Наказание

      Жемчуг целый день избегал Яшму, обидевшись на поражение в тренировочной дуэли, где Яшма нечестным приёмом одолел жемчужину. Весь день, чуть стоило солдату появиться там, где находится Жемчуг, последний шарахался от него, словно ужаленный. На капитанском мостике, в каюте - везде. Это порядком надоело Яшме, он чувствовал себя оскорблённым, хотя хотел просто поговорить о сложившейся ситуации. Это несерьёзное поведение просто выводило из себя, до скрежета зубов, и, в конце концов, Яшма просто стал поджидать момент, следя за Жемчугом.       Погруженный в свои мрачные мысли, Жемчуг, открыв дверь каюты, неожиданно впечатался лбом в твердую горячую грудь, и отшатнулся, увидев её обладателя перед собой. Яшма стоял в проёме двери, перекрывая свет снаружи своей мощной фигурой. Он выглядел очень устрашающе, сверля Жемчуга взглядом своих холодных глаз. Склонив голову, чтобы его лицо было видно отчётливее, он спросил: - Долго ещё будешь от меня бегать? Притворившись, что не замечает угрозы во взгляде партнёра, жемчуг язвительно ответил: - О чём ты? У меня много дел, поэтому дай пройти. - но с места не сдвинулся, показательно скрестив руки на груди. - Я хотел поговорить по-нормальному, но если хочешь по-плохому - я тебе это устрою. - Яшма угрожающе начал надвигаться на Жемчуга, отчего тот испуганно попятился вглубь каюты. Дверь за солдатом закрылась, отделяя их от остальной части корабля. Комната погрузилась в полумрак, и теперь глаза Яшмы начали светиться жутким фиолетовым свечением, придавая ему и без того устрашающий потусторонний вид.       Он почти зажал жемчужину к стене, когда тот совершил попытку вывернуться и побежать к выходу, которую Яшма молниеносно присёк, схватив Жемчуга за руку, и развернув к себе спиной. Он грубо вжал парня в стену грудью, не оставляя возможности двигаться. От резкого захвата, руку свело спазмом, и Жемчуг закричал: - Отпусти сейчас же!! ты что, не в себе?! - он попытался выдернуть руку из стальной хватки Яшмы, но только усилил болезненные ощущения в запястье. Прибилизившись так, чтобы Жемчуг слышал пробирающий до дрожи тон, Яшма вполголоса процедил: - Целый день динамишь меня из-за какой-то хуйни, а поговорить боишься? Ты серьезно думаешь, что я стану терпеть эти закидоны? Не на того напал. - с этими словами, он просунул свободную руку под ткань блузы Жемчуга, пройдясь пальцами по его напряжённому животу и грубо сжимая его сосок, заставляя жемчужину вскрикнуть. Эта ситуация была одновременно конфликтная и очень возбуждающая для Яшмы, ведь, даже будучи против жестокости, он всегда любил зажимать и тискать жемчужину в укромных уголках, заставляя того течь от желания. Самоцвет прижимается эрекцией в штанах к спине Жемчуга, и тот чувствует это, отчего в голове начинают панически метаться мысли, а ноги слегка подкашиваются. Яшма чувствует страх парня, и это, отчего то, усиливает ненормальное желание. Ощущая спиной возбуждение партнёра, и пальцы, стискивающие нежную кожу соска, Жемчуг и сам начинает возбуждаться против воли, но сама ситуация пугает, ему не хочется быть зажатым в незакрытой каюте, куда кто угодно может войти(в любой момент!!!). Он пытается отстраниться, но в итоге оказывается прижат к стене и нижней частью тела, отчего возбужденный орган приносит ещё больше дискомфорта. - Яшма, прошу, отпусти!! Д-давай поговорим, без вопросов!!! - он издаёт нервный смешок в середине фразы, ощущая, как рука Яшмы ползёт ниже, заставляя его тело покрываться мурашками. - Поздно разговаривать, ты уже исчерпал моё терпение. Сейчас я научу тебя уважению, детка. - прошептав последнюю фразу на ухо Жемчугу, Яшма просовывает пальцы под ткань тонких брюк парня, стягивая их вниз, оголяя возбуждение самоцвета. Жемчуг пунцовеет, стискивая ноги в попытке прикрыться, и, заикаясь, просит умоляющим голосом: - П-пожалуйста, не з-здесь!! Отп-пусти!! - он пытается двинуть свободной рукой, оттолкнуться ею от стены, чтобы дать себе больше пространства, но Яшма перехватывает её, возводя обе его руки над головой, и прижимая к стене, не оставляя Жемчугу шансов на спасение. Он задирает блузу Жемчуга, а затем приспускает свои штаны, обнажая возбуждённый, истекающий смазкой, внушительных размеров орган. Прижимаясь горячей плотью к голой спине Жемчуга, он начинает тереться о его кожу членом. Рукой хватая того за волосы и оттягивая, Яшма обнажает пунцовую кожу на шее парня, и грубо целует его туда, безжалостно покусывая. Жемчуг дрожит от смешанных острых ощущений, пытаясь сдерживать обличающие его стоны. Ноги безжалостно дрожат и подкашиваются, но крепкая ладонь не даёт ему упасть, болезненно стискивая его руки над головой. Это больше похоже на наказание, но с каждой секундой оно приносит всё больше извращенного удовольствия, отчего член жемчужины начинает истекать предэякулятом, а по всему телу самоцвета разливается болезненная нега, проходясь волнами от члена до макушки. Расцеловав, не оставив живого места на шее и ключицах жемчужины, Яшма немного поднимает жемчуга, проталкивая свой член между бёдер самоцвета. Тот инстинктивно сжимает ноги, отчего солдат рычит и прижимает жемчужину к себе за шею, несильно сдавливая её. Из-за разницы в росте, Жемчугу остаётся стоять только на пальцах ног, но Яшма удерживает его в устойчивом положении, прижимая руки парня к стене на уровне лица последнего, а затем наваливается сверху, заставляя жемчужину прижаться лбом к стене. Он тяжело дышит, его дыхание обжигает мокрую от поцелуев кожу жемчужины, отчего новообретенные укусы и засосы начинают болеть. Жемчуг сглатывает и, постанывая, говорит: - Н-не надо, пожалуйста. Ты оч-чень большой... я не г-готов сейчас.. - он с мольбой во взоре оборачивается к Яшме, и тот, немного смягчаясь, с усмешкой отвечает: - Не собираюсь я тебя насиловать. Просто между ляшек потрусь. - и, напустив прежнее устрашающее выражение, добавляет - Но если ещё раз попробуешь со мной повыёбываться - Будет больно. Чтоб неповадно было. Усёк? - на это, Жемчуг с некоторым облегчением и страхом быстро кивает, а затем покорно, не без стеснения, прижимается к стене, оттопыривая зад. - Хороший мальчик. - осклабившись произносит Яшма, начиная тереться членом между ног самоцвета, задевая при каждом толчке возбуждённый орган жемчужины, отчего тот вздрагивает и тихо скулит, прижимаясь задом ближе к Яшме. Расценивая это, как хороший знак, Яшма кладёт одну руку на выступающие тазовые косточки жемчуга, легко сжимая его нежную кожу пальцами, оставляя на ней отметины от ногтей. Ему нравится ощущать послушание, покорность партнёра, который при этом и сам испытывает удовольствие. Комната наполняется пошлыми шлепками и хлюпаньем. Звуки, эхом отражаясь от стен, наверняка слышны даже на капитанском мостике, но это сейчас для них двоих совсем не важно. Наказание, доставляющее удовольствие и казнящему и провинившемуся - интимная сладкая пытка. Тяжело дыша, Яшма усиливает поступательные движения, активнее дроча меж стиснутыми ножками Жемчуга, отчего оба стонут практически в унисон, но Яшма быстро вспоминает про конспирацию, прижимая парня к себе, и зажимая ему рот ладонью. Сам же он начинает двигаться агрессивнее, резче, наращивая темп в предчувствие скорой эякуляции. Совершив последние грубые фрикции, он кончает, а следом за ним, без помощи рук, кончает и Жемчуг, его семя забрызгивает стену, и он ощущает, как сперма яшмы стекает горячими липкими каплями по его ногам. Отпустив Жемчуга, Яшма обхватывает его за спину, тяжело дыша, и они стоят вместе несколько мгновений, пытаясь прийти в себя после этого грубого "конфликта". Слабо держась на ногах, Жемчуг разворачивается к Яшме, обнимая его за шею дрожащими руками, а затем нежно целует его в знак примирения. Яшма улыбается в губы Жемчуга и отвечает на поцелуй, нежно поглаживая возлюбленного по мокрому от пота затылку и шее. Они мягко отстраняются друг от друга спустя несколько секунд, и Яшма говорит: - Ты всё понял? Не зли меня, иначе в следующий раз нежничать не буду.       Жемчуг виновато улыбается и, беря ладонь самоцвета в свои руки, нежно целует её, произнося: - Я люблю тебя, извини меня, солнце. В ответ на это, Яшма притягивает Жемчуга к себе и ещё раз целует, давая понять, что он полностью прощен.