Вдоль вересковых полей

Несмотря на то, что дорога была пустой, Снейп вел машину медленно. На то было несколько причин. Первая: он привык так водить. Вторая: ему было удобно то и дело бросать взгляды на Блэка. Третья: Блэк увлеченно разглядывал вересковые поля, простирающиеся по обеим сторонам дороги. Если бы Снейп ехал быстро, то поля слились бы в одно лиловое пятно, и никакого удовольствия Блэк бы не получил. Кому-то нужна комната с видом, кто-то обожает фотографировать виды природы, а Снейпу открывался самый красивый в его мире вид — на Блэка. И он бы мог так ехать вечно и получать наслаждение от одного только созерцания, если бы Блэк не испортил ему настроение. Ну, как он один умел. — Расскажи, как я к тебе относился. Ну, до того, как? Этот вопрос пробудил массу неприятных воспоминаний, которые Снейп загнал в дальние уголки памяти на время путешествия. Блэк спрашивал об этом неоднократно, и Снейп до сих пор успешно уходил от ответа. — И снова отвечу, что не хочу об этом говорить. — Думаю, ты мне нравился, — беззаботно продолжал Блэк. — Если и так, мне об этом ничего не известно. — … но я не знал, как к тебе подкатить. У тебя вид человека, к которому лучше не приближаться. Ты такой, как бы это сказать… Дальше терпеть было невозможно. — Ты ненавидел меня и презирал, — перебил Снейп. Блэк отвернулся от окна и уставился на него, во взгляде его плескалось неподдельное изумление: за что тебя можно презирать, словно спрашивал он. Конечно, Блэку странно слышать такое. Особенно после всех их приключений в лесу, после всех проведенных вместе ночей. Но если ему так хочется знать, то пожалуйста. — А что ты мне сделал? Почему я так относился к тебе? — Ничего я тебе не сделал. — Тогда почему? Трагическое несовпадение во взглядах? Снейп резко нажал на тормоза, машина встала. — Пересядь за руль, Блэк. Я не вывожу. Да и как тут вынести? Постоянно находиться с ним рядом, в столь близком контакте столько дней подряд. И он совсем другой, совсем не похож на себя и относится к Снейпу, как к драгоценности. Никто так к нему не относился. И как же тяжело осознавать, что ведь Блэк, он такой только потому, что не помнит ни хрена. Кто вывезет такое? Не путешествие, а какое-то мучение. *** Они заночевали в машине, на заднем сидении, как это обычно бывало во время дождя. Дождя еще не было, но когда они свернули на обочину, на небе уже собирались тяжелые тучи, лиловые — под стать вересковым полям. Блэк положил голову Снейпу на грудь. Снейп было вздрогнул, но овладел собой и ставшим уже привычным жестом погладил Блэка по голове. Это медитативное занятие несколько примирило его с действительностью. — Знаешь, ты мог бы и солгать, Сев, — сонно пробормотал Блэк. «Сев» в его исполнении — не имя, а музыка далеких прекрасных стран, где Снейп еще не был и куда никогда не попадет. — Зачем? — Я же ничего не помню. Сказал бы, что мы любили друг друга. — Мы не любили. Я один тебя любил. Что изменила бы ложь? К тому же, скоро к тебе вернется память. Я каждый день просыпаюсь и думаю, что это случится сегодня. Что ты посмотришь на меня как прежде. Блядь, я не знаю, как это вынесу! Не стоило так проговариваться. — Я был так жесток с тобой? — уже совсем не сонным голосом осведомился Блэк. — Нет. Я же уже сказал, в чем дело. Снейпу мучительно хотелось предложить заняться сексом, и желательно без слов, но Блэк… Сириус опередил его. Потом они лежали и слушали, как начавшийся дождь барабанит по крыше и стеклам. — Надеюсь, я запомню это путешествие, — тихо сказал Сириус. — Надеюсь, ты вспомнишь тех, кто на тебя напал. И они свое получат. — А если память не вернется? Ты хотел бы этого? Тогда бы мы с тобой… — Нет. Я хочу, чтобы ты выздоровел. Пусть даже это будет стоить… всего. Дождь действовал усыпляюще, но Снейп не мог заснуть. Его мысли вращались между сегодняшней беседой, неприятным прошлым и тем днем, когда все случилось. *** Снейп подобрал Блэка на проселочной дороге. Он мог бы наехать на него, если бы не привык ездить медленно — чтобы ненароком не убить какого-нибудь зайца или куропатку. Блэк выглядел неважно и брел в сторону леса. Подрался с кем-то, подумал Снейп. Он остановил машину, высунулся из окна и крикнул: — Ты уверен, что тебе в ту сторону? Блэк обернулся — бледный, одежда помятая, на лице кровь. — А, простите. Я заблудился. Вы не могли бы довезти меня до Лондона? Эта странная непривычная вежливость сразу насторожила Снейпа. — С тобой все хорошо, Блэк? — Блэк? — непонимающе повторил Блэк. — Так как, вы сможете довезти меня до Лондона? — Тебе несказанно повезло. Я как раз направляюсь именно туда. Садись на заднее сидение. Блэк сел на переднее сидение. И вопреки ожиданиям Снейпа, от него не несло алкоголем. Стало быть, он попал в историю, будучи совершенно трезвым. — Ехать придется пару недель, как ты понимаешь, — сказал Снейп. Он не торопился заводить мотор. На виске у Блэка была ссадина от удара, на вид не особенно серьезная. Но мало ли. — Так долго? — Ты соображаешь, где находишься? — Нет. — Мы довольно далеко от Лондона. Но я тебя довезу, без проблем. — Спасибо за помощь. Можно мне воды? Снейп передал ему сумку, где лежали бутылочка с водой и вчерашние бутерброды. Пока Блэк ел, он просто тупо смотрел на него и ждал, когда же Блэк рассмеется и скажет, что разыграл его. — Спасибо, — сказал Блэк, возвращая сумку. Он оставил Снейпу ровно половину и еды и воды. — Как ваше имя, сэр? На этом месте Снейп подумал, что, кажется, Блэк не притворяется. Слишком уж он был убедителен. — Тебе память отшибло, что ли? Блэк улыбнулся. Странная это была улыбка, не его. Но Снейпу понравилась, это была первая добрая улыбка Блэка, адресованная ему. — Если честно, я и правда мало что помню. Свое имя, например. — Но меня-то ты помнишь? — Нет. Но я уже понял, что вы меня знаете. — Если ты шутишь, то заканчивай с этими шуточками. Мне еще три часа ехать по сложному маршруту... — Я тоже могу вести машину! — радостно воскликнул Блэк. — Думаешь, я доверю тебе свою машину? — Так мы быстрее доедем. Так как вас зовут? — Меня зовут Северус Снейп. А тебя — Сириус Блэк. И если ты серьезен, то тебе нужно в больницу. Но до больницы мы доберемся в лучшем случае к пятнице. А пока возьми аптечку и обработай свои раны. На заднем сидении. — Хорошо, Северус. Я так и сделаю. Снейп не успел возмутиться, как Блэк перебрался на заднее сидение, завернулся в плед и заснул. Обрабатывать его рану на виске пришлось Снейпу, после чего он все-таки поехал дальше. Не оставаться же на месте. *** Они все еще ехали вдоль лиловых вересковых полей. Когда же они закончатся, а? Такое чувство, словно они бесконечно едут по кругу, хотя Снейп точно знал, что это не так. С другой стороны, он уже начинал сомневаться в точности собственных знаний — о мире, о вереске, об амнезии, Блэке и прочем. Если бы поля были лавандовые, тогда бы это значило, что они едут из Италии через Францию. Или он наткнулся на портал в иной мир с вереском, и до Лондона им теперь никогда не добраться? Да нет, вот же указатель. Сколько-то миль до Лондона. Возможно, до того самого, где живет Блэк. Дорога еще не вполне высохла, так что Снейп вел машину в два раза осторожнее. Им оставалось быть вместе не так много времени, но это его не беспокоило. Неважно, сколько времени он будет счастливым — неделю или день. Иногда один час стоит дороже многих лет. — О чем задумался? — спросил Блэк. — О том, что ты мог быть со мной другим. И всё могло быть иначе. Всё. — Тебя это огорчает? — Нет. Знаешь, несмотря на то, что таким ты мне нравишься больше…. — … любишь ты того, другого. Того, кто ненавидел тебя без причины. Да? Снейп не ответил. Не потому, что замечание было правдивым, а потому что он не знал ответа на этот вопрос. — Я поведу, — сказал Блэк. — А ты смотри на вересковые поля. Идет? Снейп молча поменялся с ним местами. Но всю оставшуюся дорогу до Лондона смотрел только на него.