Ты же не хочешь, чтобы тебя снова нашли и осудили за разглашение Статута о секретности. Поттер нахмурился. Он потянулся за стаканом виски и сделал глоток, но едва ли почувствовал его вкус. – Ты меня так просто отпустишь? После этих месяцев полевой работы, очевидно давления начальства и это чертовой драки в Вестминстере. Серьезно? – Серьезно. Только выметайся поскорее, мне не терпится начать тут уборку, – поморщился Малфой. Как и всегда, за хамскими ответами он маскировал чудовищную уязвимость. Прошлый Гарри это хорошо знал, но этот мог и сожрать приманку. – Почему?  Ярко-зеленые глаза словно пригвоздили к стулу. Гарри смотрел на него испытывающе, не щадя чувств, о которых не имел и понятия. Этот Гарри не имел.  Малфою вдруг захотелось напоследок быть честным. Скорее всего, это их последний разговор, и даже если для этой версии Поттера его слова не имели никакой ценности, тот, предыдущий, Гарри заслуживал правды.  – Потому что ты не хочешь, – просто ответил Драко.  – Вот так просто? – недоверчиво спросил Гарри, поднимаясь со стула. – Да, – улыбнулся Малфой, чувствуя, как все воображаемые ножи, что он вгонял в собственную грудь, медленно проворачиваются. – Знаешь, тебе страшно повезло, что Министерство прислало именно меня.  – Наверно, повезло, – растерянно ответил Поттер и зашагал прочь.  Малфой не стал оборачиваться, чтобы не видеть, как Гарри молча собирает свою экипировку, проверяет, ничего ли не забыл, и тихо выходит из квартиры, аккуратно закрыв дверь.  Он уронил голову на руки и лежал, истощенный этим бесконечным днем. Гермиона любила повторять, что лучше ужасный конец, чем ужас без конца, но прямо сейчас Драко бы отдал все, чтобы этот разговор никогда не заканчивался. Бесконечная усталость переплеталась с высасывающей душу черной бездной. И даже ощущение, что он поступил правильно, никак не помогало.  Драко бездумно передвигал подушечками пальцев стеклянную пепельницу из стороны в сторону и пытался понять, хочет он курить, спать или просто тихонько умереть. Тишина, в которую погрузилась его съемная квартира после ухода Поттера, была тяжелой.  Малфой только что отпустил навсегда человека, которым был одержим всю жизнь. Тем, кого только-только нашел. И вновь потерял. Мертвый взгляд упал на фотографию в рамке, где счастливо улыбались трое друзей. Это фото в шутку за пару месяцев до того, как Поттер пропал, ему подарил Рон Уизли. Наверняка он нашел безумно забавным сделать Малфою рождественский подарок в виде колдографии, на которой его, Драко, не было. – Нужно было просто его обездвижить, и пусть дальше Уизли с Грейнджер разбираются, – пробурчал себе под нос Драко.  Он заставил себя выпрямиться, встать на ноги и начать уборку. Руки привычно собирали стаканы, ставили бутылку в мини-бар, протирали стол. Руки включили воду в раковине. Сознание Драко в этот момент было где-то далеко.  Шум воды заглушал все звуки в квартире. Поэтому пока Малфой мыл посуду, он даже не заметил, как привычно скрипнула входная дверь. Он не слышал тихих шагов, а потому вздрогнул, услышав взволнованный голос где-то справа: – Это звучит странно, но мне кажется, это важно. Драко вздрогнул, обернулся и встретился взглядом с Поттером. Гарри стоял в дверях, все еще прижимая к груди бронежилет. На его лице невозможно было прочесть никаких эмоций. – Что важно? – потрясенно спросил Малфой. – Почему они прислали именно тебя? Я шел по улице и понял, что так и не получил ответа на этот вопрос. Но мне отчего-то кажется, что это важно. Просто ответь мне, я прав? Теплая вода продолжала стекать в раковину, едва задевая стаканы, которые так и остались немытыми. Малфой стоял, не в силах выдавить из себя ни слова. Он просто стоял, опустив мыльные руки перед собой и смотрел на Поттера так, словно видел его впервые в жизни.  Гарри нахмурился, не зная, но чувствуя, что-то здесь не так. Что-то определенно важное происходит прямо сейчас. Отчего-то ответ Малфоя стал чертовски важным. Настолько важным, что он развернул такси и потребовал везти его обратно.  Сердце Драко колотилось так громко, что, казалось, его слышит весь дом. Он едва заметно кивнул.  Вода продолжала шуметь, избавляя их обоих от мучительной тишины. – Тогда наливай снова, я хочу тебя выслушать, – заметно повеселевшим голосом ответил Поттер и деловито вернулся в коридор, чтобы снять ботинки и положить на полочку бронежилет. Драко ничего не оставалось, кроме того, чтобы сполоснуть руки и вновь потянуться за спрятанной початой бутылкой виски. Он бы спросил «почему», но слишком хорошо знал, что ответы на такие вопросы для них обоих чреваты неприятностями. А потому просто позволил себе ощутить тонкий луч надежды.