Цена свободы

      Гелия был вне себя от ярости. Чёрт! Это совершенно не та Флора, которую он знал. Не та влюблённая девушка, которая носила розовые очки. Не та, которая сама переборола себя и призналась ему в любви.       Не так себе он представлял их встречу спустя несколько месяцев этой разлуки... он ради неё... а она...       У него не было слов! Как понял специалист, у неё были отношения с этим мужчиной...       И это вызвало у него ещё большую ярость. Как она могла так быстро полюбить другого, забыв Гелию? Неужели Флора совсем не страдала, не горевала, не плакала...       А может быть, он был просто выгоден ей, но... Флора была не из тех, кто пользуется людьми ради собственной выгоды. Всё очень сложно...       Ему надо было срочно поговорить со Стеллой. Честно говоря, специалисту уже даже не хотелось оставаться здесь. Он понял, что всё это было зря... он должен вернуться в Магикс.       Гелия хотел найти Стеллу, чтобы обсудить всё с ней. Девушка была в своей гостевой спальне.       Вид у неё был довольно встревоженный. Она словно ждала своего вердикта, ведь прекрасно понимала, что после такого ночного приключения полковник перестанет доверять ей и вышвырнет.       — Гелия... что с Флорой? Что случилось? Расскажи!       — Я не хочу говорить о ней. Я хочу вернуться в Магикс. Немедленно.       Стелла не ожидала услышать такого от Гелии. Разве все эти скитания, страдания по Флоре, работа Текны с Тимми над машиной времени была зря?!       — Почему?! Что случилось? — в голосе феи была слышна лёгкая истерика.       — Мне больше нет смысла здесь оставаться. Мне не о чем больше говорить с Флорой. Для меня не существует её больше.       Стелла вообще не понимала, что происходит. Ещё недавно Гелия так рвался её найти, так ждал из долгожданной встречи, но что с ним теперь?       Ей захотелось вразумить специалиста. Стелла подошла к нему и встряхнула его за плечи.       — Гелия, успокойся! Расскажи мне спокойно, что случилось?       Специалист стиснул зубы и сжал кулаки. Почувствовав его прилив ярости, Стелла непроизвольно отошла назад.       Было очевидно, что ей вразумить Гелию не получится.       Стелла просто с изумлением наблюдала, как Гелия выбегает из комнаты с наполненными дикой яростью глазами.

***

      Состояние Гейст оставалось прежним. Кобыле по-прежнему было тяжело. Отвары шамана действовали, но на короткий срок.       Снег не отходил от кобылы, сам практически перестал есть. Он ждал и надеялся, что Гейст встанет на ноги и вновь станет здоровой и счастливой.       — Папа... что можно сделать с Гейст? — спросила Найра у Ручейка, не отрывая грустных глаз от страдающей кобылы.       Ручеёк тяжело вздохнул. Ему самому хотелось бы знать...       Погладив дочь по голове, он тихо произнёс:       — Не переживай, Найра... Гейст совсем скоро поправится. Всё будет хорошо...       Ему не хотелось обманывать дочь и вселять в неё ложные надежды. Он также вспоминал Спирита и чувствовал огромную вину перед ним... его дочь... была на грани смерти.       — Ручеёк, — к индейцу подошёл шаман, — нам нужно поговорить. Это насчёт кобылы. Нам необходимо сейчас принять решение...       Взглянув на шамана, ручеёк увидел взгляд, который буквально пронзил его. Он ожидал самого худшего...       Они вошли в вигвам.       Шаман сразу начал:       — Ты сам видишь, что мои отвары действуют на пару часов. Но совсем скоро подойдёт такое время, что и они станут бессильны.       У Ручейка сердце разрывалось... нет, они не могут потерять Гейст.       — Что ты хочешь мне сказать? Что мы должны сделать?       — У нас два варианта. Либо... мы находим ту девушку, которая исцелила того буланого коня. Либо... мы должны прервать её беременность.       Второй вариант казался Ручейку ужасным. Убить жеребят Гейст? Нет, это немыслимо! К тому же, и самой Гейст это могло очень навредить. Индеец знал, что в таком случае шаман даёт беременной кобыле ядерный отвар, который буквально убивает новую жизнь в ней. И сам этот процесс очень болезненный для лошади.       — Нет! Мы не будем этого делать!       Шаман вздохнул. Он понимал, несколько Ручейку хочется оставить детей кобылы, но в то же время он знал, что двойня для лошади — всегда либо смерть одного при рождении, либо это на всю жизнь инвалид.       — Ну а что ты тогда хочешь? Отправишься на поиски той девицы? А если она уже бог знает где? К тому же, мы не можем так рисковать и опять соваться... к этим...       Но Ручеёк ничего не слышал. Если есть шанс спасти Гейст и его жеребят — его нужно использовать.       

***

      Флора решила проведать Терру.       Ей хотелось узнать, в каком состоянии её кобыла перед выездом в город.       Войдя в конюшню, девушка направилась к стойлу своей кобылы. Терра уже поела и попила, была идеально вычищена. Но вот сердцем Флора почувствовала, что кобыла была чем-то напугана.       — Терра, всё хорошо? — обеспокоенно спросила Флора, поглаживая кобылу по голове.       В глазах кобылы была огромнейшая тревога.       " — Флора... я чувствую... её...".       Девушка не поняла, про кого Терра сказала. Тревога у самой Флоры усилилась.       — Что?... кого?...       " — Я... чувствую... смерть... она идёт...".       Тело Флоры вздрогнуло. Как ужасно прозвучали эти слова...       — Терра, что?! С тобой всё хорошо?!... Терра?!...       " — Она идёт не сюда... она идёт... к моему собрату...".       Флора перевела взгляд на Гранита, который спокойно стоял в своём деннике. С конём всё было нормально, по крайней мере, с внешним видом.       — С Гранитом что-то не так? Терра!...       " — Нет... смерть идёт туда, где должна начаться жизнь... в самое лошадиное сердце... нутро...".       Флора вообще ничего не понимала. Она поняла, что Терре самой трудно определить, откуда всё это идёт.       Девушка решила использовать всю свою магическую сущность и интуицию. Закрыв глаза, Флора пыталась почувствовать, откуда идёт эта энергия смерти.       В её сознании стали появляться разные расплывчатые образы. Первым, кого она увидела, был тот самый буланый конь, которому она спасла жизнь. Следующее видение было ещё более странным. Она увидела... два плода, которые горят в пламени, буквально сжирающем их.       У Флоры закружилась голова от этого, и она упала на сено. Терра встревоженно заржала и опустила голову к хозяйке.       — Я... увидела... того коня, которого спасла в деревне индейцев. И... два плода... я не поняла, что это было. Они горели... в огне.       " — Флора... энергия исходит из той самой деревни. Я чувствую это...".       Флора не совсем понимала, к чему была эта аллегория, но одно было ясно — под угрозой не одна жизнь.       — Неужели нам нужно попасть в ту деревню снова?... но... как?! Она же далеко...       " — Я понимаю, что... сейчас не самый лучший момент для этого. Тебе нужно попросить Стеллу использовать телепортацию, она здесь у неё хорошо получается. Но это нужно сделать как можно быстрее!... время убегает от нас.".       

***

      Флоре нужно было срочно поговорить со Стеллой. Но Гелия... как она теперь будет смотреть ему в глаза, общаться?       Она понимала, что риск в этот раз ещё больше, после их ночной погони. Ещё одна такая ситуация, и Кастер точно потеряет доверие к ней.       По крайней мере, к Стелле оно точно было утеряно.       Флора нашла Стеллу в доме, отметив, что подруга не находила себе места.       — Стелла, как ты? Всё хорошо?       — Флора... — девушка говорила шёпотом. — Гелия... он стал чудовищем. Он сказал, что хочет вернуться в Магикс. И убежал. Я без понятия, где он сейчас...       — Как? Его нет в доме?       — Нигде... что мне сказать Кастеру?...       Флора поняла, насколько сильно и безвозвратно они расшатали временной баланс. Если Гелия вернётся в Магикс сейчас, то этот самый баланс пошатнётся ещё больше.       — Нет...       Флора почувствовала, как теряет самообладание. Сначала эта ночная ситуация, потом смертельная энергия, а теперь...       " — Почему... почему всё это случилось со мной? Почему на меня всё это свалилось? Я не хотела всего этого! Верните мне то время, когда я жила в Алфее спокойной жизнью!...".       Флора редко когда выходила из себя, но здесь был тот самый случай. Она была на грани нервного срыва. Девушка не знала, как с этим справляться. Она металась между двух огней — своей магической сущностью и той, которую она вынуждена была всем показывать здесь.       Ей больше не хотелось всё скрывать. Рано или поздно всё равно её ложь может раскрыться. Она... расскажет... Кастеру обо всём.       По щекам феи побежали слёзы. Стелла обняла подругу, крепко прижав к себе.       — Флора, успокойся! Всё хорошо... тише, тише...       Но Флора понимала, что ничего не хорошо. Она вынуждена жить чужой жизнью и обманывать человека, который стал для неё дорог. Как же грязно она себя чувствовала.       Но теперь она чувствовала, что в Магикс вернуться не сможет. Слишком уж теперь много её держало здесь...

***

      Флора прибежала в свою спальню и забралась под одеяло, желая скрыться от всего мира. Она совсем забыла, что такое — спокойная жизнь, где ты можешь просто быть собой.       Где ты можешь рассказывать всю правду о себе, полноценно жить и проживать радости и горести с близкими людьми. Даже жизнь в Магиксе, где они то и дело боролись со злодеями и переживали бои, не была такой страшной.       Она должна рассказать полковнику всю правду. О себе, о своей семье. Так дальше продолжаться не может. Он любит совершенно другую девушку, не её. Ту, которая родилась на Земле и является совершенно обычным человеком.       Но она помнила и о том, что время бежит... ей надо было вернуться в ту индейскую деревню и спасти сразу несколько жизней!       Дверь скрипнула. Её безудержные рыдания кто-то услышал.       По иронии судьбы, это оказался Кастер. Словно сама жизнь сейчас ведёт к тому, чтобы она рассказала всю правду ему...       — Флора... что случилось?... — он бросился к ней.       И вот сейчас предстояло самое тяжёлое. Раскрыть всю правду.       Какие слова ей подобрать? Как рассказать всё так, чтобы он не принял её за душевнобольную?       Флора учитывала тот факт, что этот человек являлся приземлённым от мозга до костей. Всю жизнь проживший на Земле да ещё и в суровой обстановке, он ни на шаг отходил от рационального мышления.       Невозможно, чтобы он всё это принял и поверил.